ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-14142/2018

г. Киров

28 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судейХорошевой Е.Н., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ООО «Проф-Инвест» – ФИО3, по паспорту (до перерыва),

представителя конкурсного управляющего ООО «Нефтепродуктсервис» - ФИО4, по доверенности от 17.12.2019 (до перерыва),

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис», временного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис» ФИО5

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 28.02.2020 по делу № А29-14142/2018, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Проф-Инвест» ФИО6 

к обществу с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис»

о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, 

установил:

конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Проф-Инвест» (далее – должник, ООО «ПрофИнвест») ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением, в котором просила: 1) признать недействительным договор от 23.06.2017 об уступке права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Авторемонтное предприятие» (далее - ООО «АРП»), заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис» (далее – ответчик, ООО «НПС») и должником, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ООО «НПС» права требования к должнику - ООО «АРП» по исполнению обязательств по оплате задолженности в размере 750642 руб. 51 коп., вытекающей из договора купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 01.05.2015 № 213/15; 2) признать недействительным договор от  23.06.2017 об уступке права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Сыктывкарское автотранспортное предприятие № 2» (далее - ООО «САТП № 2»), заключенный между ООО «НПС» и ООО «Проф-Инвест» и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ООО «НПС» права требования к должнику - ООО «САТП № 2» по исполнению обязательств по оплате задолженности в размере 312284 руб. 80 коп., вытекающей из договора купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 03.06.2015 № 215/15; 3) признать недействительным договор об уступке права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Междугородние перевозки» (далее - ООО «МГП»), заключенный между ООО «НПС» и ООО «Проф-Инвест» и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ООО «НПС» права требования к должнику - ООО «МГП» по исполнению обязательств по оплате задолженности в размере 1534136 руб. 90 коп., вытекающей из договора купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 20.04.2015 № 208/15; 4) признать недействительным соглашение о зачете взаимных требований от 12.07.2017, заключенное между ООО «НПС» и ООО «Проф-Инвест», применить последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности ООО «НПС» перед ООО «Проф-Инвест» в размере 2464136 руб. по договору займа от 14.09.2015.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 28.02.2020 заявленные требования удовлетворены.

Ответчик, временный управляющий ООО «НПС», не согласившись с принятым определением, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами.

Ответчик в жалобе просит отменить определение суда первой инстанции, отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Как указывает заявитель, конкурсным управляющим не представлено доказательств осведомленности ООО «Нефтепродуктсервис» о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. ООО «Нефтепродуктсервис» не является заинтересованным лицом по отношению к должнику. Кроме того, считает, что конкурсным управляющим не доказана неравноценность встречного исполнения, неликвидность передаваемых прав требования, а также неравноценность предоставленного по соглашению о зачете. Исходя из буквального смысла договоров купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт, единственным документом, подлежащим подписанию обеими сторонами, является акт сверки, оформляемый в соответствии с разделом 4 договоров. Акт сверки также является документом, обобщающим сальдо взаимоотношений сторон с учетом количества поставленного товара и осуществленных оплат. Учитывая данные условия договора, передача цедентом цессионарию договора и акта сверки является достаточным для взыскания дебиторской задолженности и в связи с этим доводы конкурсного управляющего и кредиторов об отсутствии товарных накладных, либо актов приема-передачи, подтверждающие поставку топлива, являются несостоятельными, так как договоры не предусматривают составление данных документов. ООО «Нефтепродуктсервис» не может предоставить ведомости выдачи ГСМ, так как они были направлены в адрес покупателей по договорам купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт. Также у ответчика отсутствуют сами договоры и акты сверок, так как они переданы были в соответствии с договорами об уступке права требования. При этом, непредставление с заявлением об оспаривании договоров цессии конкурсным управляющим договоров купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных карт, не может свидетельствовать о неликвидности передаваемых активов, а может свидетельствовать о недобросовестном поведении контролирующих должника лиц. Доводы конкурсного управляющего о том, что переданные права требования являются неликвидными активами, надлежащими доказательствами не подтверждены. Кроме того, надлежало выяснить ликвидность задолженности ООО «Нефтепродуктсервис» перед должником, которая прекращалась в результате заключения соглашения о зачете.

Временный управляющий ООО «НПС» в жалобе просит определение суда первой инстанции отменить полностью, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего отказать.

Как указывает заявитель, обстоятельства, которые могли бы подтвердить или опровергнуть заинтересованность ООО «Нефтепродуктсервис» при совершении оспариваемых сделок, а также о том, что ООО «Нефтепродуктсервис» знало или должно было знать об ущемлении интересов кредиторов ООО «Проф-Инвест» либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества ООО «Проф-Инвест», судом не исследовались, какой-либо правовой оценки не получили. Таким образом, при отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд должен был отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Не доказано, что из финансовой документации должника в период совершения сделки следует, что его активы не превышали размер кредиторской задолженности, то есть имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества продавца. В материалах делах отсутствуют первичные документы, подтверждающие наличие задолженности ООО «Нефтепродуктсервис» в размере 2464136 руб., в заявлении о включении в реестр требований кредиторов ООО «Нефтепродуктсервис» конкурсный управляющий ООО «Проф-Инвест» указывает на то, что договор займа от 14.09.2015 в виде отдельного документа ей не передавался и в настоящее время отсутствует. Кроме того, суд сделал вывод о возможности взыскания данной задолженности, не исследовав финансовое положение дебитора, его платежеспособность на основании бухгалтерской отчетности, наличие решений суда о взыскании денежных средств с дебитора, исполнительных производств. Приведенные в основание заявления доводы конкурсного управляющего не свидетельствовали о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие подобные обстоятельства не были установлены судом. Следовательно, у суда не было оснований для применения положений статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом, в связи с чем его выводы в указанной части является ошибочным.

ООО «Гектор» в отзыве заявил возражения по доводам апелляционной жалобы, полагает, что определение суда первой инстанции вынесено законно и обоснованно. По мнению кредитора, оспариваемые договоры цессии являются недействительными (ничтожными), мнимыми сделками на основании статьи 10, 166, 170, Гражданского кодекса Российской Федерации. С заявлением об оспаривании договоров цессии не представлен ни один договор купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных карт, отсутствуют товарные накладные/акты приема-передачи, подтверждающие поставку товара в адрес ООО «Междугородние перевозки», ООО «АРП», ООО «САП», то есть, отсутствуют доказательства, подтверждающие фактическое исполнение ООО «Нефтепродуктсервис» обязательств по договорам купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных карт, договор займа от 14.09.2015 так же не представлен. Следовательно, не доказано надлежащими и бесспорными доказательствами наличие долга ООО «Междугородние перевозки», ООО «АРП», ООО «САП» перед ООО «Нефтепродуктсервис» в связи с неисполнением обязательств по договорам купли- продажи нефтепродуктов по системе кредитных карт. Таким образом, от ООО «Нефтепродуктсервис» по договорам возмездной уступки прав (цессии) от 23.06.2017 ООО «Проф-Инвест» передано несуществующее право, в связи с чем, указанное не порождает у ООО «Проф-Инвеста» права требования к ООО «Междугородние перевозки», ООО «АРП», ООО «САП» и, соответственно, обязанность по уплате Обществом «Проф-Инвест» Общесту «Нефетпродуктсервис» уступаемого права. В результате заключения договоров об уступке права требования к ООО «АРП», ООО «САП», ООО «Междугородние перевозки» от 23.06.2017 года в совокупности с соглашением о зачете взаимных требований от 12.07.2017 года, должником приобретены неликвидные активы, а так же необоснованно прекращены обязательства ООО «Нефтепродуктсервис» по договору займа от 14.09.2015 года, что свидетельствует о том, что стороны намеренно заключили договоры об уступке прав требования именно для дальнейшего осуществления зачета. Договоры об уступке права требования к ООО «АРП», ООО «ПАЗ», ООО «Междугородние перевозки» заключены на заведомо невыгодных для должника условиях, что выразилось в неравноценном встречном исполнении обязательств ООО «Нефтепродуктсервис». 

Конкурсный управляющий в отзыве на жалобы указывает, что все доводы, изложенные заявителями в апелляционных жалобах, были предметом оценки суда первой инстанции. В результате заключения договоров об уступке права требования к ООО «АРП», ООО «ПАЗ», ООО «Междугородние перевозки» от 23.06.2017 в совокупности с соглашением о зачете взаимных требований от 12.07.2017 должником приобретены неликвидные активы, а также необоснованно прекращены обязательства ООО «Нефтепродуктсервис» по договору займа от 14.09.2015, что свидетельствует о том, что стороны намеренно заключили договоры об уступке прав требований именно для дальнейшего осуществления зачета. Отсутствует обоснованность и экономическая целесообразность заключения оспариваемых сделок, что свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «Проф-Инвест» при совершении оспариваемых взаимосвязанных сделок. Считает, что договоры об уступке права требования к ООО «АРП», ООО «ПАЗ», ООО «Междугородние перевозки» заключены на заведомо невыгодных для должника условиях, что выразилось в неравноценном встречном исполнении обязательств ООО «Нефтепродуктсервис». Факт неравноценности встречного исполнения по оспариваемым сделкам заключается в том, что в результате взаимосвязанных сделок должник приобрел неликвидные активы в виде прав требований к ООО «АРП», ООО «ПАЗ», ООО «Междугородние перевозки», в результате чего у него образовалась кредиторская задолженность и в то же время, прекратились обязательства платежеспособного ООО «Нефтепродуктсервис» перед должником. Оспариваемые договоры об уступке права требования к ООО «АРП», ООО «ПАЗ», ООО «Междугородние перевозки» в совокупности с соглашением о зачете взаимных требований были совершены должником для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, и связи с чем являются недействительными на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации как мнимая сделка. Исполнение договоров повлекло приобретение неликвидных активов должником, а также необоснованное прекращение обязательства ООО «Нефтепродуктсервис» на общую сумму 2464136 руб., в ущерб финансовым интересам должника и его кредиторов. Указанные обстоятельства свидетельствуют о действиях должника в ущерб собственным экономическим целям и интересам. Просит апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции – без изменения.

Судебное заседание неоднократно откладывалось, в составе суда производилась замена судей соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Судебное заседание 30.11.2020 проведено в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с использованием средств видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Коми, отложено на 14.01.2021.

Судебное заседание 14.01.2021 проведено в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при содействии Арбитражного суда Республики Коми. В судебном заседании объявлялся перерыв до 21.01.2021, после перерыва судебное заседание продолжено без использования средств видеоконференц-связи и при отсутствии представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 23.06.2017 между ООО «НПС» (цедент) и ООО «Проф-Инвест» (цессионарий) заключены три договора об уступке права требования.

Согласно пункту 1.2 договора (л.д.32 т.1) цедент уступает, а цессионарий принимает право требования к должнику - ООО «АРП» по исполнению обязательств по оплате задолженности в размере 750642 руб. 51 коп., вытекающей из договора купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 01.05.2015 № 213/15.

 В силу пункта 2.2 договора стоимость права требования, передаваемого цессионарию, составляет 740000 руб. 

Согласно пункту 1.2 остальных договоров уступки цедент уступает (передает), а цессионарий принимает право требования: - к ООО «ПАЗ» (в настоящее время ООО «САТП № 2») по исполнению обязательств по оплате задолженности в размере 312284 руб. 80 коп., связанных с неисполнением условий договора купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 03.06.2015 № 215/15 ( л.д.34 т.1); - к ООО «МГП» - по исполнению обязательств по оплате задолженности в размере 1534136 руб. 90 коп., вытекающей из договора купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 20.04.2015 № 208/15 (т.1 л.д.33). 

В силу пункта 2.2 договоров стоимость права требования, передаваемого цессионарию, составляет в отношении задолженности ООО «САТП № 2» 300000 руб., в отношении ООО «МГП» - 1424136 руб. 

12.07.2017 между ООО «НПС» (заказчик) и ООО «Проф-Инвест» (исполнитель) заключено соглашение о зачете взаимных требований (т.1 л.д.61), согласно которому заказчик и исполнитель пришли к соглашению о зачете взаимных требований, в частности, по договорам: уступки права требования от 23.06.2017 (пункт 1.1 соглашения -право требования к ООО «АРП», к ООО «ПАЗ», к ООО «МГП»), размер погашаемых требований составляет  2464136 руб., и по договору займа от 14 сентября 2015 года (пункт 1.2 соглашения), размер части погашаемых требований составляет 2464136 руб. 

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 13.02.2019 ООО «ПрофИнвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО6.

Конкурсный управляющий, посчитав, что указанные сделки являются недействительными, обратился в Арбитражный суд Республики Коми с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования,  признал правомерными доводы конкурсного управляющего ООО «Проф-Инвест» о том, что договоры об уступке права требования к ООО «АРП», ООО «ПАЗ» и ООО «МГП» от 23.06.2017 в совокупности с соглашением о зачете взаимных требований от 12.07.2017 являются взаимосвязанными недействительными сделками, совершенными при неравноценном встречном исполнении, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и со злоупотреблением правом. Суд также пришел к выводу, что в результате совершения оспариваемых сделок должником приобретены неликвидные активы, а обязательства ООО «НПС» по договору займа от 14.09.2015 необоснованно прекращены. Суд указал, что в данном случае подписание сторонами обжалуемых договоров об уступке прав требований от 23.06.2017 и соглашения о зачете взаимных требований от 12.07.2017 были совершены без намерения породить правовые последствия, с целью прекращения обязательств ООО «НПС» на сумму 2464136 руб. перед должником (ООО «Проф-Инвест»). На основании изложенного, суд признал оспариваемые договоры недействительными. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и отзывов на них, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта, исходя из нижеследующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 6 Постановления № 63 под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления № 63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор, и последняя знала о неправомерных действиях должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалы рассматриваемого дела свидетельствуют о том, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 15.11.2018, оспариваемые сделки совершены 23.06.2017 и 12.07.2017, то есть они могут быть оспорены по 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В тоже время договоры уступки права требования свидетельствуют о приобретении должником права требования к третьим лицам, что не свидетельствует об уменьшении активов должника.

Из договора уступки права требования на сумму 1534136 руб. следует, что требование цедента к должнику (ООО «Междугородние перевозки») было подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Коми от 10.03.2017 по делу № А29-13552/2016, согласно которому с ООО «МГП» в пользу ООО «НПС» взыскано 1534136,9 руб. задолженности по договору купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 20.04.2015 № 208/15.

По заявлению конкурсного управляющего должника Арбитражным судом Республики Коми произведена замена взыскателя – ООО «НПС» на ООО «Проф-Инвест» на сумму 1534136 руб. 90 коп., что подтверждено определением от 30.08.2019 по делу № А29-13552/2016, согласно которому договор уступки права требования соответствует требованиям законодательства.

Из договора уступки права требования на сумму 750642 руб. 51 коп. следует, что требование цедента к должнику (ООО «Авторемонтное предприятие») было подтверждено вступившему в законную силу решением Арбитражного суда Республики Коми от 16.02.2017 по делу № А29-12691/2016, согласно которому  с ООО «АРП» в пользу ООО «НПС» взыскано 750642 руб. 51 коп. задолженности по договору купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных (магнитных) карт от 01.05.2015 № 213/15.

 По заявлению конкурсного управляющего должника определением Арбитражного суда Республики Коми от 26.09.2019 по делу № А29-12691/2016 произведена замена взыскателя – ООО «НПС» на ООО «Проф-Инвест» на сумму 750642 руб. 51 коп.

Согласно данному определению суд пришел к выводу о том, что стороны имели волю на заключение договора об уступке права требования от 23.06.2017, сведения и доказательства заключения этого договора с нарушением требований статьи 10 ГК РФ арбитражному суду не  предоставлены. Факт перехода прав требования подтвержден материалами дела, доказательства, свидетельствующие о заключении договора с целью причинения вреда ответчику и другим лицам суду не предоставлены.

Данные обстоятельства свидетельствуют о реальности данных договоров уступки.

Довод конкурсного управляющего о том, что в результате заключения выше названных договоров уступки права требования должником приобретен неликвидный актив, что свидетельствовало бы о причинении ущерба кредиторам, не подтвержден документально, в связи с чем не может быть признан обоснованным.

Представленные сведения банка данных исполнительных производств, размещенные на сайте Федеральной службы судебных приставов по Республике Коми о наличии исполнительных производств в отношении ООО «МГП» и ООО «АРП» сами по себе не свидетельствуют о неплатежеспособности данных обществ на момент совершения оспариваемых сделок, поскольку большинство исполнительных производств в отношении указанных лиц возбуждено уже после заключения между должником и ответчиком договоров уступки от 23.06.2017. 

Доказательства возбуждения в отношении данных обществ исполнительных производств и невозможности исполнения судебных актов в связи с отсутствие имущества и денежных средств у должников в материалы дела не представлены.

Кроме того, отсутствуют основания считать, что единственной целью заключения договоров уступки являлось прекращение обязательств ответчика перед должником по договору займа от 14.09.2015.

Как было указано выше, судебными актами подтверждено проведение процессуальной замены взыскателя, то есть цессионарий вступил в права кредитора.

Из пунктов 2.2 и 2.3 оспариваемых договоров  уступки права требования следует, что стоимость уступленного права определена сторонами в денежном выражении (740000 руб. и 1424136 руб.), предусмотрено, что оплата осуществляется в течение 7 дней с момента подписания договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет цедента, указанного в настоящем договоре.

Неисполнение цессионарием обязательства по оплате за уступленное право не свидетельствует о мнимости договоров.

При данных обстоятельствах вывод суда первой инстанции о неликвидности уступленного должнику права требования в отношении ООО «МГП» и ООО «АРП», отсутствии экономической целесообразности для совершения оспариваемых сделок ввиду неравноценного встречного исполнения обязательств со стороны ООО «НПС», что послужило  основанием для признания судом первой инстанции данных договоров уступки недействительными, не соответствует обстоятельствам дела.

Основания для признания данных договоров уступки права требования недействительными как по основаниям, установленным в статье 61.2 Закона о банкротстве, так и по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют. 

Вместе с тем в отношении уступки права требования к ООО «ПАЗ» («САТП № 2») суд апелляционной инстанции приходит к выводу о незаключенности договора уступки от 23.06.2017 (л.д. 34 т.1) в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Положения главы 24 ГК РФ не содержат специальных указаний относительно существенных условий сделок уступки права (требования).

Исходя из положений пункта 1 статьи 382 и пункта 1 статьи 432 ГК РФ к существенным условиям договора уступки права требования относятся условия об объеме прав требования кредитора, переходящих к другому лицу, а также о форме уступки требования. Положения указанных норм предусматривают, что договор цессии должен содержать сведения об обязательстве, из которого у первоначального кредитора возникло уступаемое право.

Поскольку цессия влечет замену кредитора в обязательстве (полностью или в части), условие договора цессии о предмете уступаемого права должно быть сформулировано таким образом, чтобы исключить неоднозначное толкование объема уступаемых прав. Таким образом, условия договора уступки права должны позволить конкретизировать то обязательство, из которого возникло соответствующее право требования.

В рассматриваемом случае наличие у ООО «ПАЗ» задолженности перед цедентом не подтверждено судебным актом.

Предмет цессии в договоре не конкретизирован: из содержания договора невозможно установить объем прав требования - конкретный перечень обязательств, из которых возникло право требования, не указан; отсутствует расшифровка  задолженности, период ее образования. 

Указанные в пункте 3.1 договора документы, подлежащие передаче цессионарию, а именно: договор купли-продажи нефтепродуктов по системе кредитных карт № 215/15 от 03 июня 2015 года и акт сверки взаимных расчетов от 18.05.2017 отсутствуют. 

Конкурсный управляющий передачу данных документов руководителем должника отрицает. 

При данных обстоятельствах предмет договора уступки в отношении задолженности ООО «ПАЗ» («САТП № 2») не может быть признан согласованным, следовательно, данный договор является незаключенным.

Незаключенный договор не может быть признан недействительным.

Таким образом, обжалуемый судебный акт в части признания договоров уступки права требования недействительными принят судом первой инстанции при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, что в силу пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для изменения определения суда и отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части.

В тоже время суд апелляционной инстанции согласен с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания недействительным заключенного между сторонами соглашения о зачете взаимных требований от 12.07.2017 (т.1 л.д.61).

Согласно условиям данного соглашения стороны произвели зачет взаимных требований на сумму 2464136 руб., а именно: обязательств ООО «Проф-Инвест» перед ООО «Нефтепродуктсервис» по оплате задолженности за уступленные права требования и обязательств ООО «Нефтепродуктсервис» перед ООО «Профинвест» по частичному возврату задолженности по договору займа от 14.09.2015

В силу статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно статье 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. 

По смыслу указанной нормы права, зачет может быть совершен в отношении реально существующих требований и способных к исполнению обязательств.

Однако в рассматриваемом случае реальность договора займа от 14.09.2015 не подтверждена материалами дела.

Суду апелляционной инстанции представлен договор займа от 14.09.2015, заключенный между ООО «Проф-Инвест» (займодавец) и ООО «НПС» (заемщик), согласно пункту 1.1 которого займодавец обязался предоставить заемщику беспроцентный заем в размере 10000000 руб. 

В пункте 1.2 договора указано, что заем является процентным, ставка в устанавливается в размере 7% годовых. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора займодавец обязан передать заемщику или перечислить на его банковский счет сумму займа до 30.09.2015.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В рассматриваемом случае доказательства передачи должником ООО «НПС» денежных средств в качестве займа по договору от 14.09.2015 суду не представлены, следовательно, договор займа не может быть признан заключенным.

При данных обстоятельствах соглашение о зачете является недействительной сделкой, поскольку между сторонами отсутствовали взаимные обязательства, которые могли быть погашены зачем встречных требований, следовательно, обжалуемый судебный акт в части признания недействительным соглашения о зачете взаимных требований от 12 июля 2017 года отмене не подлежит.

В соответствии с пунктом 1 и пунктом 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В рассматриваемом случае в связи с незаключенностью договора займа последствия недействительности соглашения о зачете взаимных требований от 12.07.2017 могут быть применены в виде односторонней реституции - восстановления задолженности общества с ограниченной ответственностью «Проф-Инвест» перед обществом с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис» в размере 2164136 руб. по договорам об уступке права требования от 23.06.2017 (в отношении ООО «Авторемонтное предприятие» и ООО «Междугородние перевозки»).

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 2), 270 (пункт 3 части 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 28.02.2020 по делу № А29-14142/2018 изменить, изложить резолютивную часть определения в следующей редакции:

Признать недействительным соглашение о зачете взаимных требований от 12.07.2017, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис» и обществом с ограниченной ответственностью «Проф-Инвест» на сумму 2464136 руб. 

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности общества с ограниченной ответственностью «Проф-Инвест» перед обществом с ограниченной ответственностью «Нефтепродуктсервис» в размере 2164136 руб. по договорам об уступке права требования от 23.06.2017.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

Судьи 

ФИО7

ФИО1