ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции  

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-33756/2015

город Ростов-на-Дону

30 сентября 2024 года

15АП-12375/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 26 сентября 2024 года.  

Полный текст постановления изготовлен 30 сентября 2024 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сулименко Н.В., судей Димитриева М.А., Николаева Д.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рымарь С.А.  при участии в судебном заседании:  

от финансового управляющего имуществом должника ФИО1: представитель  ФИО2 по доверенности от 09.01.2024;  

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 22.07.2022, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.06.2024 по  делу № А53-33756/2015 о признании сделки недействительной и применении последствий  недействительности сделки  

ответчик: ФИО3, ФИО5,  третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:  ФИО6, ФИО7,  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8, 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8  (далее - должник, ФИО9) в Арбитражный суд Ростовской области обратился  финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 (далее -  финансовый управляющий имуществом должника ФИО1) с заявлением о  признании недействительными:  

- договора купли-продажи от 11.07.2018 в отношении недвижимого имущества - здание кадастровый номер 61:44:0061247:509, назначение объекта - жилое, площадью  234,9 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, вид права - собственность, дата государственной регистрации 30.03.2021, номер государственной  регистрации 61:44:0061247:509-61/183/2021-1; в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:44:0061247:26, площадью 632 кв.м., вид разрешенного  использования - домовладение, местоположение установлено относительно ориентира,  расположенного в границах участка почтовый адрес ориентира: 

<

...>, вид права - собственность, дата государственной  

регистрации - 16.07.2018, номер государственной регистрации 61:44:0061247:2661/001/2018-2;  

- договора долевого участия в строительстве многоквартирного дома № М/М-40,  выдан 02.12.2015, акта приема-передачи нежилого помещения № 40-П выдан 12.05.2016 в  отношении помещения кадастровый номер 61:44:0071901:5222, назначение объекта;  нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, ком.  

 № 1, 2, 3, 4, 5, 7, 9, 14, 18, 19, 25, 27, 28, 29, 30, 31 общей площадью 2 290,2 кв.м., вид  права - общая долевая собственность, доля в праве 1/63, дата государственной  регистрации 27.12.2017 года, номер государственной регистрации 61:44:0071901:522261/001/2017-68;  

- договора долевого участия в строительстве многоквартирного дома № М/М-41,  выдан 02.12.2015, акта приема-передачи нежилого помещения № 41-П выдан 12.05.2016 в  отношении помещения кадастровый номер 61:44:0071901:5222, назначение объекта:  нежилое, расположенное по адресу: 

<

...>, ком № 1, 2, 3, 4, 5, 7, 9, 14, 18, 19, 25, 27, 28, 29, 30, 31 общей площадью 2 290,2 кв.м.,  вид права - общая долевая собственность, доля в праве 1/63, дата государственной  регистрации 25.04.2018, номер государственной регистрации 61:44:0071901:522261/001/2018-70;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1020, площадью 1257+/-26 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенный по  адресу: Ростовская область, Азовский р-н, х. Дугино, ул. Парковая, 7, вид права - собственность, дата государственной регистрации 01.11.2017 г., номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1020/61/002/2017-2;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1019, площадью 854+/-21 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенный по  адресу: Ростовская область, Азовский р-н, х. Дугино, ул. Парковая, 9, вид права - собственность, дата государственной регистрации 01.11.2017 г., номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1019/61/002/2017-2;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1011, площадью 813+/-20 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенный по  адресу: Ростовская область, Азовский р-н, х. Дугино, ул. Береговая, 14, вид права - собственность, дата государственной регистрации 31.10.2017 г., номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1011-61/002/2017-2, и применении последствий  недействительности сделок в виде перевода прав и обязанностей покупателя (участника  долевого строительства) по договору купли-продажи от 11.07.2018, договору долевого  участия в строительстве многоквартирного дома № М/М-40 от 02.12.2015, акту приема-передачи нежилого помещения № 40-П от 12.05.2016, договору долевого участия в  строительстве многоквартирного дома № М/М-41 от 02.12.2015, акту приема-передачи  нежилого помещения № 41-П от 12.05.2016, договорам купли-продажи от 24.10.2017 на  должника.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.07.2023 в отдельное  производство выделено заявление финансового управляющего имуществом должника  ФИО1 о признании недействительными договоров, заключенных между ФИО3 (далее - ФИО3) и ФИО5 (далее -  ФИО5):  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1020, площадью 1257+/-26 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположеного по  адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Парковая, 7, вид права - 

собственность, дата государственной регистрации 01.11.2017, номер государственной  регистрации 61:01:0600002: 1020/61/002/2017-2;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1019, площадью 854+/-21 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенного по  адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Парковая, 9, вид права - собственность, дата государственной регистрации 01.11.2017 г., номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1019/61/002/2017-2;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1011, площадью 813+/-20 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенного по  адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Береговая, 14, вид права - собственность, дата государственной регистрации 31.10.2017 г., номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1011-61 /002/2017-2.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 30.06.2024 по делу   № А53-33756/2015 признан недействительным (притворным по субъектному составу)  договор купли-продажи от 24.10.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО5,  в отношении земельного участка кадастровый номер 61:01:0600002:1020. Признан  недействительным (притворным по субъектному составу) договор купли-продажи от  24.10.2017, заключенный между ФИО3 и ФИО5, в отношении земельного  участка кадастровый номер 61:01:0600002:1019. Признан недействительным (притворным  по субъектному составу) договор купли-продажи от 24.10.2017, заключенный между  ФИО3 и ФИО5, в отношении земельного участка кадастровый номер  61:01:0600002:1011. Применены последствия недействительности сделки. Суд признал  покупателем по договорам купли-продажи от 24.10.2017 ФИО8 Суд обязал  ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника:  

- земельный участок кадастровый номер 61:01:0600002:1020, площадью 1257+/-26  кв.м., вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства,  расположенный по адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Парковая,  7;  

- земельный участок кадастровый номер 61:01:0600002:1019, площадью 854+/-21  кв.м., вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства,  расположенный по адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Парковая,  9;  

- земельный участок кадастровый номер 61:01:0600002:1011, площадью 813+/-20  кв.м., вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства,  расположенный по адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Береговая,  14.  

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от  30.06.2024 по делу № А53-33756/2015, ФИО3 обратилась в Пятнадцатый  арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно  применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил  обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют  обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что суд первой инстанции необоснованно  признал недействительными (притворными по субъектному составу) договоры купли-продажи на основании статей 10, 170 ГК РФ, поскольку приведенные финансовым  управляющим доводы являются основанием для признания сделок недействительными по  специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.  Обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, финансовым  управляющим не указаны; такие обстоятельства не установлены и судом первой  

инстанции. Апеллянт указал, что ответчик представил в материалы дела доказательства,  подтверждающие наличие у ФИО3 финансовой возможности произвести оплату за  приобретаемые объекты недвижимости. В материалы дела не представлены  доказательства, подтверждающие, что оспариваемые сделки совершены за счет средств  должника, учитывая, что на дату совершения оспариваемых сделок должник отвечал  признакам неплатежеспособности, то есть у него отсутствовала финансовая возможность  предоставить ответчику денежные средства, за счет которых ФИО3 произвела оплату  приобретаемых объектов недвижимости. Финансовый управляющий имуществом  должника пропустил годичный срок исковой давности для обращения в суд с заявлением  о признании сделок недействительными, поскольку с даты утверждения его в качестве  финансового управляющего обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и  возврат имущества должника, в связи с этим имел возможность истребовать  соответствующие сведения у государственных и регистрирующих органов в отношении  совершенных родственниками должника сделках и установить обстоятельства  совершения дочерью должника сделок по приобретению объектов недвижимости.  

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий имуществом  должника ФИО1 просит определение оставить без изменения, апелляционную  жалобу - без удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  правовые позиции по спору.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной  жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения  информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.  

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не  явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и  месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на  официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети  Интернет.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области  от 30.06.2024 по делу № А53-33756/2015 проверяется Пятнадцатым арбитражным  апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не  подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской  области от 01.02.2016 (резолютивная часть судебного акта оглашена 27.01.2016) в  отношении ФИО8 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан, - реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника  утвержден ФИО10.  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.05.2016 (резолютивная  часть судебного акта оглашена 25.05.2016) должник признан несостоятельным банкротом,  введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим  имуществом должника утверждена ФИО11.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.04.2017 арбитражный  управляющий ФИО11 освобождена от исполнения обязанностей  финансового управляющего имуществом должника. Финансовым управляющим  имуществом должника утвержден ФИО1  

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в  Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительными  договоров, заключенных между ФИО3 и ФИО5:  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1020, площадью 1257+/-26 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенного по  адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Парковая, 7, вид права - собственность, дата государственной регистрации 01.11.2017, номер государственной  регистрации 61:01:0600002: 1020/61/002/2017-2;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1019, площадью 854+/-21 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенного по  адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Парковая, 9, вид права - собственность, дата государственной регистрации 01.11.2017, номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1019/61/002/2017-2;  

- договора купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка  кадастровый номер 61:01:0600002:1011, площадью 813+/-20 кв.м., вид разрешенного  использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенного по  адресу: Ростовская область, Азовский район, х. Дугино, ул. Береговая, 14, вид права - собственность, дата государственной регистрации 31.10.2017, номер государственной  регистрации 61:01:0600002:1011-61 /002/2017-2.  

В обоснование заявления финансовый управляющий имуществом должника указал,  что договоры купли-продажи являются притворными, у ФИО3 отсутствовали  денежные средства, достаточные для приобретения спорных объектов недвижимости.  

Должник в рамках дела № А53-33756/2015 обратился с заявлением об  установлении ежемесячных выплат на личные нужды; в обоснование заявления должник  указал, что на его иждивении находятся несовершеннолетние дети, в том числе дочь -  ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обучающаяся в ФГАОУ ВО ЮФУ по очной форме  обучения, ФИО3 не имеет заработка и иного дохода (прибыли) и находится на  содержании своих родителей.  

Финансовый управляющий имуществом должника указал, что указанные сделки  являются притворными, поскольку у ФИО3 отсутствуют денежные средства,  достаточные для приобретения указанных объектов недвижимости. Целью приобретения  недвижимого имущества на имя дочери является сокрытие активов должника для  последующего недопущения обращения взыскания на указанное имущество в ходе  реализации имущества должника в рамках дела о банкротстве.  

Полагая, что сделки являются притворными по субъектному составу, ввиду  отсутствия у ФИО3 денежных средств, достаточных для приобретения  вышеуказанных объектов недвижимости, финансовый управляющий обратился в  арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными.  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц,  участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявление финансового  управляющего имуществом должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.  

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Таким образом, по смыслу приведенной нормы права в рамках дела о  несостоятельности (банкротстве) могут быть оспорены сделки, совершенные  непосредственно должником, либо сделки, совершенные за счет его имущества.  

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником  в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия  указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе  в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для  должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности,  любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения  обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного  исполнения обязательств.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротств сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается,  что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если  она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий,  предусмотренных указанной нормой.  

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию  необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех  следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред  имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен  вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна  была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Суд установил, что дело о банкротстве возбуждено определением Арбитражного  суда Ростовской области от 27.12.2015, оспариваемые сделки совершены 24.10.2017,  право собственности на объекты недвижимости зарегистрировано за ФИО3  

01.11.2017, то есть после возбуждения дела о банкротстве, в период подозрительности,  предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, требования финансового управляющего имуществом должника о  признании оспариваемых сделок недействительными основаны на положениях статей 10,  168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В обоснование заявления финансовый управляющий указал на недобросовестность  должника, выразившуюся в регистрации имущества на заинтересованное лицо (дочь) с  целью сокрытия имущества от кредиторов.  

Согласно доводам финансового управляющего имуществом должника,  оспариваемые договоры фактически прикрывают приобретение непосредственно  должником в период рассмотрения дела о банкротстве указанного недвижимого  имущества за свой счет. Целью приобретения недвижимого имущества на имя дочери  является сокрытие активов должника для предотвращения обращения взыскания на  указанное имущество в ходе реализации имущества должника в рамках дела о  банкротстве. Указанные обстоятельства свидетельствуют о сокрытии должником доходов,  получение имущества в обход конкурсной массы, что не отвечает принципам  добросовестности, нарушает баланс прав кредиторов и должника.  

Кроме того, о притворности совершенных сделок свидетельствует тот факт, что у  ФИО3 отсутствовали денежные средства, достаточные для приобретения указанных  объектов недвижимости. В связи с этим финансовый управляющий имуществом полагает,  что договоры купли-продажи от 24.10.2017 являются ничтожными на основании пункта 2  статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Признавая доводы финансового управляющего имуществом должника  обоснованными, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания  сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом,  как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), при этом  речь в данном случае идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов  подозрительных и преференциальных сделок.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление  Пленума ВС РФ № 25), к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была  совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на  основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации; при наличии в законе специального основания  недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию  (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет  на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); с целью  квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением  причинить вред другому лицу, суд должен установить обстоятельства, неопровержимо  свидетельствующие о факте злоупотребления правом со стороны контрагента,  выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127  

«Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации»).  

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых  сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать  соответствующие им правовые последствия, а также притворных сделок, то есть сделок,  которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации). Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи  заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как  правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые  последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не  стремятся. При наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или  притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия  документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным  законом; суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя  принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических  отношений по сделке.  

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1  статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и защиты при банкротстве прав и  законных интересов кредиторов по требованию управляющего может быть признана  недействительной совершенная до (после) возбуждения дела о банкротстве сделка  должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  банкротстве)»).  

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной  по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является  направленность сделки на причинение вреда кредиторам. Согласно абзацу 32 статьи 2  Закона о банкротстве причинением вреда кредиторам является уменьшение стоимости или  размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к  должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением  причинить вред другому лицу арбитражному суду необходимо установить обстоятельства,  неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом,  выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127  «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации»).При этом для квалификации сделки как ничтожной по статьям  10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений,  выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17- 4886(1)).  

Поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида  оформляется гражданином на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные  отношения. В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество,  является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации), в то время как действительный собственник - должник - получает  возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения  на него взыскания по долгам со стороны кредиторов. Чем выше степень доверия между  должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций  

мнимого собственника (аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  15.11.2021 № 307-ЭС19-23103(2) по делу № А56-6326/2018).  

Как следует из материалов дела, арбитражному управляющему ФИО11  (предыдущий финансовый управляющий) ФИО8 предоставил сведения о составе  своего имущества и совершенных сделках до процедуры несостоятельности  (банкротстве), в том числе, ФИО8 сообщил: «так как купля-продажа земельных  участков являлась непосредственный бизнесом должника, за последние 3 года было  продано некоторое количество земельных участков», «в 2009 году должником был  приобретен большой земельный участок, далее им было проведено межевание на мелкие  земельные участки и изменено целевое назначение участков. В последствии все участки  были реализованы гражданам в целях ИЖС в 2010 - 2013 годах.».  

Указанные обстоятельства подтверждаются сведениями, предоставленными  Межрайонной ИФНС России № 24 по Ростовской области (исх. № 05 -219/0001118 дсп от  10.03.2021), согласно которым ФИО8 за период с 2010 по 2016 г.г. совершил сделки  по отчуждению принадлежащего ему имущества. В том числе было реализовано 184  объекта налогообложения, в том числе: 173 земельных участка; 6 домов (жилых домов); 5  транспортных средств.  

Эти обстоятельства подтверждаются также выпиской из Единого государственного  реестра о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты  недвижимости от 19.05.2017 № 161-00-4001/5003/2017-1606.  

При этом, ФИО8 не представил сведения о судьбе денежных средств,  вырученных от реализации объектов недвижимости и транспортных средств, за период с  2010 по 2016 г.г., в том числе о направлении их на погашение имевшейся кредиторской  задолженности.  

Ответчик, возражая против удовлетворения заявления о признании сделок  недействительными, в обоснование финансовой возможности приобрести спорные  объекты недвижимости указал, что объекты приобретены за счет денежных средств,  привезенных в 2015 году дальними родственниками из-за границы, которые были  проездом в России, и решили оказать помощь ФИО3  

В подтверждение заявленных возражений в материалы дела представлено письмо  гражданки Иордании, копия договора дарения денежных средств ответчику в размере  40 000 долларов США.  

Кроме того, ответчик указал, что спорные объекты приобретены после начала  отношений с ФИО7, с которым ответчик строит свою семью. Суду представлена  копия договора купли-продажи квартиры (долей) от 17.07.2017, в соответствии с которым  продавцами являются ФИО7 и его мать - ФИО6; сумма, полученная по  договору купли-продажи, составила 3 250 000 руб.  

Суд первой инстанции обоснованно признал, что возражения ответчика не  подтверждены документально, в силу следующего.  

В материалы дела не представлены доказательства, позволяющие достоверно  установить факт передачи денежных средств от указанных лиц ФИО3, не  представлены доказательства, подтверждающие финансовую возможность предоставить  помощь в заявленном размере, отсутствуют документы, подтверждающие ввоз наличных  денежных средств на территорию Российской Федерации.  

Таким образом, факт передачи денежных средств двоюродной тетей из-за границы  (Иордании) в пользу ФИО3 не доказан. Представленная копия договора дарения  денег от 15.12.2015 не является надлежащим доказательством.  

Ответчик также не представил доказательства, подтверждающие финансовую  возможность ФИО7, с которым ответчик строит свою семью, или его семьи  приобрести дорогостоящее имущество; не раскрыты причины приобретения С-выми на  имя ФИО3 имущества. При этом приобретенное имущество не предназначено для  

личного использования ФИО3 Не представлены доказательства, подтверждающие  факт оказания финансовой помощи, а также ее размер, отсутствуют копии платежных  поручений, подтверждающие перечисление денежных средств, договоры дарения и иные  допустимые доказательства. Само по себе наличие у третьих лиц финансовой  возможности предоставить заем не свидетельствует о фактической передаче денежных  средств ответчику.  

Сам по себе факт отчуждения имущества по договору купли-продажи квартиры от  17.07.2017, согласно которому ФИО7 принадлежали 3/8 доли в праве  на квартиру, ФИО12 - 3/8 доли в праве, ФИО13 Клене  Васильевне - 1/4 доли в праве, не подтверждает приобретение имущества ответчиком за  счет указанных средств. Имущество не приобреталось в общую собственность  (совместную, долевую), что соответствовало бы обычиям делового оборота.  

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу, что ответчик не доказал  наличие у него финансовой возможности приобрести недвижимое имущество, а  оспариваемые сделки фактически прикрывают сделки по приобретению имущества  непосредственно должником в период рассмотрения дела о его банкротстве.  

Признавая обоснованным довод финансового управляющего о том, что целью  приобретения недвижимого имущества на имя дочери является сокрытие активов  должника для предотвращения обращения взыскания на указанное имущество в ходе  реализации имущества должника в рамках дела о банкротстве, суд первой инстанции  обоснованно принял во внимание нижеследующее.  

На основании пунктов 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего  Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:  лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите  конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются  его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и  их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом  на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические  мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  заключенного соглашения.  

В рамках рассматриваемого обособленного спора ответчик не представил  соответствующие доказательства. Обстоятельство родства участвующими в деле лицами  не оспаривается.  

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемых сделок  ФИО3 являлась уже совершеннолетней, вместе с тем, она находилась на иждивении  должника, поскольку обучалась в ВУЗе (срок обучения 03.08.2016 - 31.08.2021).  

По общему правилу у несовершеннолетних детей отсутствуют собственные  источники дохода и возможность в связи с этим самостоятельно приобретать какое-либо  имущество (статья 28 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со  статьей 26 Гражданского кодекса Российской Федерации у несовершеннолетних детей  имеется право на совершение сделок только с письменного согласия своих законных  представителей (в рассматриваемом случае - родителей). Дети старше 18 лет,  обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях,  осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но  не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет также могут находиться в  имущественной зависимости от своих родителей (абзац десятый статьи 2 Федерального  

закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в  Российской Федерации»).  

Таким образом, дети являются той категорией лиц, которая может быть  использована должником для вывода имущества посредством создания фигуры мнимого  держателя активов.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть  другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую  стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки  применяются относящиеся к ней правила.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 87 и 88 постановления Пленума ВС  РФ № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та  сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает  иную волю всех участников сделки. При этом для прикрытия сделки может быть  совершена не только одна, но и несколько сделок. Положения гражданского  законодательства о недействительности притворных сделок могут применяться как в  связи с притворностью условий сделки (цепочки из нескольких сделок), так и в связи с  притворностью субъектного состава участников. В последнем случае правовые  последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации наступают для подлинных участников сделки исходя из действительно  сложившихся между ними отношений.  

Таким образом, притворность субъектного состава сделки, по общему правилу, не  отменяет действительность ее условий, не противоречащих существу подлинных  отношений сторон и требованиям закона.  

С учетом фактических обстоятельств дела суд пришел к обоснованному выводу о  том, что ФИО8 заключил сделку по приобретению спорного имущества за счет  собственных средств, спорные договоры являются притворными в части субъектного  состава, а именно: действительным приобретателем имущества является должник - ФИО8, а не ФИО3 Целью заключения оспариваемых договоров являлось исключение  рисков обращения взыскания на данное имущество, учитывая, что на дату совершения  оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства, в том числе  перед ПАО «КБ Центр Инвест».  

Доказательства обратного, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены.  

Учитывая изложенное, суд пришел к правомерному выводу, что договор купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного участка кадастровый номер  61:01:0600002:1020, договор купли-продажи от 24.10.2017 в отношении земельного  участка кадастровый номер 61:01:0600002:1019, договор купли-продажи от 24.10.2017 в  отношении земельного участка кадастровый номер 61:01:0600002:1011, заключенные  между ФИО3 и ФИО5, являются притворными сделками по субъектному  составу.  

В ходе рассмотрения обособленного спора ответчик заявил о пропуске  финансовым управляющим срока исковой давности по заявленному требованию.  

Довод финансового управляющего о невозможности применения к оспариваемым  сделкам срока исковой давности основан на неверном толковании норм права.  

Отклоняя доводы ответчика о пропуске финансовым управляющим имуществом  должника срока исковой давности, суд правомерно руководствовался следующим.  

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по  заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально  утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его  обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о  

наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3  Закона о банкротстве.  

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о  наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении  соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине  осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то  исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать  о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог,  действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо  принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при  введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления  своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о  совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.  

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с  моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом,  когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении  права.  

Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо оценивать  не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть  информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для  признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы  принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления  гражданских прав.  

Суд признал обоснованным довод финансового управляющего о том, что об  оспариваемых сделках ему стало известно только в ходе рассмотрения обособленного  спора об исключении имущества из конкурсной массы.  

Как следует из материалов дела, 20.07.2021 должник обратился в суд с заявлением  об установлении ежемесячных выплат на личные нужды, в обоснование которого указал,  что на его иждивении находятся дети, в том числе дочь - ФИО3, обучающаяся в  ФГАОУ ВО ЮФУ по очной форме обучения, которая не имеет заработка и иного дохода  (прибыли) и находится на содержании своих родителей.  

В рамках указанного обособленного спора суд исследовал имущественное  положение членов семьи должника, в том числе, дочери должника - ФИО3  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 20.09.2021  удовлетворено заявление финансового управляющего. Суд обязал Управление Росреестра  по Ростовской области в срок до 15.10.2021 представить в суд сведения в отношении  ребенка должника, находящегося на иждивении (в период ведения процедуры),  ФИО3  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 20.09.2021  удовлетворено заявление финансового управляющего. Суд обязал Управление ФНС по  Ростовской области, Межрайонную ИФНС России № 24 по Ростовской области,  Межрайонную ИФНС России № 38 по Ростовской области в срок до 15.10.2021  представить в суд сведения в отношении ребенка должника, находящегося на иждивении  (в период проведения процедуры), ФИО3  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 31.01.2022 суд повторно  обязал Управление Росреестра по Ростовской области в срок до 15.02.2022 представить в  суд сведения в отношении ребенка должника, находящегося на иждивении (в период  ведения процедуры), ФИО3 Суд повторно обязал Управление ФНС по Ростовской  области, Межрайонную ИФНС России № 24 по Ростовской области, Межрайонную  ИФНС России № 18 по Ростовской области в срок до 15.02.2022 представить в суд  

сведения в отношении ребенка должника, находящегося на иждивении (в период  проведения процедуры), ФИО3  

Финансовый управляющий имуществом должника указал, что после ознакомления  с поступившими в материалы дела ответами и документами, полученными из  государственных регистрирующих и контролирующих органов, ему стало известно о  сделках по приобретению недвижимого имущества на имя ФИО3 Финансовый  управляющий, не являющийся стороной сделки, не имел реальную возможность узнать о  совершенной сделке и оспорить ее с даты своего назначения, такая возможность у  финансового управляющего возникла с момента поступления ответов из  регистрирующего органа и ознакомления с ними в феврале 2022 года.  

Как следует из материалов дела, заявление об оспаривании сделки подано  финансовым управляющим на основании положений статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий  недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной  (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным  требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае  предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало  или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для  лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет  со дня начала исполнения сделки.  

Исчисление этого срока в том случае, если заявление подано иным лицом, не  являющимся стороной сделки, осуществляется со дня, когда оно узнало или должно было  узнать о начале исполнения сделки.  

Суд установил, что решением Арбитражного суда Ростовской области от  26.05.2016 должник признан банкротом; оспариваемые сделки совершены 24.10.2017,  право собственности на недвижимое имущество зарегистрировано за ФИО14  01.11.2017; к исполнению обязанностей финансового управляющего ФИО1  приступил 24.04.2017, заявление об оспаривании сделок подано в суд 12.04.2022.  

Таким образом, о заключении оспариваемых сделок финансовый управляющий мог  узнать не ранее 01.11.2017.  

Финансовый управляющий пояснил, что в феврале 2022 года после ознакомления с  поступившими в материалы дела ответами и документами, полученными из  государственных регистрирующих и контролирующих органов, ему стало известно о  совершенных сделках. Ранее информацией о том, что должник мог выводить имущество  на детей, управляющий не располагал и не мог располагать.  

По мнению ответчика, финансовый управляющий, действуя разумно и  добросовестно, должен своевременно ознакомиться с материалами дела и направить  запросы в государственные и регистрирующие органы для получения сведений об актах  гражданского состояния должника и имущественного положения должника и его членов  семьи. По мнению ответчика, срок исковой давности начинает течь с 21.06.2016 (сведения  о детях представлены в материалы дела 14.06.2017 + 7 дней), вновь назначенный  управляющий ФИО1 является правопреемником предыдущего управляющего.  

Давая правовую оценку указанному доводу ответчика, суд первой инстанции  обоснованно исходил из того, что к исполнению обязанностей финансового  управляющего ФИО1 приступил 24.04.2017, финансовый управляющий, действуя  разумно и своевременно, мог получить сведения об имущественном положении детей  должника не позднее сентября 2017 года (при определении указанной даты суд исходил из  следующих сроков: месяц - на ознакомление с материалами дела и месяц - на направление  запросов (май - июнь 2017), месяц - на обращение в суд с заявлением об истребовании  

сведений, в случае непоступления ответов на запрос (июль 2017), месяц - на поступление  ответов на основании запроса суда (август 2017)).  

Однако, даже направив запросы в указанные сроки, сведения об оспариваемых  сделках управляющим не могли быть получены, поскольку сделки совершены 24.10.2017,  право собственности в отношении имущества зарегистрировано за ФИО3 01.11.2017,  то есть даже если управляющий запросил бы сведения в апреле - июне 2017 года, то в  поступивших ответах (с учетом даты данных сделок 24.10.2017) не было бы сведений об  оспариваемых сделках.  

Закон о банкротстве не предусматривает обязанность арбитражного управляющего  периодически, в течение всего срока процедуры банкротства, запрашивать информацию у  регистрирующих органов об имуществе должника и его аффилированных лиц. Как  правило, такие запросы направляются управляющим после введения первой процедуры  банкротства в целях подготовки анализа финансового состояния должника, анализа  сделок и формирования конкурсной массы. Оспариваемые сделки заключены спустя 1 год  и 6 месяцев после введения в отношении должника процедуры реализации имущества  должника. При этом, должник не сообщил финансовому управляющему информацию о  заключении сделок по приобретению имущества на имя своей дочери, но за счет  должника.  

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, недобросовестное  поведение должника при заключении и исполнении сделок, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу, что срок исковой давности по заявленному требованию не пропущен,  ответчик не может получить судебную защиту посредством применения последствий  пропуска срока исковой давности.  

Довод ответчика о том, что управляющий должен запрашивать сведения об  имущественном положении каждые полгода, основан на неверном толковании норм  права.  

Таким образом, финансовый управляющий имуществом должника, не являющийся  стороной сделки, не имел реальную возможность узнать о совершенной сделке и оспорить  ее с даты своего назначения, возможность у финансового управляющего возникла с  момента поступления ответов из регистрирующего органа и ознакомления с ними.  

Учитывая изложенное, а также дату обращения финансового управляющего в суд с  настоящим заявлением (12.04.2022), суд пришел к обоснованному выводу о том, что срок  исковой давности не пропущен. Доказательства того, что притворные сделки могли быть  выявлены ранее, в материалы дела не представлены.  

Ссылки ответчика на постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского  округа от 29.02.2024 по делу № А53-33756/2015 и определение об отказе в признании  сделки недействительной в рамках обособленного спора № 28, обоснованно отклонены  судом, поскольку фактические обстоятельства обособленных споров отличаются. В  обособленном споре № 28 сделки совершены в 2015 году, по рассматриваемому  обособленному спору сделки совершены в ходе процедуры банкротства, право  собственности на объекты недвижимости зарегистрировано за ФИО3 01.11.2017. До  рассмотрения обособленного спора об установлении ежемесячных выплат на личные  нужды должника, финансовый управляющий не располагал сведениями об оспариваемых  сделках, ответы на запросы суда поступили в 2022 году.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением  тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее  совершения.  

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том  числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его 9 стоимость в деньгах - если иные  

последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167  Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент  совершения оспариваемой сделки).  

Особенности применения последствий недействительности сделок, признанных  таковыми в деле о банкротстве, определены статьей 61.6 Закона о банкротстве.  

На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано  должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед  должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в  соответствии с главой названного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.  

Оспоренные договоры являются притворным в части его субъектного состава,  действительным приобретателем имущества является должник ФИО8, а не его дочь.  В связи с этим суд пришел к обоснованному выводу, что стороной (покупателем) по  договорам купли-продажи от 24.10.2017 является ФИО8  

С учетом вышеизложенного, в качестве применения последствий  недействительности сделок суд правомерно обязал ФИО3 возвратить в конкурсную  массу должника: земельный участок кадастровый номер 61:01:0600002:1020, площадью  1257+/-26 кв.м., вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного  строительства, расположенный по адресу: Ростовская обл., Азовский р-н, х. Дугино, ул.  Парковая, 7; земельный участок кадастровый номер 61:01:0600002:1019, площадью 854+/21 кв.м., вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного  строительства, расположенный по адресу: Ростовская обл., Азовский р-н, х. Дугино, ул.  Парковая, 9; земельный участок кадастровый номер 61:01:0600002:1011, площадью 813+/20 кв.м., вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного  строительства, расположенный по адресу: Ростовская обл., Азовский р-н, х. Дугино, ул.  Береговая, 14.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил  обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и  имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные  сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне  исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела,  соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих  спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной  инстанции не имеется.  

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке  доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта,  так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не  свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального  права.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае  основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.  

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам,  приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.  

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не  подлежит.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 30.06.2024 по делу   № А53-33756/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном  статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в  Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Н.В. Сулименко  

Судьи М.А. Димитриев  

Д.В. Николаев