ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

08.12.2023Дело № А40-279520/19

Резолютивная часть постановления оглашена 4 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 8 декабря 2023 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Кузнецова В.В.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Российское авторское общество» – ФИО1 по доверенности от 20.01.2023;

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 08.08.2023;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сидиком паблишн» – ФИО4 по доверенности от 17.11.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сидиком паблишн»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023

об отказе в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Сидиком паблишн»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 11.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «Сидиком паблишн» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которое определением Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2023 было удовлетворено, производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2023 было отменено, в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего должника и общества с ограниченной ответственностью «Российское авторское общество» (далее – кредитора) доводы кассационной жалобы поддержали, а представитель ФИО2 просил суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судебной коллегией рассмотрено и отклонено ходатайство ФИО2 о прекращении производства по кассационной жалобе.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 17.03.2010 № 6-П, и позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.04.2015 № 307-ЭС15-661, при наличии возражений лиц, участвующих в деле, против восстановления процессуального срока на обжалование судебных актов, компетентный суд вправе в судебном заседании вернуться к вопросу о восстановлении пропущенного срока, и, признав, что срок был восстановлен незаконно, прекратить производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, высшими судебными инстанциями предусмотрена возможность повторного рассмотрения вопроса о восстановлении срока коллегиальным составом суда, если при единоличном рассмотрении данного вопроса судьей при принятии жалобы к производству было допущено неправильное восстановление срока.

При наличии возражений в части пропуска срока на подачу кассационной жалобы суд возвращается к вопросу о его восстановлении.

ФИО2 указывает на то, что судом был необоснованно восстановлен срок на подачу кассационной жалобы.

Последним днем подачи кассационной жалобы на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 являлось 22.09.2023.

С кассационной жалобой заявитель первоначально обратился 28.09.2023, то есть с пропуском срока.

Кассационная жалоба была возвращена, поскольку заявителем не было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока подачи кассационной жалобы.

Повторно обращаясь с кассационной жалобой, заявитель сослался на те обстоятельства, что первоначально поданная им в срок кассационная жалоба была отклонена Арбитражным судом Московского округа, поскольку направлена непосредственно в суд округа, а не в суд первой инстанции.

После этого заявителем незамедлительно повторно была подана кассационная жалоба в суд первой инстанции с ходатайством о восстановлении срока.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по ходатайству лица, обратившегося с кассационной жалобой, пропущенный срок подачи кассационной жалобы может быть восстановлен арбитражным судом кассационной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта и арбитражный суд кассационной инстанции признает причины пропуска срока уважительными.

В пункте 32 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» (далее - постановление от 25.12.2013 № 99) содержится правовая позиция, согласно которой, при решении вопроса о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы, арбитражному суду следует оценивать обоснованность доводов лица, настаивающего на таком восстановлении, в целях предотвращения злоупотреблений при обжаловании судебных актов и учитывать, что необоснованное восстановление пропущенного процессуального срока может привести к нарушению принципа правовой определенности и соответствующих процессуальных гарантий.

При этом, при решении вопроса о восстановлении процессуального срока судам следует соблюдать баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем, чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права.

В соответствии с частью 1 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено указанным Кодексом.

Арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными и если не истекли предусмотренные статьями 259, 276 и 292 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не устанавливает каких-либо критериев для определения уважительности причин пропуска процессуальных сроков, следовательно, данный вопрос решается судом с учетом исследования всех обстоятельств дела, на основании всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом, уважительные причины пропуска срока - это объективные, не зависящие от лица препятствия для совершения процессуального действия, которые имеют место в период, в течение которого следует совершить данное процессуальное действие.

Уважительными причинами пропуска срока для обжалования признаются такие причины, которые объективно препятствовали участнику процесса своевременно подать жалобу.

Для лиц, извещенных надлежащим образом о судебном разбирательстве, уважительными могут быть признаны, в частности, причины, связанные с отсутствием у них по обстоятельствам, не зависящим от этих лиц, сведений об обжалуемом судебном акте.

При указании заявителем на эти причины как на основание, для восстановления срока суду следует проверить, имеются ли в материалах дела доказательства надлежащего извещения заявителя о начавшемся судебном процессе.

Учитывая первоначальное своевременное обращение с кассационной жалобой, однако, с нарушением порядка подачи, а также короткий промежуток времени после окончания своевременной подачи кассационной жалобы и подачей в настоящее время кассационной жалобы с ходатайством о восстановлении пропущенного срока, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности восстановления заявителю пропущенного срока на подачу жалобы.

С учетом изложенного, ходатайство ФИО2 о прекращении производства по кассационной жалобе удовлетворению не подлежит.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судом первой инстанции, ФИО2 являлся бывшим руководителем должника, а также его главным бухгалтером.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий сослался на бездействие ФИО2, выразившееся в неисполнении им обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника, а также в искажении показателей бухгалтерской отчетности общества.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

При этом, суд исходил из того, что бывший руководитель, не отразив в бухгалтерской отчетности должника задолженность перед кредитором на сумму более 45 млн. руб., скрыл от кредиторов информацию о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, который уже по состоянию на 31.12.2017 отвечал признаку неплатежеспособности, а именно не имел возможности в полном объеме исполнить обязательства перед кредиторами.

Суд счел, что наиболее вероятной целью такого сокрытия являлось лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления им или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности: невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) а также - неподача (несвоевременная подача) заявления о банкротстве должника (статья 61.12 Закона о банкротстве).

В данном случае, конкурсный управляющий должника ссылался на наличие обоих указанных оснований.

Вместе с тем, по приведенным в заявлении доводам не усматривается оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности ввиду следующего.

Обосновывая необходимость привлечения ФИО2 к ответственности по первому основанию, управляющий ссылался на искажение им данных бухгалтерской отчетности должника.

Применяя подпункт 2 пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящем споре, суд первой инстанции не учел разъяснения, приведенные в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановления от 21.12.2017 № 53), согласно которым, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом, под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В данном случае, отметил суд апелляционной инстанции, ссылаясь на искажение бывшим руководителей сведений, содержащихся в бухгалтерской отчетности должника, выразившееся в не отражении в ней кредиторской задолженности должника, суд первой инстанции, вопреки приведенным разъяснениям не указал, как названный факт повлиял в негативную сторону на проведение процедур банкротства с учетом того, что соответствующая ошибка была выявлена самим конкурсным управляющим на основании имеющихся в его распоряжении документов.

При таких обстоятельствах, один лишь указанный факт не мог служить достаточным основанием для привлечения должника к субсидиарной ответственности по вышеуказанному основанию.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

В отчете временного управляющего должника ФИО6 сделан вывод о том, что причиной банкротства должника стало неосновательное сбережение денежных средств, принадлежащих кредитору в сумме 46 172 815 руб., и расходование данных денежных средств по своему усмотрению.

В данном случае, судом при рассмотрении дела не установлено фактов совершения ответчиком как руководителем должника каких-либо манипуляций с конкурсной массой, в том числе вывода активов должника в преддверии банкротства, но сам по себе факт расходования денежных средств не свидетельствует о недобросовестности руководителя, поскольку денежные средства расходовались на цели, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности.

При этом, о факте неосновательного обогащения в данном случае стало достоверно стало известно только после вынесения Девятым арбитражным апелляционным судом постановления по делу от 28.03.2019 по делу № А40-86148/18, которым было установлено, что кредитор перечислил должнику денежные средства без подтверждения обстоятельств фактического использования музыкальных произведений, исключительные права на которые принадлежали должнику (первоначально в удовлетворении иска было отказано).

В определении от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) Верховный Суд Российской Федерации указал на недопустимость обвинительного уклона в делах о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Исходя из этого, конкурсному управляющему надлежало представить ясные и убедительные доказательства, подтверждающие наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства.

Поскольку таких доказательств в данном случае в материалы дела представлено не было, оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов не имелось.

Суд апелляционной инстанции также критически оценил и доводы конкурсного управляющего должника о наличии правовых оснований  для привлечения ФИО2 к ответственности за неподачу им заявления о банкротстве подконтрольного общества.

Так, в статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному на встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В данном случае, конкурсный управляющий должника в заявлении указал, что признаки неплатежеспособности возникли у должника не позднее 31.12.2017 (с учетом правильного отражения сведений об активах и пассивах в бухгалтерской отчетности), как следствие, заявление о банкротстве должно было быть подано руководителем должника в суд не позднее 31.01.2018.

Следовательно, ответчик может быть привлечен к ответственности лишь по обязательствам, которые возникли после указанной даты.

Однако, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий должника наличие у должника таких обязательств не раскрыл.

В данном случае, в реестр требований кредиторов включено требование единственного кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Российское авторское общество» о возврате неосновательного обогащения.

Как следует из постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2019, на котором основано указанное требование, перечисления кредитором денежных средств в пользу должника, которые квалифицированы судом в качестве неосновательного обогащения, были произведены в 2015-2016 годах.

Следовательно, обязательство по возврату неосновательного обогащения возникло в период, когда у руководителя еще не возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

При этом, факт вынесения судебного решения о взыскании задолженности в 2019 году в данном случае правового значения не имеет, поскольку не влияет на момент возникновения соответствующего обязательства.

Также важно учесть недоказанность вины ответчика, а именно сознательного уклонения ответчика от обращения в суд с соответствующим заявлением, поскольку до момента вынесения решения он не мог знать о неосновательности получения денежных средств с учетом того, что соответствующие перечисления были произведены на основании заключенного между сторонами договора о передаче полномочий по управлению правами издательства на коллективной основе.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции, были устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023 по делу № А40-279520/19 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Н.А. Кручинина

В.В. Кузнецов