АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-2758/2017

г. Краснодар

23 декабря 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 23 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г., при ведении протокола помощником судьи Шадриной А.Г., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем видео-конференц-связи с Арбитражным судом Кабардино-Балкарской Республики, от кредитора – акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице Кабардино-Балкарского регионального филиала – ФИО1 (доверенность от 31.05.2024), от уполномоченного органа – Управления Федеральной налоговой службы по Кабардино-Балкарской Республике (ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 07.02.2025), в отсутствие финансового управляющего должника – ФИО3 (ИНН 

<

***>) – ФИО4 (ИНН 

<

***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.11.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2025 по делу № А20-2758/2017 (Ф08-8300/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) АО «Россельхозбанк» (далее – банк) обратилось в суд с заявлением о разрешении разногласий по вопросу установления суммы текущей задолженности по налогам, начисленной за залоговое имущество должника, согласно которому банк просил признать подлежащими уплате за счет выручки от реализации залогового имущества текущие налоги в размере 631 317 рублей 01 копейки в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (уточненные требования).

Определением от 24.11.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.10.2025, в удовлетворении заявления отказано. Суды исходили из того, что фактически спор возник по вопросу обоснованности начисления суммы налога и сочли, что расходы на уплату текущей задолженности по земельному налогу и налогу на имущество, а также начисленные на указанную задолженность пени, в отношении предмета залога должны покрываться за счет выручки от реализации заложенного имущества до начала расчетов с залоговым кредитором. Передача непосредственно залоговому кредитору всех денежных средств от реализации залогового имущества фактически приведет к тому, что требования по обязательным платежам останутся непогашенными в полном объеме. Суды не усмотрели оснований для уменьшения подлежащей оплате в бюджет начисленной суммы налогов. При рассмотрении спора суды учли пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, судебную практику по спорам с аналогичными обстоятельствами (постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.07.2024 по делу № А20-299/2018, от 25.04.2025 по делу № А61-264/2016, от 18.07.2025 по делу № А53-32531/2016).

В кассационной жалобе банк просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, суды не учли, что налоговый период для налогов, приходящихся на залогодержателя, начинается с мая 2018 года, поэтому налоги на предмет залога, начисленные до указанной даты, не подлежат уплате за счет денежных средств от реализации залогового имущества. Банк также указывает на то, что налоги, начисленные в отношении переданного в аренду имущества должника, не могут быть оплачены за счет выручки о реализации залогового имущества.

В судебном заседании представитель банка поддержал доводы жалобы, представитель Управления ФНС России по Кабардино-Балкарской Республике (далее – уполномоченный орган) высказался против удовлетворения жалобы, указав на законность судебных актов, правильность начисления размера налогов.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением от 10.05.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

6 октября 2023 года на официальном сайте ЕФРСБ опубликованы сведения о результатах проведения торгов по реализации имущества должника. Торги признаны состоявшимися по лоту № 1 (залоговое имущество: административный корпус, магазин, автосалон, щитовая, проходная, магазин, навес, кафе, торговый павильон, складские

помещения, ангар для техники, навес, земельный участок) признан ИП ФИО5, сумма реализации имущества составила 44 176 525 рублей; победителем торгов по лоту № 2 (незалоговое имущество: административное здание, весовая, операторская; залоговое имущество: газораспределительная будка, сторожевая будка, земельный участок) признан ФИО6, сумма реализации имущества составила 20 270 154 рубля 75 копеек.

7 декабря 2023 года в банк поступил предварительный расчет по распределению денежных средств, вырученных от реализации предмета залога по лоту № 1. В составе текущих расходов, подлежащих погашению, отражены земельный налог и налог на имущество должника в размере 3 143 195 рублей. После погашения текущей задолженности по налогам управляющий счел возможным приступить к погашению остальной части платежей в сумме 41 033 330 рублей по правилам статей 213.27 и 138 Закона о банкротстве.

Банк в свою очередь считает, что такой порядок распределения денежных средств является необоснованным. Банк привел свой расчет, согласно которому сумма по уплате текущих налогов за счет вырученных от реализации залогового имущества составляет 631 317 рублей 01 копейку и подлежит уплате за счет выручки от реализации залогового имущества в режиме, предусмотренном пунктом 4 статьи 138 Закона о банкротстве.

Оценив представленные в дело доказательства и доводы сторон, суды пришли к выводу о том, что материалами дела подтверждено наличие у должника текущей задолженности по уплате налогов, которая подлежит погашению за счет денежных средств от реализации залогового имущества до начала расчетов с залоговым кредитором в порядке абзаца шестого статьи 213.27 Закона о банкротстве. За должником числится текущая задолженность по налогам в размере 3 143 195 рублей 59 копеек (земельный налог и налог на имущество).

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя).

Залог обеспечивает возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов (статья 337 Гражданского кодекса).

Закон о банкротстве предусматривает специфику статуса залогового кредитора, право залогового кредитора на преимущественное удовлетворение своих требований за счет предмета залога, порядок реализации заложенного имущества и порядок распределения полученных от реализации имущества денежных средств (статья 138 Закона о банкротстве).

Приоритет удовлетворения требований залогового кредитора обеспечивается в банкротстве за счет обособления процедуры, касающейся судьбы залогового имущества, что подразумевает погашение за счет ценности данного имущества обязательств перед залоговым кредитором за вычетом издержек, непосредственно связанных с содержанием и реализацией этого имущества.

В пункте 6 статьи 138 Закона о банкротстве предусмотрено, что расходы на обеспечение сохранности предмета залога и реализацию его на торгах покрываются за счет средств, поступивших от реализации предмета залога, до расходования этих средств в соответствии с пунктами 1 и 2 указанной статьи.

Содержание и смысл данной нормы в совокупности с положениями статей 134 и 138 Закона о банкротстве, регулирующими очередность удовлетворения требований кредиторов должника-банкрота, указывают на то, что в банкротстве за залоговым кредитором сохраняется его право преимущественного удовлетворения своих требований перед другими кредиторами, однако реализуется оно в усеченном виде по сравнению с внебанкротными процедурами.

Системное толкование пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве приводит к выводу о необходимости применения правового режима, установленного данной нормой, к обязательствам должника по уплате имущественных налогов, начисленных на залоговое имущество за период нахождения должника в банкротных процедурах. Данное правило носит общий характер.

Противоположный подход ведет к дисбалансу в объеме прав кредиторов, поскольку имущественная выгода от продажи предмета залога будет предоставляться одному члену названного сообщества – залоговому кредитору, и расходы, непосредственно связанные с этим же имуществом (в данном случае текущие обязательства по уплате имущественных налогов), будут погашаться за счет иных активов должника в ущерб интересам незалоговых кредиторов.

При разрешении настоящего спора суды, установив, что за период реализации залогового имущества у должника возникли текущие обязательства по уплате налогов в отношении обремененного залогом в пользу банка, правомерно руководствовались

правовыми подходами, сформированными в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2024 № 304-ЭС22-29762, а также в пункте 14 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021 № 3 (2021), и пришли к правильному выводу о том, что к расходам, непосредственно связанным с реализацией залогового имущества, относятся, в том числе, текущие обязательства по уплате налогов, начисленных в отношении предмета залога, а денежные средства, поступившие от реализации залогового имущества, подлежат направлению на погашение текущей задолженности по имущественным налогам, начисленным в отношении предмета залога, до начала расчетов с залоговым кредитором.

Соответствие такого истолкования пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве положениям Конституции Российской Федерации в системе действующего правового регулирования признано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 09.04.2024 № 16-П (далее – постановление 16-П).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2024 № 304-ЭС22-29762, с момента, когда у залогового кредитора появляется право обратить взыскание на заложенное имущество, то есть, когда ему передается право распоряжаться материальной базой, за счет которой ранее собственник нес бремя содержания имущества, возникает экономическое основание для возложения на такого залогового кредитора обязанности погасить имущественные налоги за соответствующий период. Однако момент, когда залоговый кредитор получает право обращения взыскания на имущество, не всегда наступает с даты открытия конкурсного производства. Погашение имущественных налогов за счет выручки от заложенного имущества может быть определено до открытия процедуры конкурсного производства в случае, если заложенное имущество сдается в аренду и залоговый кредитор получает часть выручки от арендных платежей (абзац четвертый пункта 2 статьи 334 Гражданского кодекса). Кроме того, такое погашение может начаться позже открытия конкурсного производства, если требование залогового кредитора включено в реестр после признания должника банкротом. Таким образом, в зависимости от того, когда фактически становится возможным обращение взыскания на предмет залога, то есть в зависимости от момента, когда залоговый кредитор начинает пользоваться преимуществами своего положения, возможны три основных варианта исчисления периода, за который бремя по уплате имущественных налогов относится на залогового кредитора:

1) со дня объявления резолютивной части об открытии конкурсного производства, если требования залогового кредитора были установлены в реестре до этого дня;

2) со дня включения требований залогового кредитора в реестр, если такое установление приходится на период конкурсного производства;

3) за весь период с возбуждения дела о банкротстве, если выручка от аренды (иной эксплуатации) имущества передавалась исключительно залоговому кредитору, а не распределялась между всеми кредиторами.

При этом в случае, если залоговый кредитор сначала заявляет о включении в реестр денежного требования, а позже получает статус залогового кредитора, и такой разрыв не связан с объективными причинами, не зависящими от воли залогового кредитора, датой начала периода возложения обязанности по оплате имущественных налогов за счет выручки от продажи заложенного имущества следует считать дату объявления резолютивной части определения о включении в реестр по денежному требованию, а не получения статуса залогового кредитора.

В постановлении 16-П также отмечено, что исходя из обстоятельств конкретного спора следует определять, ведет ли удовлетворение указанных требований до начала расчетов с залоговым кредитором к утрате для него экономического смысла залога при отсутствии доказательств того, что именно поведение залогового кредитора создало условия для формирования такого объема налоговой задолженности, который порождает соответствующие негативные последствия. При установлении вышеизложенного арбитражный суд вправе соразмерно – с учетом, в том числе, того, насколько повлияет непоступление соответствующих сумм в региональный и местный бюджеты на выполнение социальных обязательств соответствующих публичных образований и приведет ли неполучение залоговым кредитором средств от использования и реализации заложенного имущества к невозможности продолжения им деятельности (к банкротству), распределить средства, полученные от использования или реализации предмета залога, между требованиями об уплате имущественных налогов и требованиями залогового кредитора. Тем самым, Конституционный Суд Российской Федерации, признавая дискреционные полномочия арбитражного суда по управлению банкротным процессом, допускает возможность определения справедливой очередности удовлетворения требования кредитора, исходя из всей совокупности обстоятельств в конкретном деле.

Данный правовой подход сформулирован Верховным Судом Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 13.06.2024 № 304-ЭС16-19840(4) по делу № А03-1592/2014 и от 13.06.2024 № 304-ЭС22-29762 по делу № А03-11042/2017.

Суды установили, что определением суда от 05.10.2017 требования банка включены в реестр требований кредиторов как обеспеченные залогом имущества должника одновременно с введением в отношении должника процедуры реструктуризации долгов. Таким образом, суды верно определили, что именно на банке лежит обязанность по уплате налога на залоговое имущество, с момента введения ликвидационной процедуры. Каких-либо законных оснований для освобождения банка от

данной обязанности или снижения данной суммы налога суды не установили. Следовательно, в приоритетном порядке подлежит оплате налог на имущество, начисленный на предмет реализованного залога, за период со дня объявления резолютивной части об открытии реализации имущества гражданина, то есть с 10.05.2018.

Суд апелляционной инстанции отклонил доводы банка о том, что размер налоговой задолженности должен быть определен исходя из суммы 2 779 317 рублей 01 копеек, а не установленной финансовым управляющим суммы 3 143 195 рублей 59 копеек, поскольку общий размер задолженности по обязательным платежам с 10.05.2018 составляет 8 570 077 рублей 92 копейки.

В рассматриваемом случае суды установили, что размер погашенных требований залогового кредитора составил более 77 млн рублей, а непогашенная задолженность залогового кредитора составляет более 450 млн рублей. При этом, как установили суды, задолженность уполномоченного органа по текущим имущественным налогам, относящимся к залоговому имуществу, с учетом начисленных на них пеней, составила 8 570 077 рублей 92 копеек, в то время как общая зарезервированная сумма на счетах должника составляет 11 699 205 рублей 57 копеек. Вместе с тем, как отметили суды, разногласия банка и управляющего касаются только части погашения суммы налоговых обязательств, а не всей суммы 8 570 077 рублей 92 копеек.

Передача всех денежных средств от реализации залогового имущества непосредственно залоговому кредитору фактически приведет к тому, что требования по обязательным платежам останутся непогашенными в полном объеме.

На основании изложенного суды пришли к выводу о том, что предложенный банком порядок распределения денежных средств в данном конкретном случае с учетом вышеприведенной позиции Конституционного Суда Российской Федерации (постановление № 16-П) нельзя признать справедливым. Суды также сочли, что заявление банк не отвечает критериям разногласий по смыслу статьи 60 Закона о банкротстве, учитывая, что в рамках дела о банкротстве суд не вправе оценивать по существу обоснованность начисления и размер требований кредитора по текущим обязательствам под видом разрешения разногласий. При таких обстоятельствах суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления о разрешении разногласий в указанной части.

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права. Обжалуя судебные акты, банк документально не опроверг правильности выводов судов и размера текущей задолженности по налогам. Доводы кассационной жалобы надлежит отклонить, поскольку направлены на переоценку выводов судов в отсутствие у суда округа для этого соответствующих полномочий. Согласно

правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде округа, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду округа подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Аналогичные разъяснения даны Верховным Судом Российской Федерации в пунктах 28 и 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 24.11.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2025 по делу № А20-2758/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.М. Илюшников Судьи Ю.О. Резник

Е.Г. Соловьев