ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-111898/2019

31 января 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.2

Резолютивная часть постановления объявлена     23 января 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  31 января 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Сотова И.В., судей Аносовой Н.В., Слоневской А.Ю.

 

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от АО «Газпром теплоэнерго»:  ФИО2 по доверенности от 27.11.2023

к/у ФИО3 по паспорту

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-35541/2023) АО «Газпром теплоэнерго» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2023 делу № А56-111898/2019/суб.2, принятое по заявлению АО «Газпром теплоэнерго» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СтройИнвест»,

ответчики: ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 19.08.2021, резолютивная часть которого объявлена 18.08.2021, в отношении ООО «СтройИнвест» (далее – должник, общество)  введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3.

Решением арбитражного суда от 29.11.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником также утверждена ФИО3

Конкурсный кредитор АО «Газпром теплоэнерго» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 (далее – ответчики 1-4), как контролирующих должника лиц, к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СтройИнвест».

Определением арбитражного суда от 08.09.2023 в удовлетворении данного заявления отказано.

В апелляционной жалобе АО «Газпром теплоэнерго» просил определение от 08.09.2023 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении его требований, ссылаясь на отсутствие отражения в бухгалтерской отчетности общества сведений об активах, в частности, о дебиторской и кредиторской задолженности, в этой связи апеллянт указывал на искажение отчетности, что является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, при отражении также в балансах за 2017-2018 гг активов должника, сведения о судьбе которых отсутствуют; кроме того, апеллянт ссылался на затруднительность в этой связи проведения инвентаризации имущества и невозможность сформировать конкурсную массу должника  

Конкурсный управляющий должником в отзыве на апелляционную жалобу поддержал изложенные в ней доводы.

ФИО4 также направила в апелляционный суд отзыв, в котором она полагала доводы апелляционной жалобы необоснованными и несоответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Определением от 21.11.2023 апелляционный суд отложил рассмотрение апелляционной жалобы на 12.12.2023 и предложил ФИО5, ФИО6 и ФИО7 представить документально подтвержденные пояснения относительно выбытия ранее числящихся за должником активов.

В суд от ФИО6 поступили письменные пояснения по апелляционной жалобе, а от конкурсного управляющего должником – ходатайство о приобщении к материалам дела копии письма МИФНС № 21 по Санкт-Петербургу от 31.10.2023 № 09-16/27424 о предоставлении сведений с приложением копии бухгалтерской отчетности должника, и копии ходатайства об истребовании доказательства у МИФНС № 21 по Санкт-Петербургу, заявленного в суде первой инстанции в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора.

Определением от 12.12.2023 апелляционный суд отложил рассмотрение апелляционной жалобы на 23.01.2024 и указал ФИО5 и ФИО7 на необходимость исполнить определение апелляционного суда от 21.11.2023 по пункту 2 его резолютивной части.

В суд от ФИО7 поступили письменные пояснения по апелляционной жалобе с приложением заключения от 31.12.2017 № 54/Д3/2017 о дебиторской задолженности и копий приказов о ее списании от 30.12.2017, от 23.03.2018 и от 27.03.2018 и актов инвентаризации к этим приказам от этих же дат.

ФИО4 направила в суд ходатайства о приобщении к материалам дела заключения специалиста № 8846 от 21.04.2023, направленного также в электронном виде в суд первой инстанции при рассмотрении настоящего спора, а также об отложении судебного заседания, мотивированное невозможностью принять в нем участие, рассмотрев которое (ходатайство об отложении), апелляционный суд определением, изложенным в протоколе судебного заседания, отказал в его удовлетворении ввиду недоказанности наличия оснований для этого, при том, что от участия в настоящем заседании ответчик необоснованно уклонилась.

В настоящем судебном заседании апелляционного суда представитель АО «Газпром теплоэнерго» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Конкурсный управляющий должником поддержала позицию конкурсного кредитора.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)  рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ответчики в разное время являлись руководителями должника, а именно – ФИО6  был генеральным директором общества в период с 21.10.2005 по 14.02.2018; ФИО7 являлся ликвидатором в период с 15.02.2018 по 21.08.2019, ФИО5 также был ликвидатором с 22.08.2019 по 12.10.2020, а ФИО4 являлась генеральным директором должника в период с 13.10.2020 по  дату открытия в отношении него процедуры конкурсного производства.

В обоснование своего заявления конкурсный кредитор указал, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением ими обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и иной документации, а также искажением бухгалтерской отчетности должника.

Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал со ссылкой на недоказанность кредитором наличия условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В частности, согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 этой статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Основания для освобождения от ответственности контролирующего должника лица предусмотрены пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в силу которого контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 24 Постановления N 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

При этом смысл вышеназванной презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В данном случае судом первой инстанции принято во внимание, что определением арбитражного суда города от 11.07.2022 по спору № А56-111898/2019/истр.1, оставленным в силе постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.02.2023, конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления об истребовании бухгалтерской и иной документации должника.

Таким образом, факт надлежащего исполнения ответчиками обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника установлен вступившим в законную силу судебными актом.

Кроме того, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиками были даны в достаточной степени развернутые и подтвержденные документально (в частности – заключением о дебиторской задолженности (независимо от даты его подготовки)) пояснения относительно обстоятельств наличия активов, их списания и корректировки бухгалтерского баланса (в частности - дебиторская задолженность на сумму 45 000 000 руб. списана в связи с исполнением и закрытием соответствующих работ; в отношении дебиторской задолженности по счету 62 (расчеты с покупателями и заказчиками) АО «Газпром теплоэнерго» в сумме 38 715 273, 30 коп. и АО «Газпром теплоэнерго Тверь» в размере 10 508 027, 33 коп. были приняты меры по ее взысканию (в рамках дел № А41-69977/2018, № А41-63550/2018 и № А41-15617/2018); дебиторская задолженность по счету 60 (расчеты с поставщиками и подрядчиками) в сумме 5 447 219, 30 руб.  признана нереальной ко взысканию ввиду ликвидации дебиторов в период  2009-2015, в связи с чем списана в порядке статьи 266 НК РФ, о чем изданы соответствующие приказы, также представленные в материалы дела наряду с актами инвентаризации; списание материальных ценностей (в частности - материалов, которые использовались при выполнении подрядных работ) производилось несвоевременно, ввиду чего на балансе общества отражались фактически не существующие  ценности, а со стороны ФИО4 представлены исчерпывающие пояснения, из которых следует, что в бухгалтерском балансе должника за 2019 год была допущена техническая ошибка, которая была устранена посредством представления корректировочного баланса.

В этой связи, поскольку надлежащих доказательств намеренного искажения бухгалтерской документации должника, результатом которого стало наступление его объективного банкротства, ни управляющим, ни кредитором в материалы спора не представлено, суд первой инстанции оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71 и 223 АПК РФ, пришел к правомерному выводу об отсутствии условий для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. 

 Ввиду этого и применительно к доводам апелляционной жалобы коллегия отмечает, что в силу пункта 24 Постановления N 53, искажение сведений в документах бухгалтерского учета (как основание для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности) является опровержимой презумпцией, и в силу изложенного выше, ответчики опровергли, а кредитор и конкурсный управляющий не обосновали связь наличия в документации искаженных сведений с невозможностью полного  погашения требований кредиторов должника (выявления активов общества), более того – вывод об отсутствии  со стороны ответчиков действий по искажению бухгалтерской отчетности должника содержится в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.02.2023 по спору № А56-111898/2019/истр.1, которым из мотивировочной части постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2022 исключены соответствующие выводы (об искажении отчетности).

Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Выводы суда являются верными. Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, а также влияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, ввиду чего они признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции также не установлено. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.09.2023 г. по делу № А56-111898/2019/суб.2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу АО «Газпром теплоэнерго» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

А.Ю. Слоневская