АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3596/22 

Екатеринбург

09 августа 2022 г.

 

Дело № А71-9066/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 02 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Соловцова С.Н., Оденцовой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилфонд» ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной безопасности», ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.11.2020 по делу № А71-9066/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В Арбитражном суде Уральского округа явку обеспечили: 

представитель публичного акционерного общества «Т Плюс» – ФИО5 (доверенность от 07.04.2021);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной безопасности» – ФИО6 (доверенность от 30.05.2022);

ФИО3 (лично, паспорт).

В судебном заседании, проведенном посредством путем использования системы веб-конференции, приняли участие:

конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилфонд» ФИО2 (лично, паспорт); 

представитель публичного акционерного общества «Т Плюс» – ФИО7 (доверенность от 20.01.2020 № 51400-04-02/011).

При открытии судом кассационной инстанции судебного заседания с использованием онлайн-сервиса «Картотека арбитражных дел» представитель ФИО4 не подключился к каналу связи, что свидетельствует о его неявке. Установив, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, представителю обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся в сфере его контроля, а также принимая во внимание использованное сторонами право предоставления письменных позиций по существу кассационной жалобы, суд округа не усмотрел предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения судебного заседания.

 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.01.2019 общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилфонд» (далее – общество «УК «Жилфонд», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25.05.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о признании недействительным договора уступки права требования от 01.06.2015 № ЖФ-ЦКБ/1, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной безопасности» (далее – общество «Центр корпоративной безопасности»), применении последствий его недействительности в виде взыскания с общества «Центр корпоративной безопасности» в пользу должника денежных средств в размере 29 587 980 руб. 03 коп.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.11.2020  заявление конкурсного управляющего удовлетворено, договор уступки прав требования от 01.06.2015 № ЖФ-ЦКБ/1, заключенный между обществами «УК «Жилфонд» и «Центр корпоративной безопасности», признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «Центр корпоративной безопасности» в пользу должника денежных средств в размере 29 587 980 руб.03 коп. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 определение суда первой инстанции изменено в части применения последствий недействительности сделки: восстановлено право требования должника к дебиторам – физическим лицам, имеющим задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг, взысканы с общества «Центр корпоративной безопасности» в пользу должника денежные средства в размере 9 626 118 руб. 47 коп.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО2, общество «Центр корпоративной безопасности», ФИО3 и ФИО4 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами.

В кассационной жалобе ФИО4 изложено ходатайство о восстановлении пропущенного срока подачи кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 27.06.2022 кассационная жалоба ФИО4 принята к производству; суд определил, что ходатайство о восстановлении срока на подачу кассационной жалобы будет рассмотрено в судебном заседании.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В соответствии с частью 5 статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба на постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по результатам рассмотрения апелляционной жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции, может быть подана в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу такого постановления. 

С учетом приведенных положений срок на подачу кассационной жалобы на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.11.2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 истек 28.04.2022. 

Из материалов кассационного производства следует, что кассационная жалоба ФИО4 направлена в Арбитражный суд Уральского округа в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр» 23.06.2022, то есть с пропуском установленного срока на кассационное обжалование и какие-либо иные документы, подтверждающие подачу кассационной жалобы в установленный срок (до 28.04.2022 включительно), к кассационной жалобе не приложены.

В силу части 1 статьи 115 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом либо арбитражным судом. 

На основании части 2 статьи 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, обратившегося с кассационной жалобой, пропущенный срок подачи кассационной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом кассационной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта и арбитражный суд кассационной инстанции признает причины пропуска срока уважительными. 

Пропущенный таким лицом срок подачи жалобы может быть восстановлен судом по ходатайству данного лица, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня, когда это лицо узнало (должно было) узнать о нарушении его прав или законных интересов обжалуемым судебным актом. При этом судам следует исходить из того, что такое лицо должно обладать реальной фактической возможностью для обращения в суд с заявлением о пересмотре ранее принятого судебного акта в порядке апелляционного или кассационного производства, в том числе, возможностью своевременно подготовить мотивированную жалобу на принятое судебное решение и направить ее в суд вышестоящей инстанции в установленном законом порядке. 

В обоснование уважительности пропуска срока на кассационное обжалование ФИО4 указывает на то, что он не был привлечен к участию в споре, при этом принятые судебные акты касаются его прав и обязанностей, поскольку он является правопреемником (наследником) ФИО8, исполнявшей на момент совершения спорной сделки обязанности бухгалтера должника, а также на то, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.06.2022 по настоящему делу он был привлечен к участию в рассмотрении спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в качестве соответчика.

Исследовав представленные доводы, суд округа установил, что на рассмотрении Арбитражного суда Удмуртской Республики находится обособленный спор по объединенным для совместного рассмотрения заявлениям конкурсного управляющего и общества с ограниченной ответственностью «ЕЭС-Гарант» о привлечении контролирующих должника лиц, в числе которых указана ФИО8, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Учитывая, что ответчик - ФИО8 - умерла, и единственным ее наследником, согласно представленным нотариусом документам, является ее сын - ФИО4, суд определением от 22.06.2022 привлек к участию в деле в качестве соответчика наследника ФИО8 – ФИО4

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 22.04.2014 № 12278/13, если лицу в судебном разбирательстве противопоставляется судебный акт по другому разбирательству, в котором оно не участвовало, правопорядок должен обеспечивать этому лицу право на судебную защиту, в том числе путем обеспечения возможности представить свои доводы и доказательства по вопросу, решенному этим судебным актом.

Руководствуясь приведенными положениями, учитывая, что ФИО4 является соответчиком по спору о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принимая во внимание, что указанный кассатор обратился с рассматриваемой кассационной жалобой в разумный срок (на следующий день после вынесения определения о привлечении в качестве соответчика по спору о привлечении к субсидиарной ответственности), суд округа приходит к выводу о наличии оснований для восстановления пропущенного процессуального срока.

Возражения кредитора и конкурсного управляющего о том, что производство по кассационной жалобе ФИО4 подлежит прекращению, отклоняются, поскольку не учитывают приведенные выше положения.

Удовлетворив ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока, суд округа перешел к рассмотрению кассационной жалобы ФИО4 по существу.

Доводы, по которым определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.11.2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 подлежат отмене, ФИО4 не приведены. Единственный довод, указанный ФИО4 в качестве основания для отмены оспариваемых судебных актов, заключается в том, что признание сделки недействительной повлечёт нарушение его прав как субсидиарного ответчика. 

Приложенные к кассационной жалобе ФИО4 дополнительные документы (свидетельство о рождении ФИО4, свидетельство о смерти ФИО8) к материалам кассационного производства не приобщаются, поскольку в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследование и оценка доказательств не входит в компетенцию суда округа, дополнительные доказательства не могут быть приобщены к материалам дела на стадии кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных актов. В связи с тем, что документы представлены в электронном виде через систему «Мой арбитр», то фактическому возвращению на бумажном носителе, лицу его представившему, не подлежат.

Конкурсный управляющий в своей кассационной жалобе указывает на нарушение апелляционным судом норм процессуального и материального права при определении последствий недействительности сделки, просит постановление апелляционного суда отменить, обставить в силе определение суда первой инстанции. 

Управляющий полагает, что постановление апелляционного суда не является исполнимым в части восстановления дебиторской задолженности за должником, поскольку управляющий не располагает документацией, необходимой для взыскания долгов, при этом дебиторская задолженность находится за сроками исковой давности, а также указывает, что ввиду признания заключения эксперта, полученного по результатам проведения первой экспертизы, недопустимым доказательством, выражения коллегией апелляционного суда сомнений относительно заключения, подготовленного  по результатам повторной экспертизы, отсутствия в материалах дела доказательств, позволяющих достоверно определить стоимость отчужденных прав, суду следовало сделать вывод о том, что стоимость отчужденных прав равна их номиналу, или же использовать статистические сведения о фактическом уровне возмещения собственниками многоквартирных домов затрат на предоставление жилищно-коммунальных услуг по г. Ижевску за 2014-2018 годы.

В обоснование своей кассационной жалобы общество «Центр корпоративной безопасности» приводит доводы, касающиеся применения последствий недействительности сделки, в частности, указывает на то, что в действительности по договору уступки права требования от 01.06.2020 им были получены денежные средства в сумме 4 848 579 руб. 01 коп.

ФИО3 в своей кассационной жалобе приводит доводы о нарушении апелляционным судом норм процессуального права, мотивированные тем, что суд апелляционной инстанции фактически повторно рассмотрел обособленный спор (принял новые доказательства, назначил судебные экспертизы), однако не принял решение о переходе к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. Кассатор также не согласна с выводами судов о недействительности сделки, указывая на то, что судом апелляционной инстанции не были исследованы все представленные в материалы дела доказательства и обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения спора, при этом выводы судов об аффилированности сторон правоотношений, неплатежеспособности должника на дату заключения спорного договора, осведомленности ответчика о финансовом состоянии должника, а также о заключении договора в целях причинения вреда не соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела. Заявитель кассационной жалобы относительно безвозмездности отчуждения прав в пользу ответчика указывает на то, что представленные ею доказательства подтверждают факт внесения соответствующих денежных средств в общество «Центр корпоративной безопасности» для оплаты по спорному договору и финансовую возможность внесения таких средств.

Ходатайство ФИО3 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, в приобщении которых было отказано судом апелляционной инстанции (ходатайство о приобщении к материалам дела,  запрос ФИО9, сопроводительное письмо от ФИО9, справка о доступном остатке по банковскому счету по состоянию на 05.11.2011,  выданная публичным акционерным обществом «Сбербанк России», конверт, поручение экспедитору), судом округа рассмотрено и отклонено, поскольку в силу статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принятие и оценка дополнительных доказательств не входят в полномочия суда кассационной инстанции, который проверяет соответствие выводов арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Конкурсный управляющий ФИО2 в отзыве на кассационные жалобы ФИО3 и общества «Центр корпоративной безопасности» по доводам указанных лиц возражает. Отзыв приобщён к материалам дела.

Обществом «Т Плюс» 22.06.2022 представлен отзыв на кассационные жалобы конкурсного управляющего, ФИО3, общества «Центр корпоративной безопасности» и ФИО4, в котором кредитор поддерживает доводы и требования конкурсного управляющего, возражает против доводов, приведенных ФИО3, ответчиком и ФИО4 Указанный отзыв приобщен к материалам дела с учетом поступивших 24.06.2022 в суд округа доказательств его направления лицам, участвующим в споре.

От ФИО3 в суд округа 24.06.2022 и 29.07.2022 поступили идентичные по содержанию дополнения к кассационной жалобе. Поступивший первоначально экземпляр пояснений кассатора (от 24.06.2022) судом округа к материалам дела не приобщен, поскольку не содержал доказательств направления в адрес лиц, участвующих в деле; дополнения от 29.07.2022 приобщены к материалам дела.

Общество «Центр корпоративной безопасности» также представило в суд округа два идентичных по содержанию дополнения к кассационной жалобе (от 27.06.2022 и 06.07.2022). Поступивший первоначально экземпляр дополнений (от 27.06.2022) судом округа к материалам дела не приобщен, поскольку не содержал доказательств направления в адрес лиц, участвующих в деле; дополнения от 06.07.2022 приобщены к материалам дела.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа на основании статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.06.2015 между обществами «УК «Жилфонд» (цедент) и «Центр корпоративной безопасности» (цессионарий) был заключен договор уступки прав требования № ЖФ-ЦКБ/1, по условиям которого цедент уступает цессионарию права требования к дебиторам – физическим лицам, имеющим задолженность перед цедентом по оплате жилищно-коммунальных услуг в сумме 29 587 980 руб. 03 коп.

Согласованная сторонами стоимость уступаемых прав требования определена сторонами в размере 27 220 941 руб. 60 коп. (пункт 2.2 договора).

Дополнительным соглашением от 10.06.2015 к указанному договору стороны предусмотрели срок оплаты цессионарием компенсации за уступленные права до 03.07.2015.

Ссылаясь на то, что после совершения сделки по уступке права требования дебиторской задолженности от 01.06.2015 должник стал обладать признаками неплатежеспособности, заключение сделки не отвечало экономическим интересам должника, сделка направлена на отчуждение единственного актива должника, в результате совершения сделки имущественным правам кредиторов причинен вред, конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании вышеуказанного договора недействительным применительно к положениям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, и применении последствий его недействительности в виде взыскания с ответчика в пользу должника 29 587 980 руб. 03 коп.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались тем, что согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима совокупность следующих обстоятельств: причинение вреда имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели на момент ее совершения (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При этом в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, в том числе относительно наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, а также того, что другая сторона знала о цели причинения вреда, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что оспариваемый договор заключен в течение трех лет до принятия арбитражным судом о признании должника несостоятельным (банкротом), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установив, что согласно бухгалтерскому балансу общества «УК «Жилфонд» по состоянию на 31.12.2015 кредиторская задолженность должника составляла 46 377 тыс. руб. и увеличилась на конец 2017 года до 88 291 тыс. руб., а также то, что на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед ресурсоснабжающими организациями за период, начиная с конца 2014 года, что подтверждается многочисленными решениями Арбитражного суда Удмуртской Республики, отмечая, что соответствующая задолженность не была погашена и включена в реестр, суд первой инстанции сделал вывод о том, что на указанный период времени должник отвечал признаку неплатежеспособности (недостаточности имущества). 

Исследовав материалы дела в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции из отчетов временного и конкурсного управляющего должником установил, что у должника на момент заключения спорного договора цессии и в последующем отсутствовало какое-либо имущество, кроме дебиторской задолженности физических и юридических лиц (собственников/арендаторов жилых и нежилых помещений в МКД) по оплате жилищно-коммунальных услуг.

 Проанализировав фактические обстоятельства заключения и исполнения спорного договора, суд установил то, что ФИО3 согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц являлась учредителеми единственным участником общества «Центр корпоративной безопасности» с момента государственной регистрации общества и до 15.10.2019; задолженность общества «Центр корпоративной безопасности» перед обществом «УК «Жилфонд» в сумме 46 259 964 руб. 60 коп. возникла в связи с неисполнением обязательств по оплате приобретенного права требования к дебиторам-физическим лицам общества «УК «Жилфонд» по заключенным договорам уступки прав требований от 01.06.2015 № ЖФ-ЦКБ/1 и от 20.01.2017№ ЖФ-ЦКБ/0117, при этом как на момент заключения органами управления обществами «УК «Жилфонд» первого договора уступки права требования, так и по состоянию на дату заключения второй сделки у общества «Центр корпоративной безопасности» не имелось каких-либо активов, за счет которых последнее могло бы исполнить свои обязательства перед обществом «УК «Жилфонд», при этом всего через 17 дней со дня регистрации ответчика органами управления общества «УК «Жилфонд» был заключен договор первой уступки прав требований - от 01.06.2015 № ЖФ-ЦКБ/1 - на общую сумму, многократно превышающую совокупный размер уставного капитала общества «Центр корпоративной безопасности», в последующем, несмотря на очевидное уклонение общества «Центр корпоративной безопасности» от исполнения обязательств по оплате приобретенных в общем размере 51 308 193 руб. 04 коп.  прав требований, органами управления общества «УК «Жилфонд» вопреки крайне тяжелому финансовому состоянию общества, а также риску наступления собственного банкротства, не предпринималось никаких мер принудительного взыскания задолженности с общества «Центр корпоративной безопасности»; в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства общества «Центр корпоративной безопасности» временным управляющим сделаны выводы о том, что на протяжении своей деятельности руководители указанной организации предпринимали меры по выведению полученных от взыскания дебиторской задолженности денежных средств на третьи лица; денежные средства, поступающие на счет общества «Центр корпоративной безопасности» от взыскания переданной по договорам от 01.06.2015 № ЖФ-ЦКБ/1 и от 20.01.2017 № ЖФЦКБ/0117 дебиторской задолженности, преимущественно направлялись органами управления общества в адрес общества с ограниченной ответственностью «Олимп», учредителями и участниками которого в период действия договоров уступок права требования являлись ФИО3 и ФИО9; согласно пояснениям бывшего руководителя должника, представленным в ходе рассмотрения в рамках данного дела заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, сделки общества «УК «Жилфонд» по отчуждению дебиторской задолженности в адрес общества «Центр корпоративной безопасности» были совершены на основании письменных распоряжений ФИО8, которая, как установлено судом, являлась в 2015 году представителем единственного участника общества «УК «Жилфонд» ФИО10, а в 2017-2018 годах единственным участником общества «УК «Жилфонд», а также представляла интересы ФИО3 в деле о несостоятельности (банкротстве) общества «УК «Жилфонд».

Суды установили также, что встречное предоставление (оплата приобретенного ответчиком права требования к дебиторам должника) со стороны общества «ЦКБ» должнику предоставлено не было. В связи с неоплатой ответчиком компенсации за уступленные права решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 18.12.2015 по делу №А71-12110/2015 с ответчика в пользу должника была взыскана задолженность по договору №ЖФ-ЦКБ/1 от 01.06.2015 в размере 27 220 941,60 рубля. 20.01.2016 должнику был выдан исполнительный лист на взыскание с ответчика 27 220 941,60 рубля, который не был предъявлен должником для принудительного исполнения.

Установив приведенные выше обстоятельства, учтя то, что в материалы дела не представлены доказательства, достоверно и убедительно свидетельствующие о совершении оплаты по оспариваемому договору, а также то, что приводимые в качестве контрдовода ответчиком сведения о наличном поступлении денежных средств в кассу должника в качестве оплаты за уступленное право не отражены в кассовой книге и бухгалтерском учете должника, сведения о расходовании таких средств должником не установлены, суд первой инстанции сделал вывод о том, что обстоятельства заключения и исполнения договоров об уступке права требований являлись недоступными для иных (независимых) участников рынка и в очевидной степени отклонялись от обычных условий гражданского (делового) оборота, при этом принял во внимание нестандартный характер рассматриваемых сделок, последующее поведение контролирующих общества «УК «Жилфонд» и общество «Центр корпоративной безопасности» лиц, в связи с чем констатировал наличие признаков фактической аффилированности должника и ответчика, безвозмездность отчуждения единственного актива должника в целях обогащения ответчика и контролирующих его лиц, что в конечном итоге привело к фактическому банкротству общества «УК «Жилфонд», нарушению прав и законных интересов кредиторов должника.

Констатировав наличие совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд удовлетворил заявленные требования, определил в качестве последствий недействительности сделки взыскать с ответчика денежные средства в размере, равном размеру уступленных требований.

Исследовав представленные ФИО3 в рамках апелляционного производства документы в подтверждение финансовой возможности внесения денежных средств в общество «Центр корпоративной безопасности» для оплаты по оспариваемому договору (выписки со счетов, наличии денежных средств, договоры займа, договор финансовой помощи обществу «Центр корпоративной безопасности», решение суда Октябрьского районного суда г. Ижевска от 09.10.2019 по делу № 2-4307/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 по делу № А71-13795/2019 о признании требования ФИО3 в размере 39 635 000 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей ликвидационной квоты общества «Центр корпоративной безопасности»), апелляционный суд сделал вывод, что указанные документы ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих оплату ответчиком уступленных прав, не опровергают выводы суда первой инстанции о безвозмездности совершенной сделки и недействительности договора.

Таким образом, признавая спорную сделку недействительной, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания договора уступки прав требования недействительным, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, повторно исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон, отметив, что установленная судом первой инстанции стоимость отчужденных прав не учитывает их ликвидность, апелляционный суд пришел к заключению, что выводы суда первой инстанции в части применения последствий недействительности сделки являются ошибочными, сделанными при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела.

Принимая во внимание особенности уступленных прав (взыскание задолженности с потребителей коммунальных услуг – физических лиц), с учетом заявленных сторонами ходатайств, апелляционный суд определением от 08.07.2021 назначил судебную оценочную экспертизу, производство которой поручил эксперту ФИО11; на разрешение эксперта поставлен вопрос о действительной рыночной стоимости уступленных прав требований на момент перехода прав требований с учетом сумм основного долга, сумм пени, процентов, штрафов по спорному договору по состоянию на дату заключения. 

Ввиду того, что представленное 22.07.2021 в арбитражный апелляционный суд экспертное заключение от 16.07.2021 № 52-21 признано недопустимым доказательством, поскольку судебная оценочная экспертиза проведена с нарушением порядка ее проведения, предусмотренного статьями 82, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно, поступившее заключение было составлено и подписано лицом, проведение экспертизы которому не было поручено, более того экспертиза была проведена в отсутствие материалов (до направления исследуемых материалов в адрес ответчика), апелляционный суд на основании части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом позиций сторон определением от 30.09.2021 назначил повторную судебную оценочную экспертизу, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Инком-Эксперт» ФИО12.

Проанализировав заключение, представленное по результатам проведения повторной экспертизы, согласно которому рыночная стоимость уступленных прав требований на момент перехода прав требований с учетом сумм основного долга, сумм пени, процентов, штрафов по договору уступки прав требования от 01.06.2015 № ЖФ-ЦКБ/1 к дебиторам - физическим лицам, имеющим задолженность перец обществом «УК «Жилфонд» по оплате жилищно-коммунальных услуг в общем размере основного долга 29 587 980 руб. 03 коп. по перечню должников, указанных в приложении № 1 к указанному договору, составляет 2 516 000 руб., а также ответы эксперта на вопросы сторон и пояснения директора экспертной организации, суд апелляционной инстанции установил, что оценка уступаемых прав требования произведена экспертом без учета произведённых платежей населения по вышеуказанному договору за период после даты оценки уступаемого права.

Исходя из того, что представленные в материалы дела экспертные заключения не могут быть приняты в качестве доказательства, позволяющих достоверно установить рыночную стоимость уступленных прав, апелляционный суд исследовал сведения о фактическом удовлетворении уступленных прав. 

Так, проанализировав выписки по счетам общества «Центр корпоративной безопасности» и установив, что в период после заключения оспариваемого договора (с 15.06.2015 по 20.01.2017) на счет ответчика поступили денежные средства в сумме  9 626 118 руб. 47 коп., что с учетом отсутствия сведений об иных основаниях для поступления денежных средств может быть квалифицировано в качестве исполнения по уступленным обязательствам, а также отметив, что последующие поступления (за период после 2017 года) (в период действия двух договоров уступки права требования)  в сумме 17 485 916 руб. 04 коп. не могут быть признаны таковыми ввиду отсутствия возможности разграничения поступивших денежных средств по каждому из договоров, а также то, что расчет уступленных прав требования, которые остались нереализованными, ответчиком не представлен, руководствуясь положениями статей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и 61.6 Закона о банкротстве, апелляционный суд в качестве применения последствий недействительности сделки определил взыскать с ответчика в конкурсную массу должника установленную сумму поступлений по уступленным правам – 9 626 118 руб. 47 коп. – и восстановил право требования должника к дебиторам в оставшейся части.

Таким образом, изменяя определение суда первой инстанции в части последствий недействительности сделки, апелляционный суд учитывал специфику уступаемого права, а также сведения об исполнении обязательств потребителями коммунальных услуг.

По результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения рассматриваемого спора, определены верно, нормы законодательства о банкротстве применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ввиду признания заключения эксперта, представленного по результатам проведения первой экспертизы, недопустимым доказательством, выражения коллегий апелляционного суда сомнений относительно заключения, представленного по результатам повторной экспертизы, а также отсутствия в материалах дела доказательств, позволяющих достоверно определить стоимость отчужденных прав, суду следовало сделать вывод о том, что стоимость отчужденных прав равна их номиналу, или же применить статистические сведения о фактическом уровне возмещения собственниками многоквартирных домов затрат на предоставление жилищно-коммунальных услуг по г. Ижевску за 2014-2018 годы, судом округа отклоняются, поскольку примененный апелляционным судом механизм определения расчета стоимости прав требования в полной мере мотивирован апелляционным судом, основан на материалах дела, учитывает конкретные обстоятельства.

Возражения конкурсного управляющего о том, что постановление апелляционного суда не является исполнимым, мотивированные тем, что управляющий не располагает документацией, необходимой для взыскания долга, о нарушении апелляционным судом положений Гражданского кодекса Российской Федерации или Закона о банкротства о применении последствий недействительности сделки не свидетельствуют. 

Возражения ответчика относительно установленной апелляционным судом суммы поступлений по взысканию дебиторской задолженности, мотивированные тем, что им была представлена иная информация о поступивших денежных средствах на расчетный счет общества «Центр корпоративной безопасности» по договору уступки права требования от 01.06.2020 (в сумме 4 848 579 руб. 01 коп.), судом округа отклоняются, поскольку противоречат материалам дела - по результатам непосредственного анализа выписок по счетам ответчика коллегией апелляционного суда установлена иная сумма поступлений.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО3 доводы о нарушении апелляционным судом норм процессуального права, мотивированные тем, что суд апелляционной инстанции фактически повторно рассмотрел обособленный спор (принял новые доказательства, назначил судебные экспертизы), однако не принял решение о переходе к рассмотрению по правилам первой инстанции, судом округа также отклоняются, поскольку о нарушении апелляционным судом норм процессуального права не свидетельствуют, так как оснований для перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела судом первой инстанции, коллегией апелляционного суда установлено не было, доводы ФИО3 об обратном основаны на неверном толковании норм процессуального права. Суд округа также отмечает, что арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам.

Вопреки доводам ФИО3, все представленные ходатайства о приобщении отзывов и дополнительных доказательств были рассмотрены апелляционным судом с учетом положений статей 262, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Доводы ФИО3 относительно возмездности отчуждения прав судом округа отклоняются, поскольку мотивом, по которому суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод о безвозмездности сделки, послужило то, что в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие оплату по договору, а документы, представленные сторонами, не были признаны свидетельствующими о таковой. 

Иные доводы кассаторов судом округа отклоняются, поскольку соответствующие обстоятельства всесторонне были исследованы судами первой и апелляционной инстанций, все представленные в материалы дела доказательства были исследованы надлежащим образом, оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Принимая во внимание, что при подаче кассационной жалобы конкурсным управляющим обществом «УК «Жилфонд» ФИО2 государственная пошлина не была уплачена, заявлено ходатайство о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства, при этом доказательств ее уплаты ко дню судебного заседания не представлено, с должника подлежат взысканию в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 по делу № А71-9066/2017 Арбитражного суда Удмуртской Республики оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилфонд» ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Центр корпоративной безопасности», ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Жилфонд» в доход федерального бюджета государственную пошлину по кассационной жалобе в сумме 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            С.Н. Соловцов 

 

                                                                                             Ю.А. Оденцова