ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-15613/2019

Дело № А41-77906/15

18 сентября 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  11 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 сентября 2019 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Гараевой Н.Я., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от финансового управляющего должника: ФИО2, по доверенности от 22.02.17,

от ФИО3: ФИО4, по доверенности от 22.02.17,

от ФИО5 – лично, паспорт,

от остальных лиц: представители не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего должника - ФИО6 на определение Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2019 года по делу №А41-77906/15, принятое судьей  Торосяном М.Г., 

по заявлению финансового управляющего ФИО6 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности, заинтересованные лица – ФИО5, ФИО7, ФИО3,

в рамках дела о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

01.10.2015 г. в Арбитражный суд Московской области обратился ИП ФИО8 с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом). 

            Определением суда от 26.10.2015 г. данное заявление принято к производству суда для проверки его обоснованности, возбуждено дело о банкротстве. 

            Определением Арбитражного суда Московской области от 18.12.2015 г. в отношении ФИО5 введена процедура банкротства гражданина – реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден член НП СРО «СЕМТЭК» ФИО6. 

            Сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов в установленном порядке опубликовано 26.12.2016 г. 

            Решением суда от 31.05.2016 г. ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура банкротства гражданина – реализация имущества, сроком на 6 месяцев, до 24.11.2016 г., финансовым управляющим должника утвержден член НП СРО «СЕМТЭК» ФИО6 

            Срок реализации имущества в отношении ФИО5 неоднократно продлевался и последним определением суда от 27.09.2018 г. был продлен на 6 месяцев, до 23.03.2019 г. 

            12.11.2018 г. финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил: 

            - признать недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на земельный участок с жилым домом от 21.12.2017 г., а именно: дарения 1/3 доли в праве общей собственности на земельный участок площадью 1737 кв.м. с кадастровым номером 50:12:0120104:71, находящийся по адресу: Московская область, Мытищинский район, городское поселение Мытищи, п. Вешки, уч. 52, на землях населенных пунктов, представленного для индивидуального жилищного строительств, и жилой дом общей площадью 540, 1 кв.м, этажность 2, кадастровый номер 50:12:0120101:2471, расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский район, городское поселение Мытищи, 

<

...>, заключенный между ФИО5 и его сыном ФИО7, в лице законного представителя ФИО3; 

            - обязать ФИО7 в лице законного представителя ФИО3, в порядке применения последствий недействительности сделки, вернуть ФИО5 1/3 доли в праве общей собственности на земельный участок площадью 1737 кв.м. и жилой дом общей площадью 540, 1 кв.м.; 

            - внести в ЕГРН запись о праве собственности ФИО5 на 1/3 доли в праве общей собственности на земельный участок площадью 1737 кв.м. и жилой дом общей площадью 540, 1 кв.м. 

            В качестве основания для признания сделки недействительной финансовый управляющий указал ст.ст. 61.2, 61.6. и 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), полагая, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, подпадает в период подозрительности – после принятия заявления о признании должника банкротом. Кроме того, как считает заявитель, безвозмездное отчуждение доли в имуществе должника привело к уменьшению конкурсной массы, что повлекло причинение имущественного вреда кредиторам.

            Определением Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2019 в удовлетворении заявленных требований было отказано (л.д. 49-51).

            Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий должника обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела. 

   Согласно части 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определения, вынесенные при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

   Как следует из материалов дела, предусмотренный для обжалования определения Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2019 года процессуальный срок истек 05 июля 2019 года. Апелляционная жалоба была подана 29 июля 2019 года, то есть за пределами установленного законом срока на обжалование указанного определения.

   Финансовым управляющим заявлено ходатайство о восстановлении срока на обжалование в апелляционном порядке определения Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2019 года.

   В части 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что срок подачи апелляционной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом апелляционной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня принятия решения или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 настоящего Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом.

   Принимая во внимание наличие ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу апелляционной жалобы, обстоятельства незначительного пропуска срока,  апелляционный суд, руководствуясь статьей 259 АПК РФ, определил восстановить срок на подачу апелляционной жалобы.

            Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

   Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании представитель финансового управляющего должника настаивал на доводах апелляционной жалобы, просил определение суда первой инстанции отменить.

            Представитель ФИО3 и ФИО5 против удовлетворения апелляционной жалобы финансового управляющего должника возражали, просили обжалуемое определение оставить без изменения. 

            Заслушав мнение представителей лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно абз.1 п.7 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

            Как следует из материалов дела, должник по договору дарения от 21.12.2017 г. передал безвозмездно своему несовершеннолетнему сыну ФИО7, действующему через законного представителя ФИО3, 1/3 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский район, городское поселение Мытищи, п. Вешки, уч. 52, и жилой дом, расположенный по адресу: Московская область, Мытищинский район, городское поселение Мытищи, 

<

...> (п.1.1 договора дарения). 

            ФИО3 на момент передачи несовершеннолетнему сыну ФИО7 недвижимого имущества по спорной сделке являлась супругой должника. 

            Обращаясь в суд с настоящим заявлением, в обоснование своих требований заявитель указал, что оспариваемая сделка совершена после 01.10.2015 г., поэтому финансовый управляющий имеет право на ее оспаривание по правилам главы III.1 Закона о банкротстве. Оспариваемая сделка по отчуждению недвижимого имущества совершена должником в период введения в отношении ФИО5 процедуры реализации имущества, чем причинен вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения размера имущества должника.

            Как указал финансовый управляющий в обоснование своих доводов, намерение должника совершить действия во вред кредиторам включает в себя их осведомленность о незаконности своих действий, желание наступления таких последствий, а также осведомленность о незаконности наступления последствий, что означает их недобросовестность как участников гражданского оборота.

            В указанных действиях должника усматривается, по мнению заявителя, вывод активов должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, так как имел задолженность по договору займа перед ИП ФИО8 

            По доводам финансового управляющего, в результате заключенного между должником и заинтересованным лицом договора дарения, произошло уменьшение имущества должника и причинен вред имущественным правам кредиторов, который выражается в утрате возможности кредиторами должника получить удовлетворение своих требований за счет указанного недвижимого имущества должника. 

            Кроме того, как указал финансовый управляющий, сделка была совершена в отношении несовершеннолетнего сына, который является в соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику. 

            Судом первой инстанции установлено, что в собственности у ФИО5, ФИО7 и ФИО3 никаких иных жилых помещений не имелось и не имеется. 

            Согласно выписке из домовой книги ФИО5, ФИО7 и ФИО3 с 2015 г. зарегистрированы по месту жительства в спорном жилом доме по адресу: Московская область, Мытищинский район, городское поселение Мытищи, 

<

...>. 

            При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что отчужденная по оспариваемой сделке 1/3 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок с расположенным на нем жилым домом являлась для должника и  является в настоящее время для ФИО7 и ФИО3 единственным принадлежащим на праве собственности жилым помещением, и согласно материалам дела, за должником не числится иного недвижимого имущества.

            Право собственности было зарегистрировано в установленном порядке. После совершения спорной сделки у должника не возникло право собственности на какие-либо жилые помещения.

Учитывая установленные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделки должника недействительной.

Апелляционная коллегия находит данные выводы суда обоснованными.

            В соответствии с п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п. 3 настоящей статьи. 

            Согласно п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством. По правилам ст. 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

            В соответствии с п. 1 ст. 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, на земельный участок, на котором расположено такое жилое помещение, за исключением указанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание. 

            В случае признания сделки недействительной подлежат применению последствия недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу отчужденного имущества (ст. 61.6 Закона о банкротстве). 

            Реализация полномочий финансового управляющего в интересах кредиторов в процедуре банкротства физического лица не может приводить к лишению гарантии такого права лица, являющегося стороной оспариваемой сделки. 

            Установив, что, помимо спорного жилого помещения, должнику и членам его семьи не принадлежат какие-либо жилые помещения, суд считает, что признание сделки недействительной и применение последствий недействительности сделки не позволит наполнить конкурную массу, поскольку единственное жилье должника подлежит исключению из него в силу закона. 

            Так, согласно Постановлению Пленума ВС РФ от 25.12.2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительным иммунитетом (ст. 446 ГПК РФ). 

            Исполнительный иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротств должника. 

            Взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности, а именно жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание (абз. 1 ч.1 ст. 446 ГПК РФ). 

            Согласно абз. 2 ч.1 т. 446 ГПК РФ земельные участки, на которых расположены объекты, в данном случае жилой дом, не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. 

            Из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным кодексом (п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве). 

            Более того, признание сделки недействительной в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) должников имеет своей целью, прежде всего пополнение конкурсной массы для максимального погашения требований кредиторов, в то время, как в данном случае, исходя из логики заявителя, признание сделки должника и последующее исключение спорного имущества из конкурсной массы (как единственного жилья) не отвечает признакам разумности и связаны лишь с дополнительными издержками. 

            Учитывая, что спорное жилое помещение являлось единственным пригодным для постоянного проживания должника, указанное имущество в силу ч. 1 с. 446 ГК РФ не подлежало бы включению в конкурсную массу. 

            Указанное обстоятельство исключает наличие причинения вреда имущественным правам кредиторов. Даже в случае отсутствия факта заключения должником и ответчиком оспариваемого договора дарения квартиры, спорное жилое помещение не подлежало бы включению в конкурсную массу должника, поскольку доказательств наличия принадлежащего должнику иного жилого помещения, пригодного для постоянного проживания, в материалы дела не представлено. Апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

            Поскольку спорное имущество не подлежит включению в конкурсную массу, следовательно, оспариваемая сделка не повлекла уменьшение конкурсной массы посредством отчуждения спорного имущества должника и не повлекла причинение вреда кредиторам, поэтому не может быть признана недействительной по заявленным финансовым управляющим основаниям.

            При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что при совершении сделки (дарения) у должника не было цели предотвратить обращение взыскания на имущество, так как данное имущество не подлежит включению в конкурсную массу в соответствии с положениями действующего законодательства. 

            А поскольку кредиторы не имели возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет недвижимого имущества в силу приведенных норм права, оспариваемая сделка не причинила вреда экономическим интересах кредиторов, в действиях должника отсутствует злоупотребление правом. 

            Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании ст.61.2 Закона о банкротстве, поскольку при ее совершении не были допущены нарушения прав и законных интересов кредиторов должника. Спорное жилое помещение не подлежало включено в конкурсную массу, следовательно, собственник правомерно по своему усмотрению распорядился данным имуществом. Признание оспариваемой сделки недействительной не приведет к пополнению конкурсной массы. 

            Факт заключения оспариваемой сделки между заинтересованными лицами (отцом и сыном) сам по себе не свидетельствует о недобросовестности при заключении сделки.          

            Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявленных требований.

            Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, у апелляционной инстанции не имеется.

            Доводы финансового управляющего, изложенные в апелляционной жалобе о наличии оснований для признания спорного договора дарения недействительным на основании положений ст. 61.2 Закона о банкротстве, апелляционным судом отклоняются как несостоятельные в связи со следующим. 

            Согласно пояснительной записке к проекту Федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" к основным целям норм о банкротстве граждан и отдельных законодательных актов Российской Федерации в том числе относятся: стимулирование деловой активности, повышение покупательной способности граждан в условиях увеличения объема кредитования населения Российской Федерации и роста объема просроченной задолженности по кредитам; расширение возможностей кредиторов нормальными правовыми средствами взыскать по долгам гражданина-должника.

            Указанные цели достигаются, в том числе за счет выявления, изъятия и реализации имущества должника для справедливого и соразмерного удовлетворения требований всех его кредиторов.

            Как предусмотрено пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве, все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу с учетом ограничений, предусмотренных пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, согласно которому из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (статья 446 ГПК РФ, статья 101 Закона о банкротстве).

            В соответствии с пунктом 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности, в том числе на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание, а также на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении.

            Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 456-О).

            В то же время согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

            Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья достигается, в том числе за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу, в данном случае недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

            Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, правосудие признается эффективным лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах, направлено на разрешение спорной ситуации, что при рассмотрении вопроса о предоставлении исполнительского иммунитета в отношении единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи помещения должно означать необходимость установить фактическую, а не юридическую нуждаемость в помещении (состоит ли должник в браке, имеется ли у супруги (супруга) или несовершеннолетних детей должника помещение, зарегистрированное на последних либо право бессрочного пользования жилым помещением, не принадлежащим должнику, наличие незарегистрированного права собственности на квартиру, фактически принадлежащую должнику, а также конкретизировать размер единственно пригодного для проживания жилого помещения, исходя из социальной нормы (норматива жилой площади по количеству проживающих в ней граждан).

            Так, согласно постановлению Конституционный Суд Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П установленный имущественный (исполнительский) иммунитет в целях обеспечения конституционного принципа соразмерности в сфере защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника как участников исполнительного производства должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимых потребностей в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

            Из материалов дела следует, что жилой дом, площадью 540,1 кв.м., расположенный на земельном участке площадью 1737 кв.м. с кадастровым номером 50:12:0120104:71 является на дату совершения спорной сделки единственным жилым помещением ФИО5

                        При этом, принудительное обращение взыскания на долю в праве собственности на земельный участок и жилой дом не допустимо в соответствии с положениями ч. 1 ст. 79 Закона об исполнительном производстве, ст. 446 ГПК РФ.

            Кредитор должника ФИО8 в своем ходатайстве указал на то, что спорный жилой дом по своим объективным характеристикам (площадь помещения, его конструктивные особенности) чрезмерен для разумного и достаточного удовлетворения конституционно значимой потребности должника в жилье. В связи с чем, кредитор выразил готовность приобрести для должника и членов его семьи иное жилье, пригодное для проживания в целях соблюдения положений Конституции Российской Федерации, справедливого баланса между должником и кредитором. 

            В свою очередь, доказательств того, что ФИО8, как кредитором предпринимаются реальные меры по наделению должника иным пригодным для проживания ФИО5 и членов его семьи иным жильем, в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

            Собраний кредиторов должника с соответствующей повесткой дня не проводилось, доказательств обратного не представлено. 

            Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание отсутствие законодательного регулирования механизма обращения взыскания на единственное жилье должника, не отвечающего разумности (излишне большая площадь).

            Каких-либо иных доводов, опровергающих правильность выводов суда первой инстанции, в апелляционной жалобе заявителем не указано.

            Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 21 июня 2019 года  по делу № А41-77906/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

 

Судьи:

 

Н.Я. Гараева

 

А.В. Терешин