АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  ВОРОНЕЖСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ   РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. Воронеж                                                                         Дело NА14-17346/2018 

« 05 » апреля 2019 г.

Резолютивная часть объявлена 02.04.2019.

Решение изготовлено в полном объеме 05.04.2019.                                           

Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Завидовской Е.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бобро К.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 9»,  г. Железногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к обществу с ограниченной ответственностью «ГеоСтар», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

 обществу с ограниченной ответственностью «Портал»,  г. Воронеж (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о признании сделки уступки требования (цессии) недействительной

третьи лица: временный управляющий ФГУП «ГСВУ №9» ФИО1, г. Екатеринбург; ФГУП «Главное строительное управление №14», г. Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии в заседании:

от истца: явка представителя не обеспечена, извещен;

от ООО «ГеоСтар»: явка не обеспечена, извещен;

от ООО «Портал»:  явка не обеспечена, извещен;

от в/у ФГУП «ГСВУ №9» ФИО1: явка не обеспечена, извещен;

от ФГУП «Главное строительное управление №14»: явка представителя не обеспечена,  извещено;

установил:

Федеральное государственное унитарное предприятие «Главное военно-строительное управление № 9» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ГеоСтар» и обществу с ограниченной ответственностью «Портал» (далее – ответчики) о признании сделки уступки требования (цессии) недействительной.

Определением суда от 15.10.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий ФГУП «ГСВУ №9» ФИО1.

        Определением суда от 26.11.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФГУП «Главное строительное управление №14».

        В судебное заседание лица, участвующие в деле не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежаще. На основании статей 123, 156  АПК РФ судебное заседание проводилось в отсутствие не явившихся  лиц, участвующих в деле.

От истца поступило ходатайство о приостановлении производства по делу  в связи с отстранением от исполнения обязанностей арбитражного управляющего ФИО1 определением Арбитражного суда Красноярского края от 25.03.2019 по делу №А33-13756/2016.

Ходатайство истца судом отклоняется, поскольку ст. 143, 144  АПК РФ,  не предусматривает такого основания для приостановления производства по делу. Кроме того, судом установлено, что на данный момент десятидневный срок на обжалование определения Арбитражного суда Красноярского края от 25.03.2019 по делу №А33-13756/2016 не истек.

Заявленные истцом ранее ходатайства об истребовании доказательств возмездности договора,  налоговой отчетности, судом отклоняется по причине отсутствия условий, предусмотренных статьей 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом представленных в дело документов судом не усматривается необходимости в истребовании документов, поименованных заявителем.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 26.03.2019 по 02.04.2019.

Из материалов дела следует, что между ООО «Геостар» (цедент) и ООО «Портал» (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии) от 26.01.2017, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает на себя в полном объеме право (требование) к ФГУП «Главное управление специального строительства на территории Сибири при Федеральном агентстве специального строительства» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес: 662972, 

<

...>) (должник) возмещения убытков, причиненных цеденту отказом должника по основаниям ст. 717 ГК РФ от договора субподряда № 14-2609-1 от 26.09.2014 на строительство столовой военного городка №18 г. Новосибирск (Толмачево) (шифр БЗ-18-ТЛМ. Обстоятельства отказа должника от указанного договора субподряда по основаниям ст. 717 ГК РФ установлены  судебными актами Арбитражных суда судов  по делу № А33-996/2016 (пункт 1.1. договора). 

Пунктом 1.2. договора установлено, что цедент передает цессионарию следующие права: право требования возмещения убытков, право требования исполнения иных обязательств, связанных с причиненными убытками. 

Требование должника перед цедентом, уступаемое цессионарию по настоящему договору, переходит от цедента к цессионарию в полном объеме (пункт 1.3. договора).

Согласно пункту 1.5. договор является возмездным, стоимость передаваемых прав по настоящему договору и срок оплаты цеденту за уступаемое право определены и отражены сторонами в протоколе согласования договорной цены и срока оплаты, являющемся коммерческой тайной.

В соответствии с пунктом 1.6. договора цессионарий обязуется оплатить цеденту за переуступаемое право сумму, указанную в протоколе, в срок, указанный в протоколе, при этом положения п. 5 ст. 488 ГК РФ не применяются, право требования не находится в залоге у цедента. 

В силу пункта 4.3. договора право требования к должнику, указанное в части 1 настоящего договора, переходит от цедента к цессионарию с момента подписания настоящего договора. 

В Приложении № 1 к договору уступки требования (цессии) от 26.01.2017 стороны утвердили перечень документов, передаваемых во исполнение договора уступки требования (цессии), согласно которому цедент передал цессионарию, в том числе копию решения Арбитражного суда Красноярского края от 13.07.2016 по делу № А33-996/2016, копия постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.10.2016 по делу №А33-996/2016, копию постановления Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23.01.2017 по делу № А33-996/2016, копию договора субподряда №14-2609-1 от 26.09.2014.

По акту приема-передачи от 26.01.2017 к договору уступки требования (цессии) от 26.01.2017 цедент передал, а цессионарий принял документы, удостоверяющие право требования к должнику.

08.09.2017 должнику направлено уведомление о состоявшейся уступке, которое получено последним 21.09.2017.

Ссылаясь на то, что ООО «Геостар» уступило несуществующее право требования, поскольку на момент заключения договора цессии не подтверждено наличие/отсутствие обязательства ФГУП «ГВСУ №9» (должника) перед цедентом (ООО «Геостар»), не определен размер убытков, а также на совершение сделки без согласия должника, что имеет целью причинение вреда истцу, а также на ничтожность договора цессии по ст. 168 ГК РФ, истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, оценив все в совокупности, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Частью 1 статьи 4 АПК РФ предусмотрено, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом. 

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского доказательства порождают гражданские права и обязанности. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрено, что защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки. Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку. Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 этой статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2). 

В соответствии с ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. 

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты. 

В силу ч. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Истец полагает сделку недействительной, поскольку она совершена без согласия истца, в то время как п. 23.6 договора субподряда права и обязанности сторон по договору могут быть переуступлены юридическому или физическому лицу только с письменного согласия другой стороны. 

В силу п. 2 ст. 328 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 3 ст. 450 ГК РФ в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ пускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным. 

Материалами дела, в том числе Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23.01.2017 по делу №А33-996/2016 подтверждается, что договор субподряда расторгнут.

Согласно правовой позиции, сформулированной в п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 №35 «О последствиях расторжения договора», по смыслу п. 2 ст. 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.); вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора. 

В этой связи условие о запрете уступки прав по договору субподряда без согласия стороны не предполагает его применение после расторжения договора, и не имеет целью регулирование отношений сторон в период после его расторжения. 

При таких обстоятельствах довод истца о том, что сделка по уступке требования является недействительной, поскольку договором субподряда установлен запрет на совершение сделки без согласия подрядчика является несостоятельным, поскольку уступка требования совершена после расторжения договора, в связи с чем предусмотренное договором условие о запрете субподрядчику осуществлять уступку права требования третьим лицам без согласия подрядчика прекратило свое действие.

Аналогичная правовая позиция изложена Постановлении Президиума ВАС РФ от 16.05.20016 №15550/05 по делу №А32-3604/2005-50/60, согласно которой если договор уступки права требования заключен после прекращения действия договора, то предусмотренное договором условие о запрете цессии без согласия другой стороны прекратило действие, в связи с чем вывод о недействительности договора уступки требования по причине отсутствия согласия должника на уступку права противоречит п.2 ст. 382 ГК РФ.

Кроме того, истец полагает, что в оспариваемом договоре отсутствует предмет цессии, передано несуществующее право, а также передано право, неразрывно связанное с личностью кредитора.

Судом установлено, что условия спорного договора цессии свидетельствуют о том, что предметом такого договора является  право требования к истцу по возмещению убытков, причиненных цеденту отказом должника по основаниям ст. 717 ГК РФ от договора субподряда № 14-2609-1 от 26.09.2014 на строительство столовой военного городка №18 г. Новосибирск (Толмачево), что позволяет идентифицировать передаваемое право требования.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума № 54, при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства. 

По общему правилу личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом.

Пунктом 17 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что уступка права (требования) на возмещение убытков не противоречит законодательству. Из ст. 15 ГК РФ не следует, что обязательство по возмещению убытков является обязательством, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Напротив, обязательство по возмещению убытков является денежным обязательством, возникшим в связи с нарушением должником по этому обязательству прав потерпевшего и обладающим самостоятельной имущественной ценностью. Кроме того, названная норма закона не содержит положений о возможности нарушения прав и интересов должника уступкой права (требования) возмещения убытков, о существенном значении личности кредитора в данном обязательстве. 

 Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» допускается, в частности, уступка требований о возмещении убытков, вызванных нарушением обязательства, в том числе которое может случиться в будущем, о возврате полученного по недействительной сделке, о возврате неосновательно приобретенного или сбереженного имущества.

Кроме того, применяя по аналогии разъяснения пункта 16 Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд считает, что уступка права, размер которого окончательно не определен, означает, что согласно статье 384 Кодекса соответствующее право переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Таким образом, спорное право перешло к истцу в таком же неопределенном размере, существовавшем на момент перехода права. Это означает, что конкретный размер убытков может быть определен судом по иску нового кредитора. 

В этой связи, отсутствие в договоре цессии размера убытков, не свидетельствует об уступке несуществующего права и не может являться основанием для признания договора недействительным.

Довод истца о совершении уступки с намерением причинить вред должнику носит предположительный характер и документально не подтвержден.

Наличие у субподрядчика перед подрядчиком задолженности в виде неотработанного аванса не исключает возникновения у субподрядчика убытков в результате одностороннего отказа подрядчика от исполнения договора. При этом должник вправе выдвигать те же возражения, которые он имел против первоначального кредитора, в частности, относительно размера причиненных кредитору убытков, и представлять доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. ст. 386, 404 ГК РФ). 

Кроме того, на спорный договор цессии положения пункта 23.6. договора субподряда не распространяются, поскольку предметом цессии является требование о возмещение убытков, причиненных цеденту просрочкой должника по договору субподряда, а не непосредственное исполнение условий договора субподряда. 

В соответствии с пунктом 20 Постановления № 54 если уведомление об уступке направлено должнику первоначальным кредитором, то по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 385, пункта 1 статьи 312 ГК РФ исполнение, совершенное должником в пользу указанного в уведомлении нового кредитора, по общему правилу, считается предоставленным надлежащему лицу, в том числе в случае недействительности договора, на основании которого должна была производиться уступка. 

Таким образом, недействительность уступки требования не влияет на правовое положение должника, который при отсутствии спора между цедентом и цессионарием не вправе отказать в исполнении лицу, которое указал ему кредитор, на основании статьи 312 ГК РФ.

Ссылка истца на наличие признаков дарения в спорном договоре уступки также отклоняется судом, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 572 ГК РФ квалификация соглашения об уступке права (требования) как договора дарения возможна лишь при установлении ясно выраженного намерения безвозмездно передать право.

Согласно положениям пункта 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 о наличии определенности между цедентом и цессионарием относительно предмета соглашения может свидетельствовать не только текст соглашения, но и другие документы.

В силу пункта 1.5. договора уступки прав (цессии) от 26.01.2017 в редакции дополнительного соглашения № 1 настоящий договор является возмездным. Стоимость передаваемых прав по настоящему договору и срок оплаты цеденту за уступаемое право определены сторонами в протоколе согласования договорной цены и срока оплаты (протокол), являющемся коммерческой тайной. 

Нотариально удостоверенная выписка из протокола согласования договорной цены и срока оплаты приобщена к материалам дела, в связи с чем довод истца о безвозмездности спорного договора судом отклоняется.

Таким образом, условиями договора об уступке требования предусмотрена обязанность нового кредитора оплатить первоначальному кредитору согласованную цену договора. Следовательно, из договора не усматривается намерение сторон на безвозмездную передачу права требования. 

При этом следует учитывать, что даже отсутствие в сделке уступки права требования условия о цене передаваемого права или несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права само по себе не является основанием для признания ее ничтожной (п. 9, п. 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»). 

Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (ст. 572 ГК РФ). 

Суду таких доказательств не представлено.

Статьей 170 ГК РФ определено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу ст. 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки). 

Таким образом, предметом доказывания по делу о признании сделки недействительной по мотиву мнимости являются обстоятельства отсутствия намерения у сторон по сделке на совершение и исполнение спорной сделки, а также тот факт, что данная сделка действительно не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц. 

Однако, как следует из материалов дела, новый кредитор обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов по делу №А33-13756/2016 о признании истца несостоятельным (банкротом) требования о взыскании убытков, причиненных отказом должника от исполнения договора субподряда № 14-2609-1 от 26.09.2014  в размере 1 697 235 348, 90 руб.

Следовательно, поскольку условия договора субподряда не нарушены и истцом не представлено иных доказательств наличия в действиях ответчиков умысла на причинение ему вреда, договор цессии не может быть признан недействительным. 

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ). 

В силу части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. 

На основании частей 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

С учетом изложенного, принимая во внимание соответствие спорного договора уступки требования положениям действующего законодательства и отсутствие признаков, необходимых и достаточных для признания сделки недействительной, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Размер государственной пошлины по делу составляет 6 000 руб.

Согласно ст. 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела в арбитражном суде.

С учетом рассмотрения спора, государственная пошлина в размере 6 000 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета (Определение Верховного суда РФ от 29.08.2018 №303-ЭС18-12352, Определение Верховного суда РФ от 16.03.2018 №301-ЭС18-4319).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 65, 102, 110, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Главное военно-строительное управление № 9», г. Железногорск Красноярского края (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд и в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу в Арбитражный суд Центрального округа путем подачи жалобы, через арбитражный суд, принявший решение. 

 

Судья   Арбитражного суда

Воронежской области                                                        Е.С. Завидовская