ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

 

26 октября 2021 года                                                                               Дело №А65-19251/2017

гор. Самара

 

Резолютивная часть постановления оглашена 19 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 октября 2021 года. 

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Александрова А.И., Серовой Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва - секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев 12-19 октября 2021 года (в соответствии со ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв) в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №1

апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «03 Аптека» ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.08.2021, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «03 Аптека», о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности

в рамках дела А65-19251/2017 о несостоятельн6ости (банкротстве) ООО «03 Аптека» ИНН 

<

***>,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества ФИО3 – представитель ФИО5 по доверенности от 17.05.2021;

от ФИО4 - представитель ФИО6 по доверенности от 12.11.2021;

от иных лиц - не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 мая 2018 года общество с ограниченной ответственностью «03 Аптека» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21 февраля 2020 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «03 Аптека» о привлечении ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (вх.51331).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 мая 2019 года ФИО4 привлечен к участию в споре в качестве соответчика.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан 29 июля 2019 года заявление конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «03 Аптека» привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности выделено в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 октября 2020 года, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2020 года, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 12 марта 2021 года судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 апреля 2021 заявление принято к повторному рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2021 года отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «03 Аптека» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО3 А.А. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2021 года и вынести новый судебный акт, удовлетворив требования конкурсного управляющего в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства. Суд необоснованно пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что документация ответчиком в адрес последующих руководителей не была передана, а также что нет оснований предполагать, что ответчик уклоняется от передачи имущества и документации должника, что является несоответствием выводов суда материалам дела; согласился с позицией ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, применив годичный срок исковой давности вместо трехлетнего, что является неприменением закона, подлежащего применению.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 августа 2021 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28 сентября 2021 года на 09 час. 30 мин.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 сентября 2021 года судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 12 октября 2021 года на 12 час. 30 мин.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «03 Аптека» ИНН 

<

***> апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2021 года отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявление конкурсного управляющего в полном объеме согласно доводов апелляционной жалобы и дополнений, приобщенным в материалы дела.

В судебном заседании представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва и пояснений, приобщенных в материалы дела.

В соответствии со ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном  заседании, открытом 12.10.2021, объявлялся перерыв до 19.10.2021, до 12 час. 35 мин. Сведения о месте и времени судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru. После перерыва заседание было  продолжено.

После перерыва позиция у лиц, участвующих в деле и обеспечивших явку в судебное заседание, прежняя.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 августа 2021 года, принятого по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «03 Аптека» ИНН 

<

***> о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности в рамках дела №А65-19251/2017, в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом вторым указанной статьи закреплена презумпция, согласно которой предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данные положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии со статьей 50 Федерального закона от 08 декабря 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество, в том числе, обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе.

В соответствии со ст.6 Федеральный закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее по тексту - Закон о бухгалтерском учете), вступившего в законную силу 01 января 2013 года, экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

В силу пункта 3 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности по указанному основанию в объективную сторону состава правонарушения входят такой действия (бездействие), как непередача, сокрытие, утрата и искажение документации.

Суд кассационной инстанции, отправляя вопрос на новое рассмотрение, указал, что обстоятельства дела относительно получения самим конкурсным управляющим информации о движении денежных средств по расчетному счету должника полно и всестороннее не исследованы и оценка этим обстоятельствам не дана. Также судами не исследованы обстоятельства дела по исполнению руководителем должника требования пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

При новом рассмотрении судом первой инстанции отмечено, что ФИО4 являлся генеральным директором должника в период с 12 декабря 2014 года по 04 августа 2015 года.

Обязанности генерального директора в период с 05 августа 2015 года по 05 декабря 2017 года исполняла ФИО7, в период с 06 декабря 2017 года по 25 августа 2018 года – ФИО8

Вместе с тем из материалов дела следует факт продолжения должником финансово-хозяйственной деятельности после прекращения ФИО4 статуса генерального директора должника.

Так, согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2016 год, а именно, отчету о движении денежных средств, поступления от продажи продукции, работ и услуг составили 26 406 тыс.руб., платежи поставщикам и подрядчикам - 9797 тыс. руб., платежи в связи с оплатой труда работников - 12182 тыс. руб.

Согласно данным бухгалтерской отчетности должника за 2017 год, а именно, отчету о движении денежных средств, поступления от продажи продукции, работ и услуг составили 15 419 тыс.руб., платежи поставщикам и подрядчикам - 9296 тыс. руб., платежи в связи с оплатой труда работников - 2575 тыс. руб.

Согласно выпискам по счетам должника за 2016 и 2017 год, представленным в материалы дела, за указанные периоды должником производились такие операции, как инкассация денежных средств (например, от 08.07.2016 в размере 50 000 и 82 000 рублей, от 14.04.2017 в размере 84 000 рублей), выплата заработной платы работникам, перечисление пособий по уходу за ребенком, оплата техобслуживания пожарной и охранной сигнализации, оплата по договорам поставки за медпрепараты ООО «Джи Ди Пи», ООО «Аптека А.В.Е», оплата за охрану, за ежедневную уборку помещений, плата за использование системы «Ваш Банк Онлайн», оплата торгового сбора, НДФЛ и многие другие).

Доказательств оказания контроля за деятельностью должника в период после 04 августа 2015 года материалы дела не содержат, равно как и доказательств, что ответчик в настоящее время обладает указанными документами и имуществом и уклоняется от их передачи. Материалами дела не подтверждено наличие спора относительно передачи имущества и документации ответчиком как последующим руководителям должника, так и конкурсному управляющему должником.

Как верно указано судом первой инстанции, из материалов дела не усматривается, что ответчик в действительности фактически располагал и распоряжался имуществом должника или его документацией после прекращения его полномочий в качестве руководителя должника и уклонялся от их передачи, и соответственно, то, что его действия могли привести к существенным затруднениям при формировании и реализации конкурсной массы.

В материалы дела также не представлено доказательств сокрытия каких-либо документов или искажения бухгалтерского учета с целью сокрытия активов должника, доказательства утраты бухгалтерской и иной документации и того, что утрата документации произошла в результате виновных действий ответчика. Объективное отсутствие каких-либо документов, активов должника, имущества должника, а также невозможность формирования конкурсной массы не образуют состава нарушения, влекущего субсидиарную ответственность по заявленным конкурсным управляющим основаниям.

Конкурсным управляющим доказательств, какие именно документы ему необходимо было представить ответчиком для формирования конкурсной массы, а также доказательства обладания ими, не представлено. При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что его действия могли привести к существенным затруднениям при формировании и реализации конкурсной массы.

Вместе с тем, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 декабря 2019 года, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 июля 2020 года, отказано в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «03 Аптека», Республика Татарстан, Арский район, село Новый Кинер (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО7 и ФИО8 в связи с не передачей ими документации и имущества должника по аналогичным основаниям.

В Постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 июля 2020 года указано: «В ходе рассмотрения дела о банкротстве, арбитражный управляющий должником с заявлением об истребовании документации у бывшего руководителя должника не обращался. Запрос о предоставлении сведений об имуществе должника и бухгалтерской документации в адрес ответчика ФИО8, как уже отмечалось выше, конкурсным управляющим не направлялся».

Доводы конкурсного управляющего о том, что ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в связи с совершением последним подозрительных сделок, направленных на вывод активов должника с применением трехлетнего срока исковой давности, а не годичного срока исковой давности, установленного судом первой инстанции, подлежат отклонению в связи со следующим.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.08.2019 признаны недействительными перечисления денежных средств в размере 433 502 750 рублей, совершенных в период с 10.12.2014 по 07.10.2015 ООО «03 Аптека» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на расчетный счет ООО «Проект» (ОГРН 

<

***>,ИНН 

<

***>) № 40702810900760001032, открытый в ПАО «Московский кредитный банк» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), из которых:

1) 20 платежей на общую сумму 100 000 000 рублей с назначением платежа: «Предоставление денежных средств по договору займа № АОЗ-09/14 от 09.12.2014 (беспроцентный) НДС не облагается»;

2) 117 платежей на общую сумму 333 502 750 рублей с назначением платежа: «Оплата по договору о безвозмездной передаче средств № АОЗ-10/14 от 31.12.2014 НДС не облагается».

Применены последствия недействительности сделки: взыскано с общества с ограниченной ответственностью «Проект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «03 Аптека» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 433 502 750 рублей.

Судом установлено, что в период совершения оспариваемых банковских операций ООО «Проект» являлось единственным участником ООО «03 Аптека», кроме того, функции единоличного исполнительного органа обществ выполняло одно лицо - ФИО4

ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим для подачи такого рода заявления в отношении ответчика.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06 августа 2018 года № 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Изменение срока исковой давности с одного года до трех лет для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности внесено в абзац 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве с 01 июля 2017 года (в редакции Закона № 488-ФЗ), в пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (введен в действие с 30.07.2017 в редакции Закона № 266-ФЗ).

В спорном случае обстоятельства, в связи с которыми суды связали наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, имели место в 2014-2015 годах, то есть до вступления в силу Закона № 488-ФЗ и Закона № 266-ФЗ, следовательно, вопреки позиции конкурсного управляющего настоящий спор подлежит рассмотрению с применением пунктов 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в ранее действовавшей редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ).

Согласно абзацу 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом, данная норма Закона о банкротстве содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 года № 63 (ред. от 30 июля 2013 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

Данный правовой подход применим и к проверке довода о пропуске срока исковой давности в рамках рассмотрения заявления о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, основанного на вменении ответчику совершения подозрительных сделок.

Из материалов дела и письменных пояснений конкурсного управляющего следует, что выписка о движении денежных средств по расчетному счету должника предоставлена временному управляющему ФИО9 ПАО «ВТБ» сопроводительным письмом от 20.02.2018 (получена 06.03.2018), ПАО «Московский кредитный банк» - сопроводительным письмом от 22.02.2018 (получена 06.03.2018), АО «Райффайзен банк» - сопроводительным письмом от 20.02.2018 (получена 21.03.2018), ПАО Банк «Возрождение» - сопроводительным письмом от 16.02.2018 (получена 26.02.2018).

Соответственно, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что к моменту открытия конкурсного производства (резолютивная часть решения от 10.05.2018) у ФИО9, исполнявшего обязанности временного и конкурсного управляющего должником, имелась объективная возможность проанализировать полученные от кредитных организаций сведения и установить обстоятельства совершения сделок, положенных в основу настоящего заявления, с этой же даты у конкурсного управляющего в силу его правового статуса возникло и полномочие на обращение с заявлением.

В силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, и смена арбитражного управляющего в процедуре не изменяет начала течения срока исковой давности.

Поскольку волеизъявление на привлечение ФИО4 в качестве соответчика по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности выражено конкурсным управляющим лишь в судебном заседании 23.05.2019, учитывая, что для применения рассматриваемого основания наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется и заявление могло быть подано независимо от оспаривания сделки (п.23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о пропуске годичного субъективного срока исковой давности.

Трехлетний же объективный срок исковой давности подлежит применению исключительно при установлении обстоятельств, свидетельствующих о наличии препятствий (объективной невозможности) для обращения с заявлением в течение годичного субъективного срока исковой давности.

Направляя вопрос на новое рассмотрение судом кассационной инстанции отмечено, что выводы судов о том, что к моменту открытия конкурсного производства (резолютивная часть решения от 10.05.2018) у ФИО9, исполнявшего обязанности временного и конкурсного управляющего должником, имелась объективная возможность проанализировать полученные от кредитных организаций сведения и установить обстоятельства совершения сделок, носит предположительный характер, поскольку судами не было установлено, что в период получения информации от банков конкурсному управляющего было известно, что обстоятельства совершения сделки для должника по спорным платежам носили негативный характер, а также было известно об обстоятельствах перечисления денежных средств руководителем должника его контрагенту.

На новом рассмотрении спора судом первой инстанции указано, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.08.2019 установлено, что в период совершения оспариваемых банковских операций ООО «Проект» (ответчик по заявлению об оспаривании сделок) являлось единственным участником ООО «03 Аптека», кроме того, функции единоличного исполнительного органа обществ выполняло одно лицо - ФИО4

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В связи с этим дата, с которой конкурсный управляющий должен был узнать о наличии оснований для обращения с требованием о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности ввиду совершения сделок, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, определяется не датой вынесения судебного акта о признании сделок должника недействительными, а с момента, когда конкурсному управляющему стало известно о наличии оснований для признания таких сделок недействительными (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 15.12.2020 по делу А65-7426/2016).

Указанные обстоятельства аффилированности участников сделок не могли быть не известны предыдущему конкурсному управляющему уже на момент открытия конкурсного производства, поскольку находятся в открытом доступе в ЕГРЮЛ.

Вместе с тем, как было указано ранее, в материалы дел не представлено доказательств обращения ФИО9 после получения им выписок по банковским счетам должника, в том числе отражающих операции с ООО «Проект» за истребованием оправдательной документации как к бывшим руководителям должника, так и непосредственно к контрагенту - ООО «Проект».

Соответственно, действуя разумно и осмотрительно, конкурсный управляющий с момента открытия конкурсного производства (10.05.2018) мог обладать сведениями о подозрительности сделки с участником должника, а также обладал правом на обращение как с заявлением о признании сделок недействительными, так и с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Кроме того, из материалов дела следует, что конкурсный кредитор ООО «Джи Ди Пи» проанализировал движение денежных средств в пределах годичного срока исковой давности и обратился с заявлением об оспаривании сделок 24.04.2017 (согласно сведениям в системе «Мой арбитр»).

Как верно указано судом первой инстанции, конкурсным управляющим не раскрыто в силу каких обстоятельств ему (его правопредшественнику), в отличие от конкурсного кредитора, не могло быть известно о подозрительности сделок по перечислению денежных средств в пользу очевидно аффилированного лица в отсутствие у него оправдательных документов по спорным сделкам.

В силу ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что сведений о наличии каких-либо исключительных обстоятельств, препятствовавших конкурсному управляющему в пределах годичного срока подать соответствующее заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в материалы дела не представлено, убедительных доводов в этой части не приведено.

По существу доводы конкурсного управляющего сводятся к тому, что лично ему о наличии оснований для подачи заявления стало известно с 08.05.2019 – даты, когда документы должника переданы предыдущим конкурсным управляющим. Между тем, им не учтено, что в силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, и смена арбитражного управляющего в процедуре не изменяет начала течения срока исковой давности.

При этом, судом принимается во внимание и то обстоятельство, что заявление Общества с ограниченной ответственностью «Джи Ди Пи» о признании недействительными сделками и применении последствий недействительности сделок 137 безналичных платежей в общем размере 433 502 750 руб., совершенных должником в пользу ООО «Проект» в период с 10.12.2014 по 07.10.2015, (вх.15538), было принято судом к производству 08.05.2019.

Объяснение тому, что кредитору было известно больше обстоятельств данной подозрительной сделки, влекущей субсидиарную ответственность ФИО4, чем конкурсному управляющему, последним суду первой инстанции не приведено.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в заявлении (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, довод конкурсного управляющего о применимости трехлетнего срока исковой давности правомерно отклонен судом первой инстанции.

Сведений об иных обстоятельствах дела, которые арбитражным судом первой инстанции при новом рассмотрении спора не установлены и наличие которых могло повлиять на выводы суда, апелляционная жалоба не содержит.

Указания суда кассационной инстанции судом первой инстанции при новом рассмотрении выполнены, исследованы все обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения спора, дана оценка доказательствам в соответствии с требованиями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. Таким образом, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.08.2021 по делу №А65-19251/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                         Л.Р. Гадеева

 

Судьи                                                                                                                     А.И. Александров

 

Е.А. Серова