Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А40-109184/17-141-1026

г. Москва

14 февраля 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена                08 февраля 2018г.

Мотивированное решение изготовлено                            14 февраля 2018г.

Арбитражный суд в составе судьи Авагимяна А.Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1

рассмотрел дело по иску ООО «АДАМАС-Ювелирторг» (ИНН 

<

***>) 

к ООО «СК «Согласие» (ИНН 

<

***>)

с участием 3-их лиц временный управляющий ФИО2 и «Банк Город» (АО) 

о взыскании 17 864 744руб. 07коп.

 В судебное заседание явились:

от истца –  ФИО3 по доверенности от 24.04.2017г., 

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 18.04.2017г., ФИО5 по доверенности от 25.12.2017г.,

от третьего лица ФИО2 – не явился, извещен,

 от третьего лица «Банк Город» (АО) - не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

ООО «АДАМАС-Ювелирторг» обратилось с исковым заявлением к ООО «СК «Согласие» с участием 3-их лиц временный управляющий ФИО2 и «Банк Город» (АО) о взыскании 15 618 795руб. 59коп. страхового возмещения, 2 245 948руб. 57коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 15 618 795руб. 59коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга по договору №0020500-0804237/14ИМЮ от 10.11.2014г.

3-и лица в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Спор рассматривается в соответствии со ст. 156 АПК РФ в отсутствие представителей 3-их лиц.

В  процессе  рассмотрения дела была проведена судебная экспертиза.

Истец поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Оценив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, 10.11.2014г. между истцом и ответчиком заключен договор №0020500-0804237/14ИМЮ.

В соответствии с вышеуказанным договором ответчик обязался при наступлении предусмотренного договором события выплатить истцу страховое возмещение.

27.06.2015г. по адресу: Москва, ул. Лескова, 3Г, произошла кража ювелирных изделий, что также подтверждается постановлением РОПД СУ УВД по СВАО ГУ МВД России от 23.09.2015г., согласно которому истец признан потерпевшим.

Вышеуказанные события, попадают под страховые случаи, в связи с чем истец обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, предоставил документы, необходимые для страховой выплаты.

Отказ ответчика в выплате страхового возмещения, послужил основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно п. 1 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненный вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки, связанные с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (пункт 1 статьи 929 Гражданского кодекса и пункт 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации").

Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла вышеуказанных норм закона следует, что страховой случай - это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 947 ГК РФ сумма, в пределах которой страховщик обязуется выплатить страховое возмещение по договору имущественного страхования (страховая сумма), определяется соглашением страхователя со страховщиком и не должна превышать действительную стоимость (страховую стоимость) имущества в месте его нахождения в день заключения договора страхования.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В ходе судебного разбирательства судом была назначена экспертиза. Так, из заключения эксперта от 18.01.2018г. усматривается, что представленные в материалы дела документы не позволяют определить количество и стоимость принадлежащих ООО «Адамас-Ювелирторг» на праве собственности и иных правах (комиссия, ответственное хранение и т.п.) ювелирных изделий.

Эксперт также указал, что результаты проведенной инвентаризации подтверждены учетными документами только в части поступления и перемещения товара. Отсутствие оборотно-сальдовых ведомостей, а главное первичных учетных документов по выбытию, перемещению товаров между территориями не позволяют определить количество и стоимость переданных в страхование ТМЦ, а также факт хищения застрахованных ТМЦ. Экспертом подтверждено наличие 3077 единиц на сумму 112 275 682руб. 52коп.

В экспертном заключении также установлено, что количество у истца собственного товара к моменту хищения составило 1545 единиц стоимостью 5 179 969руб. 28коп., количество утраченного собственного товара истца составляет 155 единиц на сумму 621 051руб. 54коп., количество утраченных комиссионных изделий составляет 911 единиц на сумму 12 677 255руб. 49коп.

Оценивая экспертное заключение от 18.01.2018г., суд приходит к следующим выводам.

Эксперт указал, что представленные материалы не позволяют определить количество и стоимость ювелирных изделий.

В обоснование этого вывода эксперт указывает на то, что в предоставленных регистрах отсутствует детализация по номенклатуре (артикул, наименование, размер, проба, др.), что не позволяет проследить движение конкретного изделия; не были занесены в отдельную опись изделия, полученные на комиссию; не представлены документы по выбытию товаров.

Однако экспертом не учтено, что поставленный вопрос касался определения количества и стоимости изделий, которые были перемещены на территорию страхования и утрачены в результате страхового случая.

Так, эксперт для ответа на данный вопрос не использовал первичные документы (товарные накладные и накладные на внутреннее перемещение), которые подтверждают приобретение и перемещение на территорию страхования изделий, числящихся утраченными по результатам инвентаризации.

Между тем, на стр. 32 заключения эксперт сделал вывод о том, что товар, отписанный по адресам грузополучателя, на момент страхового события находился на территории страхования, что подтверждено накладными на внутреннее перемещение.

Кроме того, ответ эксперта противоречит ответам эксперта по вопросам 5-8, которыми эксперт определил количество и стоимость товаров, переданных в страхование и похищенных в результате хищения.

Учитывая ответы на вопросы 5-8, эксперт для дачи ответа на первый вопрос должен был в отношении изделий, наличие которых он подтвердил, проверить лишь их перемещение на территорию страхования по накладным на внутреннее перемещение.

Обстоятельства, указанные экспертом в обоснование своего вывода, сами по себе не опровергают приобретение и перемещение на территорию страхования похищенных изделий.

Эксперт указал, что порядок проведения инвентаризации был нарушен, поскольку отсутствие пономенклатурного учета товара, отсутствие регистров бухгалтерского учета не позволяют отследить поступление и выбытие товаров, а значит подтвердить достоверность граф инвентаризационной описи «По данным бухгалтерского учета».

Однако экспертом не учтено, что проверка порядка соблюдения инвентаризации предполагает оценку соблюдения ее процедуры, а не правильность ведения бухгалтерского учета.

Порядок проведения инвентаризации имущества определен Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина России от 13.06.1995г. № 49.

При проведении инвентаризации истцом выполнены следующие действия:  создана инвентаризационная комиссия (пункты 2.2 и 2.3) с включением в нее представителя истца ФИО6;  сведения о фактически имеющемся имуществе занесены в инвентаризационную опись (пункт 2.5); при проведении инвентаризации присутствовали материально-ответственные лица (пункт 2.8); при обнаружении по окончании инвентаризации изделий, не включенных в инвентаризационную опись составлен акт их обнаружения (пункт 2.13).

Отсутствие в инвентаризационной описи подписи ФИО6 не влияет на достоверность результатов инвентаризации, поскольку данное лицо является представителем истца, из акта осмотра от 30.06.2015г. им замечаний от 01.02.2015г. следует, что он фактически участвовал в инвентаризации, но не подписал инвентаризационную опись в связи с наличием замечаний.

Таким образом, порядок проведения соблюден, а имеющиеся замечания не могли повлиять на правильность выводов инвентаризационной комиссии.

Эксперт указал на то, что результаты проведенной инвентаризации подтверждены первичными учетными документами в части поступления и перемещения товара. 

Эксперт также указал на отсутствие оборотно-сальдовых ведомостей и учетных документов по выбытию, перемещению товаров между территориями страхования, что не позволяет определить количество и стоимость переданных в страхование ТМЦ, а также факт хищения застрахованных ТМЦ.

Однако экспертом не учтено, что экспертиза касалась только определения факта поступления утраченных товаров на территорию страхования.

Исследование документов по выбытию и перемещению товаров между территориями предполагает комплексную экспертизу всей первичной документации истца, что не является целью судебного спора.

Кроме того, эксперт при ответе подтвердил фактическое наличие изделий в количестве и стоимости, существенной превышающем количество и стоимость похищенных изделий.

Эксперт в ответе на данный вопрос указал на то, что отсутствие пономенклатурного бухгалтерского учета не позволяет внести достоверные сведения в инвентаризационную опись.

Однако экспертом не учтено, что согласно п. 3 Положения по бухгалтерскому учету «Учет материально-производственных запасов» ПБУ 5/01 единица бухгалтерского учета материально-производственных запасов выбирается организацией самостоятельно таким образом, чтобы обеспечить формирование полной и достоверной информации об этих запасах, а также надлежащий контроль за их наличием и движением. В зависимости от характера материально-производственных запасов, порядка их приобретения и использования единицей материально-производственных запасов может быть номенклатурный номер, партия, однородная группа и т.п.

Таким образом, организация самостоятельно определяет порядок ведения учета продукции.

В соответствии с Инструкцией по применению плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, утв. Приказом Минфина России от 31.10.2000г. №94н, аналитический учет по счету 41 «Товары» ведется по ответственным лицам, наименованиям (сортам, партиям, кипам), а в необходимых случаях и по местам хранения товаров.

Особенностью ведения бухгалтерского учета ювелирных изделий является то обстоятельство, что объектом бухгалтерского учета является на каждое ювелирное изделие в отдельности, а товарная группа (ювелирные изделия).

Из учетной политики ООО «АДАМАС-Ювелирторг» следует, что складской учет ведется пономенклатурно, а бухгалтерский – по группам товаров.

Учет группы товаров ведется в количественном и стоимостном выражении, по местам хранения товаров (т.е. по магазинам).

Ответственными лицами являются бригады (сотрудники магазинов, с которыми заключены договоры о коллективной материальной ответственности).

Ведение истцом учета ювелирных изделий в количественном и суммовом значении в разрезе мест хранения товаров соответствует требованиям бухгалтерского учета.

Оборотно-сальдовая ведомость является регистром бухгалтерского, а не складского учета, поэтому исходя из требований нормативных актов по бухгалтерскому учету и учетной политики ООО «АДАМАС-Ювелирторг» не может содержать пономенклатурного перечня ювелирных изделий.

Экспертом не дана оценка учетной политике истца и никак не мотивирован с точки зрения законодательства вывод о необходимости составления оборотно-сальдовых ведомостей с поштучным перечислением изделий.

Включение в инвентаризационную опись изделий на основе данных складского учета не противоречит правилам ведения бухгалтерского учета товаров в обороте.

Эксперт указал на то, что на конец июня количество собственного товара составляло 1545 единиц, количество комиссионного товара составляет 1532 единицы, что значительно превышает количество похищенных собственных изделий (155 и 911 соответственно).

Таким образом, ответ эксперта на данный вопрос подтверждает фактическое наличие похищенных изделий на территории страхования на момент хищения.

Эксперт указал, что в результате страхового случая утрачено 155 собственных изделий стоимостью 621 051руб. 54коп. и 911 единиц комиссионных изделий стоимостью 12 677 255руб. 49коп.

Однако в заключении эксперта отсутствует подробный расчет количества и стоимости изделий, что не позволяет сделать вывод об арифметической правильности данного расчета и основаниях уменьшения суммы по сравнению с заявленной истцом.

Вместе с тем, в материалах дела имеется сводный расчет истца, составленный на основании сличительной ведомости и первичных документов и содержащий перечень изделий с указанием их индивидуальных характеристик и стоимости, подтвержденной первичными документами.

Сличительная ведомость содержит стоимость каждого изделия по его учетной цене, подтвержденной товарной накладной на поступление товара истцу.

Однако экспертом не приняты во внимание сведения, содержащиеся в расчете и товарных накладных.

Прилагаемая к заключению аналитическая таблица содержит сведения о том, что 173 изделия не были обнаружены в инвентаризационной описи, однако суд признает указанный вывод ошибочным.

Так, например, изделие со штрих-кодом 250014000011651679 (серьги 585, артикул 2435101/01-А50-Д-433, вес 3,8 грамма) приобретено по товарной накладной № Z0032/13 от 24.12.2013 (порядковый номер в накладной 601, том 8, л.д. 20) указано в акте инвентаризации под номером 2135, в сличительной ведомости – под номером 768.

Поскольку характеристики изделия во всех указанных документах совпадают, из заключения эксперта не понятно, по каким причинам эксперт не смог идентифицировать данное изделие.

Поскольку в экспертном заключении отсутствует расчет с указанием стоимости каждого изделий со ссылкой на товарную накладную, оснований доверять выводу эксперта о стоимости похищенных изделий не имеется.

Необходимо учитывать, что расчет страхового возмещения осуществляется с включением суммы НДС.

Договором страхования не предусмотрено исключение суммы НДС при определении размера страхового возмещения.

Кроме того, п. 5.7.6 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования, страхования стоимость застрахованного имущества включает сумму НДС.

Таким образом, оснований для исключения суммы НДС из страхового возмещения не имеется.

Учитывая методику экспертизы и выводы эксперта, суд приходит к выводу о том, что данное заключение не опровергает размер ущерба, заявленный истцом.

Учитывая, что экспертное заключение не содержит убедительных оснований в обоснование выводов эксперта, не опровергнуты содержание и фактическое совершение операций по приобретению истцом товаров, замечания носят несущественный характер, то данное доказательство оценивается судом с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, подтверждающих приобретение и поступление товара на территорию истца, его стоимость, обстоятельства страхового случая и результаты инвентаризации (договора, накладные, акт инвентаризации и сличительная ведомость).

Ходатайств о назначении повторной и (или) дополнительной экспертиз лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Определяя размер ущерба, суд исходит из следующего.

Порядок определения размера ущерба установлен п. 5.7 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования.

Исходя из условий договора страхования (п.п. 5.7.6 и 5.7.7 Правила страхования) размер страхового возмещения в отношении товаров, приобретенных истцом, определяется исходя из суммы, затраченной на приобретение застрахованных товаров (включая НДС).

Приобретение (получение) товаров осуществляется на основании заключенных истцом с третьими лицами договоров комиссии и поставки.

Фактическая передача истцу товаров осуществляется на основании товарных накладных по форме ТОРГ-12.

По условиям договоров комиссии истец как комиссионер несет ответственность перед комитентом ответственность за утрату товара в размере стоимости, указанной в товарных накладных.

Таким образом, для целей определения размера ущерба и страхового возмещения принимается во внимание цена, указанная в товарных накладных, подтверждающих передачу товаров страхователю.

Для целей подсчета ущерба в материалы дела представлены: товарные накладные на поступление товаров истцом (с выделением утраченных изделий); товарные накладные на перемещение товаров на территорию страхования (с выделением утраченных изделий); акт инвентаризации в связи с наступлением страхового случая; сличительная ведомость, составленная на основании результатов инвентаризации.

Стоимость изделий указана в товарных накладных.

В материалы дела также предоставлена таблица подсчета стоимости утраченных изделий, которая лицами, участвующими в деле, не опровергнута.

Судом расчет проверен и признан правильным.

Подсчет размера ущерба осуществляется путем арифметического сложения стоимости изделий, фактически утраченных в результате наступления страхового случая и указанных в сличительной ведомости.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности заявленного истцом размера ущерба.

Суд критически относится к представленному ответчиком заключению ООО «Русаджастер» от 29.12.2016г., поскольку оно сделано по заданию ответчика за соответствующее вознаграждение. 

Вместе с тем, рассмотрев указанное заключение эксперта, суд не находит оснований признать его обоснованным по следующим основаниям.

В своем заключении эксперт делает вывод о том, что в накладных отсутствуют подписи лиц. Однако накладные подписывались либо электронной подписью, о чем свидетельствуют номера сертификатов ключей электронной подписи, либо непосредственно сотрудниками истца. Отдельные недостатки в накладных не свидетельствуют о том, что операции фактически не совершались. Отсутствие у эксперта договоров о материальной ответственности и документов, подтверждающих право подписи сотрудников, не свидетельствует о том, что эти сотрудники не несут материальную ответственность и не имеют право подписи документов. В материалы дела указанные документы представлены.

Эксперт указывает на несоответствие остатка товара оборотно-сальдовой ведомости по счету 41.02.

Однако в соответствии с Инструкцией по применению Плана счетов бухгалтерского учета, утвержденной Приказом Минфина России от 31.01.2000г. № 94н, счет 004 «Товары, принятые на комиссию» предназначен для обобщения информации о наличии и движении товаров, принятых на комиссию. Этот счет используется организациями-комиссионерами. Товары, принятые на комиссию, учитываются на счете 004 «Товары, принятые на комиссию» в ценах, предусмотренных в приемосдаточных актах.

Счет 41 используется только для учета операций с собственным товаром.

Таким образом, указанный экспертом остаток на 01.03.2015г. это остаток только собственного товара, отраженного на счете 41. Комиссионный товар на счете 41 не учитывается. Для определения остатка товара необходимо учитывать товар по обоим счетам 41 и 004.

Довод о том, что в инвентаризационной описи не произведено разграничение товаров на собственные и комиссионные, является необоснованным по следующим основаниям.

В акте инвентаризации отражается информация о фактических остатках товарно-материальных ценностей (п. 2.6 и 3.17 Методических рекомендаций по инвентаризации имущества и финансовых обязательств), а не об их принадлежности.

Акт инвентаризации составляется и подписывается членами комиссии непосредственно при проведении инвентаризации, принадлежность имущества третьему лицу может быть определена лишь при сверке с данными бухгалтерского учета, поэтому определение принадлежности имущества при составлении инвентаризационной описи в отношении товарно-материальных ценностей в большом количестве невозможно. 

В условиях розничного магазина и при составлении акта инвентаризации непосредственно при проведении инвентаризации исключают физическую и техническую возможность проверки принадлежности инвентаризируемого товара.

Поэтому составление инвентаризационной описи именно на принадлежащий комитенту либо истцу товар в рассматриваемом случае невозможно.

Акт инвентаризации не является недостоверным документов. Он содержит информацию о всех изделиях, выявленных по результатам инвентаризации на территории страхования. 

Принадлежность утраченных изделий определяется только при сверке итогов инвентаризации с данными бухгалтерского учета.

Ссылка на п. 5.9 Инструкции о порядке учета и хранения драгоценных металлов, драгоценных камней, продукции из них и ведения отчетности при из производстве, использовании и обращении, является необоснованной, поскольку данные нормы не запрещают составление единого акта инвентаризации.

Кроме того, составление единого акта инвентаризации не свидетельствует о недостоверности содержащихся в нем сведений, которые проверяются путем сопоставления с первичными документами на приобретение товаров.

Довод ответчик о том, что товар не является застрахованным в связи с тем, что на витринах отсутствуют датчики сигнализации и защитная пленка, признан судом необоснованным по следующим основаниям.

В соответствии с п. 6.1 договора страхования, в случае если витрина не оклеена защитной пленкой и в течение рабочего времени не устанавливаются под сигнализацию, устанавливается лимит по событию в размере 15 млн. руб. в отношении магазинов формата ритейл.

Пунктом 6.2 договора оговорено, что обязанность истца устранить указанные нарушения пункта 6.1 договора не распространяется на требования, в отношении которых пунктом 6.1 установлен лимит по событию.

Таким образом, ответчик принял на себя обязательство осуществлять выплату страхового возмещения при отсутствии установленной сигнализации на витринах в размере не более 15 млн. руб.

Поскольку пункт 6.1 устанавливает отдельную страховую сумму и при отсутствии сигнализации на витринах, то ответчик при заключении договора допускал отсутствие защитной пленки и поэтому не может являться обстоятельством, исключающим его обязательство выплатить страховое возмещение.

Позиция о том, что отсутствие защитной пленки на витринах не является нарушением условий договора страхования, подтверждена также решением Арбитражного суда г. Москвы от 20.11.2015г. по делу №А40-127378/2015.

Довод ответчика о том, что страховой случай имел место не на территории страхования, определенной договором страхования, признан судом необоснованным по следующим основаниям.

Ответчик указывает на то, что территорией страхования является помещение по адресу: Москва, ул. Лескова, 3, а хищение имело место в помещении по адресу: Москва, ул. Лескова, д. 3Г.

Истец указал на технический характер ошибки при заключении договора страхования.

Технический характер ошибки в номере дома, указанном в договоре, подтверждается следующими обстоятельствами.

Заключая договор страхования, истец исходил из необходимости обеспечения имущественных интересов путем страхования своего товарного запаса.

С учетом положений статьи 930 ГК РФ, истец страховал товар, в сохранности которого он был заинтересован.

Застрахованные товары, являясь товарами в обороте, идентифицированы путем указания наименования группы товаров (ювелирные изделия) и места их нахождения.

Определение территорий осуществлялась сторонами договора страхования на основании места осуществления истцом розничной торговли, т.е. адреса магазина.

Указание на характер деятельности истца содержится, например, в п. 6.1 договора страхования.

Таким образом, при заключении договора страхования стороны исходили из определения территориями страхования магазинов истца, в которых осуществляется розничная торговля ювелирными изделиями.

Фактическое осуществление истцом розничной торговли по адресу: Москва, ул. Лескова, д. 3Г, подтверждается договором аренды, первичным документами, подтверждающими перемещение товаров на территорию страхования, картой специального учета инспекции пробирного надзора.

Доказательств того, что истец наряду с осуществлением розничной торговли по адресу, где произошло хищение, осуществлял деятельность, связанную с оборотом драгоценных металлов и драгоценных камней, также по адресу: Москва, ул. Лескова, д. 3, в материалы дела не представлено.

Обязательная постановка на специальный учет в органах пробирного надзора всех мест осуществления операций с драгоценными металлами и драгоценными камнями в рассматриваемый период предусмотрена подпунктом 8 пункта 2 статьи 13 Федерального закона «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» (в редакции, действовавшей в период возникновения соответствующих правоотношений) и приказом Минфина России от 16.06.2003г. № 51н «О специальном учете организаций и индивидуальных предпринимателей, осуществляющих операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями».

В материалах дела имеется специальный учет истца в органе пробирного надзора, в которых местом осуществления, связанной с операциями с драгоценными металлами и драгоценными камнями, указан адрес: 

<

...>.

Ответчик, будучи профессиональным участником страхового рынка, при заключении договора не предпринял мер по оценке страхового риска путем осмотра помещения и застрахованного имущества и выявлению несоответствий мест осуществления страхователем розничной торговли указанным в договоре территориям страхования.

Обязанность проверять наличие и характер страхуемого интереса возложена именно на страховщика при заключении договора (постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.05.2016г. по делу № А40-127385/2015).

Ответчик, рассматривая заявление о страховом случае, направил представителя для осмотра места происшествия и проведения инвентаризации и вступил в переписку относительно обстоятельств страхового случая и определения размера ущерба.

Тем самым, ответчик подтвердил действие условий договора страхования на место фактического осуществления истцом розничной торговли ювелирными изделиями, в связи с чем заявленные лишь при рассмотрении дела в суде доводы относительно территории страхования свидетельствуют о недобросовестности ответчика.

Суд также принимает во внимание, что ответчиком не было принято решение об отказе в выплате страхового возмещению в связи с наступлением страхового случае вне территории страхования.

Довод ответчика об отсутствии книги записи залогов, признан судом необоснованным по следующим основаниям.

В силу п. 3 ст. 359 ГК РФ книга записи залогов ведется только в отношении товаров, являющихся предметом залога.

Следовательно, обязанность по ведению книги записи залогов не распространяется на товары, не являющиеся предметом залога.

Товары, находящиеся на территории страхования не относятся к предмету залога, поскольку по условиям договоров залога, заключенных между страхователем и выгодоприобретателем, к заложенному имуществу относятся только товары, находящиеся на соответствующих территориях страхования. 

Магазин по указанному адресу не относится к местам нахождения застрахованного имущества по условиям договоров залога, поэтому по нему книга записи залогов не ведется.

Кроме того, обязанность по ведению книги записи залогов в любом случае не может распространяться на комиссионный товар, поскольку он не является предметом залога.

Ответчик указывает на то, что истец не вправе требовать выплаты по комиссионному товару, поскольку он не является собственностью страхователя и предметом залога в пользу выгодоприобретателя.

Однако позицию ответчика, суд признает необоснованной по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

Страхователь как комиссионер, осуществляющий торговлю комиссионным товаром, имеет интерес в сохранении переданного ему на реализацию товара, поскольку он при осуществлении торговли получает прибыль от реализации данного товара в качестве комиссионного вознаграждения и несет перед комитентами ответственность за обеспечение сохранности товара.

Таким образом, комиссионер может являться страхователем в отношении полученного на комиссию товара.

В абзаце 3 пункта 2.1.1 договора страхования указано, что застрахованными по настоящему договору считаются товары в обороте как принадлежащие страхователю на праве собственности, так и принадлежащие третьим лицам и находящиеся у страхователя на основании договора комиссии, хранения и ином законном основании.

Пункт 2.1.1 договора корреспондирует с пунктом 6.6 договора страхования, устанавливающий порядок определения действительной стоимости имущества, принадлежащего не страхователю, а третьим лицам, для целей выплаты страхового возмещения.

Таким образом, в силу норм законодательства и условий заключенного договора страхования застрахованными считаются и собственные, и принятые на комиссию страхователем товары.

Поскольку условие о страховании комиссионного товара является условием договора, оснований для освобождения ответчика от выплаты страхового возмещения не имеется.

Ссылка ответчика на дополнительное соглашение № 1 от 11.11.2014г., которым предусмотрено, что застрахованный товар является предметом залога в пользу выгодоприобретателя, является необоснованной, так как п.п. 2.1.1 и 6.6 договора страхования этим соглашением не отменены, страховая сумма ни в разрезе территорий страхования, ни в целом по договору не изменялась. Страховая премия и перечень территорий страхования не изменялся.

Наличие в п. 2.4 указания на залоговый статус товаров означает лишь то, что данный статус относится только к собственным товарам истца и не исключает страхования комиссионного товара.

Общая балансовая стоимость заложенного по договорам залога товара составила около 209 млн. руб., а общая страховая сумма на дату заключения договора страхования (пункт 4.1) – 3,1 млрд. руб. 

Такое различие свидетельствует о том, что перечень застрахованных товаров существенно шире, чем перечень заложенных товаров.

Таким образом, условия дополнительного соглашения № 1 от 11.11.2014г. распространяются только на собственный товар страхователя, являющийся предметом залога и не изменяют условия договора о страховании комиссионного товара и незаложенного собственного товара, находящегося на территориях страхования, не указанных в договорах залога как место нахождения залога.

Письма истца в адрес ответчика об увеличении страховых сумм и включении новых магазинов в перечень территорий страхования не подтверждают отказа от страхования комиссионного товара.

Суд не принимает во внимание ссылку ответчика на решение Арбитражного суда города Москвы от 05.12.2017г. по делу №А40-185272/16-76-1647, поскольку указанный судебный акт не вступил в законную силу.

Довод ответчика о недействительности договора комиссии между страхователем и ООО «АДАМАС-Ювелир» от 27.04.2009г. №АЮ-К12-АЮТ не имеет правового значения для разрешения настоящего спора.

Согласно абзацу 3 пункта 2.1.1 договора страхования от 10.11.2014г. застрахованным считаются товары в обороте как принадлежащие страхователю на праве собственности, так и принадлежащие третьим лицам и находящиеся у страхователя на основании договора комиссии, хранения или ином законном основании.

Застрахованный товар добровольно передавался ООО «АДАМАС-Ювелир» истцу, а истец осуществлял его хранение и реализацию, поэтому как при наличии действующего договора комиссии, так и при признании договора комиссии недействительным истец обеспечить его сохранность в силу п. 2 ст. 167, ст.ст. 886, 906, 1104 ГК РФ и компенсировать собственнику его стоимость в случае его утраты.

Таким образом, независимо от наличия договора комиссии истец несет ответственность перед собственником товара за обеспечение его сохранности и как следствие имеет законный интерес в его сохранении.

Следовательно, независимо от действительности договора комиссии истец имеет интерес в обеспечении сохранности имущества комитента и вправе осуществлять его страхование.

Довод ответчика и третьего лица о том, что страховое возмещение подлежит выплате выгодоприобретателю («Банк Город» АО), признан судом необоснованным по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы.

Положения ст. 956 ГК РФ защищают интересы выгодоприобретателя по договору страхования лишь в том случае, если он добросовестно исполняет свои обязанности по договору страхования и его действия (бездействие) не нарушают интересов страхователя.

Наличие у банка-кредитора статуса выгодоприобретателя по договору страхования не является безвозмездным и обусловлено наличием правоотношений между страхователем и выгодоприобретателем в рамках кредитных договоров и договоров поручительства.

Заключая договор страхования с включением в него выгодоприобретателя, страхователь исходит из того, что страховое возмещение при утрате застрахованного товара будет направлено на уменьшение его задолженности перед выгодоприобретателем, срок погашения которой наступил.

Если выгодоприобретатель не осуществляет действий, направленных на выплату ему страхового возмещения, то обязательство страхователя перед выгодоприобретателем остаётся неисполненным.

В результате бездействия выгодоприобретателя страхователь остается обязанным перед ним по основному обязательства и не получает страховое возмещение.

Таким образом, отсутствие со стороны выгодоприобретателя действий по взысканию страхового возмещения влечет нарушение интересов истца.

При таких обстоятельствах, страхователь имеет право защищать свои интересы способами, предусмотренными ст. 12 ГК РФ, в том числе путем самостоятельного обращения к страховщику за выплатой страхового возмещения и устранения выгодоприобретателя из правоотношений по страхованию в порядке ст. 956 ГК РФ.

Будучи лицом, участвующим в рассмотрении дела №А40-127385/2015, выгодоприобретатель с 2015 года знал о наступлении страховых случаев, однако ни он, ни его правопреемник не предпринимали никаких мер, направленных на защиту своих интересов.

Поскольку выгодоприобретатель не осуществлял каких-либо обязанностей по договору страхования, то после предъявления истцом требования к ответчику единственным выгодоприобретателем по договору страхования является сам истец.

Обращение истца с требованием о выплате страхового возмещения фактически означает уведомление о замене выгодоприобретателя. 

Требование выгодоприобретателя о выплате страхового возмещения не является самостоятельным, не обусловлено предоставлением ответчику имущественного эквивалента, вытекает из факта причинения имущественного ущерба истцу, поэтому удовлетворение данного требование осуществляется за счет истца и влечет для него утрату возможности компенсации ущерба.

Таким образом, удовлетворение требования выгодоприобретателя за счет страхового возмещения, подлежащего выплате в связи с утратой имущества истца, нарушает установленную законодательством о банкротстве очередность удовлетворения требований кредиторов.

Договорами залога определены места хранения предмета залога. Территория страхования, на которой произошел страховой случай, к указанным местам не относится, поэтому находящееся на ней имущество не является заложенным.

Суд не принимает довод ответчика о том, что истец реализовал свое право на возмещение ущерба путем предъявления к виновным лицам гражданского иска в рамках уголовного дела, возбужденного по факту хищения.

Согласно п.4 ст. 965 ГК РФ если страхователь (выгодоприобретатель) отказался от своего права требования к лицу, ответственному за убытки, возмещенные страховщиком, или осуществление этого права стало невозможным по вине страхователя (выгодоприобретателя), страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения полностью или в соответствующей части и вправе потребовать возврата излишне выплаченной суммы возмещения.

Таким образом, предъявление гражданского иска в уголовном деле обусловлено тем, что размер страховой выплаты ограничен страховой суммой и франшизой.

Убытки в части, превышающей страховую выплату, могут быть предъявлены страхователем только к лицу, ответственному за убытки.

Кроме того, невыплата страхового возмещения страховщиком вынуждает страхователя осуществлять доступные ему меры, направленные на возмещение ущерба, включая предъявление гражданского иска в уголовном деле.

Таким образом, предъявление гражданского иска в уголовном деле направлено на обеспечение интересов страхователя в случае неполного покрытия убытков страховой выплатой и отказа страховщика от выплаты страхового возмещения.

Согласно п. 1 ст. 961 ГК РФ при наступлении страхового случая, предусмотренного договором имущественного страхования, страхователь обязан принять разумные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры, чтобы уменьшить возможные убытки.

Мерой по уменьшению убытков может быть и предъявление гражданского иска к лицу, ответственному за убытки, поскольку признание такого лица гражданским ответчиком и принятие в отношении его имущества решения об аресте направлено на ускорение процедуры возмещения ущерба.

Согласно п. 1 ст. 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Запрета на переход права требования к лицу, ответственному за убытки, в рамках уголовного дела, законодательство не содержит, а процессуальное правопреемство осуществляется в порядке гражданского судопроизводства.

Получение возмещения ущерба страхователем непосредственно от причинителя вреда уменьшает размер страхового возмещения (п. 11.14 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования).

Таким образом, предъявление гражданского иска с целью ускорения взыскания ущерба с последующей заменой взыскателя направлено на обеспечение интересов как страхователя, так и страховщика, что исключает квалификацию гражданского иска как делающего невозможным осуществления страховщиком своих прав после перехода к нему прав к лицу, ответственному за убытки (суброгации).

Ответчик также ссылается на то, что франшиза по страховому возмещению должна определяться с учетом ранее имевших место страховых случаев, однако п. 4.5 договора страхования предусматривает, что франшиза определяется по каждой территории страхования.

Поскольку хищение от 27.06.2015 является первым по территории страхования, к размеру страхового возмещения применяется франшиза в размере 10%.

При изложенных обстоятельствах суд считает доказанными факт наступления страхового случая, размер ущерба и обязательство ответчика по выплате страхового возмещения.

При вышеуказанных обстоятельствах, суд пришел к выводу об удовлетворении требования истца о взыскании 15 618 795руб. 59коп.

Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 245 948руб. 57коп.

В соответствии со ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Размер процентов судом проверен, признан правильным и подлежащим  удовлетворению в  заявленной сумме в судебном порядке.

Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 15 618 795руб. 59коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга.

Согласно п. 3 ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Согласно п. 48 постановления пленума Верховного суда РФ от  24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Таким образом, суд считает возможным удовлетворить заявленное требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 15 618 795руб. 59коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга.

Распределяя расходы за проведенную судебную экспертизу, суд приходит к следующим выводам.

18.10.2017г. экспертным учреждением проведена судебная экспертиза. Стоимость экспертизы составила 70 000руб. 00коп.

В соответствии с определением от 19.01.2018г. по настоящему делу бухгалтерией Арбитражного суда г. Москвы перечислены ООО «Айсис» с депозитного счета Арбитражного суда города Москвы денежные средства в размере 70 000(семьдесят тысяч)руб. 00коп.,  внесенные за проведение судебной экспертизы №1710149/VVS от 18.01.2018г., счет №18 от 18.01.2018г., поступившие от ООО «СК «Согласие» по платежному поручению №221735 от 09.08.2017г

Учитывая, что требования истца удовлетворены, экспертиза оплачена ответчиком, следовательно, расходы за ее проведение были распределены в полном объеме определением от 18.10.2017г.

Расходы по уплате госпошлины относятся на ответчика в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь  ст.ст. 307, 309, 310, 395, 929, 930, 947, 956, 961, 965 ГК РФ, ст.ст. 65, 106, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

 

                                                                      РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «АДАМАС-Ювелирторг» (ИНН 

<

***>) 15 618 795руб. 59коп. задолженности, 2 245 948руб. 57коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и 135 324руб. 98коп. расходов по госпошлине.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «АДАМАС- Ювелирторг» (ИНН 

<

***>)  проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга в размере 15 618 795руб. 59коп., с применением ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с 01.11.2017г. по дату фактический оплаты долга. 

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный  суд в  течении месяца со дня  принятия. 

Судья                                                                                                   А.Г. Авагимян