ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-20119/2019

г. Вологда

22 октября 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2021 года.

В полном объёме постановление изготовлено 22 октября 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Писаревой О.Г. и Селецкой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Полесье» ФИО2 лично, от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» представителя ФИО3 по доверенности от 20.07.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Полесье» Шибаева Антона Денисовича на определение Арбитражного суда Тверской области от 22 июля 2021 года по делу № А66-20119/2019,

у с т а н о в и л:

акционерное общество финансово - промышленная группа «Оборонэнерго» обратилось 25.12.2019  в Арбитражный суд Тверской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Полесье» (адрес: 172386, Тверская область, город  Ржев, улица Краностроителей, дом 9б, офис 3; ОГРН 1066914026574, ИНН 6914012641; далее – ООО «Полесье», должник) как ликвидируемого юридического лица.

Определением суда от 27.12.2019 заявление принято к рассмотрению.

Решением суда от  25.12.2020 ООО «Полесье» признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемое юридическое лицо, в отношении его открыто конкурсное производство на срок шесть месяцев  до 19.08.2020, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» (адрес для направления корреспонденции: 107031, Москва, улица Б. Дмитровка, дом 32, строение 1), сообщение об этом опубликовано 29.02.2020.

Конкурсный управляющий обратился 03.03.2021 в суд с заявлением о признании недействительным договора залога недвижимого имущества от 07.07.2017 № 95/к-13з2, заключенного акционерным коммерческим банком «Мастер – Капитал» (открытое акционерное общество) (адрес: 105120,                  Москва, улица Нижняя Сыромятническая, дом ¼; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – АКБ «Мастер – Капитал» (ОАО), банк) и                       ООО «Полесье», ничтожной сделкой по признакам мнимости; применении последствий недействительности сделки в виде исключения требований                    АКБ «Мастер – Капитал» (ОАО) из реестра требований кредиторов должника в части суммы 67 706 000 руб. как обеспеченных залогом имущества должника.

Определением суда от 22.07.2021 в удовлетворении заявления отказано, с общества в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Конкурсный управляющий с вынесенным определением не согласился и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции ссылается на то, что им не нарушен срок исковой давности по предъявлению заявления о признании недействительной ничтожной сделки. На последнюю отчетную дату до момента совершения оспариваемой сделки финансовые показатели должника являлись убыточными, на момент возникновения обязательств ООО «Полесье» перед банком должник уже находился в ситуации имущественного кризиса. Оспариваемая сделка совершена 07.07.2017, то есть более чем через месяц после того, как в отношении общества с ограниченной ответственностью «Верхневолжский кирпичный завод» (далее - ООО «ВВКЗ») открыли конкурсное производство.

Таким образом, ООО «Полесье» заключило договор залога по обязательству ООО «ВВКЗ» уже после того, как названное общество признано несостоятельным (банкротом). ООО «Полесье» предоставило в залог имущество по обязательству, которое уже не могло быть исполнено.

Действия АКБ «Мастер – Капитал» (ОАО) направлены на фактическое обращение взыскания на имущество ООО «Полесье» в счет просроченных обязательств ООО «ВВКЗ», что является злоупотреблением банка правом относительно интересов ООО «Полесье» и его независимых кредиторов.

В настоящем судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы.

Представитель государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» возражает против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

В материалах дела усматривается и установлено судом первой инстанции, что АКБ «Мастер – Капитал» (ОАО) и ООО «ВВКЗ» заключили следующие кредитные договоры:

от 19.08.2013 № 95/к-13, 

от 20.08.2013 № 96/кв-13, 

от 21.08.2013 № 97/к-13, 

от 22.08.2013 № 98/к-13, 

от 28.10.2015 № 170/к-15, 

от 29.10.2015 № 172/к-15, 

от 09.11.2015 № 178/к-15.

В обеспечение исполнения обязательств по этим договорам 07.07.2017 банк и ООО «Полесье» заключили договор № 95/к-13з2 о залоге недвижимого имущества с юридическим лицом, не являющимся заемщиком.

Конкурсный управляющий, полагая, что договор залога от 07.07.2017                 № 95/к-13з2 является мнимой сделкой, ссылаясь на статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) указано, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 названной статьи, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: заключение сделки в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота); неравноценное встречное исполнение обязательств.

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2                     статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 названного Закона цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми: они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 упомянутого Закона. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом                пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункты 5–7 Постановления № 63).

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена 07.07.2017, в то время как дело о банкротстве должника возбуждено 27.12.2019. 

Ввиду изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий оспаривает сделку только по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ.

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вывод суда первой инстанции о том, что договор залога не следует рассматривать как мнимую сделку, судебная коллегия считает обоснованным.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пленум ВАС РФ в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ). 

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. 

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. 

Таким образом, для квалификации сделки как совершенной с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах, допущено причинение или возможность причинения в результате ее исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение. 

Злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая при этом права и законные интересы других лиц. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В данном случае злоупотребление участниками сделки своими правами не доказано, доказательств неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки в материалах дела не содержится и суду не представлено.

В материалах дела не имеется доказательств того, что АКБ «Мастер – Капитал» (ОАО) как выгодоприобретатель по договору залога вступал в сговор с ООО «ВВКЗ» и ООО «Полесье», изначально направленный на понуждение к заключению кредитных договоров и договора залога, а в последующем на побуждение ООО «ВККЗ» не исполнять кредитные обязательства, тем самым искусственно создавая предпосылку на обращение взыскания на заложенное имущество ООО «Полесье», стремясь причинить убытки кредиторам последнего. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что правовая конструкция сделки по предоставлению имущества в залог в обеспечение исполнения обязательства за третье лицо изначально не предполагает какого-либо возмездного предоставления в отношении залогодателя, данные действия последним осуществляются по воле последнего на его риск. Сама сделка залога также не предполагает, что кредитор непременно обратит взыскание на заложенную вещь, в связи с чем залогодатель будет в любом случае лишен своего имущества. Данные действия кредитора поставлены в исключительную зависимость от надлежащего исполнения своих обязательств основным должником.

Таким образом, заключая договор залога от 07.07.2017 № 95/к-13з2 ООО «Полесье» не могло не понимать, что в случае неисполнения ООО «ВВКЗ» своих обязательств по кредитным договорам банк получит право на обращение взыскания на заложенное имущество, при этом ООО «Полесье» не получит ни от ООО «ВВКЗ», ни от банка какого-либо предоставления. 

Такая правовая конструкция взаимоотношений сторон в полном объеме соответствует положениям § 3 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, не нарушает нормы действующего законодательства, публичных интересов либо права и охраняемые законом интересов третьих лиц.

Само по себе заключение договора залога в обеспечение кредитных обязательств другого лица также не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Как правильно указал суд первой инстанции, доводы конкурсного управляющего о наличии признаков неплатежеспособности ООО «Полесье» на начало 2017 года являются несостоятельными, поскольку безусловных доказательств превышения размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, равно как и доказательств прекращения исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей в связи с недостаточностью денежных средств, суду не представлено, в материалах дела не имеется.

Напротив, согласно анализу финансового состояния должника совокупные активы должника за 2017 год составляли 108 580 тыс. руб. и на протяжении 2018-2019 годов существенно не менялись, сумма текущих и долгосрочных обязательств на 31.12.2017 составляла 95 567 тыс. руб., на 31.12.2018 – 106 525 тыс. руб., на 31.12.2019 – 114 528 тыс. руб.   

Кроме того, факт совершения сделки в условиях временных финансовых затруднений у должника не свидетельствует о его несостоятельности.

Обстоятельства аффилированности ООО «Полесье», ООО «ВВКЗ» и АКБ «Мастер-Капитал» не являются основанием признания сделки недействительной, поскольку действующее законодательство не запрещает коммерческую деятельность между аффилированными лицами. 

Ввиду изложенного не имеется причин для признания договора залога недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности является верным.

При оспаривании совершенных должником сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, специальные правила о сроках исковой давности, установленные законодательством о банкротстве (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве), не применяются.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Ничтожная сделка является недействительной с момента ее заключения (абзац второй пункта 84 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – Постановление № 25).

В соответствии с абзацем первым пункта 84 Постановления № 25 допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Согласно статье 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка совершена 07.07.2017, заявление об оспаривании сделки поступило в арбитражный суд 26.02.2021, то есть за пределами трехлетнего срока, установленного пунктом 1 статьи 181 ГК РФ.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что доводы конкурсного управляющего о начале течения срока исковой давности с момента, когда он узнал или должен был узнать, в рассматриваемом случае неприменимы, поскольку такое начало срока направлено на защиту при банкротстве прав и законных интересов независимых кредиторов, кем конкурсный управляющий не является.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не проверены и учтены арбитражным судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Тверской области от 22 июля 2021 года по делу № А66-20119/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Полесье» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая