ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-32531/2016

город Ростов-на-Дону

07 мая 2021 года

15АП-5309/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 29 апреля 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 07 мая 2021 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Сулименко Н.В., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам»: представитель ФИО2 по доверенности от 24.08.2020 (онлайн);

от общества с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты»: представитель ФИО3 по доверенности от 23.01.2020 (онлайн);

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 10.08.2020;

от общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Сервис»: представитель ФИО6 по доверенности от 22.05.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 01.03.2021 по делу № А53-32531/2016 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» ФИО4, ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводъ" (далее - должник, ООО "РЭМЗ") в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 с заявлением о признании недействительными: договора поставки №25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016 (в том числе совершенные по ним платежи), заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» и обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам», применении последствия недействительности в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 4 991 067,36 руб., признании отсутствующей задолженности общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» и обществом с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты»; признании недействительным договора поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016 (в том числе совершенных по ним платежей), заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» и обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам», применении последствия недействительности в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 2 574 947,23 руб., признания отсутствующей задолженность общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» и обществом с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты»; признания недействительным договора поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 (в том числе совершенных по нему платежей), заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» и обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам», применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 50 000 006,78 руб., признания отсутствующей задолженности общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» (с учетом уточнения заявленных требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 01.03.2021 суд отказал в удовлетворении ходатайства общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» об истребовании у общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Сервис» сведений в отношении ФИО7 и вызове его в судебное заседание в качестве свидетеля.

Признал недействительными договор поставки №25/16-АВ от 28.06.2016, соглашение о новации № 1 от 01.11.2016 (в том числе совершенные по ним платежи), заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» и обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам».

Применил последствия недействительности, взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 4 991 067,36 руб., признал отсутствующей задолженность общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» и обществом с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты».

Признал недействительным договор поставки № 26/1 6-АВ от 13.12.2016, соглашение о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016 (в том числе совершенные по ним платежи), заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» и обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам».

Применил последствия недействительности, взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 2 574 947,23 руб., признал отсутствующей задолженность общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» и обществом с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты».

Признал недействительным договор поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 (в том числе совершенные по нему платежи), заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» и обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам».

Применил последствия недействительности сделки, взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 50 000 006,78 руб., признать отсутствующей задолженность общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам».

Взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 18 000 рублей.

Общество с ограниченной ответственностью "Агинский вольфрам" обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило отменить судебный акт, принять новый. 

В судебном заседании суд огласил, что от общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» через канцелярию суда поступили доказательства направления апелляционной жалобы лицам, участвующим в деле для приобщения к материалам дела.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить доказательства направления апелляционной жалобы лицам, участвующим в деле к материалам дела.

Суд огласил, что от общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» через канцелярию суда поступили доказательства уплаты государственной пошлины для приобщения к материалам дела.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить доказательства уплаты государственной пошлины к материалам дела.

Суд огласил, что от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» ФИО4 через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложением доказательств направления отзыва лицам, участвующим в деле, для приобщения к материалам дела. 

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела, ходатайство о приобщении иных документов удовлетворить.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты» заявил ходатайство об отложении судебного заседания.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» не возражал против удовлетворения ходатайства.

Представители конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Сервис» возражали против удовлетворения ходатайства.

Суд отложил рассмотрение ходатайства и определил рассмотреть его в совещательной комнате.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты» просил определение суда отменить.

Представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Мечел-Сервис» просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений и отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Ростовской области от 05.12.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводъ".

Определением от 18.10.2017 (резолютивная часть судебного акта объявлена 10.10.2017) требования общества с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты" признаны обоснованными, в отношении общества с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводъ" введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО8.

Сведения о введении процедуры опубликованы в газете "Коммерсантъ" от 21.10.2017.

Решением от 26.04.2019 (резолютивная часть судебного акта объявлена 19.04.2019) общество с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводъ" признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры опубликованы в газете "Коммерсантъ" от 27.04.2019.

Обращаясь в суд, управляющий заявляет о том, что перечисление денежных средств порочно в силу пункта 2 статьи 61.2, пунктов 2,3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно требованиям пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: 1) действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); 2) банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); 3) выплата заработной платы, в том числе премии; 4) брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов; 5) уплата налогов, сборов и таможенных платежей, как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа; 6) действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; 7) перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Таким образом, под сделками по смыслу главы ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" понимаются как непосредственно договоры, так и действия, направленные на исполнение существующих обязательств.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы

Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1.) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления N 63).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

-стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации

- десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

-после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника  не  означает,  что  все  кредиторы  должны знать  об  этом.   Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе, путем проверки его по указанной картотеке.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве установлено, что сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

Пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

В пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Наличие в Законе банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, как ничтожную в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума N 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых  положений раздела  1  части первой Гражданского кодекса Российской

Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции при рассмотрении заявленных требований установил, что оспариваемые договора заключены между аффилированными лицами.

При этом суд первой инстанции верно исходил из следующего. 

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРОЛ, с 09.08.2011 ЗАО "Новоорловский горно-обогатительный комбинат" (далее - ЗАО "Новоорловский ГОК") является учредителем ООО "Агинский вольфрам" и заинтересованным лицом по отношению к должнику. При этом ЗАО"Новоорловский ГОК" и ООО "Агинский вольфрам" указаны также в качестве лиц, контролируемых ФИО9, в расшифровке кредиторской и дебиторской задолженности ООО "РЭМЗ".

Аффилированность ООО "Агинский вольфрам" по отношению к ФИО9 и ООО "РЭМЗ" установлена в рамках рассмотрения спора о включении требований ООО "Агинский вольфрам" в реестр требований кредиторов должника, что подтверждается определением Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2019 по делу № А53-32531/2016, оставленным в силе постановлениями Пятнадцатого арбитражноо апелляционного суда от 27.12.2019 и Арбитражного суда Северо-Кавкахского округа от 27.05.2020.

Кроме того, аффилированность ООО "Агинский вольфрам" к ФИО9, а также обстоятельства вхождения ООО "РЭМЗ", ЗАО "Новоорловский ГОК" и ООО "Агинский вольфрам" в группу компаний ФИО9 установлены определением Арбитражного суда Ростовской области от 28.09.2020 по делу № А53-32511-311/2016 в рамках рассмотрения спора о признании недействительной сделки должника с ЗАО " Новоорловский ГОК".

В рамках рассмотрения дела о банкротстве ЗАО "Новоорловский ГОК" (А78-8206/2019) Арбитражным судом Забайкальского края также установлена аффилированность ООО "Агинский вольфрам" к ФИО9 и должнику в рамках рассмотрения споров о включении требований ООО "Молирен" и ООО "РОСТБИОТЕХ" в реестр требований кредиторов ЗАО "Новоорловский ГОК" (определение от 04.08.2020).

ООО "РЭМЗ" входило в группу металлургических компаний "ЭСТАР", подконтрольной бенефициару ФИО9, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2017 № 305-ЭС16-20387 по делу №А40-66515/2014, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 01.04.2019 по делу № а53-156/2016.

ООО "РЭМЗ" и предприятия группы Ломпром (ЗАО "Ломпром", ООО "Ломпром ДОН", ООО "Ломпром Ростов", ООО "Ломпром Шахты", ООО "Ломпром Подмосковье", ООО "Ломпром Воронеж", ООО "Ломпром Волгоград") входили в одну группу компаний "Эстар", подконтрольную ФИО9, который являлся генеральным директором ООО "РЭМЗ". ФИО9 осуществлял корпоративный контроль за деятельностью ООО "РЭМЗ" в период с 31.10.2010 (приобретение доли в обществе) до 09.02.2014 (назначение на должность генерального директора) и отстранения от занимаемой должности (10.12.2018).

Кроме того, в заключении об отсутствии признаком преднамеренного банкротства ООО "РНБ" от 24.04.2019 рабочей группой ГК "АСВ" установлена группа экономически взаимосвязанных заемщиков, исходя из анализа операций по расчетным счетам заемщиков банка, а также ее состав: ООО "Агинский вольфрам", ООО "ВМП Инвест", ООО "Завод универсальное оборудование", ООО "Ломпром Волгоград", ООО "Ломпром Саратов", ООО "Ломпром Шахты", ООО "РОСТБИОТЕХ", ООО "РостовСтальБетон", ООО РС, Фролово", ООО "РЭМЗ", ООО "ФЭСТ", ООО "Юпитер", ЗАО "Новоорловский ГОК", ООО "ЛУКУЛЛ".

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал доказанным факт аффилированности сторон оспариваемых сделок - ООО "РЭМЗ", ООО "Агинский вольфрам" и ООО "Ломпром Шахты", что следует в том числе, вступившими в законную силу судебными актами.

Условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 названного Кодекса).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Как следует из материалов дела, 28.06.2016 между обществом с ограниченной ответственностью "Агинский вольфрам" (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводь" (поставщик) заключен договор поставки № 25/16-АВ, по условиям которого поставщик обязуется поставить и передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора продукцию, указанную в спецификациях (пункт 1.1 договора).

Поставка может осуществляться поставщиком железнодорожным, автомобильным транспортом (пункт 3.1 договора).

На каждую партию продукции поставщик предоставляет следующие документы: оригинал счета-фактуры, оригинал товарно-транспортной накладной/транспортной железнодорожной накладной (квитанции), оригинал товарной накладной ТОРГ-12 в двух экземплярах, один экземпляр которой покупатель подписывает и высылает поставщику. Вышеуказанные документы передаются непосредственно представителю покупателя либо направляются покупателю заказным письмом с уведомлением о вручении (пункт 3.7 договора).

Во исполнение договора поставки № 25/16-АВ стороны подписали спецификацию № 1 от 28.06.2016, которой предусмотрена предоплата 100% в размере 50 000 000 руб., вывоз арматурного проката каждого профиля должен быть осуществлен не позднее2-х суток с даты окончания производства указанного профиля, срок оплаты - до 31.03.2016, срок поставки (отгрузки) - 30.04.2016.

Во исполнение договора покупателем - обществом с ограниченной ответственностью "Агинский вольфрам" 29..06.2016 осуществлен авансовый платеж на сумму 50 000 000 руб., обязательство по передаче товара не исполнено.

01 января 2016 года сторонами заключено соглашение о новации № 1, на основании которого обязательство должника по поставке продукции кредитору на общую сумму 49 795 327,20 руб. было заменено заемным обязательством на эту же сумму.

Согласно пункта 2.2 соглашения о новации должник принял на себя обязательство по возврату денежной суммы в срок до 16.02.2017.

Согласно пункту 2.3 соглашения о новации за пользование заемными средствами должник уплачивает кредитору 15% годовых от суммы займа.

В период с 30.11.2017 по 16.02.2017 должником в пользу ООО "Агинский вольфрам" во исполнение соглашения о новации осуществлены платежи на сумму 2 221 394,56 руб. Общая сумма процентов по соглашению о новации составила  8 215 160,43 руб.

Задолженность должника перед ООО "Агинский вольфрам" по соглашению о новации составила 58 010 487,52 руб., из них: 49 795 327,20 руб. - сумма займа, 8 215 160,43 руб. - проценты.

При этом общий размер платежей, совершенных должником в пользу ООО "Агинский вольфрам" в рамках исполнения договора поставки № 25/16-АВ и соглашения о новации № 1 от 01.11.2016 составил 4 991 067,36 руб.

В соответствии с договором уступки прав требования № ФИО10(РЭМЗ)-ЛШ/2018/3 от 31.07.2018, заключенным между ООО "Агинский вольфрам" и ООО "Ломпром Шахты" все права требования задолженности по соглашению о новации № 1 перешли от ООО "Агинский вольфрам" в пользу ООО "Ломпром Шахты".

Платежи за период с 28.07.2016 по 28.10.2016 на общую сумму 2 769 672,80 руб., совершенные должником по договору поставки № 25/16-АВ и соглашению о новации в пользу аффилированного лица - ООО "Агинский вольфрам", осуществлены в шестимесячный период до возбуждения производства по делу о банкротстве ООО "РЭМЗ" (05.12.2016), платеж 30.11.2016 в размере 616 319,21 руб. в течение 1 месяца до возбуждения дела, а в период с 29.12.2016 по 16.02.2017 в размере 1 605 075,35 руб.- после возбуждения дела о банкротстве должника.

Таким образом, договор поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 и платежи по нему в период с 28.07.2016 по 28.10.2016 на общую сумму 2 769 672,80 руб. подпадают в период подозрительности, предусмотренный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, платеж 30.11.2016 в размере 616 319,21 руб., а также платежи в период с 29.12.2016 по 16.02.2017 в размере 1 605 075,35 руб. подпадают под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Для признания платежей совершенных после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом необходимо доказать только факт предпочтительного удовлетворения требований ответчика перед требованиями других кредиторов должника (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Суд первой инстанции, проанализировав выписки по расчетным счетам должника, открытым в ПАО "Промсязьбанк" и ООО "Русский национальный банк", ПАО " ТКБ Банк" установил, что денежные средства в размере 50 000 000 руб., полученные должником по вышеуказанному договору поставки в тоже день (29.06.2016) перечислены в ООО "Русский национальный банк" на погашение основного долга по кредитному договору 

<

***> от 31.03.2016.

В дальнейшем в период подозрительности с 28.07.2016 по 16.02.2017 должник ежемесячно за счет своей выручки в размере 4 991 067,36 руб., полученной от осуществления им основной хозяйственной деятельности, производил как возврат денежных средств по договору поставки № 25/16-АВ, так и в последующем оплату процентов по заключенному соглашению о новации № 1 в пользу аффилированного лица ООО "Агинский вольфрам".

При этом фактически поставка продукции по спецификации№1 от 28.06.2016 к договору поставки № 25/16-АВ должником в пользу ООО "Агинский вольфрам" не осуществлялась. Денежные средства возвращались покупателю как излишне перечисленные, что свидетельствует об отсутствии у сторон намерений на создание реальных хозяйственных правоотношений по поставке товара. Целью заключения договора поставки №25/16-АВ являлось финансирование хозяйственной деятельности должника в преддверии его банкротства, что подтверждается заключенным впоследствии соглашением о новации № 1, в соответствии с которым первоначальное обязательство по поставке продукции заменено на процентный заем денежных средств у покупателя.

Отсутствие экономической целесообразности заключения договора поставки подтверждается тем, что ООО "Агинский вольфрам", согласно выписки из ЕГРЮЛ, ни в качестве основного, ни в качестве дополнительного вида деятельности не занимается куплей-продажей арматурного проката разного рода профилей. В качестве основного вида его деятельности является деятельность коммерческих, предпринимательских и профессиональных организаций, то есть деятельность по представлению интересов членов коммерческих организаций и организаций предпринимателей.

В связи с этим отсутствует экономическая целесообразность заключения договора поставки № 25/16-АВ, поскольку ответчиком не подтверждена необходимость приобретения произведенной должником продукции, в частности, металлопроката в промышленном масштабе (2 000 тонн).

Кроме того, как следует из заключения ООО "РНБ" (страница 96) объем операций ООО "Агинский вольфрам", связанных с ведением реальной финансово-хозяйственной деятельностью, близок к минимальному, что позволяет сделать вывод о том, что ООО "Агинский вольфрам" лишь формировало кредиторскую задолженность у металлургических компаний группы компаний ФИО9, в частности ООО "РЭМЗ", в отсутствие реальной хозяйственной необходимости в покупке товаров металлургического рынка.

Суд первой инстанции установил, что в данном случае не было реальной направленности перечислений ООО "Агинский вольфрам" в качестве предоплаты на поставку продукции. Возврат обществом "РЭМЗ" части полученных денежных средств и последующее подписание соглашения о новации отношений по поставке в заем, не соотносится с принципами разумного и добросовестного поведения сторон, в том числе по отношению к независимым кредиторам должника. Такое поведение должника по преобразованию обязательств по поставке в заемные обязательства (путем заключения соглашений о новации) было систематическим в 2016 - 2017 годах, непосредственно перед возбуждением дела о банкротстве ООО "РЭМЗ", а также после принятия заявления о признании должника банкротом, в ситуации неплатежеспособности и недостаточности имущества ООО "РЭМЗ".

Так, судом первой инстанции установлено, что 01.11.2016 ООО "РЭМЗ" подписало аналогичное соглашение о новации с ЗАО "Новоорловский ГОК" (эта новация признана недействительной вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ростовской области от 28.09.2020 по делу № А53-32531/2016). 

18.01.2017 аналогичное соглашение заключено с ООО "Ломпром Шахты (новация также признана недействительной вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.12.2020 по делу № А53-32531/2016.

Суд первой инстанции верно указал, что длительное накопление задолженности ООО "РЭМЗ" без наличия реальной возможности исполнения обязательств ввиду имущественного кризиса свидетельствует об изначальном отсутствии намерений у участников группы компаний ФИО9, аффилированных между собой, исполнять свои обязательства как по договорам поставки, так и по заключенным впоследствии соглашениям о новации.

В данном случае действия аффилированных лиц - ООО "РЭМЗ" и ООО "Агинский вольфрам" свидетельствуют о внутригрупповом характере движения денежных средств, перераспределении денежных средств внутри группы компаний, в результате чего был причинен вред независимым кредиторам ООО "РЭМЗ".

Установление процентной ставки по соглашению о новации имело целью наращивание подконтрольной кредиторской задолженности, позволяющей получить преимущественное удовлетворение требований аффилированных кредиторов по отношению к независимым кредиторам должника.

Такое поведение сторон, принимая во внимание возврат обществом "РЭМЗ" части предоплаты ответчику и подписание соглашения о новации отношений по поставке в заем, - не соотносится с принципами разумного и добросовестного поведения сторон, причинило ущерб независимым кредиторам должника - из имущественной массы должника, находящегося в состоянии неплатежеспособности, был изъят наиболее ликвидный актив (денежные средства).

Фактически действия аффилированных лиц - ООО "РЭМЗ" и ООО "Агинский вольфрам" свидетельствуют о внутригрупповом характере движения денежных средств, перераспределении денег внутри группы компаний, в результате чего был причинен вред независимым кредиторам ООО "РЭМЗ". Перечисление должником в ООО "Агинский вольфрам" платежей на общую сумму 4 991 067,36 руб. в связи с неосуществлением поставки продукции, чем создавалась видимость хозяйственных отношений, а также новация обязательств из поставки в заемное обязательство на сумму 49 795 327,20 руб. в отсутствие разумных экономических причин, - свидетельствует о намерении сторон создать фиктивные правоотношения по поставке, прикрывающих иные отношения, связанные с корпоративным участием в финансировании деятельности должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что договор поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 и платежи по нему в период с 28.07.2016 по 28.10.2016 на общую сумму 2 769 672,80 руб. подлежат признанию недействительными по основанию, предусмотренному пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, платеж 30.11.2016 в размере 616 319,21 руб., а также платежи в период с 29.12.2016 по 16.02.2017 в размере 1 605 075,35 руб. по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Поскольку сделки были совершены между заинтересованными лицами в ситуации неплатежеспособности ООО "РЭМЗ" и недостаточности его имущества, направлены на причинение ему вреда путем уменьшения размера его имущества в условиях неисполнения ООО "РЭМЗ" обязательств перед независимыми кредиторами (о чем не могло не знать заинтересованное лицо - ООО "Агинский вольфрам"), договор поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 и платежи по нему в период с 28.07.2016 по 28.10.2016 на общую сумму 2 769 672,80 руб. подлежат признанию недействительными также по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения (новация). По смыслу указанной нормы материального права новация представляет собой соглашение, по которому стороны заменяют одно связывающее их обязательство каким-либо другим, новым обязательством. Новация считается состоявшейся при наличии ряда условий, а именно: соглашение сторон о замене одного обязательства другим; сохранение того же состава участников; действительность первоначального и нового обязательства; допустимость замены первоначального обязательства новым; изменение предмета или способа исполнения.

Из смысла статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для осуществления новации необходимо, чтобы и первоначальное и новое обязательство были действительными, то есть новое обязательство должно быть принято лицом в порядке и с соблюдением требований, установленных нормами действующего законодательство. Недействительность первоначального обязательства означает недействительность основанного на нем нового обязательства.

Учитывая, что договор поставки признан недействительным, соглашение о новации, как следствие также является недействительным.

Последствием недействительности будет взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 4 991 067,36 руб., а также признание отсутствующей задолженности общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» и обществом с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты».

13.12.2016 года между обществом с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводь" (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью "Агинский вольфрам" (покупатель) заключен договор поставки № 26/16-АВ, по условиям которого поставщик обязуется поставить и передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора продукцию, указанную в спецификациях (пункт 1.1 договора).

Во исполнение договора поставки № 26/16-АВ стороны подписали спецификацию № 1 от 13.12.2016, которой предусмотрена предоплата 100% в размере 120 000 000 руб., срок поставки (отгрузки) - 31.12.2016.

Во исполнение договора покупателем - обществом с ограниченной ответственностью "Агинский вольфрам" 13..12.2016 осуществлен авансовый платеж на сумму 120 000 000 руб., обязательство по передаче товара не исполнено.

Еще до истечения срока исполнения должником обязательства по поставке продукции, 27.12.2016 сторонами заключено соглашение о новации № 1/26, на основании которого обязательство должника по поставке продукции кредитору на общую сумму 120 000 000 руб. было заменено заемным обязательством на эту же сумму.

За пользование заемными средствами должник уплачивает кредитору 16% годовых от суммы займа.

В соответствии с договором уступки прав требования № ФИО10(РЭМЗ)-ЛШ/2018/1 от 31.07.2018, заключенным между ООО "Агинский вольфрам" и ООО "Ломпром Шахты", все права требования задолженности по соглашению о новации № 1/26/16-АВ перешли от ООО "Агинский вольфрам" к ООО "Ломпром Шахты".

Анализ выписок по расчетным счетам должника, открытым в ПАО "Промсязьбанк" и ООО "Русский национальный банк", ПАО " ТКБ Банк" свидетельствует о том,, что денежные средства в размере 120 000 000 руб., полученные должником по вышеуказанному договору поставки в тоже день (13.12.2016) были перечислены должником в качестве оплаты по хозяйственным договорам в пользу аффилированных лиц ООО "Завод универсальное оборудование" в размере 25 000 000 руб. и ООО "Ломпром Шахты" в размере 95 000 000 руб.

При этом денежные средства, перечисленные ООО "Агинский вольфрам" в качестве предоплаты по вышеуказанному договору поставки №26/16-АВ в пользу должника, были получены ответчиком посредством получения кредита от ООО "Русский национальный банк" в размере 170 000 000 руб., что подтверждается заключением ООО "РНБ" (стр. 5960).

В тот же день ООО "Ломпром Шахты"полученные от должника денежные средства почти в полном объеме (94 000 000 руб.) перечислило вновь в пользу должника по договору поставки от 01.032016 № 31/16-Р.

Денежные средства в пользу ООО "Завод универсальное оборудование" перечислены должником в размере 25 000 000 руб. с назначением платежа "предоплата за проволоку порошковую договор 2/16-12 от 13.12.2016". При этом документы, подтверждающие как заключение договора поставки, так и его фактическое исполнение со стороны поставщика - ООО "Завод универсальное оборудование" у конкурсного управляющего отсутствуют. Кроме того, денежные средства в размере 25 000 000 руб. ООО "Завод универсальное оборудование" в тот же день (13.12.2016) были возвращены должнику с назначением платежа "возврат предоплаты по договору 1/15-3 от 06.03.2015 за порошковую проволоку".

В пользу ООО "Агинский вольфрам" в рамках соглашения о новации №1/26/16-АВ осуществлены платежи 29.12.2016 в размере 944 262,30 руб. и 31.01.2017 в размере 1 630 684,93 руб. При этом оплата процентов по соглашению о новации должником производилась за счет денежных средств, полученных от реальной выручки должника, зачисленной на счет от продажи валюты, а также средств, полученных от независимых предприятий в рамках исполнения хозяйственных договоров.

Оспариваемый договор поставки №26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации от 27.12.2016 и платежи по нему совершены после принятия заявления о признании должника банкротом (05.12.2016) и могут быть оспорены по основания пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В определении Арбитражного суда Ростовской области от 06.09.2019 по делу № А53-32531/2016 установлена аффилированность и подконтрольность ФИО9 ООО "Завод универсальное оборудование".

В данном случае также имели место не реальные хозяйственные отношения, а перераспределение денежных средств внутри группы, прикрываемые мнимыми сделками, в ущерб интересам независимых кредиторов.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что такое перечисление денежных средств в рамках договора поставки носит транзитный характер, посредством оспариваемого договора происходило перераспределение денежных средств внутри группы компаний, подконтрольных ФИО9

Поскольку ООО "Агинский вольфрам" является заинтересованным лицом по отношению к должнику и также находилось под контролем ФИО9, отсутствуют документы, подтверждающие реальное исполнение договора поставки № 26/16-АВ, суд первой инстанции правомерно признал, что договор поставки № 26/16-АВ с последующим соглашением о новации являются мнимой сделкой, направленной на создание видимости хозяйственных отношений и искусственной задолженности с целью вывода активов должника в преддверии его банкротства. Вышеуказанные платежи были совершены между заинтересованными лицами в ситуации неплатежеспособности должника и недостаточности его имущества, направлены на причинение ему вреда путем уменьшения размера его имущества на общую сумму 2 574 947,23 руб. и повлекли данные последствия, о чем не могло не знать заинтересованное лицо - ООО "Агинский вольфрам".

Суд учитывает, что при наличии уже существовавшей задолженности по договору поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016, по которому ответчиком должнику было перечислено 50 000 000 руб., заключение аналогичного договора на сумму 120 000 000 руб. после возбуждения дела о банкротстве должника может свидетельствовать лишь о стремлении перераспределения средств и искусственного наращивания задолженности.

Оспариваемый договор поставки №26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации от 27.12.2016 и платежи по нему совершены после принятия заявления о признании должника банкротом (05.12.2016) и подлежат признанию недействительными по основания пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Последствием недействительности сделки будет взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 2 574 947,23 руб. и признание отсутствующей задолженность общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» и обществом с ограниченной ответственностью «Ломпром Шахты».

29.03.2016 между ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический заводь" (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью "Агинский вольфрам" (покупатель) заключен договор поставки № 64/16-Р, по условиям которого поставщик обязуется поставить и передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора продукцию, указанную в спецификации.

Во исполнение договора поставки стороны подписали спецификацию №1 от 29.03.2016, согласно которой предусмотрена предоплата 100% в размере 50 000 006,78 руб., вывоз арматурного проката каждого профиля должен быть осуществлен не позднее 2-х суток с даты окончания производства указанного профиля, срок поставки (отгрузка) -30.04.2016.

29.03.2016 ООО "Агинский вольфрам" осуществило предоплату по данному договору поставки в размере 50 000 006,78 руб.

Как следует из анализа движения денежных средств должника по счетам, полученные денежные средства в размере 34 125 000 руб. в тот же день были переведены должником на свой другой расчетный счет в ПАО "ТКБ Банк", а оставшаяся часть израсходована на оплату своих обязательств перед независимыми кредиторами по кредитным договорам перед ПАО ТКБ Банк, а также на оплату задолженности в рамках исполнительного производства перед АО "Трубная Грузовая Компания".

За период с 29.04.2016 по 28.06.2016 должник за счет своей реальной выручки произвело полный возврат денежных средств ООО "Агинский вольфрам", полученных по договору поставки № 64/16-Р.

Фактически поставка продукции по указанному договору не осуществлялась. Денежные средства возвращались покупателю как излишне перечисленные, что свидетельствует об отсутствии у сторон намерений на создание реальных хозяйственных отношений по поставке товаров. Целью заключения договора поставки № 64/16-Р являлось именно финансирование хозяйственной деятельности должника в преддверии его банкротства.

В заключении ООО "РНБ" (стр. 59-60) установлено, что в период с 01.06.2016 по 27.02.2017 за ООО "Агинский вольфрам" числилось 5 кредитов, по которым было предоставлено в общей сложности 497 306 тыс. руб. При этом анализ целевого использования кредитных средств показывает, что большая часть денежных средств в размере 170 000 тыс. руб. была направлена в адрес ООО "РЭМЗ" на расчетные счета в ПАО "Промсвязьбанк" и ПАО ТКБ Банк.

Выдача денежных средств ООО "РНБ" в рамках кредита ООО "Агинский вольфрам" в целях оплаты экономически невостребованного для аффилированного лица товара является экономически нецелесообразным действием, направленным на компенсационное финансирование деятельности должника в преддверии его банкротства.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что спорным договором поставки № 64/16-Р фактически прикрывалось компенсационное финансирование должника.

В данном случае договор поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 и платежи по нему от 29.04.2016, 30.05.2016 совершены должником в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (05.12.2016) и могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, платеж от 28.06.2016 совершен в период подозрительности, предусмотренной пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка и платежи по ней совершены с целью причинения вреда имущественным правам независимых кредиторов, о чем знало ООО "Агинский вольфрам". Реального исполнения договора № 64/16-Р от 29.03.2016 не было, что свидетельствует о мнимости этого договора, а также о том, что аффилированными лицами осуществлялся вывод активов должника, находящегося в состоянии имущественного кризиса.

В данном случае договор поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 и платежи по нему подлежат признанию недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 3 статьи 61.3, а также пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Сделки совершены между аффилированными лицами, ООО "Агинский вольфрам" располагало сведениями о неплатежеспособности должника, в результате их совершения причинен вред кредиторам.

Наряду с этим платежи, совершенные в течение шести месяцев до принятия судом заявления о признании должника банкротом, выполнены в пользу аффилированного лица, которому было известно о неплатежеспособности должника). В результате совершения должником вышеуказанных платежей аффилированному лицу - ООО "Агинский вольфрам" были получены денежные средства в предпочтительном порядке перед независимыми кредиторами должника. Поскольку перечисление денежных средств повлекло за собой оказание предпочтения одному кредитору перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, суд пришел к выводу о том, что требование конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств подлежит удовлетворению.

Последствием недействительности сделки будет взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» 50 000 006,78 руб., а также признание отсутствующей задолженности общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводь» перед обществом с ограниченной ответственностью «Агинский вольфрам».

ООО "Агинский вольфрам", возражая против заявленных требований, указало, что оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Суд первой инстанции, отклоняя данные доводы, верно исходил из следующего. 

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Согласно пункту 14 постановления № 63, при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени.

К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Вместе с тем, к сделкам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, являясь осведомленным о факте неплатежеспособности (недостаточности средств) должника.

В данном случае ответчик, как аффилированное (заинтересованное) лицо по отношению к должнику, находящееся под единым контролем, не могло не знать на момент совершения оспариваемых сделок и платежей по ним о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Сделки носили мнимый характер, поскольку прикрывали реальные намерения сторон по перераспределению денежных средств внутри группы.

ООО «Агинский вольфрам» заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Исследуя вопрос о применении срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ № 63 устанавливает, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполнявший его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.04.2019 (резолютивная часть судебного акта объявлена 19.04.2019) общество с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

С заявлением об оспаривании сделок должника конкурсный управляющий посредством электронной системы "Мой арбитр" обратился 30 03.2020, то есть в пределах годичного срока.

При этом анализ хозяйственной деятельности должника носит трудоемкий характер. Доказательств того, что временный управляющий ФИО8, утвержденный определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.10.2017 (резолютивная часть судебного акта объявлена 10.10.2017), обладал сведениями о наличии оснований для оспаривания исследуемых в рамках настоящего обособленного спора сделок до введения конкурсного производства, ответчиком не представлено.

В связи с чем конкурсным управляющим заявление подано в пределах срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В своей апелляционной жалобе ООО «Агинский вольфрам» выражает несогласие с выводами суда первой инстанции об его аффилированности с ООО «РЭМЗ» и подконтрольности ФИО9 на момент совершения спорных сделок. По мнению ООО «Агинский вольфрам» в деле отсутствуют относимые и допустимые доказательства аффилированности должника и общества, судебные акты не содержат выводов об аффилированности ООО «РЭМЗ» и ООО «Агинский вольфрам».

Суд апелляционной инстанции, исследовав доводы апелляционной жалобы, признает их необоснованными. 

Так, в принятом Арбитражным судом Северо-Кавказского округа судебном акте прямо указано об аффилированности ООО «Агинский вольфрам» с ООО «РЭМЗ» и данный факт никак не опровергнут ответчиком, суд кассационной инстанции признал доказанным данный факт:

- постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.05.2020 по делу № А53-32531/2016, оставленное без изменения определением Верховного Суда РФ от 28.08.2020 (по делу об отказе во включении требований ООО «Агинский вольфрам» в реестр требований ООО «РЭМЗ») (стр. 4-5), указано, что суды установили, что должник и ООО «Агинский вольфрам» являются аффилированными лицами, так как учредителем общества является ЗАО «Новоорловский горно-обогатительный комбинат» (ИНН 

<

***>), который является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Согласно данным ЕГРЮЛ с 09.08.2011 по настоящее время единственным участником ООО «Агинский вольфрам» является ЗАО «Новоорловский ГОК», аффилированность которого к должнику и подконтрольность ФИО9 также установлена и признана доказанной судом кассационной инстанции в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.06.2020 по делу № А53-32531/2016 (по делу об отказе во включении требований ЗАО «Новоорловский ГОК» в реестр требований ООО «РЭМЗ») (стр. 5-6 судебного акта).

Довод заявителя жалобы о несогласии с выводами суда о нахождении должника в ситуации имущественного кризиса, наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества на момент совершения спорных сделок, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, а также нормам материального и процессуального права.

Заявитель жалобы не учитывает наличие постоянной убыточной деятельности должника (с момента заключения мирового соглашения (после 2010 года)) (в 2015 году - 3 080 529 тыс. руб.; в 2016 году - 1 310 236 тыс. руб.), отсутствие у него свободных денежных средств, наличие стабильно растущей кредиторской задолженности (в основном сформированной ссудами) (в 2014 году -2 613 959 тыс. руб.; в 2015 году - 3 474 265 тыс. руб.; в 2016 году - 4 980 447 тыс. руб.; в 2017 году -10 194 201 тыс. руб.) и расходов на поддержание жизнедеятельности предприятия (по заработной плате, коммунальным платежам, ремонту оборудования и техники и т.д.), в т.ч. на оплату обязательных платежей (налогов, сборов, различных взносов), значительно превышавших в своей совокупности размер его выручки, что не позволяло должнику самостоятельно (без обращения за финансовой помощью к третьим лицам) рассчитаться по просроченным долгам без образования новых просроченных долгов.

Должник уже на 05.12.2013 отвечал признакам неплатежеспособности ввиду наличия просроченной задолженности перед своими кредиторами, что подтверждается следующими вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда Ростовской области:

- решением от 01.04.2013 по делу № А53-1748/13 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2013) (взыскатель - ООО «Спецзащита»);

- решением от 12.08.2013 по делу № А53-2234/2013 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2013) (взыскатель - ЗАО «Репнянское КУ»);

- решением от 30.10.2013 по делу № А53-18170/13 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2014) (взыскатель - ООО «Теплоэнерго»);

- решением от 13.11.2013 по делу № А53-17575/13 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2014) (взыскатель - ООО «Пром Проект»);

- решением от 02.12.2013 по делу № А53-18966/13 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2014) (взыскатель - ООО Строительная Компания «Константа»);

- решением от 27.01.2014 по делу № А53-18763/13 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2014) (взыскатель - ООО «Альфа»);

- решением от 20.01.2014 по делу № А53-17499/13 (оставлено без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2014) (взыскатель - ООО «ТехЭнергоХимГрупп»);

-постановления Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2014 (на сумму 150 млн. руб.), от 23.01.2015 (на сумму 317 млн. руб.) по делу № А53-19166/2013 (взыскатель - ООО «ТРАК» (правопреемник - ООО «Средний 44») и т.д.

При этом у должника также имелось неисполненное мировое соглашение, утвержденное определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.01.2010 по делу № А53-13332/2009, общий размер требований по которому составлял 17 387 145 529,44 руб., и по которому должник прекратил осуществлять выплаты начиная с 17.07.2013, что подтверждается решениями Арбитражного суда Ростовской области от 16.05.2014 по делу № А53-1183/2014, от 01.09.2014 по делу № А53-9904/2014, от 30.09.2014 по делу № А53-12027/2014, от 31.10.2014 по делу № А53-21931/2014, от 25.02.2015 по делу № А53-23663/2014.

При этом ранее в отношении ООО «РЭМЗ» уже подавались заявления о признании его банкротом по делу № А53-23604/2015 (заявитель - ООО «МДС-МЕТАЛЛ») и по делу № А53-2248/2015 (заявитель ООО «Средний 44»).

Общий размер исковых требований, предъявленных ООО «РЭМЗ» только за 3 месяца 2016 года, составил 195 872 633,12 руб. В 2015 году было предъявлено более 80 (восьмидесяти) исков на общую сумму более 1 млрд. рублей.

Также на дату совершения оспариваемых платежей по договору размер денежных обязательств должника уже превышал стоимость его имущества и активов. По данным бухгалтерского баланса должника в 2015 году стоимость активов составила 10,5 млрд. рублей, а сумма краткосрочных и долгосрочных обязательств - 12,1 млрд. рублей. В 2016 году стоимость активов должника составила 11,3 млрд. рублей, а сумма обязательств - 14,3 млрд. рублей.

При этом большая часть имущества ООО «РЭМЗ» на дату совершения оспариваемых сделок уже находилась в залоге у ПАО «Промсвязьбанк» по обязательствам организации, а более половины всех активов должника составляли вложения во внеоборотные активы и дебиторская задолженность (общий размер дебиторской задолженности и вложений во внеоборотные активы составлял: в 2015 году - 5 260 460 тыс. руб. (50 % от всех активов должника); в 2016 году - 6 460 287 тыс. руб. (57 % от всех активов должника)). При этом финансовые вложения должника по данным бухгалтерских балансов сформированы требованиями к аффилированным к нему лицам (ATRIX BV (единственный участник должника), ATRIX Holding BV (управляющий директор единственного участника должника), ФИО9 (конечный бенефициар), ООО «Ломпром Центр», ООО «ТракСервис М4» (дочернее общество), ООО «ДонАвтоЛогистика» (дочернее общество), ООО «Завод универсальное оборудование» (дочернее общество).

Кроме того, по данным бухгалтерской отчетности должника (отчетов об изменении капитала) чистые активы ООО «РЭМЗ» систематически уменьшались и имели отрицательное значение, начиная как минимум с 2015 года (в 2015 году - «минус» 1 728 449 тыс. руб.; в 2016 году - «минус» 3 038 936 тыс. руб.).

Следовательно, содержащиеся в балансе должника за 2016 года сведения свидетельствуют об отсутствии положительной динамики финансового состояния должника. 

Вышеприведенные обстоятельства по делу никем не опровергнуты, иного в материалы дела не представлено. 

При этом по данным отчета ООО «РЭМЗ» о финансовых результатах на 2016 год приходится значительное снижение (на 47 %) выручки должника до 8 003 266 тыс. руб. по сравнению с 2014 годом, в котором выручка составила 15 062 698 тыс.руб., что согласно п.3.4 Обзора Верховного Суда РФ от 29.01.2020 является дополнительным признаком неплатежеспособности должника.

Кроме того, заявитель жалобы не учитывает тот факт, что для продолжения своей производственной (хозяйственной) деятельности, и соответственно, исполнения судебных решений о взыскании с должника просроченной задолженности в пользу независимых кредиторов, должник использовал займы (кредиты) фактически аффилированных к нему лиц, а не свою прибыль, которая как таковая как минимум с 2015 года отсутствовала.

Кроме того, как следует из постановлений Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.06.2020, от 15.07.2020 по делу № А53-32531/2016, принятых по итогам рассмотрения обособленных споров о признании сделок недействительными, заключенных с ПАО «Промсвязьбанк», суд посчитал доказанными выводы о наличии у должника признаков неплатежеспособности уже как минимум в 2016 году:

По мнению заявителя жалобы суд первой инстанции ошибочно признал недействительными договоры поставки с соглашениями о новации, а также произведенные по ним платежи должника с 29.04.2016 по 16.02.2017 по специальным основаниям п. 2 ст. 61.2, п. 2, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, как сделки, причинившие ущерб кредиторам ООО «РЭМЗ» и совершенные с предпочтительностью в отношении отдельного кредитора должника. Как полагает ООО «Агинский вольфрам», договоры поставки с соглашениями о новации не являются мнимыми сделками.

Однако заявитель жалобы не учитывает, что при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Отсутствие экономической целесообразности совершения оспариваемой сделки может свидетельствовать с позиции Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 31.08.2020 № 308-ЭС19-9133(17) по делу № А25-2825/2017, о заключении договора с целью создания искусственной задолженности, т.е. о злоупотреблении правом и недействительности совершенной сделки:

Вступившим в законную силу постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.05.2020 по делу № А53-32531/2016 установлена аффилированность ООО «РЭМЗ» и ООО «Агинский вольфрам», а также их вхождение в одну группу лиц, полностью контролируемую ФИО9

Вследствие аффилированности данных лиц между собой и подконтрольности их ФИО9 стало возможным составление договоров поставки с соглашениями о новации. Подконтрольность ООО «РЭМЗ» и ООО «Агинский вольфрам» одному лицу - ФИО9 объясняет согласованность их действий по перечислению денежных средств в рамках исполнения указанных соглашений.

В силу п. 15 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны аффилированного лица, находящегося также как и должник под единым контролем ФИО9 - ООО «Агинский вольфрам». Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам ст. 10, 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

В силу того, что ООО «Агинский вольфрам» является заинтересованным лицом по отношению к должнику и находится так же, как и должник под контролем одного и того же лица - ФИО9, осуществление ООО «Агинский вольфрам» платежей в рамках договоров поставки металлургической продукции с последующим возвратом должником этих платежей за счет своей реальной выручки от осуществления хозяйственной деятельности в связи с неосуществлением поставки продукции (чем создавалась видимость хозяйственных отношений), а также новация обязательств из поставок в заемные обязательства, в отсутствие на то каких-либо разумных экономических причин - может свидетельствовать об изначальном намерении сторон создать фиктивные правоотношения по поставке и предоставлению займа, прикрыв этим иные отношения, связанные с корпоративным участием в финансировании деятельности должника, либо по созданию искусственной задолженности путем перераспределения денежных средств внутри группы компаний с целью последующего вывода активов должника, что говорит об их ничтожности на основании ст. ст. 10, 170 ГК РФ.

Учитывая отсутствие экономической целесообразности совершения спорных сделок по поставке (Договор поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016), а также позицию Верховного Суда РФ, изложенную в определении от 31.08.2020 № 308-ЭС19-9133(17) по делу № А25-2825/2017, заключение указанных договоров имело целью создание искусственной задолженности, что говорит о злоупотреблении правом со стороны ООО «Ломпром Шахты» и недействительности (ничтожности) совершенных сделок в порядке ст. ст. 10, 170 ГК РФ.

Кроме того, учитывая корпоративный (а не гражданско-правовой) характер Договора поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016, оплата должником процентов якобы во исполнение данных сделок на общую сумму 4 991 067,36 рублей фактически представляла собой выплату дивидендов в обход закона - ст. 28 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Корпоративные выплаты происходят исключительно за счет прибыли компании, которой на момент совершения спорных сделок у должника не было ввиду убыточности его деятельности и значительного объема неисполненных долговых обязательств, что уже само по себе влечет недействительность данных платежей на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Дополнительные доводы заявителя жалобы со ссылкой на постановление суда кассационной инстанции от 18.03.2021 по настоящему делу, согласно которому суд отказал в признании недействительной сделкой соглашения о новации от 01.11.2016, заключенного должником и ЗАО «Новоорловский горно-обогатительный комбинат», подлежат отклонению судебной коллегией. 

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что выводы о мнимости Договоров поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016, № 26/16-АВ от 13.12.2016, по которым были заключены соглашения о новации, в том числе об их корпоративном характере (отношения по поводу увеличения уставного капитала должника), подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами, являющимися в данном случае преюдицией. 

В частности, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.05.2020 по делу № А53-32531/2016 (по делу об отказе во включении требований ООО «Агинский вольфрам» в реестр требований ООО «РЭМЗ») (стр. 7-8 судебного акта).

В рамках данного обособленного спора суды, в том числе Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, пришли к выводу о том, что к требованиям ООО «Агинский вольфрам», основанным на Договорах поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016, № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашениями о новации может быть применен подход, изложенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2).

Соответственно, вывод о мнимости Договоров поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016, № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашениями о новации уже является установленным вступившими в законную силу судебными актами и, соответственно, имеет преюдициальную силу, как для должника, так и для ООО «Агинский вольфрам», что прямо следует из постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.05.2020 по делу № А53-32531/2016 (по делу об отказе во включении требований ООО «Агинский вольфрам» в реестр требований ООО «РЭМЗ»).

Судебная коллегия также учитывает, что оспариваемые платежи, совершенные в рамках Договора поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016 за период с 29.12.2016 по 16.02.2017 на общую сумму 1 605 330,52 руб., а также Договора поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016 за период с 29.12.2016 по 31.01.2017 на общую сумму 2 574 947,23 руб., не являются текущими платежами и в любом случае нарушают очередность удовлетворения требований кредиторов должника в силу следующего.

Во-первых, все оспариваемые платежи совершены в рамках мнимых сделок (ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ), связанных с созданием через Договор поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016 искусственной задолженности путем перераспределения денежных средств внутри группы компаний с целью последующего вывода активов должника с использованием расчетного счета должника в качестве транзитного.

Во-вторых, поскольку первоначальные обязательства из Договора поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 возникли, а соглашение о новации № 1 от 01.11.2016 заключено до возбуждения дела о банкротстве должника (05.12.2016), то в силу п. п. 3, 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» платежи, совершенные в рамках исполнения Соглашения о новации № 1 от 01.11.2016, в соответствии со ст. 5 Закона о банкротстве не могут являться текущими.

В-третьих, отсутствие текущего характера у платежей, совершенных в пользу ООО «Агинский вольфрам» в рамках Договора поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016, а также Договора поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016, подтверждается вступившими в законную силу судебными актами, в т.ч. постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.05.2020 по делу № А53-32531/2016, которыми было отказано во включении требований ООО «Агинский вольфрам», основанных на указанных договорах и соглашениях, в реестр требований ООО «РЭМЗ» по причине мнимости заключенных с должником сделок, а также их корпоративного характера.

Суды при рассмотрении заявления ООО «Агинский вольфрам» о включении в реестр требований кредиторов ООО «РЭМЗ» отметили, что поскольку на дату принятия апелляционного постановления Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц не был утвержден, а требования аффилированных лиц, предоставивших компенсационное финансирование, согласно сложившейся судебной практики не подлежали включению в реестр требований кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1,2)), суд апелляционной инстанции отказал заявителю в удовлетворении требований в размере 58 010 487,52 рублей.

По мнению заявителя жалобы суд неправомерно признал задолженность должника по договорам поставки и соглашениям о новации перед аффилированными лицами - ООО «Агинский вольфрам» и ООО «Ломпром Шахты» отсутствующей; должен был применить двустороннюю реституцию.

Данный довод заявителя жалобы признается судебной коллегией необоснованным, поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Так, оспариваемые конкурсным управляющим сделки совершены между аффилированными лицами с явным злоупотреблением правом, а также с целью перераспределения денежных средств внутри группы компаний, вывода активов должника, создания у него искусственной кредиторской задолженности и причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, что свидетельствует об их недействительности на основании ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ и применении в качестве последствий недействительности сделки односторонней реституции в виде взыскания с ООО «Агинский вольфрам» денежных средств в конкурсную массу должника и признания отсутствующей задолженности ООО «РЭМЗ» перед ООО «Агинский вольфрам» и ООО «Ломпром Шахты».

В данном случае признание задолженности должника отсутствующей в качестве применения последствия недействительности сделки соответствует требованиям ст. 12 ГК РФ, в соответствии с которой, защита гражданских прав осуществляется путем пресечения действий, создающих угрозу нарушения прав, а также путем признания права и прекращения правоотношения.

Из положений ст. 10 ГК РФ следует, что действия по реализации имеющихся прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка в результате целенаправленного вывода активов должника (п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 32)).

В п. 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.11.2008 № 127 Об обзоре практики применения арбитражными судами ст. 10 ГК РФ (далее - Информационное письмо ВАС РФ № 127) указано, с учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом, возможность квалификации судом действий лица как злоупотребления правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление права противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания п. 2 ст. 10, ст. 168 ГК РФ.

Согласно п.п. 9-10 Информационного письма ВАС РФ № 127 злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является нарушением закона (ст. 10 ГК РФ) и, как следствие, основанием для признания этих сделок ничтожными в силу ст. 168 ГК РФ.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 4 Постановления Пленума № 63, п. 10 Постановления Пленума № 32 наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ).

В данном случае поведение сторон сделок являлось недобросовестным, поскольку было направлено на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в отсутствие каких-либо разумных экономических мотивов заключения договоров поставки с соглашениями о новации.

В заключении оспариваемых договоров отсутствует не только экономическая целесообразность, но и обоснованность, разумность и добросовестность.

Правоотношения заявителя жалобы и должника в рамках заключенных Договоров поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016, Договора поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 только формально имеют гражданско-правовую природу, а фактически носят корпоративный характер и представляют собой способ перераспределения денежных средств внутри группы компаний, принадлежащих ФИО9

Данные выводы подтверждаются также вступившими в законную силу, имеющими преюдициальный характер для участников спора судебными актами, в том числе постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.05.2020 по делу № А53-32531/2016, которыми было отказано во включении требований ООО «Агинский вольфрам», основанных на указанных договорах и соглашениях, в реестр требований ООО «РЭМЗ».

Довод заявителя жалобы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на оспаривание сделок также признается судебной коллегией несостоятельным. 

В соответствии с п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу разъяснений, приведенных в п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ (в редакции Закона № 100-ФЗ, вступившей в силу с 01.09.2013), срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В п. 9 ст. 3 Закона № 100-ФЗ указано, что установленные положениями Гражданского кодекса РФ (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

В определениях Верховного Суда РФ от 10.04.2015 по делу № А55-3371/2013, от 05.11.2015 по делу № А40-79862/2011, от 11.03.2016 по делу № А09-7230/2012, от 21.02.2017 по делу № А78-469/2016 изложена правовая позиция, предложенная постановлением Пленума ВАС РФ № 60, о правилах исчисления сроков исковой давности, согласно которой по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу п. 1 ст. 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

При этом указано, что постановление Пленума ВАС РФ № 60 издано после официального опубликования Закона № 100-ФЗ и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции п. 1 ст. 181 ГК РФ, измененной Законом № 100-ФЗ.

Ранее действовавшая редакция п. 1 ст. 181 ГК РФ связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Даже если исходить не из даты введения процедуры конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего должника (19.04.2019, ранее которой у конкурсного управляющего появилась возможность узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделок недействительными в том числе в порядке ст. 61.1 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 18, 170 ГК РФ), а из даты введения первой процедуры банкротства должника - наблюдения (10.10.2017) (исходя из позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 10.04.2015 по делу № А55-3371/2013), то срок на признание недействительными Договора поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016, Договора поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016, Договора поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 и произведенных по ним платежей должника, а также применение последствий признания их недействительными по ст. ст. 10, 167, 168, 170 ГК РФ для конкурсного управляющего должника в любом случае не является пропущенным.

При этом конкурсный управляющий должника оспаривает не только сам Договор поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с соглашением о новации № 1 от 01.11.2016, Договор поставки № 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации № 1/26/16-АВ от 27.12.2016, Договор поставки № 64/16-Р от 29.03.2016, но также и произведенные по ним с 29.04.2016 по 16.02.2017 платежи должника по специальным основаниям п. 2 ст. 61.2, п. 2, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, как сделки, причинившие ущерб кредиторам ООО «РЭМЗ» и совершенные с предпочтительностью в отношении отдельного кредитора должника, что отражено в первоначально поданном иске об оспаривании сомнительных сделок.

Довод ООО «Агинский вольфрам» о том, что спорные сделки являются совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, в связи с чем к данным отношениям подлежит применению п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве является ошибочным, основан на неверном толковании норм материального права, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Согласно п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве для того, чтобы можно было оспорить сделку по п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, сделка должна:

- либо выходить за рамки обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником;

-либо превышать один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Во-первых, конкурсный управляющий оспаривает сделки по п. 2 ст. 61.2, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ, к которым п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве не применим.

Во-вторых, бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки, т.е. на ООО «Агинский вольфрам» (п. 14 постановления Пленума № 63).

Как указано в определениях Верховного Суда РФ от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396, от 22.05.2017 № 305-ЭС16-20779(1,3) по делу № А40-154909/2015, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 31.07.2019 по делу № А53-2505/2017, к сделкам, предусмотренным п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве, не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника.

В данном случае ООО «Агинский вольфрам» как аффилированное (заинтересованное) лицо по отношению к должнику, находящееся под единым контролем ФИО9, как ранее уже было отмечено, не могло не знать на момент совершения оспариваемых сделок (в т.ч. платежей) о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Соответственно, предоставляя должнику денежные средства на сумму 50 000 000 рублей по Договору поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016, а также на сумму 50 000 006,78 рублей по Договору поставки № 64/16-Р от 29.03.2016, тем самым помогало ему скрывать давно наступивший имущественный кризис, не обращаться в суд с заявлением о собственном банкротстве, как это установлено Законом о банкротстве, создавая видимость перед независимыми кредиторами некоего финансового благополучия. Такое поведение аффилированного к должнику лица - ООО «Агинский вольфрам» нельзя считать добросовестным.

Соответственно, осведомленность ответчика о факте неплатежеспособности (недостаточности средств) должника при получении от него платежей, носящих корпоративный характер в обход норм закона о возврате приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования должника не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника, прямо свидетельствует с учетом позиции Верховного Суда РФ о недобросовестности контрагента несостоятельного должника (ООО «Агинский вольфрам»), а также невозможности применения п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве к данным отношениям, возникшим из возврата должником капиталозамещающего финансирования по:

-Договору поставки № 25/16-АВ от 28.06.2016 с Соглашением о новации № 1 от 01.11.2016 за период с 28.07.2016 по 16.02.2017 на общую сумму 4 991 067,36 рублей,

-Договору поставки № 64/16-Р от 29.03.2016 за период с 29.04.2016 по 28.06.2016 на общую сумму 50 000 006,78 рублей.

По мнению заявителя жалобы, суд первой инстанции неправомерно пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления кредитора (ООО «Мечел-Сервис») о фальсификации доказательств (трастовых деклараций и передаточных распоряжений).

Представленные ответчиком копии трастовых деклараций и передаточных распоряжений не имеют отношения к предмету настоящего обособленного спора. Данные документы не отвечают требованиям относимости и допустимости (ст. 67, 68 АПК РФ).

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что представленные копии трастовых деклараций и передаточных распоряжений не содержат достаточных данных, позволяющих идентифицировать личности владельцев офшорных компаний; имеют существенные различия с аналогичными трастовыми декларациями и передаточными распоряжениями, находящимися в материалах дел иных обособленных споров; правомерно указано, что документы, в нарушение положений ст. ст. 68, 75 АПК РФ, представлены ответчиком в ненадлежащем виде, поскольку у большинства представленных иностранных документов нет апостиля либо он совсем не читается, что в совокупности не позволяет их считать допустимыми доказательствами.

К надлежащим образом заверенным копиям документов относятся только те копии, идентичность которых удостоверена нотариально либо заверена подписью компетентного должностного лица с приложением печати организации, от которой исходит соответствующий документ (Определение ВАС РФ от 15.07.2009 по делу № А12-11885/08).

В связи с возражениями лиц, участвующих в споре, относительно достоверности данных документов, суд первой инстанции неоднократно предлагал заявителю жалобы представить оригиналы документов. Однако данных доказательств в материалы дела в ходе рассмотрения спора не представлено. Каких-либо иных доказательств, подтверждающих соответствие копий оригиналам, в материалы дела также не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление о фальсификации доказательств и признал имеющиеся копии трастовых деклараций и передаточных распоряжений недопустимыми доказательствами, которые не могут оцениваться судом. 

Судебные расходы распределены судом первой инстанции между сторонами с учетом требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и обоснованно отнесены на ответчика.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Само по себе несогласие с выводами суда не является основанием для отмены судебного акта.

Согласно ч. 1, 6 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 01.03.2021 по делу № А53-32531/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Николаев

СудьиН.В. Сулименко

Г.А. Сурмалян