АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции 

Ф06-2573/2024

Дело № А55-2551/2023

г. Казань

17 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2024 года.  Полный текст постановления изготовлен 17 мая 2024 года.  

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Самсонова В.А.,  

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А., 

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим  образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы  ФИО1, общества с ограниченной  ответственностью «СВЕТОЛ», ИНН 

<

***>  

на определение Арбитражного суда Самарской области от 18.10.2023 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 30.01.2024  

по делу № А55-2551/2023 

по заявлению ФИО1 о включении в реестр  требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Викстрой»  ИНН 

<

***>,  

заявлению общества с ограниченной ответственностью «Светол», ИНН  

<

***> о включении в реестр требований кредиторов должника в  рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Викстрой» ИНН 

<

***>  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.04.2023  по требованию ФИО2 в отношении общества с  ограниченной ответственностью «Викстрой» (далее – общество  «Викстрой», должник) введена процедура наблюдения, временным  управляющим должника утверждена ФИО3.  

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд  Самарской области с заявлением о включении в реестр требований  кредиторов должника требования в размере 3 300 000 руб. в третью  очередь реестра требований.  

В свою очередь, общество с ограниченной ответственностью  «Светол» также обратилось в Арбитражный суд Самарской области с  заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника  требования в размере 4 337 170,24 руб., в том числе: 3 247 170,24 руб. -  оплата по договору поручительства, 1 090 000 руб. - предоставление  денежных займов с учетом принятых судом уточнений в порядке ст.49  АПК РФ.  

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.10.2023  требование ФИО1 в размере 3 300 000 руб. признано  обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения  требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закон о  банкротстве), в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты.  

Требование общества «Светол» в размере 4 337 170,24 руб., в том  числе: 3 247 170,24 руб. - оплата по договору поручительства, 1 090 000  руб. - предоставление денежных займов, также признано обоснованным и  подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в  

пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Решением Арбитражного суда Самарской области от 19.01.2024  общество «Викстрой» признано несостоятельным (банкротом), в  отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим должника утверждена ФИО3.  

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда  от 30.01.2024 определение суда первой инстанции от 18.10.2023 в  обжалуемых частях оставлено без изменения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и  общество «Светол» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с  кассационными жалобами, согласно которым просили судебные акты первой и  апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, согласно  которым включить их требования в состав третьей очереди реестра требований  кредиторов должника.  

Доводы ФИО1 и общества «Светол»,  изложенные в кассационных жалобах схожи и сводятся к тому, что выводы  судов о наличии оснований для субординации заявленных требований  противоречат фактическим обстоятельствам дела; судами дана  ненадлежащая оценка доводам заявителей об отсутствии оснований для  признания их контролирующими должника лицами; на дату заключения  договоров поручительства должник в условиях имущественного кризиса  не находился.  

Заявители кассационных жалоб и иные лица, участвующие в  обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения  информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку  своих представителей в судебное заседание не обеспечили.  

В соответствии с пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде  

кассационной инстанции» суд кассационной инстанции при проверке  законности судебных актов, принятых судами первой и апелляционной  инстанций, устанавливает правильность применения норм материального  права и норм процессуального права, а также проверяет соответствие выводов  судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права  установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и  возражениях относительно жалобы.  

Поскольку в кассационных жалобах ФИО1 и обществом  «Светол» приводятся только доводы о несогласии с выводами судов  относительно необходимости субординации заявленных требований, судебные  акты проверяются судом кассационной инстанции, исходя из указанных в  кассационных жалобах доводов.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии  со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы  кассационных жалоб, судебная коллегия считает кассационные жалобы  заявителей не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и  апелляционной инстанций, 19.07.2021 между должником и АО «Кошелев- Банк» был заключен кредитный договор 

<

***>.  

Между ФИО1 и АО «Кошелев-Банк» 19.07.2021 был  заключен договор поручительства № ДП-42-21-031-13 в качестве  обеспечения исполнения обязательств должника по кредитному договору.  

ФИО1, как поручителем по кредитному договору,  30.06.2022 был погашен долг общества «Викстрой» перед банком в  размере 3 300 000 руб., что подтверждается приходным кассовым ордером   № 49490 от 30.06.2022.  

ФИО1 представлены в материалы дела доказательства  финансовой возможности погашения задолженности перед банком в  указанном объеме, а именно: договор купли-продажи недвижимого  имущества ФИО4 (дочери ФИО1) от 23.06.2022,  цена договора 3 300 000 руб., при этом из пояснений ФИО1  следует, что денежные средства от продажи вышеуказанного имущества  

были переданы ФИО4 ФИО1 для погашения  спорной задолженности.  

Судами также установлено, что 19.07.2021 между должником и АО  «Кошелев-Банк» был заключен кредитный договор 

<

***>- 031.  

Между обществом «Светол» и АО «Кошелев-Банк» 19.07.2021 также  был заключен договор поручительства № ДП-42-21-031-10 в качестве  обеспечения исполнения обязательств должника по кредитному договору.  19.07.2021.  

Обществом «Светол» как поручителем по кредитному договору была  погашена задолженность общества «Викстрой» переда банком в размере 3  247 170,24 руб.  

Помимо этого, как установлено судами, общество «Светол»  предоставило должнику денежные средства по договорам займа № 012022// № 02/22 от 14.02.2022, № 02-2022 // № 04/22 от 15.02.2022 в общей  сумме 1 090 000 руб., что подтверждается выписками по расчетному счету  кредитора, представленными в материалы дела.  

В соответствии с разъяснениями пункта 18 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах  разрешения споров о поручительстве», к исполнившему обязательство  поручителю в соответствующей части переходят принадлежащие  кредитору права.  

Установив, что требования поручителей, исполнивших за должника  обязательства последнего по кредитным договорам перед банком,  обществом «Викстрой» не исполнены, суды, руководствуясь  положениями, указанных в пункте 4 статьи 142, пункта 1 статьи 148  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункта 8  статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды признали  обоснованными заявленные требования.  

В то же время судами усмотрены основания для отнесения  заявленных ФИО1 и обществом «Светол» требований к числу  требований, подлежащих удовлетворению после погашения требований  кредиторов, но приоритетно по отношению к требованиям лиц,  

получающих имущество должника по правилам Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» (в очередности, предшествующей  распределению ликвидационной квоты).  

Исследуя взаимоотношения должника и заявителей, суды  установили, что ФИО1 является единственным участником и  руководителем общества «Светол». Кроме того, ФИО1  являлась сотрудником общества «Викстрой» в 2017 году, данный факт  подтверждается представленными налоговым органом в материалы дела  справок 2-НДФЛ ФИО1 за 2017, 2018, 2019, 2020, 2021, 2022  г., а также пояснениями самого заявителя.  

Из представленного в материалы дела кредитного договора 

<

***>- ВКЛ-42-21-031 от 19.07.2021, заключенного между должником и АО  «Кошелев Банк» судами установлено, что в обеспечение обязательств  должника было предоставлено не только поручительство ФИО5 и обществоа «Светол», но также и поручительство ФИО6,  а также залог принадлежащей ФИО7, ФИО6,  обществу «Светол» недвижимости и транспортных средств,  принадлежащих ФИО7, ФИО6  

Судами также приняты во внимание пояснения ФИО1 и  общества «Светол» о том, что между ними и обществом «Викстрой» была  достигнута договоренность о завершении строительства принадлежащего  заявителям незавершенного объекта (степень готовности 24%) – торгово-офисного комплекса с подземной автостоянкой боксового типа поз. 17- БМАГ, площадью 5011,8 кв.м., инвентарный номер Т-01378  (36:440:002:000314420), кадастровый номер 63:09:0101180:0:31,  расположенного по адресу: Самарская область, г.Тольятти, Автозаводский  район, ул. Спортивная, 8.  

Строительство указанного объекта, согласно пояснениям заявителей,  должно было осуществляться с расчетом на победу общества «Викстрой» в  конкурсе Ежегодная общественная премия «Регионы – устойчивое  развитие» (сертификат от 28.01.2022) (расчетная стоимость реализации  проекта 230 000 000 руб.) и представленными в материалы дела  предварительными условиями финансирования проекта от 09.11.2021.  

Экономический мотив заключения договоров поручительства  заявители объяснили своей заинтересованностью в успешном  продолжении нормальной финансово-хозяйственной деятельности  общества «Викстрой». Погашение же задолженности поручителями было  осуществлено в целях снижения финансовой нагрузки должника за счет  исключения штрафных санкций и пеней и направленностью на  минимизацию кредитной нагрузки общества «Викстрой».  

Судами также учтено, что согласно первоначальному заявлению  кредитора общество «Светол» исполнило обязательства должника перед  третьими лицами в порядке статьи 313 ГК РФ на общую сумму 1  040 626,51 руб. в отсутствие какого-либо экономического обоснования  совершения указанных сделок, исключая сомнения во взаимозависимости  кредиторов (с учетом их аффилированности между собой).  

На этом основании суды первой и апелляционной инстанции  усмотрели общность экономических интересов должника и кредиторов (по  признаку группы лиц), свидетельствующую о наличии фактической  аффилированности между кредиторами и должником, учитывая  согласованность их действий, общий экономический интерес в  продолжении предпринимательской деятельности должника, недоступные  обычным неаффилированным сторонам сделки участникам гражданского  оборота.  

Заявители не принимали мер к истребованию задолженности в  разумный срок после погашения кредитных обязательств должника, не  предъявляли к должнику требования о принудительном взыскании  задолженности, обратились в суд с рассматриваемыми требованиями  только после введения в отношении должника процедуры наблюдения.  

 Исследуя обстоятельства, в которых заявителями было  предоставлено поручительство, суды установили, что в 2018 году  общество «Викстрой» обращалось в Арбитражный суд Самарской области  с заявлением о признании себя банкротом, указывая на наличие  кредиторской задолженности в размере 30 432 645,84 руб. Определением  Арбитражного суда Самарской области 28.12.2018 было возбуждено дело  

 № А55-29736/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества  «Викстрой».  

Определением от 31.01.2019 производство по делу № А5529736/2018 было прекращено в связи с отказом заявителя (общества  «Викстрой») от заявления.  

Как указывали сами заявители в ходе рассмотрения заявления в суде  первой инстанции и в ходе рассмотрения апелляционных жалоб, в 2021  году у общества «Викстрой» возникли финансовые трудности в связи с  приостановлением строительных проектов должника и введения в 2020  году коронавирусных ограничений, предпринятые ими действия  способствовали нормализации финансово-хозяйственной деятельности  общества «Викстрой» и продолжения строительства объекта.  

Установив вышеуказанные обстоятельства, суды пришли к выводу,  что договоры поручительства были заключены аффилированными лицами  в условиях имущественного кризиса подконтрольного им основного  должника. Имея в собственности земельный участок, на котором  находился объект незавершенного строительства, и, имея намерение  осуществить его строительство за счет трудовых и иных средств должника,  который не имел собственных средств для осуществления строительства  указанного объекта, кредиторы предоставили должнику в условиях  имущественного кризиса последнего компенсационное финансирование,  выразившееся в предоставлении поручительств по кредитным договорам  перед третьим лицом – АО «Кошелев-Банк».  

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанции  признали требования ФИО1, общества «Светол»  обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения  требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в  очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения  кассационных жалоб.  

Порядок рассмотрения арбитражными судами требований  кредиторов в рамках дела о банкротстве должника предусмотрен статьями  71 и 100 Закона о банкротстве, в силу положений которых кредиторы  

вправе предъявить свои требования к должнику, направив их в  арбитражный суд с приложением судебного акта или иных  подтверждающих обоснованность этих требований документов.  

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный  суд оценивает доказательства возникновения задолженности в  соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими  неисполненные должником обязательства, по правилам, установленным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.  

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих  позицию заявителя, достаточно совокупности доказательств (документов),  обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.  

Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его  кредиторов, интересы должника-банкрота и кредитора, связанного с  должником общностью хозяйственных или иных интересов, в судебном  споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.  

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых  позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения  Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060;  от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7);  от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)) выработаны иные критерии  распределения бремени доказывания: при представлении доказательств  общности экономических интересов (аффилированности) должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении  требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании  сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия  и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, -  на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего  обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена  обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения  сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного  соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от  26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).  

При этом высокий стандарт доказывания к аффилированным  кредиторам при включении указанных лиц в реестр требований  кредиторов должника подлежит применению вне зависимости от  основания включения (материальное обязательство, погашение долга,  заключение договора уступки прав требований).  

Данный подход обусловлен тем, что группа лиц по общему правилу  предполагает интеграцию входящих в нее звеньев не только через общую  управленческую, ценовую, техническую, кадровую политику, наличие  общей стратегии, но также через объединение финансовых ресурсов и  капиталов. В такой ситуации стороннее лицо ограничено в сборе  доказательств по вопросу за счет средств какого конкретно лица,  входящего в группу лиц, сделан тот или иной платеж, в то время как  аффилированным кредиторам не составит труда раскрыть порядок  экономического взаимодействия внутри группы, доказать финансовую  самостоятельность того или иного субъекта группы.  

Таким образом, для правильного разрешения спора, прежде всего,  необходимо исследовать внутригрупповые отношения, в том числе  сложившиеся между должником и кредитором.  

Проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и  имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 АПК РФ, установив,  что ФИО1 и обществом «Светол» предоставлено  финансирование в условиях имущественного кризиса должника в  интересах аффилированной к должнику группы лиц, суды правомерно  пришли к выводу о невозможности противопоставления требований  заявителей требованиям независимых кредиторов, в связи с чем, указали  на порядок удовлетворения требований ФИО1 и общества  «Светол» в очередности, предшествующей распределению  ликвидационной квоты.  

Контролирующие лица, выдавая поручительство, по сути,  предоставили должнику компенсационное финансирование, а значит,  суброгационные требования поручителей, в том числе основанные на  договоре ипотеки, не могут конкурировать с требованиями других  кредиторов (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве)  

Доводы заявителей кассационных жалоб о противоречии выводов  судо об аффилированности ФИО1, общества «Светол» и  должника фактическим обстоятельствам дела подлежит отклонению.  

Приняв во внимание обстоятельства совместной хозяйственной  деятельности кредиторов и должника путем осуществления одного  строительного проекта, выдачу заявителями поручительств за должника по  кредитным договорам с банком, выдачу обществом «Светол» должнику  займов, добровольное погашение заявителями АО «Кошелев Банк»  задолженности общества «Викстрой» по кредитным договорам и  последовавшее за этим длительное бездействие, выразившееся в  отсутствии претензий к должнику по суброгационным обязательствам,  длительном непринятии мер по истребованию этой задолжнности от  общества «Викстрой» вплоть до введения в отношении последнего  процедуры наблюдения, суды пришли к обоснованному выводу о  заинтересованности этих заявителей с должником, вхождении их в одну  группу даже в отсутствие юридических оснований для вывода об  аффилированности этих лиц.  

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор)  обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать  вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности  (субординации) требования аффилированного с должником лица. Согласно  пункту 2 данного Обзора очередность удовлетворения требования  кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он  относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его  контролирующих.  

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе  переквалифицировать формально оформленные гражданско-правовыми  договорами отношения в корпоративные либо квалифицировать их как  преследующие недобросовестную цель создания подконтрольной  дружественному кредитору кредиторской задолженности для целей  

участия в деле о банкротстве и контроля над процедурой. По смыслу  разъяснений, данных в указанном Обзоре судебной практики, если такого  рода финансирование осуществляется в условиях имущественного  кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на  контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного  финансирования на случай объективного банкротства.  

Таким образом, при рассмотрении данной категории споров, исходя из  подходов, изложенных в вышеназванном Обзоре судебной практики, по  результатам исследования и оценки всех доказательств по делу  необходимо определить наличие у аффилированного с должником лица  права на включение его требования в реестр требований кредиторов, и с  учетом установленных судом обстоятельств сделать вывод о наличии или  отсутствии оснований для понижения очередности (субординации)  требования такого кредитора.  

В рассматриваемом случае судами установлено, что ситуация  имущественного кризиса у общества «Викстрой» образовалась еще в 2018  году, что вызвало обращение должника в арбитражный суд с заявлением о  признании его несостоятельным (дело № А55-29736/2018).  

При этом сами заявители ссылаются на то, что в 2021 году у общества  «Викстрой» возникли финансовые трудности в связи с приостановлением  строительных проектов должника и введением в 2020 году  коронавирусных ограничений, в связи с чем предпринятые ими действия  по предоставлению поручительства и заемных денежных средств  способствовали нормализации финансово-хозяйственной деятельности  общества «Викстрой» и продолжения строительства объекта.  

Установив, что ФИО1 и общество «Светол», погасив в  2022 году за должника его задолженность перед АО «Кошелев Банк» по  кредитным договорам, длительное время не предъявляли должнику  требований о возврате такого исполнения и не принимали каких-либо мер  к возврату выплаченных банку денежных средств, суды пришли к  обоснованному выводу о том, что такое поведение не является  нормальным для независимых кредиторов.  

В соответствии с абзацем 3 пункта 6.3 Обзора судебной практики  разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства  требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 29.01.2020, такое  погашение долга является разновидностью финансирования, поскольку  направлено на блокирование возможности независимого кредитора  инициировать возбуждение дела о банкротстве должника и создание тем  самым условий для продолжения предпринимательской деятельности в  ситуации имущественного кризиса, маскируя его вопреки требованиям  пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Подобного рода финансирование  признается компенсационным.  

В связи с этим доводы кассаторов о недоказанности судами  нахождения общества «Викстрой» в момент предоставления  финансирования в ситуации имущественного кризиса подлежат  отклонению.  

Приведенные в кассационных жалобах доводы основаны на  ошибочном толковании положений Закона о банкротстве и названных  разъяснений высшей судебной инстанции по вопросам судебной практики,  в связи с чем подлежат отклонению.  

Судебная коллегия считает, что выводы судов первой и  апелляционной инстанций соответствуют установленным фактическим  обстоятельствам дела и представленным доказательствам, применены  нормы права, подлежащие применению к спорным правоотношениям.  

Приведенные кассаторами доводы направлены на переоценку  установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими  доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных  статьей 286, частью 2 статьи 287 АПК РФ, пунктом 32 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О  применении Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной  инстанции».  

Поскольку неправильного применения судами норм материального  права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе  

влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288  АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции не находит  оснований для отмены обжалуемых определения Арбитражного суда  Самарской области от 18.10.2023 и постановления Одиннадцатого  арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1  статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 18.10.2023 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 30.01.2024 по делу № А55-2551/2023 оставить без изменения,  кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия  и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья В.А. Самсонов  

Судьи А.Г. Иванова 

 Н.А. Третьяков