/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-28528/2017

г. Краснодар

19 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля 2018 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей Рыжкова Ю.В. и Трифоновой Л.А., при участии от истца – некоммерческого партнерства «Профессиональный баскетбольный клуб «Локомотив – Кубань» (ИНН 6165108656, ОГРН 1036165018229) – Кация Т.В. (доверенность от 18.08.2017), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Гэллэри Сервис» (ИНН 7714564333, ОГРН 1047796590159) – Глебцова В.В. (доверенность                         от 08.06.2017), от третьего лица – Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару (ИНН 2311024047, ОГРН 1042306453078) – Скляра Д.А. (доверенность от 02.04.2018) и Буга Л.А. (доверенность от 06.02.2017), рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Гэллэри Сервис» и Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2018 по делу № А32?28528/2017 (судьи Фахретдинов Т.Р., Глазунова И.Н., Мисник Н.Н.), установил следующее.

НП «Профессиональный баскетбольный клуб «Локомотив – Кубань» (далее – баскетбольный клуб) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Гэллэри Сервис» (далее – общество) о признании договора от 11.02.2016 № СКД-016/02/16 в части возмездного оказания услуг по размещению рекламно-информационных материалов договором аренды, а также о признании названного договора недействительным.

Исковые требования мотивированы притворностью оспариваемой сделки (у сторон отсутствовали намерения на вступление в правоотношения по оказанию услуг по размещению рекламно-информационных материалов). Кроме того, истец указал, что в этой части оспариваемая сделка фактически является договором аренды рекламной конструкции.

Определением от 25.09.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Инспекция Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару (далее – налоговый орган).

Решением от 18.10.2017 (судья Поздняков А.Г.), оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 16.01.2018, в иске отказано. Мотивировочная часть решения суда первой инстанции сводится к тому, что договор на предоставление рекламной площади регулируется нормами об оказании услуг. Рекламные конструкции во временное владение и (или) пользование истца не передавались, а рекламные поверхности не относятся к объектам, которые являются предметом договора аренды, следовательно, положения главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации к данным правоотношениям не применяются. Суд пришел к выводу о том,                что доказательств того, что сторонами заключен договор аренды в части, который является прикрываемой сделкой, в материалах дела не имеется. Истцом избран способ защиты гражданских прав, не основанный на законе. Суд  апелляционной инстанции, изменяя мотивировочную часть обжалуемого судебного акта, квалифицировал спорный договор как смешанный, который содержит в себе элементы пользовательской аренды и подряда на выполнение определенных работ. Стороны исполняли договор на согласованных в нем условиях, включая пользование истцом рекламными конструкциями и выполнение подрядных работ ответчиком. Оснований для применения положений                                     статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации апелляционным судом не выявлено.

В кассационной жалобе общество просит отменить постановление и оставить в силе решение. По мнению заявителя, истец намеренно создал данный гражданско-правовой спор с целью получения судебного решения с выводом о нужной ему квалификации договора для применения названной позиции в споре с налоговым органом. Договор заключен сторонами в целях распространения рекламных материалов заказчика с использованием рекламных конструкций, принадлежащих исполнителю. Непрерывный характер размещения в течение согласованного сторонами периода не противоречит правовой природе оказания услуг. Ответчик в пользование рекламные конструкции не передавал, а истец их не получал; рекламная конструкция не являлась объектом спорного договора, который не предусматривает передачу имущества. Баскетбольный клуб не был владельцем рекламной конструкции. 

В кассационной жалобе налоговый орган просит изменить постановление, исключив из его мотивировочной части неверные выводы о квалификации спорного договора, как договора аренды, в остальной части оставить без изменений. По мнению заявителя, сложившиеся между сторонами отношениями не являются арендными, поскольку отсутствует характерная для аренды передача имущества во временное владение и (или) пользование. В постановлении апелляционной инстанции не указано, какие конкретно рекламные конструкции передавались в пользование, в то время как в договоре отсутствует указание на конкретную вещь. Вывод суда о том, что оплата монтажа рекламно-информационных материалов оплачена отдельными платежами не соответствует действительности. Стоимость монтажа включена в стоимость распространения рекламы. По условиям спорного договора реклама истца размещалась не на рекламной конструкции, а на рекламной поверхности. Рекламная поверхность не относится к объектам, которые являются предметом договора аренды. Именно распространение рекламного материала в определенном месте является целью истца. Передача имущества сторонами не производилась. Доступ к рекламным поверхностям у истца отсутствовал. Таким образом, спорный договор как по форме, так и по содержанию является договором об оказании услуг.

Изучив материалы дела и выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, 11.02.2016 общество (в лице филиала ООО «Гэллэри Сервис» в г. Краснодар) и баскетбольный клуб заключили договор № СКД-016/02/16, по условиям которого ответчик взял на себя обязательства по оказанию услуг по размещению (демонстрации) рекламно-информационных материалов клуба (далее – РИМ) на рекламных поверхностях, указанных в приложении к договору, а также организовать изготовление РИМ истца (клиента истца), дополнительный монтаж (смену сюжета) РИМ и срочную доставку их в соответствии с условиями договора и приложений к нему. 

Согласно исковому заявлению данный договор является притворной сделкой, поскольку в действительности предполагалось арендное использование истцом рекламных конструкций ответчика. Ответчик не осуществлял какую-либо деятельность, которая могла бы рассматриваться в качестве размещения РИМ истца. Договор устанавливал отдельную плату за изготовление рекламных баннеров, монтаж более одного раза в месяц оплачивался отдельно. На указанных баннерах размещалась реклама истца, а также реклама спонсоров и партнеров клуба, в том числе генерального спонсора клуба ОАО «РЖД». Спорный договор рассматривался как договор аренды, при этом клуб изначально исходил из того, что является пользователем рекламных конструкций, принадлежащих ответчику. Абонентская плата полностью отвечает арендному характеру обязательству сторон; клуб самостоятельно формировал техническое задание на изготовление рекламных баннеров; пользование конструкциями осуществлялось истцом – все эти признаки свидетельствуют об однозначной природе правоотношений сторон по размещению РИМ как арендных. Для истца достижение правовой определенности в вопросе действительного соглашения сторон является значимым с точки зрения применяемого режима налогообложения.

Поскольку ответчик отказался подписывать дополнительное соглашение к договору, фиксирующее его реальное содержание, баскетбольный клуб обратился в арбитражный суд с иском. 

Возражая против иска, общество настаивало на квалификации спорного договора как договора на оказание услуг.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что, сложившиеся между сторонами отношения не являются арендными, поскольку отсутствует характерная для аренды передача имущества во временное владение и пользование или во временное пользование. Предметом договора являлось оказание ответчиком услуг истцу. В этой связи суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требования о признании договора в части размещения РИМ истца притворной сделкой.    По второму требованию суд пришел к аналогичным выводам. При этом суд первой инстанции отметил, что ни статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни другим действующим законодательством не предусмотрено такого способа защиты права, как признание договора в части размещения РИМ договором аренды. При таких обстоятельствах способ защиты гражданских прав, избранный истцом, не основан на законе.

Апелляционный суд в части правовой квалификации спорного договора с выводами суда первой инстанции не согласился по следующим основаниям. 

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Для признания сделки недействительной по основанию притворности должно быть установлено, что притворная (прикрывающая) сделка совершается для создания ложного представления у третьих лиц, когда намерение сторон направлено на достижение иных правовых последствий, вытекающих из прикрываемой сделки.

Для квалификации сделки как притворной требуется выявить действительную волю сторон и сравнить ее с тем волеизъявлением, которое зафиксировано в договоре. При этом выявленная воля на прикрытие договорного взаимодействия на иных основаниях должна быть совпадающей для обеих сторон.

Выявление действительной воли сторон возможно путем оценки фактических действий сторон по исполнению сделки.

Суд апелляционной инстанции указал, что согласно договору от 11.02.2016 № СКД-016/02/16 предполагалась следующая модель взаимодействия сторон: предоставление заказчиком (истец) рекламного материала (плакаты, постеры, баннеры) в виде, готовом для размещения; данный материал подлежал размещению на рекламных конструкциях, принадлежащих исполнителю (ответчик), с последующим техническим обслуживанием рекламных конструкций: устранение последствий порчи конструкции, дефектов освещения, предоставление альтернативной рекламной конструкции при необходимости (ДТП, строительные работы) и на основании дополнительного соглашения. Исполнитель мог потребовать устранения недостатков рекламного материала, нарушающего законодательные запреты (пункт 2.1.1 договора). При этом риски таких нарушений оставлены на заказчике (пункт 5.4 договора), равно как и ответственность за достоверность рекламы (пункт 2.2.4 договора). В силу пунктов 2.1.10, 3.1.7 договора о монтаже рекламного материала на конструкцию исполнитель представляет заказчику по его требованию фотоотчет. Подписание актов сдачи-приемки услуг предполагалось ежемесячным (п. 4.1 договора).

Суд установил, что оплата производилась сторонами согласно приложениям к договору по указанной в них адресной программе. Указанные приложения включали в себя перечень рекламных конструкций с указанием стороны конструкции, на которой будет производиться размещение рекламного материала заказчика, стоимости размещения в месяц применительно к каждой рекламной конструкции, периода (один либо два месяца, в целом с января 2015 года по февраль 2016 года), общей стоимости за период применительно к каждой рекламной конструкции, общей стоимости услуг и порядка оплаты (до 30 числа месяца размещения). 

При этом суд отметил, что указанные в адресных программах рекламные конструкции принадлежат ответчику. Данное обстоятельство установлено на основании представленных в материалы дела договоров, заключенных ответчиком с департаментом, и сторонами спора по делу не оспаривается.

Из материалов дела видно, что 25.01.2016 баскетбольный клуб и ОАО «РЖД» заключили договор № 1781272, согласно которому баскетбольный клуб оказывает услуги по изготовлению, размещению РИМ, распространению информации рекламного характера о спонсоре.

Сопоставив акты выполненных работ (услуг), подписанные истцом и ОАО «РЖД», а также акты, подписанные сторонами настоящего спора, суд установил, что в целях исполнения договора истец взаимодействовал, в частности, с ответчиком. При этом суд отметил, что дизайн и составление макетов РИМ осуществлялись истцом. Ответчик для истца дизайнерскую деятельность и разработку макетов не осуществлял. Печать РИМ истец заказывал частично у сторонних организаций (счета, платежные поручения), частично у ответчика на основании дополнительных соглашений – данные работы баскетбольный клуб оплатил обществу отдельно. Монтаж рекламного материала истца на рекламные конструкции ответчика осуществлялся также по дополнительным соглашениям, которые оплачены отдельно. Сторонами подписан ряд приложений к договору отдельно на монтаж рекламных материалов заказчика на рекламных конструкциях ответчика, отдельно на печать рекламных материалов заказчика, а также и на монтаж, и на печать рекламных материалов одновременно. На выполнение соответствующих работ ответчик выставлял счета, сторонами подписывались акты, оплата произведена отдельно за соответствующие виды и объемы работ. В свою очередь оплата за то, что на рекламных конструкциях ответчика в течение установленного адресными программами срока находились рекламные материалы истца, осуществлялась после подписания актов за период «на размещение плоскостей наружной рекламы на конструкциях».

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Оценив направленность воли и интересы сторон в настоящем споре, с учетом названных норм права апелляционный суд пришел к выводу о том, что спорный договор носит смешанный характер, сочетая в себе элементы договоров аренды и подряда. Установленные судом фактические обстоятельства реального взаимодействия сторон свидетельствуют о том, что истец осуществлял помимо прочего временное возмездное пользование имуществом (рекламными конструкциями) ответчика. Вместе с тем ошибка в правовой квалификации договорных правоотношений не является сама по себе достаточным поводом для констатации недействительности соответствующей сделки как притворной. Судом отмечено выполнение сторонами спорной сделки в соответствии с содержанием договора. Различная квалификация договора сторонами не отражается на содержании действий, совершаемых ими по отношению друг к другу во исполнение названного договора. Кроме того, судом установлено, что стороны исполняли договор на согласованных условиях, включая пользование рекламными конструкциями и выполнение подрядных работ ответчиком, единая направленность воли сторон на прикрытие какой-либо сделки не может быть установлена.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что основания для применения положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Доводы кассационных жалоб относительно необходимости исключения из обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции выводов о правовой квалификации спорного договора подлежат отклонению. Суд апелляционной инстанции правильно указал, что фактические действия сторон по исполнению договора свидетельствуют о наличии отношений, в частности, по аренде рекламных конструкций. При этом возможность предоставления части площади данных конструкций не только истцу, но и иному контрагенту не противоречит нормам статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, по смыслу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации юридическая квалификация отношений, возникших между сторонами, преюдициальной не является, а потому не может нарушать права лиц, участвующих в данном деле, при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

В пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства. При установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика и обратиться в суд с требованием о взыскании доначисленных налогов. Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

Довод общества о том, что апелляционный суд, определяя правовую квалификацию договора, незаконно вышел за пределы предмета спора, является необоснованным и противоречит положениям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, предполагающей установление квалификации сделки, которую стороны заключили, и сделки, которую стороны действительно имели в виду.

Утверждение налогового органа о том, что общество не является законным владельцем рекламных конструкций, не подкреплено доказательствами, напротив, ни стороны, ни третьи лица не оспаривали факт правомерного распоряжения ответчиком спорными конструкциями, о чем указано выше.

Довод налогового органа об отсутствии конкретизации имущества (рекламных конструкций), предоставляемого в пользование баскетбольному клубу для размещения рекламы, противоречит условиям договора. Заявитель не обосновал, что имеющийся в договоре перечень мест нахождения каждой из рекламных конструкций недостаточен для индивидуализации имущества, предоставляемого в пользование. 

Доводы кассационных жалоб получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом судебном акте, не опровергают правильности выводов судов и направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, которая в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. 

Нарушения, предусмотренные статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлены. 

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.01.2018 по делу               № А32-28528/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

                                        О.В. Бабаева

 

Судьи

                                           Ю.В. Рыжков

 

Л.А. Трифонова