№ 09АП-70143/2023

Дело № А40-71055/22

г. Москва

14 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года

Постановление

 изготовлено в полном объеме 14 марта 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  С.А. Назаровой,

судей А.Г. Ахмедова, А.А. Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ООО «СпецКонтактСтрой», ООО "ТК МЕГА ТРАНС" 

на решение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 по делу № А40-71055/22, 

в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РСК Групп»

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2022 принято заявление ООО «СпецКонтактСтрой» о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 5.896.245,00 рублей.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «СпецКонтактСтрой», ООО «ТК Мега Транс», ФИО4, ООО «Эверест», ИП ФИО5 о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 привлечен ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РСК Групп», взыскано с ФИО3 8.648.600,85 рублей в пользу ООО «СпецКонтактСтрой», взыскано с ФИО3 5.670.418,56 рублей в пользу ООО «ТК Мега Транс», взыскано с ФИО3 491.468,87 рублей в пользу ФИО4, взыскано с ФИО3 238.014,13 рублей в пользу ООО «Эверест», взыскано с ФИО3 862.376,63 рублей в пользу ИП ФИО5, взыскано с ФИО3 43.787.547,00 рублей в пользу ООО «ЮНИСТРОЙ», взыскано с ФИО3 2.037.416,90 рублей в пользу ООО «РМ».

Данным решением отказано в удовлетворении остальной части требований.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «СпецКонтактСтрой», ООО "ТК МЕГА ТРАНС"  обратились с апелляционными жалобами в  Девятый арбитражный апелляционный суд, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

ООО «СпецКонтактСтрой» в апелляционной  жалобе  просило отменить решение в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и привлечь его к ответственности.

ООО "ТК МЕГА ТРАНС" в апелляционной  жалобе  просило судебный акт отменить в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РСК-Групп» и взыскать с ФИО2 в пользу ООО «ТК МЕГА ТРАНС» 5 670 418,56 рублей.

В судебном заседании 14.02.2024 в соответствии со ст. 163 АПК РФ судом  объявлялся перерыв до 28.02.2024.

Представители апеллянтов в судебном заседании настаивали на удовлетворении жалоб.

ФИО4 и  представитель ООО «Эверест»  в судебном  заседании  поддержали позицию апеллянтов. 

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность решения в  обжалуемой  части, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.12.2020 принято заявление ООО «ТК Мега-Транс» о признании ООО «РСК-ГРУПП» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № А40- 23972/20. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.02.2021 по делу № А40- 23972/20 в отношении ООО «РСК-ГРУПП» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, в реестр требований кредиторов ООО «РСК-ГРУПП» включено требование ООО «ТК Мега-Транс» в размере 3.501.027,69 руб. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2021 включено  требование ООО «ЭкоГрупп» в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 164.405,16 рублей, из которых 81.018,69 рублей - основной долг, 80.000 рублей - неустойка, с учетом применения пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве, 3.386,47 рублей - расходы по оплате госпошлины. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2021 включено  требование ООО «ЭТСС» в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 64.292,09 рублей, из которых 61.819,09 рублей - основной долг, расходы по оплате госпошлины - 2.473 рублей. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2021 включено   требование ООО «ЮниСтрой» в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 23.970.400, 54 рублей – основной долг, 5.819.227,60 рублей - штраф, 13.880.107,56 рублей - неустойка, 112.213,99 рублей - проценты, 200.000 рублей - расходы по оплате госпошлины, с учетом применения пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.06.2021 включено    требование ИФНС № 15 по г. Москве в размере в размере 3.330.242,62 рублей - недоимка во вторую очередь реестра требований кредиторов должника, 6.570.553,62 рублей - недоимка в третью очередь реестра требований кредиторов должника, 1.055.456,46 рублей - пени, 1.488.436,40 рублей - штрафы с учетом положений пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2011 включено  требование ООО «СпецКонтактСтрой» в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 8.648.600,85 рублей, из них: 5.896.245,00 рублей - основной долг, а также 2.752.355,85 рублей - неустойка с учетом применения пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2022 прекращено  производство по делу № А40-239724/20 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «РСК-ГРУПП» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) на основании абзц. 8 п.  1 ст. 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Материалами дела  подтверждается, что генеральным директором ООО «РСК-Групп» в период с 19.10.2017 являлся ФИО3, единственным участником - ФИО2

Таким образом, судом первой инстанции верно отнесены ответчики  к  контролирующим должника лицам.

После прекращения производства по делу о банкротстве, кредиторами инициирован  спор о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «РСК-ГРУПП».

В качестве правового обоснования для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, заявлено ООО «СпецКонтактСтрой» о том, имея статус участника, ответчик обязан был до 10.02.2019 инициировать созыв внеочередного собрания Общества, однако не совершил данных  действий. По мнению кредитора, размер ответственности по данному основанию составляет  4 844 605  руб. со ссылкой на договоры от 10.01.2019 и от 26.10.2018. Также заявитель сослался на то, что должник совершил сделку в пользу ФИО2 12.07.2020 на сумму  1 247 040  руб., и 02.03.2020 на сумму 2 665  000  руб. Впоследствии, ООО «СпецКонтактСтрой» в порядке ст. 49  АПК РФ  уточнило размер  ответственности – 8 648 600,85 руб. 

 ООО «ТК Мега Транс» присоединилось к требованию, заявляя о взыскании с  ответчиков  5 670 418,58  рублей, ссылаясь на то, что ФИО2 обязан был направить не позднее 20.05.2019 требование руководителю должника об обращении  в суд с заявлением о признании должника банкротом.   

ФИО4 присоединился к требованию, заявляя о взыскании с  ответчиков  491 468,87 рублей.

ООО «Эверест» присоединилось к требованию, заявляя о взыскании с  ответчиков  238 014,13 рублей.

ИП ФИО5 присоединился к требованию, заявляя о взыскании с  ответчиков  862 376.63 рублей.

ООО «ЮНИСТРОЙ» присоединилось к требованию, заявляя о взыскании с  ответчиков  43 787 547 рублей.

ООО «РМ» присоединилось к требованию, заявляя о взыскании с  ответчиков  1 968 558,90 рублей.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 привлечен ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РСК Групп», взыскано с ФИО3 8.648.600,85 рублей в пользу ООО «СпецКонтактСтрой», взыскано с ФИО3 5.670.418,56 рублей в пользу ООО «ТК Мега Транс», взыскано с ФИО3 491.468,87 рублей в пользу ФИО4, взыскано с ФИО3 238.014,13 рублей в пользу ООО «Эверест», взыскано с ФИО3 862.376,63 рублей в пользу ИП ФИО5, взыскано с ФИО3 43.787.547,00 рублей в пользу ООО «ЮНИСТРОЙ», взыскано с ФИО3 2.037.416,90 рублей в пользу ООО «РМ».

Таким образом, с генерального директора Марчука Е.А. в пользу кредиторов  взысканы  в полностью суммы, которые и были ими заявлены.

В рассматриваемом случае, кредиторы  требуют взыскания денежных с  ФИО2 (участник  должника)  не в солидарном порядке к  ФИО3  

При этом, кредиторами  в  апелляционном суде подтверждена позиция относительно того, что вменяемые  ответчику убытки, не входят в размер ответственности, примененной к  Марчуку  Е.А.   

Отказывая в удовлетворении требований к ФИО2, суд первой  инстанции исходил из отсутствия правовых оснований для привлечения  данного ответчика к  субсидиарной ответственности.  

С выводами суда  первой инстанции апелляционный суд  соглашается. 

Поскольку заявители ссылались на неправомерные действия ФИО2, имевшие место в период после 2017 года, суд  первой  инстанции пришел к правильному выводу о применении действующей редакции Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаком банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: 1)          в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2)           в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3)           в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4)           иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1)являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2)     имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3)   извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 63.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Установление момента возникновения обязанности по обращению должника в суд с заявлением о собственном банкротстве напрямую связано с определением размера субсидиарной ответственности руководителя, которая по общему правилу ограничивается объемом обязательств перед кредиторами, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Изложенный методологический подход соответствует, правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412.

В п 18. постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что  контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

При разрешении подобных споров, необходимо учитывать  положения ст. ст. 401, 1064 ГК РФ, Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", п. 10 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", п. 22 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Из материалов дела  следует, что ООО «СпецКонтактСтрой» ссылалось на то, что  участник  ФИО2 обязан был до 10.02.2019 инициировать созыв внеочередного.

ООО «ТК Мега Транс» присоединилось к требованию, ссылалось на то, что ФИО2 обязан был направить не позднее 20.05.2019 требование руководителю должника об обращении  в суд с заявлением о признании должника банкротом.   

В соответствии со ст. 34 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества. Исполнительный орган общества обязан в течение пяти дней с даты получения требования о проведении внеочередного общего собрания участников общества рассмотреть данное требование и принять решение о проведении внеочередного общего собрания участников общества или об отказе в его проведении (п. 2 ст. 35 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В случае принятия решения о проведении внеочередного общего собрания участников общества указанное общее собрание должно быть проведено не позднее сорока пяти дней со дня получения требования о его проведении (п. 3 ст. 35 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Между тем, материалами дела не подтверждена осведомленность ФИО2  о наступлении объективного банкротства  в даты указанные кредиторами, а также одобрения им сделок, которые  были совершены  бывшим руководителем после  таких дат. 

При этом, сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

Деликтный характер субсидиарной ответственности подразумевает наличие вины контролирующего должника лица в наступлении банкротства и причинении вреда имущественным правам кредиторов, в данном же деле вины ФИО2, не  установлено.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства  того, что  действия  ФИО2 выходили за пределы обычного делового риска и были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, а имеющиеся к таковым не могут быть отнесены. 

Не доказано кредиторами и обстоятельства того, что  ФИО2 являлся лицом, на которого возложена обязанность ведения бухгалтерской документации должника и хранение документов бухгалтерского учета. Доказательств, что именно у ФИО2 имелись какие-либо сведения и документы, необходимые для проведения процедуры банкротства, и он обязан был передать их  управляющему, в материалы дела не представлено.

Также судом  первой  инстанции установлено, что обязанность по передаче документации генеральным директором Марчуком Е.А. не исполнена, что  не позволяло конкурсному управляющему совершить необходимые действия, в частности: отыскать имущество должника, а в случае его выбытия - проанализировать правовые основания его выбытия, оспорить подозрительные сделки.

В нарушение статьи 65 АПК РФ, кредиторами не представлено доказательств того, что в случае своевременного исполнения руководителем должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника задолженность перед кредиторами  должника была бы погашена.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При этом один лишь факт возникновения обязанности у должника уплатить задолженность само по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника, в целях установления субсидиарной ответственности необходимо точное и верное определение арбитражным управляющим момента возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

То обстоятельство, что согласно реестру требований кредиторов, у общества имеется задолженность перед иными кредиторами, возникшая после истечения месячного срока для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, само по себе не свидетельствует о возникновении признаков несостоятельности (банкротства).

Неплатежеспособность и неоплата конкретного долга отдельному кредитору не тождественны (Постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.04.2013 №18245/12, определение Верховного суда Российской Федерации от 25.01.2015 №310-ЭС15-12396).

Доводы  о наличии по состоянию на 01.01.2019 непогашенной задолженности перед ООО «Стройград» и ООО «Трансстрой» оценены судом первой  инстанции и сделан вывод о том, что они не свидетельствует о наличии признаков банкротства, и отсутствии условий продолжения финансово-хозяйственной деятельности.

Так, судом  первой  инстанции учтено, что 30.01.2019 года ООО «РСК Групп» получило аванс в размере 13 млн. рублей по контракту заключенному в 2018 году на проведение строительно-монтажных работ. В январе 2019 года, ООО «РСК Групп» своевременно и в полном объеме выплачивало заработную плату, в первом квартале 2019 года были погашены задолженности в т.ч. по исполнительным листам, выданным в 2018 году. На протяжении 2019 - 2020 года, ООО «РСК Групп» вело активную хозяйственную деятельность, искало подряды на выполнение работ, выполняло работы, приобретало имущество, содержало штат собственных сотрудников. Работы по заключенным      контрактам      выполняло      своими      силами,      с      привлечением специализированных организаций по работам, выполнение которых собственными силами считало не целесообразным.

Таким образом, оснований для привлечения ФИО2 (участник должника)  к субсидиарной ответственности по указанному основанию не имеется, момент наступления объективного банкротства  в  заявленные кредиторами даты  не  доказан.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Судом первой инстанции установлено, что от имени должника генеральным директором Марчуком Е. А. совершались сделки, направленные на получение им самим выгоды. Так, 24.09.202 и 02.09.2020 должником совершено перечисление денежных средств в размере 4.700.000,00 рублей в пользу ООО «Финком», генеральным директором которого также являлся ФИО3 Также 02.03.2020 в пользу Марчука Е.А. в отсутствие подтверждающих документов совершен перевод в размере 2.665.000,00 рублей.

Отказывая в  удовлетворении требования в указанной части, суд первой инстанции верно учел, что ФИО2 выгодоприобретателем по указанным сделкам не являлся, данные  сделки одобрения  не требовали.

В части выплат, осуществленных должником в пользу ФИО2, судом первой инстанции установлено, что он как учредитель и единственный участник по договорам займа и договорам безвозмездной помощи учредителя оказывал финансовую помощь ООО «РСК-Групп», о чем свидетельствует выписка с расчетного счета. А перечисленные ФИО2 денежные средства являются возвратом по указанным займам, а также выплатой заработной платы, т.е. не являются сделками по выводу имущества должника. Кроме того, заявителями не представлено достаточных доказательств того, что именно указанные сделки стали причиной банкротства ООО «РСК Групп».

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ. вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной   ответственности,   но  доказанности   противоправного   поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Из материалов дела следует, что имела место выдача денежных средств ФИО2 в подотчет в размере 4 870 000 рублей: июль 2019 года – 500 000 рублей; сентябрь 2019  года – 300 000 руб., 200 000 руб., 1 500 000 руб., 100 000 руб.; октябрь  2019 года – 500 000 руб.; ноябрь 2019 года – 1 250 00 руб., 400 000 руб. и 120 000 руб.     

Таким образом, вменяемые  кредиторами сделки, совершены более чем за год до возбуждения дела о банкротстве (11.12.2020).

Доводы  апеллянтов о том, что ФИО2  не представлено документов об об использовании полученных под отчет денежных средств в хозяйственной деятельности должника, апелляционным судом  не  могут быть отнесены к числу оснований для отмены судебного акта, поскольку отсутствие полного пакета оправдательных документов непосредственно у управляющего бесспорным доказательством порочности оспариваемых платежей не является.

Бремя возложения на участника ответственности за непередачу бывшим руководителем должника соответствующей документации управляющему, а равно несохранность такой документации неправомерно.

Ссылки апеллянтов  на  получение ФИО2  в  2019 году - 12  222 600 рублей и в 2020 году – 1 850 000 рублей, и на то, что размер заработной платы не соответствовал средней заработной плате сотрудников должника, не могут быть отнесены к числу оснований  для отмены судебного акта, поскольку  нарушений  трудового законодательства при начислении оплаты за труд, относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждено.

Довод жалобы  о том, что сделка является выводом имущества за три месяца до возбуждения дела о банкротстве должника и подпадает под признаки оказания предпочтения кредитору с нарушением очередности погашения требований иных кредиторов, также не может быть признан обоснованным, поскольку требования по выплате заработной платы (вторая очередь) не могут быть в силу положений Закона  о банкротстве отнесены к приоритетному погашению по отношению к требованиям  кредиторов, относящимся к  третьей очереди.

Довод апеллянта о том, что обязательства перед ООО «ТК МЕГА ТРАНС» у ООО «РСК-Групп» по договору № 36 от 10.09.2019 возникли после  мая 2019 года, и подлежат учету  при определении размера ответственности, подлежит отклонению, поскольку  признаки объективного банкротства  должника  по состоянию на май 2019  года не доказаны. А анализ финансового состояния должника, выполненный временным управляющим, в котором указано, что непокрытый убыток за 2018 год составлял - 20 623 000 рублей (стр. 16) не может безусловно свидетельствовать  о объективном банкротстве  должника по состоянию на май 2019 года. К тому же,  по счетам должника в 2019-2020  годы происходило значительное движение средств на что указывают сами заявители.

К тому же, в удовлетворении требований к  руководителю должника отказано за необращение в суд с заявлением о признании должник банкротом, и апеллянтами в  указанной части судебный не оспаривается.  

Несостоятельным апелляционный суд  находит довод  апеллянта о том, что ФИО2 не передал документацию должника временному управляющему, со ссылкой на отзыв ФИО2, который  содержит в приложении договор купли-продажи техники, акт передачи данной техники, копии писем должника в адрес покупателя техники и платежные поручения.

В рассматриваемом случае, участник должника не относится к числу лиц, на которых  возложена обязанность по хранению документации.

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что в пользу кредиторов  с  руководителя должника взысканы суммы в полном размере субсидиарной ответственности, т.е. соответствуют полному размеру неисполненных должником  обязательств  перед кредиторами.  Тогда как в случае удовлетворения  судом требований к ФИО2, суммы взыскания составят большую сумму, чем полагается кредиторам. 

 Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, при этом нормы материального права применены судом правильно, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения принятого по делу судебного акта, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2023 по делу № А40-71055/22 в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                            А.Г. Ахмедов

                                                                                                            А.А. Комаров