АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru 

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации

Дело № А40-196218/23-140-2920

15 декабря 2023 г.

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 06 декабря 2023 г. Полный текст решения изготовлен 15 декабря 2023 г. 

Арбитражный суд в составе судьи Паршуковой О.Ю.  

При ведении протокола судебного заседания помощником судьи Моисеенко Т.В.  с участием сторон по Протоколу судебного заседания от 06.12.2023 г.  

Рассмотрел в судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВА С  ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕСТА РЕГИОНЫ" (142104,  

МОСКОВСКАЯ ОБЛ, ПОДОЛЬСК Г, ФИО1, Д. 30, К. 1, ОГРН:  

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 24.12.2004, ИНН: 

<

***>)  

к УПРАВЛЕНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ ПО МОСКОВСКОЙ  

ОБЛАСТИ (125284, 

<

...>, ОГРН:  

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 31.12.2004, ИНН: 

<

***>);  

ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЕ (127381, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 14.10.2004,  

ИНН: 

<

***>) о признании недействительным решения 25.07.2022 № 3.1.1, о признании 

недействительным решения 30.05.2023 № БВ-3-9/7197@ в части поручения ФНС  России, данного УФНС России по Московской области, в пятидневный срок с момента  

принятия решения ФНС произвести перерасчет действительных налоговых  обязательств с учетом сумм НДС уплаченных при ввозе продукции и ее стоимости,  

указанной в грузовых таможенных декларациях и заявлениях о ввозе товаров и уплате  

косвенных налогов, оформленных при ввозе продукции с территории Республики  Беларусь, а также уплаченных таможенных платежей и ввозных пошлин (абз. 1 ст. 12  

Решения), о признании недействительным письма УФНС России по Московской  области от 06.06.2023 № 07-12/032463 о произведенном перерасчете  

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "ВЕСТА РЕГИОНЫ" (далее - ООО  "ВЕСТА РЕГИОНЫ", Общество, заявитель, налогоплательщик) обратилось в  

Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФНС России по Московской области  (далее - ответчик, УФНС России по МО, управление, налоговый орган) о признании  

недействительным решения от 25.07.2022 № 3.1.1 по итогам повторной выездной  налоговой проверки (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).  

Представители заявителя требования поддержали по доводам заявления, уточнений к  иску и пояснений к доводам налогового органа.  

Представители налогового органа возражали по доводам отзыва и пояснений.  В силу ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему  внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и  непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд  

оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.  

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными  ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия)  органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают,  

что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не  соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и  

законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,  незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для  

осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.  Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных  

правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих  публичные полномочия, должностных лиц, арбитражный суд в судебном заседании  

осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений,  

оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие  закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у  

органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили  оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли  

оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы  заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.  В силу требований ст. 64, 71 и 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие  

или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  

рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. 

При этом согласно п.6 ст. 108 НК РФ обязанность по доказыванию обстоятельств,  свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его  совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности  

лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица. 

Рассмотрев заявление, исследовав имеющиеся в деле доказательства и заслушав  доводы сторон, суд находит заявленные требования по делу подлежащими  

удовлетворению по следующим основаниям. 

Из материалов дела следует, что управлением на основании решения заместителя  начальника УФНС России по Московской области от 26.12.2019 № 3 была проведена  

повторная выездная налоговая проверка общества по всем налогам и сборам за период  

с 01.01.2016 по 31.12.2016 гг., по НДС за период с 01.01.2017 по 31.12.2017 гг. По  итогам проверки составлен акт выездной налоговой проверки № 4 от 12.05.2021,  дополнение к акту налоговой проверки № 4/1 от 18.03.2022 (том 20, лд 100-155).  По итогам рассмотрения материалов налоговой проверки, а также представленных  обществом возражений было вынесено Решение от 25.07.2022 № 3.1.1 (том 24, тома 2,  

3) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в  котором налоговым органом сделаны выводы о неправомерности занижения налоговой  

базы по налогу на прибыль и доначислении налога на прибыль в 2016 году в размере  

1 047 201 566 руб., а также о неправомерности вычетов по НДС в 2016 – 2017 гг. в  

общей сумме 1 638 399 910 руб., в соответствии со ст. 75 НК РФ начислены  

соответствующие пени в размере 1 341 743 185 руб. Также указанным Решением  общество привлечено к ответственности, предусмотренной ст.126 НК РФ в размере  штрафа 10 000 руб.  

Не согласившись с выводами, изложенными в Решении УФНС по МО, в порядке  ст.139.1 НК РФ заявитель обратился в ФНС России с апелляционной жалобой от  15.09.2022, в которой просил отменить оспариваемое решение по налогу на прибыль и  НДС в части понесенных обществом затрат и уплаченного налога связанных с  перемещением товаров через таможенную территорию Российской Федерации.  ФНС России, рассмотрев апелляционную жалобу общества, решением от 30.05.2023   № Б-В-3-9/7197@ признало необоснованным доначисление управлением обществу  сумм НДС и налога на прибыль без учета сведений о стоимости реализации продукции,  заявленной в грузовых таможенных декларациях и заявлениях о ввозе товаров и уплате  косвенных налогов, оформленных при ввозе продукции с территории Республики  Беларусь, и уплате таможенных платежей и ввозных таможенных пошлин.  

УФНС России по г. Москве в рамках исполнения решения ФНС России от 30.05.2023   № Б-В-3-9/7197@ произвело перерасчет действительных налоговых обязательств  Общества с учетом сведений о стоимости продукции, заявленной в грузовых  

таможенных декларациях и заявлениях о ввозе товаров и уплате косвенных налогов,  оформленных при ввозе продукции с территории Республики Беларусь, и уплате  таможенных платежей и ввозных таможенных пошлин, а также сумм НДС уплаченного  при ввозе товаров на территорию Российской Федерации.  

Письмом от 06.06.2023 № 07-12/032463 УФНС России по Московской области  сообщило обществу о произведенном перерасчете, согласно которому сумма НДС  уменьшилась на 23 317 306 руб., сумма налога на прибыль уменьшилась на 22 034 690  руб., сумма пени на 139 917 311,19 руб.  

Полагая, что Решение от 25.07.2022 № 3.1.1 и письмо от 06.06.2023 № 07-12/032463  УФНС по Московской области нарушают права и охраняемые законом интересы в  сфере предпринимательской деятельности, Общество обратилось в арбитражный суд с  заявлением об оспаривании названных решения и письма.  

Общество в заявлении выражает несогласие с выводами налогового органа,  

изложенными в оспариваемом решении, с результатом произведенного перерасчета и  указывает на их несоответствие нормам НК РФ и фактическим обстоятельствам дела.  Выездной налоговой проверкой установлено, что ООО «ВЕСТА РЕГИОНЫ» в  проверяемом периоде осуществляло оптовую торговлю водопроводным и  

отопительным оборудованием и санитарно-технической арматурой (код ОКВЭД –  46.74.2).  

Также налоговый орган установил, что ООО «ВЕСТА РЕГИОНЫ» входит в группу  компаний (Группа VALTEK), участвующих в процессе ввоза на территорию  

Российской Федерации, сертификации, поставки в розничные сети, а также правовой  защиты в отношении сантехнической продукции с использованием товарных знаков  VALTEK, MINKOR, TENRAD, BRIXIS.  

Налоговым органом установлено, что ООО «Веста Регионы» покупало продукцию  иностранного происхождения, произведенную под торговой маркой VALTEK как у  организаций входящих в группу VALTEK, так и у «технических» (по мнению  управления) компаний. Основанием для доначисления обществу оспариваемым  решением НДС и налога на прибыль к уплате в бюджет послужил вывод инспекции о  необоснованном предъявлении обществом в налоговых периодах 2016-2017 гг. к  вычету по НДС и затрат по налогу на прибыль соответствующих сумм по  

взаимоотношениям со спорными контрагентами - поставщиками товаров: ООО  «Аквалонк», ООО «Дайсарт», ООО «Ансел», ООО «Ваймарк», ООО «Виртур», ООО  

«Атеко», ООО «Ювенко», «ТемаросАква», ООО «СТК «АНТЕЙ», ООО «УК  

«Система», ООО «Рустехинжиниринг», ООО «СтильПро». 

Налоговый орган указывает, что в рамках выездной налоговой проверки была  

установлена схема минимизации налоговых платежей со стороны Общества путем  создания в проверяемом периоде формального документооборота со спорными  

контрагентами, поскольку инспекция полагает, что спорные контрагенты были введены  в оборот искусственно для завышения расходов по налогу на прибыль и получения  вычетов по НДС.  

В обоснование своих выводов о наличии формального документооборота инспекция  указывает на то, что:  

- спорные контрагенты не принимали участия в движении товаров от иностранного  изготовителя до склада общества;  

- спорные контрагенты использовались с целью увеличения стоимости поставляемого  обществу товара;  

- денежные средства, перечисленные в адрес спорных контрагентов частично выведены  из финансово – хозяйственного оборота Общества.  

По результатам проверки управлением сделан вывод, что общество, вступая во  

взаимоотношения с «техническими» компаниями изначально обладало информацией о  том, что привлекаемые «технические» компании поставляют сантехническую  

продукцию, произведенную исключительно для проверяемого налогоплательщика, т.к.  сертификация продукции осуществляли компании группы VALTEK, и общество знало  о фактических иностранных производителях сантехнической продукции, с которыми у  компаний группы VALTEK имелись прямые договоры поставки.  

УФНС России по Московской области в ходе проверки установлены фактические  обстоятельства движения сантехнической продукции, приобретенной Обществом у  спорных контрагентов.  

Согласно счет-фактурам, оформленным спорными контрагентами, поставленные  товары имеют иностранное происхождение. В отношении большинства товарных  позиций отражены сведения о таможенных декларациях. На основании анализа  

информации о таможенных декларациях, а также информационных ресурсов ФНС  России управлением в ходе проверки установлено, что сантехническая продукция  иностранного происхождения с использованием товарных знаков VALTEC, MINKOR,  TENRAD, BRIXIS поступала на территорию РФ как через таможенные посты ФТС  России, так и с территории Республики Беларусь.  

В результате анализа сведений, содержащихся в Информационном ресурсе ФНС  России «Таможня Ф» установлено, что лицами, осуществляющими в проверяемом  периоде ввоз на территорию Российской федерации через таможенные посты ФТС  России товаров иностранного происхождения с использованием товарного знака  VALTEK являлись ООО «МТК-ЗАПАД» ИНН7736682443, ООО «АМИРА» ИНН  

<

***>, ООО «ББК» ИНН 

<

***>, ООО «ТД ЭЛИОТ» ИНН 

<

***>, ООО  «ОРБИТА» ИНН 

<

***>, ООО «РЕГИОН ЛОГИСТИК» ИНН 

<

***>, ООО  «СТАНДАРТ» ИНН 

<

***>, ООО «ДЕЛЬТА-М» ИНН 

<

***>, ООО  

«ТОРГОВЫЙ ДОМ «ПОСЕЙДОН» ИНН 

<

***>. 

В результате анализа сведений, содержащихся в Информационном ресурсе ФНС  России «Таможенный союз Обмен», установлено, что лицами, осуществлявшими ввоз  на территорию РФ с территории Республики Беларусь товаров иностранного  

происхождения с использованием товарного знака VALTEC, MINKOR, TENRAD,  BRIXIS являлись организации РУП «БЕЛТАМОЖСЕРВИС» УНП 101561144, ООО  «ГЛОБАЛКАСТОМ» УНП 192532549, ООО «ГАЗ ВЕНЧУРЕ» УНП 192227675,ООО  «Транпетробалтик» УНП 191697445, ООО «ТРИАНИН» УНП 191765718.  

В результате сопоставления данных, отраженных в счетах-фактурах «технических»  контрагентов и данных, указанных при ввозе на территорию РФ спорных товаров, по  

мнению управления, установлено существенное увеличение стоимости товаров после  ввоза на территорию РФ.  

По результатам проверки управлением сделан вывод, что основной целью привлечения  обществом «технических» организаций является неуплата (неполная уплата) налогов, а  также создание возможности вывода денежных средств из легального оборота и  

предоставления компаниями, находящимся под управлением бенефициарного  

собственника ООО «ВЕСТА РЕГИОНЫ», права распоряжаться данными средствами за  пределами Российской Федерации.  

Суд, оценив доказательства в совокупности, приходит к выводу о необоснованности  выводов налогового органа, отраженных в оспариваемом решении, по следующим  

основаниям. 

На основании статьи 82 НК РФ (далее также – Кодекс) налоговым контролем  признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением  

налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов  

законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном настоящим Кодексом.  Налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах  своей компетенции, в том числе, посредством налоговых проверок, одним из видов  

которых является выездная налоговая проверка 

Согласно статье 89 НК РФ выездная налоговая проверка проводится на территории (в  помещении) налогоплательщика на основании решения руководителя (заместителя  

руководителя) налогового органа 

Выездная налоговая проверка в отношении одного налогоплательщика может  проводиться по одному или нескольким налогам.  

В рамках выездной налоговой проверки может быть проверен период, не 

превышающий трех календарных лет, предшествующих году, в котором вынесено  решение о проведении проверки, если иное не предусмотрено настоящей статьей.  В целях контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку,  

вышестоящим налоговым органом может быть проведена повторная выездная проверка  налогоплательщика.  

Согласно п. 10 ст. 89 НК РФ повторной выездной налоговой проверкой  

налогоплательщика признается выездная налоговая проверка, проводимая независимо  от времени проведения предыдущей проверки по тем же налогам и за тот же период.  При проведении повторной выездной налоговой проверки может быть проверен  

период, не превышающий трех календарных лет, предшествующих году, в котором  вынесено решение о проведении повторной выездной налоговой проверки.  

Если при проведении повторной выездной налоговой проверки выявлен факт  совершения налогоплательщиком налогового правонарушения, которое не было  

выявлено при проведении первоначальной выездной налоговой проверки, к  налогоплательщику не применяются налоговые санкции, за исключением случаев,  

когда невыявление факта налогового правонарушения при проведении первоначальной  налоговой проверки явилось результатом сговора между налогоплательщиком и  

должностным лицом налогового органа. 

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 постановления Конституционного  Суда Российской Федерации от 17.03.2009 № 5-П "По делу о проверке  

конституционности положения, содержащегося в абзацах четвертом и пятом пункта 10  статьи 89 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с жалобой ООО "Варм" в  качестве элемента правового механизма, гарантирующего исполнение  

конституционной обязанности по уплате налогов, выступает система мер налогового  контроля, каковым в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации  

признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением  налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов  

законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном данным Кодексом.  

Налоговые органы, в свою очередь, составляют единую централизованную систему  контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью  исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную  систему Российской Федерации налогов и сборов.  

Централизованным характером системы налоговых органов предопределяется контроль  вышестоящего налогового органа за деятельностью нижестоящих налоговых органов,  направленный на обеспечение соблюдения ими законодательства о налогах и сборах в  соответствии с принципом конституционной законности (статья 15 Конституции РФ).  Одной из форм такого контроля является повторная выездная налоговая проверка,  предусмотренная положением, содержащимся в абзацах четвертом и пятом п. 10 ст. 89  НК РФ.  

Вместе с тем, исходя из природы деятельности налоговых органов, как 

непосредственно связанной с налоговым контролем в отношении налогоплательщиков,  проверка нижестоящего налогового органа, которая позволяет определить, насколько  эффективны, законны и обоснованы принимаемые им решения, устранить недостатки в  его работе и улучшить механизм взимания налогов для наиболее полной реализации  публичной функции налога, по сути, невозможна без обращения к ранее проведенным  мероприятиям налогового контроля в отношении конкретного налогоплательщика, в  том числе без анализа его налоговой и бухгалтерской отчетности и фактических  обстоятельств осуществляемой им предпринимательской или иной экономической  деятельности. Соответственно, как сам процесс контроля за деятельностью налогового  органа в рамках повторной выездной налоговой проверки (в силу того, что перечень  возможных мероприятий, а также способ, методы и порядок их проведения аналогичны  элементам выездной налоговой проверки, проводимой в общем порядке), так и  

результаты и последствия этого контроля неизбежно отражаются на налогоплательщике, затрагивая его права и законные интересы. 

Следовательно, повторная выездная налоговая проверка, проводимая вышестоящим  налоговым органом в порядке контроля за деятельностью налогового органа,  

осуществившего первоначальную выездную налоговую проверку, должна отвечать  критериям необходимости, обоснованности и законности, с тем, чтобы не  

превращаться в неправомерное обременение для налогоплательщика: как указал  Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 16 июля 2004 года   № 14-П, Налоговый кодекс Российской Федерации исходит из недопустимости  

причинения неправомерного вреда при проведении налогового контроля (статьи 35 и  103); если же, осуществляя его, налоговые органы руководствуются целями и  

мотивами, противоречащими действующему правопорядку, налоговый контроль - в  нарушение статей 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3) и 55 (часть 3) Конституции Российской  Федерации - может превратиться из необходимого инструмента налоговой политики в  инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, чрезмерного  ограничения свободы предпринимательства и права собственности; превышение  налоговыми органами (их должностными лицами) своих полномочий либо  

использование их вопреки законной цели и охраняемым правам и интересам граждан,  организаций, государства и общества несовместимо с принципами правового  

государства, в котором осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно  нарушать права и свободы других лиц (статьи 1 (часть 1) и 17 (часть 3) Конституции  Российской Федерации).  

Согласно решению от 26.12.2019 № 3 о проведении повторной выездной налоговой  проверки данная проверка проводится в соответствии с подп. 1 п. 10 ст. 89 НК РФ в  порядке контроля вышестоящим налоговым органом за деятельностью инспекции.  Вместе с тем из оспариваемого решения от 25.07.2022 № 3.1.1 и акта ВНП № 4 от  12.05.2021 не следует, что повторная выездная налоговая проверка в отношении  общества проведена в целях контроля за деятельностью налогового органа,  

проводившего проверку в 2018-2019 гг. (собственно, даже в решении от 26.12.2019 № 3  отсутствует указание на то, в отношении какой первоначальной ВНП проведена  текущая повторная ВНП). В решении управления от 25.07.2022 № 3.1.1 отсутствует не  только анализ итогов проведенной инспекцией первоначальной выездной налоговой  проверки налогоплательщика, исследованных в ходе проверки вопросов, выявленных  нарушений и собранных доказательств, но и какое-либо упоминание о такой проверке.  Судом установлено, что при составлении акта проверки и вынесении решения  

управление использовало документы, полученные им в 2020-2022 годах в рамках  повторной выездной налоговой проверки общества.  

Доказательств того, что инспекции, проводившей первоначальную проверку, были  известны и (или) ею могли быть получены при проведении контрольных мероприятий  сведения, содержащиеся в указанных документах, не представлены. В частности, нет  доказательств того, что инспекция могла получить (но в силу небрежного проведения  проверки – не сделал этого) информацию по контрактам между иностранными  

компаниями на поставку товара (кипрскими, финскими, китайскими и т.д.), между  иностранными компаниями – поставщиками и иностранными компаниями –  

грузоперевозчиками о перевозке груза, данные имейл-переписки и данные с сотовых  телефонов.  

Однако, судом первой проанализированы акт выездной налоговой проверки и решение  именно управления, из теста которых следует, что при их составлении и вынесении  использовались именно документы, полученные в 2020-2022 годах управлением,  именно в рамках повторной выездной налоговой проверки общества, за исключением  отдельных ссылок на ранее полученные документы, но не как не на акт и не на решение  нижестоящей инспекции по результатам первоначальной проверки общества.  

Приказом Федеральной налоговой службы от 30.05.2007 № ММ-3-06/333@  

утверждены Концепция системы планирования выездных налоговых проверок, а также  Общедоступные критерии самостоятельной оценки рисков для налогоплательщиков,  используемые налоговыми органами в процессе отбора объектов для проведения  выездных налоговых проверок.  

При рассмотрении настоящего дела управлением не были приведены доводы о том, что  первоначальная проверка общества с учетом указанных критериев оценки рисков  являлась неэффективной, носила фрагментарный характер и не была направлена на  проверку этих обстоятельств. Данные доводы изложены не в оспариваемом решении  управления, а при изложении позиции по делу (в отзыве, пояснениях), что не может  быть положено в основу оспариваемого решения, вынесенного по результатам  

повторной выездной налоговой проверки по иным основаниям. 

Тем самым, исследовав представленные в дело доказательства, суд полагает, что  повторная проверка, хотя и оформлена управлением в порядке п. 10 ст. 89 НК РФ,  фактически таковой не является, поскольку не имела своей целью обеспечение  

законности и обоснованности принимаемого инспекцией решения (названная правовая  позиция нашла свое отражение в судебной практике: постановление АС Северо-Кавказского округа от 16.10.2017 по делу № А63-8574/2016, постановления ФАС  Северо-Западного округа от 17.06.2013 по делу N А56-69600/2010, от 20.08.2012 по  делу N А63-12655/2011). Фактически повторная проверка носит самостоятельный  характер, направлена на продолжение налогового контроля по уже проверенному в  рамках первоначальной проверки периоду с целью выявления недоимки с помощью  новых доказательств.  

Поэтому судом признается необоснованной позиция управления о том, что основанием  для проведения повторной выездной налоговой проверки управления явился  

глубочайший анализ деятельности нижестоящего налогового органа по налоговому  контролю хозяйственной деятельности общества в целях налогообложения.  

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 54.1 НК РФ (введена Федеральным законом от 18.07.2017  N 163-ФЗ) не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или)  суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах  

хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения,  подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой  отчетности налогоплательщика.  

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по  имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую  базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами  

соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении  одновременно следующих условий:  

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная  уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;  

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной  договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство  по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.  

Исследовав представленные в суд материалы дела суд приходит к выводу, что  

достоверных доказательств получения обществом необоснованной налоговой выгоды в  рамках взаимоотношений со спорными контрагентами не представлено.  

Порядок предоставления налоговых вычетов по НДС установлен ст.ст. 171-172 НК РФ.  В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право  

уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ,  на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. Вычетам согласно статье 172  НК РФ подлежат суммы НДС, предъявленные налогоплательщику при приобретении  товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при  наличии соответствующих первичных документов. Налоговые вычеты,  

предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании соответствующих  требованиям статьи 169 НК РФ счетов-фактур, выставленных продавцами при  

приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), после принятия на учет  указанных товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных  

документов. 

В соответствии со статьей 9 (часть 1) Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О  бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению  первичным учетным документом; не допускается принятие к бухгалтерскому учету  документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в  том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.  

Положениями статьи 3 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском  учете", определяющей основные понятия, используемые в данном Законе, установлено,  что факт хозяйственной жизни - это сделка, событие, операция, которые оказывают или  способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта,  

финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств (пункт 8).  Исходя из части 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О  

бухгалтерском учете" обязательными реквизитами первичного учетного документа  являются: 1) наименование документа; 2) дата составления документа; 3) наименование  экономического субъекта, составившего документ; 4) содержание факта хозяйственной  жизни; 5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной  жизни с указанием единиц измерения; 6) наименование должности лица (лиц),  

совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за  ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного  

(ответственных) за оформление свершившегося события; 7) подписи лиц,  

предусмотренных пунктом 6 этой части, с указанием их фамилий и инициалов либо  иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.  

Как определено частью 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О  бухгалтерском учете", первичный учетный документ должен быть составлен при  совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным -  непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта  хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных  документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского  

учета, а также достоверность этих данных. Формы первичных учетных документов  определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного  лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета (часть 4 статьи 9  

Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете").  Исходя из части 1 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О  

бухгалтерском учете" данные, содержащиеся в первичных учетных документах,  подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.  

Частью 2 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском  учете" определено, что не допускаются пропуски или изъятия при регистрации  

объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых  

и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета; для  целей этого Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета  

понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском учете лишь для  вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не  имевшие места факты хозяйственной жизни), под притворным объектом  

бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо  другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки).  

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 N 138-О  указано, что по смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 НК РФ, в сфере  налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков, и  обязанность доказывать недобросовестность налогоплательщика возложена на  

налоговые органы. 

Согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  

Федерации, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 "Об  оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком  

налоговой выгоды", налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях,  если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их  

действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные  разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера)  (пункт 3).  

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели.  Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой  

налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или 

преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствии намерения осуществлять  реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения  может быть отказано (пункт 4).  

Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую  целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской  

деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей  налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться  

основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая  

налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной  деятельности.  

Исходя из статьи 106 НК РФ налоговым правонарушением признается виновно  

совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах)  

деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц,  за которое настоящим Кодексом установлена ответственность.  

Согласно пункту 1 статьи 107 НК РФ ответственность за совершение налоговых  правонарушений несут организации и физические лица в случаях, предусмотренных  

главами 16 и 18 Кодекса. 

Пунктом 1 статьи 108 НК РФ закреплено, что никто не может быть привлечен к  

ответственности за совершение налогового правонарушения иначе, как по основаниям  и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом. При этом обязанность по  

доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения  и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы (пункт 6 статьи  108 НК РФ).  

Положения пункта 6 статьи 108 НК РФ, части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5  статьи 200 АПК РФ возлагают на налоговый орган обязанность по доказыванию факта  налогового правонарушения, что предполагает необходимость установления в ходе  

налоговой проверки конкретных обстоятельств, подтвержденных документально и  свидетельствующих о совершении налогоплательщиком вменяемого ему налогового  правонарушения.  

Между тем, из материалов настоящего дела следует, что налоговый орган не собрал  таких бесспорных доказательств, его выводы основываются исключительно на  

субъективных предположениях, основанных на полицейских запросах из Финляндии  (которые содержат лишь предположения и подозрения в отношении упомянутых там  лиц) и отдельных протоколах допросов (которые при этом не опровергают ни  

реальность сделок, ни содержат доказательств аффилированности общества со  спорными контрагентами), которые при этом не подтверждены никакими иными  

доказательствами. 

Общество документально подтвердило расходы по спорным хозяйственным операциям.  В подтверждение реальности спорных сделок представлены следующие документы:  

 Договор поставки № 003с от 07.10.2015 между ООО «Ансел» (поставщик) и  

ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно п. 1.1 которого поставщик  

обязуется поставить в согласованном ассортименте оборудование для систем  

тепло- и водоснабжения (товар), при этом в силу п. 3.3 договора цена товара  

включает в себя стоимость товара, тары, упаковки, НДС (том 28, лд 73-75)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Ансел» (поставщик) в адрес ООО  

«Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 12, том 13, лд 1-134, том 28, лд 76- 

160) 

 Договор поставки № ЮВ-05/01 от 05.05.2014 между ООО «Ювенко»  

(поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно п. 1.1 которого  

поставщик обязуется поставить товар в ассортименте и количестве согласно  

заказам покупателя, при этом в силу п. 2.1 договора цена товара включает в себя  

стоимость товара, тары, упаковки, НДС 18%, для импортное продукции – все  

импортные таможенные пошлины, взымаемые на территории РФ (том 13, лд  

135-138) 

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Ювенко» (поставщик) в адрес ООО  

«Веста Регионы» (покупатель) за 2015-2016 гг. (том 7, лд 1-118, том 13, лд 139- 

150, том 35, лд 1-150) 

 Договор поставки № 001/16 от 08.06.2016 (с дополнительными соглашениями)  

между ООО «Темарос-Аква» (поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель),  

согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить согласованный  

сторонами товар, при этом в силу п. 6.1 договора цена товара включает в себя  

стоимость товара, тары, упаковки, НДС 18% (том 27, лд 56-59) 

 Счет-фактуры ООО «Темарос-Аква» (поставщик) в адрес ООО «Веста Регионы»  

(покупатель) за 2016 г. (том 14, лд 1-22, том 27, лд 60-155) 

 Договор поставки № 01/12 от 23.12.2013 (с дополнительными соглашениями, в  т.ч. о пролонгации договора до 31.12.2015 г.) между ООО «Артеко» (поставщик)  и ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно п. 1.1, 2.1 которого поставщик  обязуется поставить инженерно-сантехническое оборудование (товар) в  ассортименте и количестве согласно заявкам покупателя (том 14, лд 23-27)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Артеко» (поставщик) в адрес ООО  «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 14, лд 28-117)  

 Договор поставки № 02 от 02.02.2015 (с дополнительными соглашениями)  между ООО «Рустехинжиниринг» (поставщик) и ООО «Веста Регионы»  (покупатель), согласно п. 1.1, 2.1 которого поставщик обязуется поставить  оборудование для систем тепло- и водоснабжения (товар) в ассортименте и  количестве согласно заказам покупателя, при этом в силу п. 5.1 договора цена  товара включает в себя стоимость товара, тары, упаковки, НДС (том 14, лд 118- 124)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Рустехинжиниринг» (поставщик) в  адрес ООО «Веста Регионы» (покупатель) за 2015-2016 гг. (том 14, лд 125-167)  

 Договор поставки № 290313-1 от 29.03.2013 между ООО «Строительно-торговая  компания «Антей» (поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно  п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить сантехническое оборудование  (товар) в ассортименте и количестве согласно заказам покупателя, при этом в  силу п. 2.1 договора цена товара включает в себя стоимость товара, НДС,  таможенную очистку, страхование, транспортировку, упаковку, маркировку,  доставку, погрузку-разгрузку в место поставки товара, а равно иные накладные  расходы (том 18, лд 1-5)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Строительно-торговая компания  «Антей» (поставщик) в адрес ООО «Веста Регионы» (покупатель) за 2015-2017  гг. (том 15, том 16, том 17, том 18, лд 6-150)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Спутник» (поставщик) в адрес ООО  «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 26, лд 1-65)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Стиль Про» (поставщик) в адрес  ООО «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 26, лд 66-69)  

 Договор поставки № УКС/16-01 от 18.05.2016 между ООО «Управляющая  компания «Система» (поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель),  согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить согласованный  сторонами товар, при этом в силу п. 2.1 договора цена товара включает в себя  стоимость товара, тары, упаковки, НДС 18% (том 26, лд 70-72)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Управляющая компания «Система»  (поставщик) в адрес ООО «Веста Регионы» (покупатель) за 2016-2017 гг. (том  26, лд 73-112)  

 Договор поставки № 17/001-05 от 04.07.2017 между ООО «Акваоборудование»  (поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно п. 1.1 которого  поставщик обязуется поставить согласованный сторонами товар, при этом в  силу п. 2.1 договора цена товара включает в себя стоимость товара, тары,  упаковки, НДС 18% (том 26, лд 113-116)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Акваоборудование» (поставщик) в  адрес ООО «Веста Регионы» (покупатель) за 2017 г. (том 26, лд 117-153, том 27,  лд 1-55)  

 Договор поставки № С/М/У-003-17 от 12.01.2017 между ООО «Строительно-Монтажное Управление «Реновация» (поставщик) и ООО «Веста Регионы»  (покупатель), согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить  сантехническое оборудование (товар) в ассортименте и количестве согласно  

заказам покупателя, при этом в силу п. 2.1 договора цена товара включает в себя  стоимость товара, НДС, таможенную очистку, страхование, транспортировку,  упаковку, маркировку, доставку, погрузку-разгрузку в место поставки товара, а  равно иные накладные расходы (том 28, лд 1-4)  

 УПД от ООО «Дайсарт» (поставщик) в адрес ООО «Веста Регионы»  (покупатель) за 2016 г. (том 29, лд 1-27)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Ваймарк» (поставщик) в адрес ООО  «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 29, лд 28-143)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Вир ТУР» (поставщик) в адрес ООО  «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 30, лд 1-21)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Аквалонк» (поставщик) в адрес  ООО «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 30, лд 22-150)  

 Договор поставки № 1/04-13 от 01.04.2013 между ООО «Спутник» (поставщик)  и ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно п. 1.1 которого поставщик  обязуется поставить в согласованном ассортименте оборудование для систем  тепло- и водоснабжения (товар), при этом в силу п. 2.3 договора цена товара  включает в себя стоимость товара, упаковки, НДС (том 36, лд 1-3)  

 Договор поставки № 1ЛИ от 01.06.2013 между ООО «Спутник» (исполнитель) и  ООО «Веста Регионы» (заказчик), согласно п. 1.1 которого исполнитель  обязуется оказывать услуги по проведению лабораторных исследований (том 36,  лд 4-11)  

 Счет-фактуры и товарные накладные ООО «Спутник» (поставщик) в адрес ООО  «Веста Регионы» (покупатель) за 2016 г. (том 36, лд 12-150)  

 Договор поставки № 08-1/16 от 04.04.2016 между ООО «Аквалонк» (поставщик)  и ООО «Веста Регионы» (покупатель), согласно п. 1.1 которого поставщик  обязуется поставить в согласованном ассортименте инженерно-сантехническое  оборудование (товар) (том 25, лд 138-141)  

 Договор поставки № 003-П от 25.01.2016 (с дополнительным соглашением)  между ООО «Ваймарк» (поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель),  согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить в согласованном  ассортименте инженерно-сантехническое оборудование (товар) (том 25, лд 142- 144)  

 Договор поставки № ВТ-1/16 от 15.07.2016 (с дополнительным соглашением)  между ООО «Вир Тур» (поставщик) и ООО «Веста Регионы» (покупатель),  согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить в согласованном  ассортименте товар (том 25, лд 145-149)  

 Договор поставки № ДА/2016-01 от 15.04.2016 (с дополнительным  соглашением) между ООО «Дайсарт» (поставщик) и ООО «Веста Регионы»  (покупатель), согласно п. 1.1 которого поставщик обязуется поставить в  согласованном ассортименте инженерно-сантехническое оборудование (товар)  (том 25, лд 150-152)  

Соответственно, в полном соответствии с нормами права налогоплательщик заключал  договоры с целью ведения предпринимательской деятельности и получения прибыли.  Указанные операции не были убыточными для налогоплательщика, приобретенный  

товар реализован с соответствующей наценкой в адрес покупателей общества.  Согласно Постановлению Госкомстата РФ от 25.12.1998 № 132 документом,  

подтверждающим факт оприходования полученных организацией товарно-материальных ценностей, является товарная накладная. 

Поскольку в рассматриваемом случае услуги по перевозке грузов к оплате обществу не  

предъявлялись, то товарные накладные формы ТОРГ-12 являются достаточными для 

оприходования приобретенных товарно-материальных ценностей первичными  документами.  

В силу п. 2 ст. 9 ФЗ "О бухгалтерском учете" первичные учетные документы  

принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах  унифицированных форм первичной учетной документации.  

Судом установлено, что имеющиеся в материалах дела товарные накладные,  

составленные по унифицированной форме ТОРГ-12, соответствуют предъявляемым к  ним требованиям.  

Как следует из решения налогового органа, основанием для доначисления обществу  

налога на прибыль и НДС по операциям приобретения сантехнического оборудования  у спорных контрагентов явился вывод о реализации налогоплательщиком "схем,  

направленных на получение необоснованной налоговой выгоды" и отсутствии  экономической целесообразности приобретения товара у перепродавца. В качестве  

налогооблагаемой базы налоговым органом принята разница в цене товара между  стоимостью товара у спорных контрагентов и таможенной стоимостью товара.  

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль  

организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой для  российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину  произведенных расходов.  

В п. 1 ст. 252 НК РФ установлено, что в целях главы 25 Кодекса налогоплательщик  уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми  

признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные  (понесенные) налогоплательщиком.  

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты,  оценка которых выражена в денежной форме.  

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты,  подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством  

Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями  делового оборота, принимаемыми в иностранном государстве, на территории которого  были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно  

подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией,  

приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в  соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что  

они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.  При этом налоговое законодательство не оперирует таким понятием в целях  

налогообложения налогом на прибыль как "разница в цене". 

Между тем, налоговый орган не доказал наличие обстоятельств, свидетельствующих о  возможности пересчета примененных цен по взаимоотношениям с указанным  

поставщиком. 

В силу статей 1, 421, 423 ГК РФ юридические лица свободны в установлении условий  договора, своих прав и обязанностей по нему, если они не противоречат  

законодательству. Стороны вправе самостоятельно определять цену реализации товара,  исходя из соотношения спроса и предложения на рынке.  

Налоговое законодательство также исходит из презумпции соответствия уровню  рыночных цен цены товара, указанной сторонами сделки.  

Пунктом 1 ст. 40 НК РФ установлено, что для целей налогообложения принимается  цена товаров, работ или услуг, указанная сторонами сделки. Пока не доказано  

обратное, предполагается, что эта цена соответствует уровню рыночных цен.  

Согласно п. 2 ст. 40 НК РФ налоговым органам предоставлено право контролировать  правильность применения цен по сделкам в следующих случаях: 1) между  

взаимозависимыми лицами; 2) по товарообменным (бартерным) операциям; 3) при  

совершении внешнеторговых сделок; 4) при отклонении более чем на 20 процентов в  сторону повышения или в сторону понижения от уровня цен, применяемых  

налогоплательщиком по идентичным (однородным) товарам (работам, услугам) в  

пределах непродолжительного периода времени. 

В случае наличия таких оснований и подтверждения факта отклонения цены более чем  на 20% от рыночной цены идентичных (однородных) товаров, в соответствии с п. 3 ст.  40 НК РФ налоговый орган выносит мотивированное решение о доначислении налога и  пени, рассчитанных таким образом, как если бы результаты этой сделки были оценены  исходя из применения рыночных цен на соответствующие товары.  

В иных случаях налоговый орган не вправе оспаривать для целей налогообложения  цену товаров, работ, услуг, указанную сторонами сделки (п. 13 Постановления Пленума  ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 11.06.1999 № 41/9).  

В соответствии с п. 8 ст. 40 НК РФ при определении рыночных цен товаров, работ или  услуг принимаются во внимание сделки между лицами, не являющимися  

взаимозависимыми. Сделки между взаимозависимыми лицами могут приниматься во  внимание только в тех случаях, когда взаимозависимость этих лиц не повлияла на  

результаты таких сделок. 

Налоговые органы ссылаются на взаимозависимость общества и спорных контрагентов,  а также общества и иностранных фирм (участвующих в производстве/поставке товара),  однако факт влияния общества на деятельность спорных контрагентов и иностранных  фирм (участвующих в производстве/поставке товара), а равно довод инспекции о  

реализации обществом "схем" движения товара и денежных потоков надлежащими  доказательствами не подтвержден.  

Кроме того, из решения управления не следует, что при проверке проверялась  

правильность применения обществом цен на товар с учетом положений п.п. 4-11 ст. 40  НК РФ.  

В свою очередь арбитражный суд не вправе подменять собой налоговый орган и  

самостоятельно применять нормы ст. 40 НК РФ, касающиеся определения рыночной  цены товаров, к спорным правоотношениям.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, высказанной в Определениях  от 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П, обоснованность расходов, учитываемых при  расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств,  

свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект  в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.  При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности,  а не о ее результате.  

Также Конституционный Суд РФ указал, что налоговое законодательство не 

использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и  

условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность  расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может  

оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или  полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности  

(статья 8, часть 1, Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее  самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее  

эффективность и целесообразность. Судебный контроль не призван проверять  экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами  

предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают  

самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера  такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять  наличие в ней деловых просчетов.  

Формируемая высшими судебными инстанциями судебная практика основывается на  презумпции экономической оправданности совершенных налогоплательщиком  

операций и понесенных по этим операциям затрат. 

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от  12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения  

налогоплательщиком налоговой выгоды" судебная практика разрешения налоговых  споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных  

участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что  действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой  выгоды, экономически оправданны.  

Бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на  налоговые органы.  

Из решения управления не усматривается, что при констатации фактов завышения  обществом закупочной стоимости товара, налоговым органом производилась проверка  

рыночных цен на товар, приобретенный обществом у поставщиков, в том числе, исходя  из сложившихся цен в регионе и в стране в целом.  

Соответствующие доказательства и расчеты в подтверждение доводов об 

экономической нецелесообразности деятельности общества налоговым органом не  представлены.  

Согласно п. 4 указанного выше постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  РФ от 12.10.2006 № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если  получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной  

предпринимательской или иной экономической деятельности. 

В пункте 9 постановления также указано, что установление судом наличия разумных  экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика  осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях  

получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной  экономической деятельности.  

Следовательно, для признания тех или иных расходов экономически оправданными  необходимо установление объективной связи понесенных налогоплательщиком  

расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли в результате  реальной экономической деятельности.  

Осуществление обществом реальной экономической деятельности по торговле  

(покупка у спорных контрагентов и продажа своим покупателям) сантехническим  оборудованием (спорным товаром) подтверждается материалами дела. Налоговым  органом эти обстоятельства также не оспариваются.  

В п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.10.2006 № 53  указано, что использование посредников при осуществлении хозяйственных операций  

само по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды  необоснованной.  

В соответствии с п. 9 указанного постановления возможность достижения того же  экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной  

налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных  законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды  

необоснованной. 

В связи с этим довод налогового органа о том, что, несмотря на наличие посредников,  товар отгружался непосредственно в адрес заявителя, и налогоплательщик мог  

заключить договор поставки сантехнического оборудования с иными организациями  (напрямую с китайским заводом-изготовителем или продавцом из Китая), отклоняется  

судом, поскольку лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью, свободно  в выборе контрагентов и самостоятельно определяет экономическую выгоду от сделок.  Кроме того, суд учитывает следующее.  

В соответствии с пп. 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе определять  

суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему  

Российской Федерации, расчетным путем на основании имеющейся у них информации  

о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках.  Указанная норма статьи 31 НК РФ не только содержит перечень оснований для  

применения расчетного метода определения налогового обязательства, но и закрепляет  

обязательное условие (устанавливает метод), при соблюдении которого определение  суммы налогов в данном случае может быть признано достоверным.  

За основу для расчета принимаются сведения не о любых иных налогоплательщиках, а  

лишь о тех, которые обладают по отношению к проверяемому налогоплательщику  аналогичными, т.е. максимально приближенными экономическими характеристиками,  

влияющими на формирование налогооблагаемой базы. 

Судами принято во внимание, что налоговым органом при формировании  налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2016 год путем применения  расчетного метода (управлением в материалы дела в т.ч. предоставлены справки о  расчете налоговых обязательств общества, которые сформированы на основании  сравнения цены товара, купленной у спорных контрагентов, с таможенной стоимостью  

данного товара и стоимостью его транспортировки: Справка по перерасчету налоговых  

обязательств ООО «Веста Регионы» (том 10, лд 1), Расчет таможенной стоимости,  пошлин, НДС по декларации на товар (ДТ) при ввозе товара на таможенные посты РФ  

из Китая (том 10, лд 2-33), Расчет налоговой базы, НДС по заявлениям при ввозе товара  

с территории Республики Беларусь (том 10, лд 34-153)) не выполнено обязательное  условие - решение не основано на сведениях (данных) об аналогичных  

налогоплательщиках. 

Из расчета управления не усматривается номенклатура и количество товаров,  таможенная стоимость которых учитывается налоговым органом. Одновременно с  этим, расчет не содержит и сведения о таможенных органах, осуществивших выпуск  ввезенных товаров на таможенную территории РФ. При этом в решении налогового  органа прямо указывается, что ряд таможенных органов, осуществлявших выпуск  ввезенных товаров на таможенную территории РФ, информацию о ввозе и уплате НДС  

не сохранил. Данное обстоятельство исключает обоснованность методики расчета,  принятой налоговым органом.  

При применении пп. 7 п. 1 статьи 31 НК РФ налоговым органам необходимо  

учитывать, что при определении налоговым органом на ее основании сумм налогов,  подлежащих уплате налогоплательщиком в бюджетную систему Российской  

Федерации, расчетным путем должны быть определены не только доходы  

налогоплательщика, но и его расходы. При этом расходы должны быть определены  исходя из обязательного условия применения расчетного метода - стандартные расходы  

для аналогичных налогоплательщиков. 

Для общества и аналогичных налогоплательщиков учет для целей налогообложения  прибыли только расходов на покупку товара по таможенной стоимости и транспортных  

расходов нестандартно (нетипично), поскольку себестоимость импортного товара  включает в себя также таможенные пошлины и сборы, стоимость погрузо-разгрузочных работ, стоимость хранения товара, страхование груза на территории РФ,  информационно-консультационные услуги по таможенному оформлению товара и т.д.  Налоговый орган при применении расчетного метода не провел контрольные  

мероприятия по установлению деятельности аналогичных предприятий, использовал  только одно основание - неполные данные по самому налогоплательщику.  

Налоговый кодекс указывает на два источника сведений для расчета: 1. имеющаяся у  налоговых органов информация о налогоплательщике; 2. данные об аналогичных  плательщиках налогов.  

При этом эти основания для применения расчетного метода должны использоваться  налоговым органом в совокупности.  

При применении расчетного метода определения сумм налогов необходимо учитывать  

порядок расчета каждого налога, так как правила пп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ применяются в  совокупности с правилами расчета конкретного налога.  

Согласно пункту 1 статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль  организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. При этом  

прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных  расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.  

В рассматриваемом случае налогоплательщик фактически понес расходы на  

приобретение товара, который был в дальнейшем реализован покупателям, выручка  учтена для целей налогообложения.  

Поскольку налоговый орган размер выручки не корректирует должным образом на  величину расходов, то это нарушает п. 1 ст. 247 НК РФ, так как налог фактически  исчисляется не от прибыли, а от выручки.  

С учетом изложенного, суд полагает, что налоговые обязательства налогоплательщика  были определены неверно, поскольку нарушено требование п. 3 ст. 3 НК РФ о наличии  экономического основания налога.  

В свою очередь, доводы управления о недобросовестности действий  налогоплательщика, наличии аффилированности со спорными контрагентами, знание о  

движении денежных потоков не основано на допустимых доказательствах.  Так, управление основывает свои доводы о том, что налогоплательщик был  аффилирован со спорными контрагентами, иностранными поставщиками и действовал  

недобросовестно, на материалах, полученных от следственных органов через ФНС  России.  

В частности, в оспариваемом решении управления указывается, что  Следственным комитетом Российской Федерации (далее – СК РФ) письмом от  

09.10.2020 № 201-100-2020 в ФНС России предоставлены копии запросов 

компетентных органов Финляндской Республики об оказании правовой помощи по  уголовным делам № 2400/R/151/18 и № 2400/R/150/18, в соответствии с которыми  компания Navigator Logistics Оу, Финляндская Республика выступала отправителем  контейнеров в адрес FV Trade LP, Канада. Между тем, анализ приложенных к этому  письму запросов компетентных органов Финляндской Республики и представленных в  

материалы настоящего дела, показывает, что данные запросы лишь содержат  

предположения и подозрения финской стороны в отношении упомянутых в запросах  лиц о совершении ими экономических преступлений, при этом в запросах как раз и  указано, что эти предположения/подозрения требуют расследования в целях их  

подтверждения или опровержения. Более никаких первичных документов к данному  письму СК РФ от 09.10.2020 № 201-100-2020 не приложено, то есть нет документов,  дающих основание делать бесспорные выводы о недобросовестности  

налогоплательщика. 

Кроме того, в оспариваемом решении управление ссылается в обоснование  своих доводов на письмо СК РФ от 03.09.2021 № 201-100-2020, которым были  

представлены в ФНС России документы, полученные от компетентных органов  Финляндской Республики:  

1) Документы, представленные при открытии счетов в Польше, а также  выписки по счетам в отношении следующих лиц:  

• AMERICAN TRADING BRIDGE INC • BEDFORD CASTLE LTD • CROSS VENTURES OU • INTERPONT SP ZOO • JUPITER HOLDINGS LTD • KOPERNIKUS INTERNATIONAL LLC • LIGHTWELL CONSTRUCTION LP 

• MEANDER SPOLKA ZOO  

• OPTIMUS TRADING LTD • PAVEL MELNIKOV • PLUSLINE OU • PROTOFIELD INDUSTRIAL LP • TRADING BRIDGE LTD • VALTEC CONSTRUCTION LLP • VALTEC LIMITED • VALTEC SYSTEMS LLP 

2) Документы, представленные при открытии счетов в Словакии, а также  

выписки по счетам в отношении следующих лиц: • BATTIRRO LTD • FAUSTUS LIMITED • KRASSEN HOLDINGS LTD • TOO FOODTECHPACK INC • WINDCARGOOPTIMA LTD • ALEGIT GMBH • ALTRACO CHEMICALS LTD. • DENERO INC • GLENFINN EUROPE LP • HERFEN TRADE & FINANCE LTD • TOO ABS INFINITY INC • TOO IRON PLAST INC. • TOO KAZPROFITCOM INC • TOO Reachingray Inc • TOO Santechplast Inc • TOO Sortex Techno Inc • TOO SORTEX TECHNO INC • TOO TOOLSMART INC 3) Содержание двух аккаунтов электронной почты ФИО2 (gleb.eremine@gmail.com, ge1881@Protonmail.com) 4) Копия ноутбука ФИО2. 5) Копия ноутбука ФИО3. 6) Копии двух сотовых телефонов ФИО3. 

Как следствие получения с письмом СК РФ от 03.09.2021 № 201-100-2020  

документов, управление в оспариваемом решении ссылается на то, что «в материалах,  

представленных Главным следственным управлением Следственного комитета  Российской Федерации, содержится информация о том, что Harbour Sun Holdings  Limited, Valtec international group LLP принадлежат бенефициару проверяемого  

налогоплательщика, информация о платежах в адрес указанных организаций». А также  

управление ссылается на то, что «например, в телефоне финансового директора  

проверяемого налогоплательщика ФИО3 установлено наличие  

файла, содержащего информацию о платежах Denero в адрес компаний Harbour Sun  

Holdings Limited, Valtec Holdings LLP, Valtec construction LLP, Valtec international group  

LLP. (Приложение - Телефон Лещевой\37128121005@s.whatsapp.net - Глеб\dbb92082- 

d419-4c7c-a098-37f4d52ea54a)». 

Помимо этого, управление ссылается на письмо ФНС России 02.06.2021 № 2-307/0289ДСП@, которым предоставлены выписки по счетам Evendor Trading (на  

которые ссылается управление в обоснование своих доводов), а также на письмо ФНС  

России от 28.04.2021 № 2-3-07/0200дсп@, которым представлены договоры, инвойсы и  

международные транспортные накладные, связанные с экспедиционным 

обслуживанием грузов в порту Котка компанией Navigator Logistics Оу, Финляндская  

Республика, в т.ч., на приобретение Evendor Trading Limited сантехнического  

оборудования и дальнейшей его реализации в адрес ООО «Стройбаза № 11» (том 34).  Между тем, суд не может признать данные доказательства допустимыми ввиду  

следующего. 

Актом ВНП и оспариваемым Решением установлено, что датой начала повторной  выездной налоговой проверки определено 26.12.2019, а датой окончания повторной  ВНП определено 12.03.2021. Дополнением к а Акту ВНП № 4/1 от 18.03.2022 (том 20,  лд 100-155) был установлен срок проведения мероприятий дополнительного  

налогового контроля: с 24.01.2022 по 24.02.2022. Суть мероприятий дополнительного  налогового контроля: истребование документов по контрагентам, направление  

поручений о допросе ряда лиц, также направление поручений в таможенные органы  РФ, Роспотребнадзор, Министерство по налогам и сборам Республики Беларусь. Ни в  мероприятия налогового контроля по Акту проверки, ни в дополнительные  

мероприятия налогового контроля письмо СК РФ от 03.09.2021 № 201-100-2020, письмо  ФНС России 02.06.2021 № 2-3-07/0289ДСП@, письмо ФНС России от 28.04.2021 № 2-307/0200дсп@ не входили (и получение информации в данных органах власти), они не  являются ответами на запросы управления, направленными в рамках проведения  мероприятий налогового контроля в рамках повторной ВНП.  

Более того, письмо СК РФ от 03.09.2021 № 201-100-2020, письмо ФНС России  

02.06.2021 № 2-3-07/0289ДСП@, письмо ФНС России от 28.04.2021 № 2-3-07/0200дсп@  составлены 28.04.2021, 02.06.2021, 03.09.2021, то есть за рамками ВНП, период  

проведения которой согласно Акту ВНП и оспариваемому Решению ограничен  

периодом с 26.12.2019 по 12.03.2021. Соответственно, в силу указанного данные  письма СК РФ и ФНС России являются недопустимыми доказательствами.  

Из указанного видно, что выездная налоговая проверка было окончена 12.03.2021, а  мероприятия дополнительного налогового контроля проводились в период с 26.12.2019  по 12.03.2021, в связи с чем получение доказательств с письмами СК РФ от 03.09.2021   № 201-100-2020, ФНС России 02.06.2021 № 2-3-07/0289ДСП@, от 28.04.2021 № 2-307/0200дсп@ и их использование в обоснование доводов управления означает  

доказательств вне рамок (после окончания) повторной выездной налоговой проверки и  вне рамок проведения мероприятий дополнительного налогового контроля (до их  начала и до принятия самого решения о проведении таких мероприятий).  

В соответствии с п. 8 ст. 89 НК РФ срок проведения выездной налоговой проверки  исчисляется со дня вынесения решения о назначении проверки и до дня составления  справки о проведенной проверке.  

В соответствии с подпунктом 11 п. 3 ст. 100 НК РФ в акте налоговой проверки  указываются сведения о мероприятиях налогового контроля, проведенных при  осуществлении налоговой проверки.  

В соответствии с п. 6 ст. 101 НК РФ в случае необходимости получения 

дополнительных доказательств для подтверждения факта совершения нарушений  законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых руководитель  

(заместитель руководителя) налогового органа вправе вынести решение о проведении в  срок, не превышающий один месяц, дополнительных мероприятий налогового  

контроля. 

В решении о назначении дополнительных мероприятий налогового контроля  излагаются обстоятельства, вызвавшие необходимость проведения таких  

дополнительных мероприятий, указываются срок и конкретная форма их проведения.  Из приведенных норм Налогового кодекса РФ в их системном толковании следует, что  Налоговый кодекс РФ устанавливает четкую процедуру сбора доказательств. В том  числе из данных норм следует невозможность сбора налоговой инспекцией  

доказательств после окончания проверки (то есть после составления справки о  

проведенной проверке) и вне рамок дополнительных мероприятий налогового  

контроля. 

Из вышеизложенного следует, что доказательства, полученные с письмами СК РФ от  03.09.2021 № 201-100-2020, ФНС России 02.06.2021 № 2-3-07/0289ДСП@, от 28.04.2021   № 2-3-07/0200дсп@, получены после окончания проверки и не в рамках  

дополнительных мероприятий налогового контроля. 

Доказательства, которые получены с нарушением закона, суд не вправе принять в  качестве доказательства на основании ч. 3 ст. 64 АПК РФ.  

При таких обстоятельствах суд не может признать, что вышеназванные документы,  полученные управлением с письмами СК РФ от 03.09.2021 № 201-100-2020, ФНС  России 02.06.2021 № 2-3-07/0289ДСП@, от 28.04.2021 № 2-3-07/0200дсп@, получены  после проверки по независящим от налогового органа обстоятельствам, поскольку  завершив повторную ВНП 12.03.2021 управление было не вправе продолжать  

проведение мероприятий налогового контроля. 

Так, Верховный суда РФ в своем Определении от 31.10.2017 № 305-КГ17-5672 указал:  «Применительно к вопросу о сроках на реализацию вышестоящим налоговым органом  рассматриваемых полномочий, очевидно, что они не могут быть не ограниченными во  времени. Так, в актах Конституционного Суда Российской Федерации (в том числе  постановления от 24.06.2009 № 11-П и от 20.07.2011 № 20-П) разъясняется, что никто  не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный или  слишком длительный срок. Наличие сроков, в течение которых для лица во  

взаимоотношениях с государством могут наступить неблагоприятные последствия,  представляет собой необходимое условие применения этих последствий».  

Аналогичный по своему смыслу вывод был сделан и в определении Верховного Суда  РФ от 16.03.2018 № 305-КГ17-19973, включённом в Обзор судебной практики  

Верховного Суда РФ № 3 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018):  «В связи с этим судебная практика исходит из недопустимости избыточного или не  ограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля в  

отношении налогоплательщиков, что по существу означало бы придание  

дискриминационного характера налоговому администрированию и приводило бы к  препятствованию предпринимательской деятельности (постановление  

Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 № 14-П и постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2008 №  13084/07)».  

Следовательно, сами письма СК РФ от 03.09.2021 № 201-100-2020, ФНС России  

02.06.2021 № 2-3-07/0289ДСП@, от 28.04.2021 № 2-3-07/0200дсп@ и направленные с  ними документы являются недопустимыми доказательствами по делу, поскольку  получены с нарушением вышеуказанных требований Налогового кодекса РФ (см.,  например, постановления АС Центрального от 03.06.2016 по делу № А54-5473/2015, от  13.02.2018 по делу № А62- 7716/2016).  

Кроме того, основываясь на положениях п. 2 ст. 36, п. 1 ст. 82 НК РФ, п. 8 ст. 101, ст. 11  ФЗ "Об оперативно-разыскной деятельности" и правовой позиции Конституционного  Суда РФ, изложенной в Определении от 04.02.1999 г. № 18-О, суд полагает, что  

материалы, полученные работниками органов внутренних дел в ходе проведения ОРМ  и переданные налоговому органу, сами по себе не являются основанием для принятия  налоговым органом решения о привлечении налогоплательщика к налоговой  

ответственности, а могут служить основанием для проведения налоговыми органами  мероприятий налогового контроля, предусмотренных главой 14 НК РФ.  

Судом установлено, что соответствующих мероприятий налогового контроля в  

подтверждение сведений, полученных в ходе ОРМ, управлением не проводилось.  Доводы управления о проведении соответствующих мероприятий налогового контроля  не нашли своего подтверждения и в материалах дела.  

В материалах дела отсутствуют достоверные доказательств об изъятии у общества,  Глеба Еремина, Лещевой Т.Л. компьютера, телефона, компьютерных файлов,  

содержащих схемы, договоры по спорным контрагентам, участвующих в так  

называемой цепочке сделок, паспортные данные руководителей поставщиков и т.д.  Имеющиеся в деле документы не позволяют сделать однозначный вывод о том, что  указанные в решении файлы (и приложенные на цифровом носители в материалы дела)  были скопированы именно в указанную в них дату и именно с электронных устройств  ФИО2, ФИО3 Компьютер, телефон, жесткие диски в материалах дела  отсутствуют.  

Таким образом, материалы дела не содержат надлежащих доказательств недобросовестного поведения налогоплательщика. 

Предмет судебного разбирательства по делам об оспаривании ненормативных  

правовых актов определен частью 4 статьи 200 АПК РФ, в соответствии с которой  арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта  или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному  нормативному правовому акту.  

Осуществление такой проверки судом в силу статьи 123 Конституции РФ, статей 8, 9  АПК РФ подчинено принципу равноправия и состязательности сторон, в связи с чем  судебное разбирательство не должно подменять осуществление налогового контроля в  соответствующей административной процедуре (см., например, постановление  

Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.08.2021 по делу № А05-7940/2020).  В п. 3.2 постановления от 14.07.2005 № 9-П Конституционный Суд Российской  

Федерации указано, что публично-правовая природа налоговых правонарушений и  претерпевание негативных последствий их совершения предполагает, что по таким  делам требуется обнаружение, выявление налоговых правонарушений, собирание  доказательств. Подобного рода функции, как относящиеся к досудебным стадиям  производства, по смыслу статей 10, 118, 123, 126 и 127 Конституции РФ, не может  выполнять суд. Аналогичной позиции, исключающей возможность устранения  

недостатков налоговых проверок в ходе судебного разбирательства и не допускающей  подмену судами налоговых органов, в настоящее время также придерживаются и  арбитражные суды округов (постановления Арбитражного суда Московского округа от  20.05.2014 по делу № А41-26946/13, от 07.02.2019 по делу № А40-45134/2018, от  30.06.2016 по делу № А40-64538/2015; АС УО от 07.09.2020 по делу № А3410383/2018; АС ВСО от 16.03.2015 по делу № А78-7605/2013; АС ЗСО от 09.04.2018 по  делу № А03-19356/2015; АС СКО от 21.12.2016 по делу № А63- 14917/2015, АС ЦО от  20.06.2017 по делу № А48- 6421/2015).  

В данной ситуации инспекцией проводилась выездная налоговая проверка, по  

результатам которой было вынесено оспариваемое решение. Все обстоятельства  должны были быть установлены в ходе этой проверки с применением приемов и  способов, закрепленных в соответствующих нормах главы 14 НК РФ.  

Согласно п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности  актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика  (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).  

Недостатки формирования доказательственной базы со стороны налогового органа не  могут являться основаниями для возложения на общество негативных налоговых  последствий, которые не проистекают из имеющихся в материалах дела доказательств.  Проведение мероприятий налогового контроля отнесено к компетенции налоговых  органов, которые должны действовать в строгом соответствии с НК РФ (п. 1 ст. 82 НК  РФ).  

В соответствии со ст. 36 НК РФ по запросу налоговых органов органы внутренних дел  участвуют вместе с налоговыми органами в проводимых налоговыми органами  

выездных налоговых проверках (п. 1). При выявлении обстоятельств, требующих  

совершения действий, отнесенных Налоговым кодексом РФ к полномочиям налоговых  органов, органы внутренних дел, следственные органы обязаны в десятидневный срок  со дня выявления указанных обстоятельств направить материалы в соответствующий  налоговый орган для принятия по ним решения (п. 2).  

Согласно Инструкции о порядке взаимодействия органов внутренних дел и налоговых  органов при организации и проведении выездных налоговых проверок (далее –  

Инструкция о порядке взаимодействия), утверждена Приказом МВД России № 495,  ФНС России № ММ-7-2-347 от 30.06.2009 (Приложение № 1 к Приказу): сотрудники  органов внутренних дел участвуют в проведении ВНП путем осуществления  

полномочий, предоставленных им Федеральным законом «О полиции», Федеральным  законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и иными нормативными правовыми  актами Российской Федерации (п. 13 Инструкции о порядке взаимодействия); в случае,  если проверкой установлены факты нарушения законодательства о налогах и сборах,  проверяющими должны быть приняты необходимые меры по сбору доказательств.  В установленном порядке производится истребование у проверяемого лица  

необходимых документов, выемка документов и предметов, в том числе электронных  носителей информации, истребование документов (информации) у контрагентов и  иных лиц, располагающих сведениями о деятельности лица, в отношении которого  проводится выездная налоговая проверка, допросы свидетелей и другие мероприятия  налогового контроля... (п. 14 Инструкции о порядке взаимодействия).  

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 15 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об  оперативно-розыскной деятельности» в случае изъятия документов, предметов,  

материалов при проведении гласных оперативно-розыскных мероприятий должностное  лицо, осуществившее изъятие, составляет протокол в соответствии с требованиями  уголовно-процессуального законодательства РФ (ст. 166 УПК РФ).  

Таким образом, участие сотрудников внутренних дел в проведении мероприятий  налогового контроля не изменяет того обстоятельства, что сбор доказательств должен  осуществляться в соответствии с федеральным законом, в частности ФЗ «Об  

оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ. 

В соответствии с ч. 2 ст. 74 УПК РФ в качестве доказательств допускаются: показания  подозреваемого, обвиняемого; показания потерпевшего, свидетеля; заключение и  показания эксперта; заключение и показания специалиста; вещественные  

доказательства; протоколы следственных и судебных действий; иные документы.  Все следственные действия – обыск, выемка, осмотр компьютерной информации –  должны быть оформлены протоколом (ч. 8 ст. 164 УПК РФ, ч. 13 ст. 182, ч. 2 ст. 183  УПК РФ). В отсутствие надлежащего закрепления доказательства невозможно  

проверить его допустимость и оценить достоверность. 

Согласно «Инструкции о порядке направления органами внутренних дел материалов в  налоговые органы при выявлении обстоятельств, требующих совершения действий,  отнесенных к компетенции налоговых органов, для принятия решения по ним»  

сведения, направляемые в налоговые органы, должны включать в себя документы,  свидетельствующие о нарушениях законодательства о налогах и сборах (п. 3  

Инструкции); указанные материалы направляются с сопроводительным письмом за  подписью начальника (заместителя начальника) органа внутренних дел;  

сопроводительное письмо должно содержать, в том числе, перечень прилагаемых  (подтверждающих) документов (п. 4 Инструкции).  

Вместе с тем, ни сопроводительных писем о направлении соответствующих материалов  в налоговый орган (от ФНС России или от СК РФ), ни перечня прилагаемых  

документов, ни в материалы ВНП общества, ни суду не представлено.  

В свою очередь ни органы внутренних дел, ни налоговые органы не освобождены от  соблюдения требований действующего законодательства при сборе и закреплении  доказательств.  

Материалы, полученные в результате осуществления оперативно-розыскных  

мероприятий, могут использоваться налоговыми органами в числе других 

доказательств при рассмотрении материалов налоговой проверки (п. 4 ст. 101 НК РФ)  или при осуществлении производства по делу о предусмотренных НК РФ налоговых  правонарушениях (п. 7 ст. 101.4 НК РФ), если соответствующие мероприятия  

проведены и материалы оформлены согласно требованиям, установленным  Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной  

деятельности"( Приложение № 2 к Приказу МВД России № 495, ФНС России № ММ-72-347 от 30.06.2009).  

Определяющим является не получение материалов от органов внутренних дел, а  подтверждение законности получения доказательств.  

Кроме того, отсутствие подтверждающих документов (сопроводительное письмо из  органов внутренних дел, перечень прилагаемых к нему документов, протоколов обыска  и т.д.) исключает непосредственное исследование доказательств судом по правилам  АПК РФ.  

В силу п. 45 и 78 постановления Пленума ВАС РФ № 57 при исследовании и оценке  представленной налоговым органом доказательственной базы по налоговым делам  судам надлежит исходить из того, что материалы, полученные в результате  

осуществления оперативно-розыскных мероприятий, могут использоваться налоговыми  органами в числе других доказательств при рассмотрении материалов налоговой  

проверки (пункт 4 статьи 101 НК РФ) или при осуществлении производства по делу о  предусмотренных НК РФ налоговых правонарушениях (пункт 7 статьи 101.4), если  соответствующие мероприятия проведены и материалы оформлены согласно  

требованиям, установленным Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ "Об  оперативно-розыскной деятельности".  

Доказательственная база налоговых органов должна быть представлена, т.е. иметься на  момент окончания досудебных процедур урегулирования налогового спора. Материалы  ОРМ не отвечают требованиям процессуального законодательства, если они:  

представлены налоговым органом после завершения досудебных процедур  урегулирования налогового спора (п. 78 постановления Пленума ВАС РФ № 57);  

оформлены (либо получены при проведении соответствующих ОРМ) без соблюдения  требований, установленных Законом об оперативно-розыскной деятельности (п. 45  постановления Пленума ВАС РФ № 57).  

Согласно ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в  

предусмотренном Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о  фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие  обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а  также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (ч.  1 ст. 64 Кодекса). Не допускается использование доказательств, полученных с  

нарушением федерального закона (ч. 3 ст. 64 АПК РФ). Указанное означает, что  

документы, полученные с нарушением требований действующего законодательства,  являются недопустимыми доказательствами.  

Закон об оперативно-розыскной деятельности и правоприменительная практика  разделяют понятия: материалы оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) –  

собственно доказательства и результаты оперативно-розыскной деятельности (ОРД) –  сведения об источниках фактов.  

Если первые (в случае удовлетворения указанным выше требованиям) могут служить  доказательствами по делу, то вторые являются лишь сведениями об источниках тех  фактов, которые подлежат доказыванию.  

В силу абз. 2 ст. 11 названного Закона об оперативно-розыскной деятельности  результаты ОРД могут использоваться в доказывании лишь в двух случаях: по  уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального  

законодательства РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку  

доказательств, и в иных случаях, установленных этим Законом.  

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих  решениях (Определения от 04.02.1999 № 18-О, от 24.11.2005 № 448-О, от 22.04.2010 №  487-О-О, от 25.11.2010 № 1487-О-О, от 25.01.2012 № 167-О-О, от 19.06.2012 № 1112-О,  от 23.04.2013 № 497-О, от 20.02.2014 № 286-О, от 29.05.2014 № 1198-О, от 20.11.2014   № 2557-О, от 23.04.2015 № 999-О, от 29.09.2016 № 1943-О, от 28.03.2017 № 596-О, от  25.01.2018 № 184-О, от 20.12.2018 № 3382-О и др.), результаты оперативно-розыскных  мероприятий доказательствами не являются, а лишь могут стать таковыми после  

закрепления их надлежащим процессуальным путем, а именно на основе  соответствующих норм уголовно-процессуального закона, т.е. так, как это  

предписывается статьями 49 (часть 1) и 50 (часть 2) Конституции Российской  Федерации.  

А поскольку иные случаи использования результатов ОРД в качестве средств  

доказывания Законом об оперативно-розыскной деятельности не установлены, их  использование допускается лишь при закреплении в соответствии с требованиями  процессуального законодательства.  

Подобной оценкой результатов ОРМ в силу обязательных (Определение Верховного  Суда РФ от 14.11.2019 № 305-ЭС19-14421) для всех инспекций писем ФНС России от  17.07.2013 № АС-4-2/12837 "О рекомендациях по проведению мероприятий налогового  контроля, связанных с налоговыми проверками" (п. 1.7), от 22.08.2014 № СА-4-7/16692  "О применении отдельных положений Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013   № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами ч.I  НК РФ" (по пункту 45) должен руководствоваться и налоговый орган.  

При использовании налоговыми органами результатов оперативно-розыскной  

деятельности при реализации ими полномочий по контролю и надзору за соблюдением  законодательства о налогах и сборах в качестве доказательств по делу о налоговом  правонарушении налоговым органам необходимо учитывать, что если данные  

результаты не отвечают требованиям, предъявляемым арбитражным процессуальным  законодательством и гражданским процессуальным законодательством к  

доказательствам, необходимо их закрепление в надлежащей форме путем проведения  соответствующих мероприятий налогового контроля, так как в этом случае данные  результаты являются лишь сведениями об источниках соответствующих фактов, а не  доказательствами (определения Конституционного Суда РФ от 04.02.1999 № 18-О, от  25.11.2010 № 1487-О-О, от 25.01.2012 № 167-О-О и др.).  

Причём возможность направления результатов ОРД в налоговые органы для  

использования при реализации полномочий по контролю и надзору за соблюдением  законодательства о налогах и сборах (абз. 3 ст. 11 Закона об оперативно-розыскной  деятельности) не только не отменяет указанных требований к оформлению  

доказательств, но и накладывает дополнительные ограничения.  

Согласно абз. 4 ст. 11 Закона об оперативно-розыскной деятельности такие результаты  ОРД: направляются на основании постановления руководителя органа,  

осуществляющего ОРД, в порядке, предусмотренном ведомственными нормативными  актами (Соглашение о взаимодействии между МВД РФ и ФНС (утв. МВД России №  1/8656, ФНС России № ММВ-27-4/11 13.10.2010)) и оформляются в форме справки с  изложением информации без раскрытия способов, тактики и методики ее получения, а  также видов ОРМ, в ходе которых она была получена (Пункт 1.6 и 1.8 Порядка  

представления результатов ОРД налоговому органу (утв. Приказом МВД России №  317, ФНС России № ММВ-7-2/481@ от 29.05.2017)).  

Очевидно, что в силу ч. 1 ст. 10 АПК РФ, требующей от суда непосредственного  

исследования все доказательства по делу, результаты ОРД не могут быть положены в  основу принимаемого судом решения.  

Указанный порядок направления результатов ОРД в налоговые органы согласуется с  положениями п. 3 ст. 82 НК РФ, в соответствии с которым органы внутренних дел и  следственные органы информируют (в порядке, определяемом по соглашению между  ними) налоговые органы об имеющихся у них материалах о нарушениях  

законодательства о налогах и сборах и налоговых преступлениях. 

Материалы, полученные в результате осуществления ОРМ, могут стать  

доказательственной базой только, если соответствующие мероприятия проведены и  материалы оформлены согласно требованиям Закона об оперативно-розыскной  деятельности.  

Таким образом, в отличие от результатов ОРД, материалы ОРМ могут служить  доказательствами по делу. Но для этого они должны быть получены и оформлены в  соответствии с уголовно-процессуальным законодательством, поскольку иного порядка  закрепления материалов ОРМ Законом об ОРД не предусмотрено (абз. 2 ст. 11).  В качестве материалов ОРМ Закон об оперативно-розыскной деятельности называет:  документы, предметы, иные материалы, изъятые при проведении гласных ОРМ, при  наличии протокола, составленного в соответствии с требованиями УПК РФ (абз. 2 п. 1  ст. 15 Закона); фонограммы и другие материалы (в т.ч. бумажный носитель записи  переговоров), полученные в результате прослушивания телефонных и иных  

переговоров лиц (абз. 7 ст. 5, абз. 8 ст. 8 Закона); материалы фото- и киносъемки,  аудио- и видеозаписи и иные носители информации, а также материальные объекты,  которые в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством могут быть  признаны вещественными доказательствами (Пункт 16 Инструкции о порядке  представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания,  следователю или в суд (утв. Приказом МВД России № 776, Минобороны России № 703,  ФСБ России № 509, ФСО России № 507, ФТС России № 1820, СВР России № 42,  ФСИН России № 535, ФСКН России № 398, СК России № 68 от 27.09.2013)).  Порядок составления протокола следственного действия определен в ст. 166 УПК РФ и  предполагает: указание в протоколе фамилии, имени и отчества каждого лица,  участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях и других данных о  его личности; описание процессуальных действий в том порядке, в каком они  производились, выявленных при их производстве существенных обстоятельств, а также  изложение заявлений лиц, участвовавших в следственном действии; указание также  технических средств, примененных при производстве следственного действия, условий  и порядка их использования, объектов, к которым эти средства были применены, и  полученных результатов и т.д.  

При проведении обыска (ч. 1 ст. 170, ст. 182 УПК РФ) обязательным является участие  понятых, а при выемке электронных носителей информации (ч. 2 ст. 164.1 УПК РФ) –  специалиста.  

Инструкция о порядке проведения сотрудниками органов внутренних дел российской  федерации гласного оперативно-розыскного мероприятия обследование помещений,  зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств (утверждена  Приказом МВД РФ от 01.04.2014 № 199) устанавливает аналогичные требования  проведения ОРМ – участие понятых и оформление протокола (п. 14 и 23 Инструкции).  Таким образом, соблюдение закона при осуществлении ОРМ может быть проверено  судом только и исключительно путем оценки формы и содержания документов,  которыми зафиксировано проведение ОРМ.  

Например, в постановлении от 26.11.2014 по делу № А43-33680/2012 Арбитражный суд  Волго-Вятского округа пришел к выводу, что в случае, если действия должностного  лица при проведении ОРМ будут признаны незаконными, то полученные в результате  такого ОРМ материалы не могут являться допустимыми и относимыми  

доказательствами по делу. 

Таким образом, для признания материалов ОРМ в качестве судебных доказательств  необходимо, чтобы соответствующие мероприятия были проведены и материалы  оформлены согласно требованиям процессуального законодательства, однако данные  требования в отношении представленных в настоящее дело материалов ОРМ не  

исполнены, поскольку суду не представлены соответствующие процессуальные  

документы, составленные с соблюдением требований закона и оформляющие данные  мероприятия.  

Поскольку на данных непредставленных обществу документах инспекция основывает  свою позицию о наличии «технических» компаний и их участии совместно с  

обществом в минимизации налогов, суд считает, что в рассматриваемом случае  

упралвением существенно были нарушены права общества и данные нарушения, ввиду  их существенности, влекут безусловную отмену оспариваемого решения управления.  При выборе спорных контрагентов общество действовало добросовестно и  

осмотрительно, учитывало сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре  юридических лиц в отношении контрагентов (спорного и последующих звеньев), и не  могло знать о "номинальном" руководстве. Общество проверяло своих контрагентов по  данным ЕГРЮЛ, данным сайта госзакупок, судебным базам, иным открытым ресурсам  на предмет ведения компанией реальной хозяйственной деятельности. Все спорные  контрагенты общества были зарегистрированы в качестве юридических лиц в  

соответствии с законодательством РФ в период договорных отношений с обществом и  к налоговой ответственности не привлекались. При этом управление не представило  доказательств, подтверждающих, что общество должно или могло выявить  

обстоятельства, ставящие под сомнение законность каких-либо действий контрагентов.  

Согласно п. 1 ст. 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей 

налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между  которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их  деятельности или деятельности представляемых ими лиц, в том числе, если: одно  физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному  

положению; лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской  Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и  усыновленного, а также попечителя и опекаемого.  

Согласно п.2 ст. 20 НК РФ суд может признать лица взаимозависимыми по  иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи, если отношения  между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров  (работ, услуг).  

Однако таких доказательств в материалы дела не предоставлено. В тексте решения инспекции так же отсутствует и подтвержденное 

допустимыми доказательствами указание на то, что должностные лица общества  непосредственно влияли на финансово–хозяйственную деятельность контрагентов,  распоряжались денежными средствами контрагентов на их банковских счетах,  

определяли порядок ценообразования на реализуемый товар либо совершали иные  аналогичные действия по отношению к обществу (равно как и нет доказательств того  же в действиях общества по отношению к иным лицам).  

Кроме того, действующее налоговое законодательство не запрещает заключение  сделок между взаимозависимыми лицами.  

Налоговым органом не учтено, что сами по себе признаки подконтрольности  контрагента не означают наличия у налогоплательщика цели причинения вреда  

бюджету. В письме от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ ФНС России разъяснила, что при  выявлении таких фактов налоговый орган должен учитывать, что обстоятельства  подконтрольности сами по себе не могут служить основанием для вывода об  

умышленном характере действий налогоплательщика. В актах и решениях по  

результатам налоговых проверок налоговые органы должны указывать обстоятельства,  

свидетельствующие о возможности влияния проверяемого налогоплательщика (его  должностных лиц) на условия и результат экономической деятельности,  

манипулирования условиями, сроками и порядком осуществления расчетов по сделкам  (операциям), искусственного создания условий для использования налоговых  

преференций. Сама по себе взаимозависимость не является признаком дефектности  экономической деятельности, и может иметь юридическое значение в целях налогового  контроля, только если будет безусловно установлено, что она используется  

участниками сделки для осуществления согласованных действий, не обусловленных  разумными экономическими и иными причинами. При этом, налоговому органу  

необходимо доказать, что такая выгода получена им именно в результате  согласованных недобросовестных действий взаимозависимых лиц.  

В целях налогового контроля взаимозависимость может иметь юридическое  значение только если установлено, что такая взаимозависимость используется  

участниками сделки как возможность для осуществления согласованных,  недобросовестных действий, не обусловленных разумными экономическими  

причинами и направленных на незаконное занижение налоговых платежей. 

Таким образом, взаимозависимость сама по себе не является безусловным  

основанием для вывода о необоснованном получении налогоплательщиком налоговой  выгоды: налоговому органу необходимо представить доказательства того, что такая  выгода получена им именно в результате недобросовестных, умышленных действий  взаимозависимых лиц.  

Указанный вывод согласуется с выработанной судебной практикой правовой  позицией, изложенной в п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016.  

Согласно данной позиции, взаимозависимость участников сделок сама не себе  не признается доказательством получения налогоплательщиком необоснованной  

налоговой выгоды. В целях налогового контроля взаимозависимость участников сделки  может иметь юридическое значение только в том случае, если установлено, что такая  взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для  

осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными  экономическими или иными причинами.  

Аналогичным образом в Определении Верховного Суда Российской Федерации  от 15.12.2017 № 301-КГ17-19644 была также закреплена правовая позиция, что сам по  себе факт взаимозависимости не является доказательством получения  

налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Указывая на взаимозависимость общества и ООО «ПСК», налоговый орган  между тем не доказал, что сделки между этими организациями производились по  

ценам, не соответствующим рыночным, заключенные договоры содержали какие-либо  "особые" условия, отличающиеся от обычаев делового оборота.  

Все расчеты с контрагентами были произведены векселями и денежными средствами,  векселя оплачены в РФ российскому юридическому лицу. Также решением  

установлена оплата за товар производителю товара. 

При наличии сомнения в экономической целесообразности расчета векселями или  сомнения в наличии товара управление имело возможность проверить данные факты в  рамках осуществления мероприятий налогового контроля, однако им этого не сделано.  Довод конкурсного о том, что отсутствие на векселях бланковых индоссаментов,  

свидетельствует об отсутствии факта передачи векселей, несостоятелен.  

Так пунктом 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 декабря 2000 года  N33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с  

обращением векселей" разъяснено, что лицо, у которого находится вексель,  

рассматривается как законный векселедержатель, который не обязан доказывать  

существование и действительность своих прав. 

В соответствии с пунктом 14 Положения о переводном и простом векселе  

(Постановление ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 N 104/1341 "О введении в  действие Положения о переводном и простом векселе"), если индоссамент бланковый,  то векселедержатель может передать вексель, третьему лицу не заполняя бланка и не  совершая индоссамента.  

Таким образом, после проставления бланкового индоссамента вексель может  

передаваться простым вручением неограниченному кругу лиц, и каждый владеющий  будет рассматриваться законным держателем.  

Об этом в своем письме (в ответ на требование налогового органа № 142 от 20.01.2021  указа и Сбербанк (том 32, лд 11).  

Согласно приложенному к письму Сбербанка перечню векселей, выданных в  период с 01.01.2016 по 31.12.2017, первым держателем было ООО «Веста Регионы», а  последним держателем (предъявившим их к оплате) – ООО «Дмитровский химический  завод – Производство». Векселя ПАО «Сбербанк», акты приема-передачи векселей,  соглашения о досрочном погашении векселей, заявления о присоединении к условиям  выдачи простых векселей ПАО «Сбербанк» (том 19, лд 75-146, том 25, лд 1-137,том 32,  лд 42-60, 70-152, том 33, лд 1-114), а также Договоры займа ООО «Дмитровский  

химический завод – Производство» с Herfen Trade and Finance Ltd, Altraco Chemicals  Ltd, паспорта сделок к ним (том 32, лд 29-41, 61-69) представлены в материалы дела и  не подтверждают выводов управления о круговом движении денежных средств.  

Таким образом, предположения инспекции об экономической нецелесообразности  расчета векселями или сомнения в наличии товара, не основаны на фактических  

обстоятельствах. 

Отчет открытых узлов Дерева связей за 2016-2017 гг (сформирован 24.10.2023) о  наличии «разрывов» по НДС по контрагентам 2-го, 3-го и последующих звеньев (том 5,  лд 1-72) не может служить доказательством недобросовестности налогоплательщика,  т.к. это данные внутренней базы налогового органа, при этом налогоплательщик не  может нести ответственности за действия контрагентов 2-го, 3-го и т.д. звеньев.  

Оборотно-сальдовые ведомости ООО «Веста Регионы» за 2016-2017 гг по  

счетам 41, 44, 60, учетная политика ООО «Веста Регионы», в т.ч. на USB-накопителе  (том 5, лд 73-162, том 19, лд 57-74), Письмо Псковской таможни от 26.03.2020 № 5618/1053дсп о ввозе товара импортером ООО «Дельта-М» (том 6, лд 1-2), ГТД по ввозу  сантехнической продукции из Китая, импортер ООО «Дельта-М» (том 6, лд 3-156, том  7, лд 119-165, том 31, лд 84-130) не опровергают реальности спорных сделок.  

При этом в пункте 31 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 1 (2017)" от 16.02.2017, в Определении Судебной коллегии по  

экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305- КГ16-10399, отмечено, что противоречия в доказательствах, подтверждающих  

последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не  опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты  неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго  и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате  налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих  негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.  Доказательств или анализа, которые бы позволили утверждать, что спорные объемы  товара фактически не приобретены, не оприходованы и не использованы в  

предпринимательской деятельности общества, инспекцией не приведено. Равно как и  нет доказательств того, что общество не реализовывало товар своим контрагентам.  Согласно требованиям налогового законодательства РФ (п. 3 ст. 100, п. 4, 5 ст. 101 НК  РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть  

результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и  

обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству  совершенных проверяемым лицом действий.  

Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах.  Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в том числе о не  проявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными  документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами.  

Наличие обязанности по доказыванию предполагает представление налоговым органом  доказательств, бесспорно свидетельствующих о наличии налогового правонарушения;  

суд, оценивая собранные налоговым органом доказательства, должен дать оценку  законности и обоснованности решений налоговых органов, а не подменять собой  налоговый орган, у которого имелись все возможности по сбору доказательств в  обоснование факта налогового правонарушения, установление которого  

осуществляется на основании безусловных и однозначно истолкованных доказательств.  

Однако таких относимых и допустимых доказательств суду предоставлено не было.  Налоговый орган обязан доказать не только недостоверность сведений о контрагентах,  

но и недостоверность сведений о самих хозяйственных операциях – не получение  налогоплательщиком в действительности товаров (работ, услуг) и не оплаты им их  стоимости с учетом налога на добавленную стоимость.  

Однако в настоящем деле налоговый орган не предоставил доказательств наличия  недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных  

документах в отношении спорных контрагентов. 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в  

их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в  результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения  соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке  

арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке  арбитражным судом наряду с другими доказательствами.  

Стандарт доказывания – это та степень достоверности представленных стороной  доказательств, при которых суд должен признать бремя доказывания, возложенное на  

данную сторону, снятым, а соответствующее фактическое обстоятельство –  доказанным.  

Там, где законом установлена презумпция невиновности, подлежат применению  повышенные стандарты доказывания.  

Поэтому повышенные стандарты доказывания должны применяться в налоговых  спорах.  

Согласно п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений  

и разумность их действий предполагаются. В сфере налоговых правоотношений  действует презумпция добросовестности налогоплательщика (выведена в Определении  

КС РФ от 25.07.2001 г. № 138-О). 

Презумпция невиновности налогоплательщика в совершении налогового  

правонарушения установлена п. 6 ст. 108 НК РФ: «Лицо считается невиновным в  совершении правонарушения, пока его виновность не будет доказана в  

предусмотренном федеральным законом порядке. Лицо, привлекаемое к  ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового  

правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о  факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на  

налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к  ответственности, толкуются в пользу этого лица».  

Недоказанная виновность приравнивается по своим правовым последствиям к  

доказанной невиновности. 

В ст. 100 НК РФ указано: в акте налоговой проверки указываются документально  подтвержденные факты нарушений; к акту налоговой проверки прилагаются  

документы, подтверждающие факты нарушений. 

В свою очередь, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и  неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу  

налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового  агента).  

Анализируя установленную совокупность обстоятельств, представленные каждой  стороной доказательства, суд пришел к выводу о том, что обстоятельства, на которые  ссылается налоговый орган, носят предположительный характер.  

Тем самым, инспекция в нарушение ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ бесспорных  доказательств согласованных действий общества и его контрагентов, совершения  обществом недобросовестных действий не представила.  

Доводов и доказательств обратного в рамках рассмотрения настоящего дела судом  налоговый орган не предоставил (то есть, налоговый орган не доказал те  

обстоятельства, на которые ссылается), ввиду чего риск наступления последствий  несовершения процессуальных действий по доказыванию своей позиции в силу ч. 3 ст.  9 АПК РФ относится на инспекцию.  

При этом на арбитражный суд нормами АПК РФ не возложено обязанности по  

собиранию доказательств в пользу одной из сторон по делу и обоснованию ее правовой  позиции (названная правовая позиция изложена в постановлении президиума ВАС РФ  от 25.07.2011 № 5256/11, в постановлении АС СЗО от 15.03.2018 по делу № А6614688/2016).  

Напротив, в силу требований статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания 

соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий  (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств,  послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или  лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили  

бездействие). 

Согласно части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде  осуществляется на основе состязательности. Содействуя в реализации прав лиц,  участвующих в деле, арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного  исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного  применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела,  однако не может выполнять предусмотренную статьями 65 и 200 АПК РФ обязанность  стороны по делу представлять доказательства в обоснование своих доводов и выводов.  

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск  наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных  действий.  

С учетом изложенного требования заявителя о признании недействительным  решения от 21.11.2022 № 19/7219 подлежат удовлетворению.  

Общество также обжалует письмо от 06.06.2023 № 07-12/032463 Управления  ФНС России по Московской области, которым обществу сообщено о произведенном  перерасчете налоговых обязательств. Суд не может согласиться с позицией общества о  признании недействительным данного письма. Поскольку таковое не обладает  

признаками ненормативного правового акта, не возлагает на общество дополнительных  обязанностей, принято в соответствии с обжалуемым решением и изменившим его  решением ФНС России, с учетом чего в силу ст. 198, 200, 201 АПК РФ не может быть  обжаловано. С учетом изложенного, в удовлетворении данных требований суд  

отказывает. 

В связи с удовлетворением заявленных требований расходы по уплате 

государственной пошлины подлежат распределению в порядке ст.110 АПК РФ. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

РЕШИЛ:

Прекратить производство по делу А40-196218/23-140-2920 в части требований  ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕСТА РЕГИОНЫ" к  

ФНС России о признании недействительным Решение от 30.05.2023 № БВ-3-9/7197@,  на основании п. 4 ст. 150 АПК РФ.  

Требования удовлетворить частично. 

Признать недействительным Решение от 25.07.2022 № 3.1.1 о привлечении к  

ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления НДС в  сумме 1 424 501 008 руб., налога на прибыль организаций в сумме 977 101 327, а также  соответствующие им суммы пени, вынесенное УФНС России по Московской области в  отношении ООО «Веста Регионы», как не соответствующее НК РФ.  

В остальной части требований отказать. 

Взыскать с УФНС России по Московской области в пользу ООО «Веста  Регионы» расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб.  

Возвратить ООО «Веста Регины» из Федерального бюджета РФ 

государственную пошлину в сумме 3 000 руб., уплаченной по платежному поручению  от 30.08.2023 г. № 7752.  

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в  Девятый арбитражный апелляционный суд.  

Судья О.Ю. Паршукова