﻿217/2020-4794(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-140/2020

02 марта 2020 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2020 года. 

Полный текст постановления изготовлен 02 марта 2020 года. 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе: 

председательствующего судьи Никитина Е.О. судей Сецко А.Ю., Шведова А.А.  при участии: представители участвующих в деле лиц не явились 

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы Жутника  Максима Валерьевича, Шастина Сергея Геннадьевича  

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019  по делу № А59-3909/2018 Арбитражного суда Сахалинской области  

по заявлению финансового управляющего имуществом Шастина Сергея  Геннадьевича – Зикрянь Сергея Васильевича  

к обществу с ограниченной ответственностью «Бетонаж» 

(ОГРН: 1156501003878, ИНН: 6501274067; адрес: 693020, Сахалинская  область, г. Южно-Сахалинск, ул. Крюкова Д.Н., д. 57), Жутнику Максиму  Валерьевичу  

заинтересованные лица: общество с ограниченной ответственностью  «Сахалинская компания «Энергострой» (ОГРН: 1026501019632,  

ИНН: 6509007698; адрес: 693012, Сахалинская область, г. Южно-Сахалинск, 

пер. Энергетиков, д. 3), Мейнлайн Груп Лтд (ИНН: 9909340385), Шастин  Сергей Геннадьевич  

о признании сделки недействительной и применении последствий  недействительности сделки  

в рамках дела о признании Шастина Сергея Геннадьевича несостоятельным  (банкротом)  

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 03.10.2018  по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «Сахпрофиль» (далее – ООО «Сахпрофиль») Павлюченко  Сергея Осиповича, в отношении Шастина Сергея Геннадьевича (далее –  должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина,  финансовым управляющим имуществом должника утвержден Зикрянь  Сергей Васильевич.  

В рамках данного дела о банкротстве гражданина, финансовый  управляющий Зикрянь С.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о  признании недействительными действий должника по уменьшению  рыночной стоимости 100% доли его участия в уставном капитале общества с  ограниченной ответственностью «Бетонаж» (далее – ООО «Бетонаж»,  общество) путем одобрения, как единственным участником общества, и  заключения, как генеральным директором, договора уступки права  требования (цессии) от 09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2 с Жутником Максимом  Валерьевичем (далее – ответчик); применении последствий  недействительности действий должника путем признания недействительным  договора уступки права требования (цессии) от 09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2,  заключенного между ООО «Бетонаж» в лице его единственного участника и  генерального директора Шастина С.Г. и гражданином Жутником М.В., и  восстановления права требования ООО «Бетонаж» к обществу с  ограниченной ответственностью «Сахалинская компания «Энергострой»  (далее – ООО «СК «Энергострой») в размере 14 198 778,81 руб.  

К участию в обособленном споре в качестве ответчиков привлечены  Жутник М.В. и ООО «Бетонаж», в качестве заинтересованных лиц –  

ООО «СК «Энергострой», Мейнлайн Групп Лтд и Шастин С.Г. 

Определением суда от 22.03.2019 в удовлетворении заявления  финансового управляющего отказано.  

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от  18.11.2019 определение от 22.03.2019 отменено, требования финансового  управляющего удовлетворены. Договор уступки права требования (цессии)  от 09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2 признан недействительной сделкой. Применены  последствия его недействительности в виде взыскания с Жутника М.В. в  пользу ООО «Бетонаж» 14 198 778,81 руб.  

Не согласившись с апелляционным постановлением, Шастин С.Г. в  кассационной жалобе просит его отменить и оставить в силе определение  суда первой инстанции. По мнению заявителя жалобы, учитывая, что после  заключения оспариваемой сделки размер активов общества существенно не  уменьшился, финансовым управляющим не доказано причинение вреда  кредиторам должника. Полагает, что сам по себе факт невозвращения  должником неосновательно полученных денежных средств не  свидетельствует о его неплатежеспособности на момент совершения  договора цессии. Считает, что сделав вывод о символической оплате по  

договору цессии, суд не исследовал обстоятельства обоснованности цены  дебиторской задолженности на момент заключения сделки.  

Жутник М.В. также обратился с кассационной жалобой, в обоснование  которой указывает на то, что в нарушение требований статьи 168  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ, Кодекс) судом не дана оценка доводам сторон, приведенным в  письменных пояснениях от 07.10.2019, что исключило возможность  правильно определить обстоятельства, имеющие значение для дела (характер  возникшего спорного правоотношения), и повлекло неправильное  применение норм материально права.  

В отзыве на кассационную жалобу Жутника М.В. финансовый  управляющий Павлов Сергей Михайлович (утвержден решением суда от  10.10.2019) не согласился с изложенными в ней доводами, просил оставить  обжалуемый судебный акт без изменения.  

Кассационные жалобы рассмотрены в порядке статьи 156 АПК РФ в  отсутствие участвующих в споре лиц.  

Изучив материалы дела, проверив законность постановления от  18.11.2019, с учетом доводов кассационных жалоб и отзыва, Арбитражный  суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренных статьей 288  АПК РФ оснований для его отмены (изменения) не имеется.  

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности  (банкротстве).  

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что  отношения, связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х  «Банкротство граждан», а также главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7  главы IХ и параграфом 2 главы ХI данного Закона.  

В соответствии со статьей 213.11 Закона о банкротстве требования  кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей,  за исключением текущих платежей, требования о признании права  собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения,  о признании недействительными сделок и о применении последствий  недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в  порядке, установленном данным Законом.  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской  

Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые  указаны в названном Федеральном законе.  

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям,  предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может  быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по  решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также  конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов,  составляет более десяти процентов общего размера кредиторской  задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая  размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и  его заинтересованных лиц (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).  

В деле о банкротстве физического лица по правилам главы III.1 Закона о  банкротстве возможно оспаривание сделок, совершенных не ранее  вступления в силу правовых норм, регулирующих банкротство граждан  (Федеральный закон от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании  особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях республики  Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений  в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).  

В деле о банкротстве должника также подлежит рассмотрению  заявление финансового управляющего об оспаривании сделок, совершенных  должником или другими лицами за его счет, на предмет соответствия сделок  положениям гражданского законодательства, запрещающим осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому  лицу (статья 10 ГК РФ).  

По смыслу статьи 61.1 Закона о банкротстве перечень юридических  действий, которые могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве, не  ограничен исключительно понятием «сделки», предусмотренным статьей 153  ГК РФ. В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской  Федерации, изложенной в определениях от 18.12.2017 № 305-ЭС17-12763 и  от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17342, фактически в деле о банкротстве в целях  защиты кредиторов от недобросовестного поведения должника и части его  контрагентов, а также в целях соблюдения принципов очередности и  пропорциональности удовлетворения требований всех кредиторов  потенциально могут оспариваться любые юридические факты, которые  негативно влияют на имущественную массу должника.  

Так, к числу подобных фактов могут быть отнесены действия,  направленные на исполнение любых обязательств должника; совершенные  третьими лицами (а не самим должником) сделки за счет должника (пункты 1  и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», далее – постановление Пленума № 63), ненормативные  

правовые акты, оформляющие сделки по отчуждению имущества или  прекращению имущественных прав должника (постановление Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008  

 № 10984/08) и прочее. 

Во всех названных случаях право на иск имеется, в том числе в силу  того, что на законодательном уровне интересы неудовлетворенных  кредиторов как гражданско-правового сообщества признаются более  значимыми по сравнению с интересами конкретных кредиторов, получивших  имущественный актив за счет неплатежеспособного лица в индивидуальном  порядке, в целях выравнивания положения (возможности на получение  удовлетворения) всех кредиторов, обладающих равным правовым статусом.  

Как установлено арбитражными судами из материалов дела, 22.09.2014  между ООО «СК «Энергострой» (генподрядчик) и обществом с  ограниченной ответственностью «Сахалинская компания строительно- монтажных работ» (подрядчик; далее – ООО «СК СМР») заключен договор  строительного подряда № 10.09-14 на выполнение работ по «Реконструкции  системы теплоснабжения. Третий пусковой комплекс. Участок № 1 от УТ-22  до УТ 25» по муниципальному контракту № 016130006312000181-018048001.  

Между ООО «СК СМР» (цедент) и ООО «Бетонаж» (цессионарий)  27.05.2015 заключен договор возмездной уступки права требования (цессии)  оплаты за выполненные работы по указанному договору строительного  подряда.  

ООО «Бетонаж» обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с  иском к ООО «СК «Энергострой» о взыскании основной задолженности в  размере 11 012 361 руб., а также  

Далее между ООО «Бетонаж» (цедент) и Жутником М.В. (цессионарий)  09.08.2016 заключен договор уступки права требования (цессии)  

 № ДЦ1-1-15/2, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает  в полном объеме право требования по договору строительного подряда №  10.09-14 на выполнение работ по «Реконструкции системы теплоснабжения.  Третий пусковой комплекс. Участок № 1 от УТ-22 до УТ-25» по  муниципальному контракту № 016130006312000181-0180480-01.  

На основании указанного договора цессии судом в рамках дела о  взыскании задолженности с ООО «СК «Энергострой» произведена замена  истца – ООО «Бетонаж» на его правопреемника – Жутника М.В.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда  Сахалинской области от 15.12.2017 по делу № А59-761/2016, исковые  требования удовлетворены в полном объеме.  

Впоследствии произведена замена взыскателя с Жутника М.В. на  иностранную организацию Мейнлайн Групп Лтд., а в дальнейшем на  

общество с ограниченной ответственностью «Витязь» (далее –  

ООО «Витязь»). 

Полагая, что действия Шастина С.Г., как единственного участника и  директора ООО «Бетонаж», выразившиеся в одобрении и заключении с  Жутником М.В. договора уступки права требования (цессии) от 09.08.2016  

 № ДЦ1-1-15/2 повлекли отчуждение ликвидного актива общества и, как  следствие, уменьшение рыночной стоимости имущества должника  (рыночной стоимости доли участия в обществе) и причинение вреда  имущественным правам его кредиторов, финансовый управляющий  

Зикрянь С.В. обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании  сделки (действий) должника на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве и статьи 10 ГК РФ.  

Суд первой инстанции, установив, что должник не отвечал признакам  неплатежеспособности на момент совершения сделки, а в результате ее  совершения финансовое положение общества не ухудшилось, следовательно,  доля Шастина С.Г. в уставном капитале ООО «Бетонаж» осталась  неизменной, в связи с чем конкурсная масса должника не пострадала, а права  его кредиторов не нарушены, отказал в удовлетворении требований  финансового управляющего.  

Повторно рассмотрев спор по правилам главы 34 АПК РФ,  апелляционный суд признал выводы суда первой инстанции ошибочными в  силу следующего.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной,  если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления  о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления  и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом  либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

В пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63 также разъяснено, что  для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был  причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки  знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (с учетом пункта 7 данного Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о  банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных  требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником  сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на  момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы  одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым  – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются  опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной  сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о  банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие  на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3  и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с  целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она  признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она  знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника  либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении  вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя  разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под  недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных  обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над  стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность  

определяется как прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных  средств предполагается, если не доказано иное.  

Вступившим в законную силу апелляционным определением от  31.10.2017 по делу № 33-2725/2017 судом общей юрисдикции установлено,  что 25.05.2015 по приходному кассовому ордеру № 1 в кассу  

ООО «Сахпрофиль» от общества с ограниченное ответственностью «Забила»  поступили денежные средства в размере 11 000 000 руб. по договору купли- продажи от 29.04.2015. В тот же день расходным кассовым ордером № 1  Шастину С.Г. выдано 11 000 000 руб., в качестве основания указано  «заработная плата». Из полученных Шастиным С.Г. денежных средств на  заработную плату работникам ООО «Сахпрофиль» выдано 563 421,92 руб.  (кассовый ордер от 30.10.2015 № 2) и 1 411 314,80 руб. (кассовый ордер от  11.07.2016 № 3), а оставшуюся часть Шастин С.Г. не вернул.  

В адрес Шастина С.Г. 19.08.2016 направлено требование о возврате  денежных средств, которое оставлено без ответа, в связи с чем указанным  апелляционным определением с Шастина С.Г. в пользу ООО «Сахпрофиль»  взыскано неосновательное обогащение в сумме 9 025 263,28 руб.  

Поскольку момент возникновения обязательства определяется не  судебными актами, а условиями самого обязательства, срок исполнения  обязанности по возврату 9 025 263,28 руб. у Шастина С.Г. наступил, когда  должник неосновательно обогатился в день поступления денежной суммы в  кассу предприятия – 25.05.2015.  

Обстоятельства того, что длительный период времени Шастин С.Г.  добровольно не возвращал неосновательно полученные денежные средства,  свидетельствуют о его неплатежеспособности на момент подписания  оспариваемого договора цессии от 09.08.2016 № ДЦ1-1-15/2.  

Второй платеж причитающейся заработной платы работникам 

ООО «Сахпрофиль» частично перечислен 11.07.2016, а спустя месяц  состоялась уступка права требования по договору цессии от 09.08.2016, т.е.  на период совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненное  обязательство по возврату суммы неосновательного обогащения.  

Ранее отмечалось, что единственным учредителем (участником) 

ООО «Бетонаж» являлся Шастин С.Г. со 100% размером доли с номинальной  стоимостью 10 000 руб. Доля в уставном капитале общества является  имуществом должника – учредителя (участника) и подлежит включению в  конкурсную массу в деле о его банкротстве.  

Размер причитающегося кредиторам удовлетворения определяется не  номинальной, а рыночной стоимостью принадлежащей должнику доли  участия.  

При этом рыночная стоимость доли зависит, в частности, от величины  чистых активов хозяйственного общества и размера данной доли в процентах  (абзац второй пункта 2 статьи 14 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью»), следовательно,  уменьшение стоимости имущества общества влияет на стоимость доли его  участника, что, в свою очередь, нарушает права и законные интересы  кредиторов данного лица, рассчитывающих на удовлетворение своих  требований за счет конкурсной массы должника.  

Своими действиями по отчуждению ликвидной дебиторской  задолженности общества, Шастин С.Г., фактически формировавший волю  ООО «Бетонаж», как единственный на тот момент учредитель и лицо,  возложившее на себя обязанности директора, уменьшил стоимость активов  общества.  

Исходя из оценки условий оспариваемого договора цессии от 09.08.2016   № ДЦ1-1-15/2, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что  предусмотренная цена за отчужденную дебиторскую задолженность в  размере 300 000 руб. представляет собой символическую сумму.  

С учетом названных обстоятельств, реализация ООО «Бетонаж» в лице  Шастина С.Г. ликвидного имущества юридического лица (дебиторской  задолженности), признана судом как совершенная в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов, поскольку активом должника на дату  совершения оспариваемой сделки и после ее совершения, являлось владение  100% доли в уставном капитале общества. При этом отчуждение актива  общества в виде крупной дебиторской задолженности (более 14 000 000 руб.)  без эквивалентного встречного предоставления, предполагает уменьшение  стоимости доли должника в уставном капитале юридического лица.  

Таким образом, проверив возможность признания договора цессии от  09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2 недействительным по основаниям пункта 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве и наличие совокупности обстоятельств,  предусмотренных пунктом 5 постановления Пленума № 63, апелляционный  суд пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае сделка совершена  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и в  результате ее совершения такой вред причинен.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4  постановления Пленума № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных  оснований оспаривания сделок (и действий по их исполнению),  предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника  гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой  

стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой  информации.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон,  суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий  такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью  или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту  интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного  поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).  

Исходя из разъяснений, приведенных в пунктах 7 и 8 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  

«О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление  Пленума № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный  пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая  сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи  168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход  которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть  признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1  или 2 статьи 168 ГК РФ.  

Дав оценку недействительности договора цессии от 09.08.2016 

 № ДЦ-1-1-15/2, как совершенного со злоупотреблением правом, судом  апелляционной инстанции учтено, что постановлением Пятого арбитражного  апелляционного суда от 02.07.2018 по делу № А59-934/2016 установлено, что  при рассмотрении спора в Арбитражном суде Сахалинской области по делу   № А59-761/2016 Шастин С.Г. выступал в качестве представителя  

Жутника М.В. 

Кроме того, закрытое акционерное общество «Горводоканал» (далее –  ЗАО «Горводоканал»), единственным акционером которого также является  Шастин С.Г., состояло в договорных отношениях с обществом с  ограниченной ответственностью «Траст-Трейдинг» (далее – ООО «Траст- Трейдинг»), заместителем генерального директора которого являлся  

Жутник М.В., что подтверждается договором аренды, заключенным между  ними, а так же требованием об оплате задолженности.  

Более того, ООО «Траст-Трейдинг» располагалось по одному адресу с  ЗАО «Горводоканал» (г. Южно-Сахалинск, ул. Крюкова 57), и является  заявителем по делу о его банкротстве.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют об общем интересе 

Шастина С.Г., являющегося генеральным директором и единственным  учредителем ООО «Бетонаж», и Жутника М.В., а также об осведомленности  последнего об обстоятельствах, вытекающих из договора цессии от  09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации  сформулированной в определениях от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и от  26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание факта общности  экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной  группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из  названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона  РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении  монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон о  конкуренции и ограничении монополистической деятельности) не исключает  доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность  оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  предпринимательской деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать  поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между  собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных  обычным (независимым) участникам рынка.  

Как предусмотрено абзацем третьим пункта 1 статьи 19 Закона о  банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику  признаются лица, которые являются аффилированным лицом должника.  

Согласно абзацу двадцать шестому статьи 4 Закона о конкуренции и  ограничении монополистической деятельности к аффилированным лицам  относятся физические и юридические лица, способные оказывать влияние на  деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих  предпринимательскую деятельность.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах,  связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что  исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1  статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных  интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или  кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после  возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на  нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная  на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо  заниженной цене имущества должника третьим лицам.  

Финансовый управляющий оспаривает сделку по реализации 

ООО «Бетонаж» в лице Шастина С.Г. ликвидного имущества общества, как  совершенную со злоупотреблением правом, выразившимся в  недобросовестном поведении аффилированных лиц, направленном на  

фактическое уменьшение имущества должника (доли в уставном капитале  общества) с целью избежать обращения на него взыскания по  неисполненным обязательствам перед кредиторами.  

Установив, что поведение сторон оспариваемой сделки не отвечало  критерию добросовестности, а результатом ее совершения стала утрата  возможности кредиторов получить частичное удовлетворение своих  требований, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для  признания договора цессии от 09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2 недействительным,  как нарушающего запрет на злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ).  

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за  исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и  недействительна с момента ее совершения (пункты 1 и 2 статьи 167 ГК РФ).  

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в  пункте 2 статьи 167 ГК РФ, является возврат другой стороне всего  полученного по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в  натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании  имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить  его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки  не предусмотрены законом.  

В силу положений пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что  было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет  исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по  сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1  указанного закона, подлежит возврату в конкурсную массу.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 информационного  письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами  положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу  положений, предусмотренных статьями 312, 382 и 385 ГК РФ, должник при  предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому  кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Достаточным  доказательством перемены кредитора в обязательстве является уведомление  цедентом должника о состоявшейся уступке права (требования) либо  предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение  обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении  об уступке права (требования). Исполнение денежного обязательства  является надлежащим независимо от последующего признания  действительным или недействительным договора цессии.  

В соответствии с письмом конкурсного управляющего OOO CK  «Энергострой» от 04.10.2019, последнее погасило перед ООО «Бетонаж»,  Жутником М.В., Мейнлайн Групп ЛТД и ООО «Витязь» в соответствии с  хронологическим порядком правопреемства, установленную вступившим в  законную силу решением Арбитражного суда Сахалинской области от  

15.12.2017 по делу № А59-761/2016 задолженность в размере  

14 198 788,81 руб. из которых: 11 012 361 руб. – основной долг, 

3 108 365,81 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами  и 78 062 руб. судебные расходы, что исключает возможность возврата  обществу права требования к OOO CK «Энергострой».  

С учетом изложенного, применяя последствия недействительности  оспариваемой сделки, суд апелляционной инстанции, с учетом конкретных  обстоятельств рассматриваемого спора, взыскал с Жутника М.В. в пользу  ООО «Бетонаж» действительную стоимость дебиторской задолженности на  момент заключения договора цессии 09.08.2016 № ДЦ-1-1-15/2 в размере  

14 198 788, 81 руб. 

Оснований не согласиться с выводами апелляционного суда у  кассационной инстанции не имеется.  

Доводы кассационной жалобы, в том числе изложенные в неучтенных,  по мнению должника и ответчика, пояснениях от 07.10.2019, не опровергают  выводов суда апелляционной инстанции, противоречат обстоятельствам дела  и в целом сводятся к несогласию заявителей с оценкой суда имеющихся в  деле доказательств.  

Нарушений либо неправильного применения норм материального и  процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену  постановления, апелляционным судом не допущено.  

При таких обстоятельствах обжалуемый судебный акт отмене, а  кассационные жалобы удовлетворению, не подлежат.  

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2019  по делу № А59-3909/2018 Арбитражного суда Сахалинской области оставить  без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской  Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в  порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья Е.О. Никитин 

Судьи А.Ю. Сецко   А.А. Шведов