СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-6413/2019-АК

г. Пермь

13 июня 2022 года

Дело № А50-8093/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 июня 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей  Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,,

при участии:

конкурсного управляющего ФИО2, представитель ФИО3, доверенность от 10.01.2022, паспорт,

от ФИО4 - ФИО4, паспорт, доверенность от 02.02.2021;

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, 

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 26 января 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, 

вынесенное в рамках дела № А50-8093/2019

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Районная жилищная служба» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 28.11.2019 ООО «Районная жилищная служба» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Определением от 29.06.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

24.06.2021 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании 26.10.2021 конкурсным управляющим представлено ходатайство об уточнении заявленных требований в части размера субсидиарной ответственности, просит взыскать с ФИО4 в пользу ООО «РЖС» денежные средства в сумме 6 547 144,94 руб., с ФИО5 в пользу ООО «РЖС» 5 295 568,32 руб.

Уточнение принято судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.01.2022 (резолютивная часть от 13.01.2022) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает на данные бухгалтерских балансов за период с 2016 по 2019 гг., согласно которым сумма активов должника была меньше размера денежных обязательств, что свидетельствует о недостаточности имущества должника для погашения кредиторской задолженности, доказательства обратного в материалы дела не представлены. Выражает несогласие с выводами суда об отсутствии на 2016 г. у должника признаков неплатежеспособности со ссылкой на задолженность перед ООО «ПСК» и данные бухгалтерской отчетности о наличии у должника активов, тогда как задолженность перед ООО «ПСК» в размере 1 136 242,44 руб. основного долга представляет собой долг, возникший в период с сентября по ноябрь 2015 г., непогашенный на текущую дату, что составляет лишь часть задолженности, возникшей в 2015 г. и непогашенной в 2016 г.; за последующие периоды возникла новая кредиторская задолженность и перед другими контрагентами. Полагает, что факт наличия активов на 2016 г. в размере 4 303 тыс. руб. не свидетельствует о достаточности имущества должника для расчетов с кредиторами. Обращает внимание на отчеты о финансовых результатах общества по форме № 2, а также на то, что причиной уменьшения убытка к 2019 г. является не улучшение показателей, а постепенное выбытие из управления должника многоквартирных домов, соответственно, уменьшение как актива в составе дебиторской задолженности, так и кредиторской задолженности. При этом доказательств планирования ответчиками мер для исправления сложившейся ситуации, доказательств реализации этих мероприятий в материалы дела не представлены. Ссылку исключительно на специфику деятельности должника, при которой всегда имеется дебиторская задолженность населения за коммунальные услуги, считает формальным подходом к установлению причин банкротства должника и рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Кроме того, выражает несогласие с выводами суда относительно отсутствия вины ФИО4 в непередаче документов.

Определением от 06.04.2022 судебное разбирательство отложено на 16.05.2022, у конкурсного управляющего должника запрошены:  анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного или фиктивного банкротства; письменные пояснения о причинах банкротства должника, о совершении ответчиками действий, приведших к неплатежеспособности должника, событии, в связи с которым ответчики должны были осознать наступление объективного банкротства общества, о причинах превышения кредиторской задолженности над дебиторской, с учетом характера деятельности должника и источников его доходов; о наличии и причинах кассового разрыва по оплате обществом и населением коммунальных услуг, о причинах наличия преимущественно задолженности перед ресурсоснабжающими организациями при минимальном долге перед подрядчиками (текущий ремонт, содержание); о порядке начисления, оплаты населением коммунальных услуг, распределения поступивших от населения денежных средств; анализ начислений и оплаты за коммунальные услуги в разрезе периода, примененных тарифов, общество/собственники помещений, порядка исчисления платы на коммунальные ресурсы на ОДН; сведения о дебиторской задолженности (на дату введения процедуры банкротства и актуальные), обоснование доводов о недостаточности переданных ответчиком документов для взыскания дебиторской задолженности, с учетом инвентаризации такой задолженности по результатам восстановления сведений о ней на основании переданных бывшим руководителем должника документов, с указанием размера дебиторской задолженности, оказавшейся невозможной ко взысканию по вине ответчика, а также с учетом документов о взыскании дебиторской задолженности, представленных в рамках обособленного спора об оспаривании сделки (юрист должника). Ответчикам предложено представить письменные пояснения о причинах банкротства должника, о причинах превышения кредиторской задолженности над дебиторской, с учетом характера деятельности должника и источников его доходов; о наличии и причинах кассового разрыва по оплате обществом и населением коммунальных услуг, о причинах наличия преимущественно задолженности перед ресурсоснабжающими организациями при минимальном долге перед подрядчиками (текущий ремонт, содержание); о порядке начисления, оплаты населением коммунальных услуг, распределения поступивших от населения денежных средств; анализ начислений и оплаты за коммунальные услуги в разрезе периода, примененных тарифов, общество/собственники помещений, порядка исчисления платы на коммунальные ресурсы на ОДН; сведения о дебиторской задолженности на дату введения процедуры банкротства, их соответствии действительности с учетом результатов инвентаризации такой задолженности конкурсным управляющим по результатам восстановления сведений о ней на основании переданных бывшим руководителем должника документов.

Представителем конкурсного управляющего во исполнение требований суда представил письменные пояснения, а также копии анализа финансового состояния должника, заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, справки от 16.05.2022 № 4.

Определением от 16.05.2022 судебное разбирательство отложено на 08.06.2022, в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств по делу и представления дополнительных доказательств.

Определением от 06.06.2022 удовлетворено заявление судьи Герасименко Т.С. о самоотводе от участия в рассмотрении апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Пермского края от 26.01.2022 по делу № А50-8093/2019.

Определением от 07.06.2022 произведена замена судьи Герасименко Т.С. на судью Чепурченко О.Н. После замены судей рассмотрение спора начато сначала в составе председательствующего судьи Плаховой Т.Ю., судей Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, письменные отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Представителем ответчика заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства для представления апелляционному суду пояснений по вопросам, указанным в определении суда от 16.05.2022.

Рассмотрев данное ходатайство, апелляционный суд в его удовлетворении отказал, не усмотрев для этого оснований. Определением от 16.05.2022 суд повторно предлагал представить документально обоснованные пояснения, ранее аналогичное предложение содержалось в определении суда от 06.04.2022, вынесенного по итогам судебного заседания, в котором участие принял представитель ответчика ФИО6 – ФИО4 Однако, требования суда ответчиком не исполнены, ходатайство об отложении судебного разбирательство расценено судом как направленное на затягивание рассмотрения настоящего спора.

Конкурсный управляющий и его представитель доводы апелляционной жалобы поддерживают в полном объеме, настаивают на отмене определения.

Представитель ФИО4 против апелляционной жалобы возражает, обжалуемое определение считает законным и обоснованным.

Представленные ранее дополнительно конкурсным управляющим во исполнение определения суда документы приобщены к материалам дела.

Также удовлетворено ходатайство ответчика ФИО4 о приобщении к материалам дела актов сверки взаимных расчетов с кредиторами.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица при создании 10.10.2012 МРИ ФНС №17 по Пермскому краю, присвоен ОРГН 

<

***>, директором общества является ФИО4 (дата внесения записи 19.02.2016, ИНН 

<

***>), учредителем должника является ФИО5 100% доли (ИНН 

<

***>, дата внесения в ЕГРЮЛ 11.10.2012), основной вид деятельности должника: управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Основаниями для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника являются:

- нарушение ФИО4 положений ст. 126 Закона о банкротстве, предусматривающих обязанность по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности Должника в пользу конкурсного управляющего в части документов, подтверждающих основание и размер дебиторской задолженности на сумму 16 736 838,59руб. (подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в ред. ФЗ от 29.07.2017 № 266-ФЗ);

- неисполнение ФИО4 обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом) (абз. 2 п. 1 ст. 9, п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве в ред. ФЗ от 28.06.2013 № 134-ФЗ);

- неисполнение ФИО5 обязанности по принятию решения единственного участника должника об обращении в суд с заявлением должника о банкротстве (п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве в ред. ФЗ от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

Суд первой инстанции, не усмотрев оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве предприятия, а также за нарушение ФИО4 обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника в пользу конкурсного управляющего, отказал в удовлетворении заявления.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу ч. 1 ст. 223 АПК РФ и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Федерального закона № 266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 № 172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) ст. 4815).

В соответствии с п. 3 ст. 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, как указано в абзаце третьем названного пункта Информационного письма, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Кроме того, исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Следовательно, поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсным управляющим должника заявлены требования о привлечении директора и учредителя должника к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то настоящий спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции без учета Закона № 266-ФЗ), и процессуальных норм, применительно к заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, поданного после 01.07.2017, предусмотренных Законом № 266-ФЗ.

Принимая во внимание, что соответствующее бездействие, в связи с которым заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности, имело место в 2016 и 2017 годах, применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в тот период.

При этом как в редакции Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, так и в подлежащей применению его редакции руководители должника, его учредитель и собственник имущества являются контролирующими его лицами, то есть лицами, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности.

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства были предусмотрены в спорный период нормами ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п.п. 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, а также недостаточность конкурсной массы для удовлетворения всех требований кредиторов.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по плате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующая обязанность не исполнена им в течение трех месяцев даты, когда они должны были быть исполнены.

Как следует  из материалов дела, обязанность ответчика ФИО4 обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 30.04.2016, конкурсный управляющий усматривает в связи со следующими обстоятельствами, нашедшими свое отражение в финансовом анализе деятельности должника.

Согласно данным бухгалтерского учета за период с 2016 по 2019 года размер активов должника составлял: по итогам 2016 года – 4303 тыс.руб., по итогам 2017 года – 5537 тыс.руб.; по итогам 2018 года – 3264 тыс.руб., по итогам 2019 года – 13529 тыс.руб., при пассиве по итогам 2016 года – 6325 тыс.руб., по итогам 2017 года – 7446 тыс.руб., по итогам 2018 года – 4218 тыс.руб., по итогам 2019 года – 22477 тыс.руб.

На протяжении всего анализируемого период с 2016 по 2019 год себестоимость продаж превышала выручку от основного вида деятельности: в 2016 году на 2 032 тыс.руб., в 2017 году на 1 919 тыс.руб., в 2018 на 964 тыс.руб., в 2019 году на 328 тыс.руб., что влекло совокупный отрицательный финансовый результат по итогам периода в виде убытка.

Уменьшение убытка к 2019 году имеет место не по причине улучшения показателей, а по причине постепенного выбытия из управления должника многоквартирных домов, соответственно, уменьшения как актива в составе дебиторской задолженности, так и кредиторской задолженности.

В период с 22.07.2016 по 16.12.2019 по р/с № 407028….984, открытому в Сибирском филиале АО КБ «МодульБанк», выполнены 22 операции: пополнение карточного счета через устройства Юниструм ФИО4 в размере 70 000 руб. (25.07.2016) и перевод между счетами в размере 70 000 руб. (26.07.2016).

Иные операции по счету не совершались.

Анализ операций по счету № 407028….566, открытому в Сибирском филиале АО КБ «МодульБанк», за период 22.07.2016 по 16.12.2019 должника показывает, что в указанный период операции по счету составили:

- в 2016 году - дебет (ушло) 2 907 569 руб. 99 коп., кредит (пришло) -2923 071,04 руб.;

- в 2017 году - дебет (ушло) 49142 руб. 94 коп., кредит (пришло) -105839 руб. 46 коп.;

- в 2018 году - дебет (ушло) 60 967 руб. 04 коп., кредит (пришло) – 0 руб. 0 коп.

Анализ операций по счету № 4407028…387, открытому в ПАО Сбербанк, за период с 01.01.2016 по 31.12.2016 г. должника показывает, что в указанный период операции по счету составили:

- в 2016 году - дебет (ушло) 1 301 623 руб. 99 коп., кредит (пришло) -1259 375 руб. 60 коп.;

- в 2017 году - дебет (ушло) 1417522,37, кредит (пришло) -1417522,37 руб.;

- в 2018 году - дебет (ушло) 133 044,48., кредит (пришло) - 133 044,48 руб.

По состоянию на 01.01.2016 входящий остаток по счету составлял 42248 руб. 39 коп.

Исходящий остаток по состоянию на 31.12.2016 по дебету и кредиту составил 0 руб. 0 коп.

При этом размер кредиторской задолженности составлял 11 086 386,58 рублей основного долга, 187 236 рублей судебных расходов, 1 081 830,50 рублей пени.

При анализе кредиторской задолженности, включенной в реестр должника, установлено, что задолженность перед:

- ООО «Пермская сетевая компания», сформированная на 2015 год, была взыскана в судебном порядке только 18.05.2016 (решение по делу №А50-848/2016) в сумме 1136243,44 рубля основного долга, 61684,27 рублей пени, 29223 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины; за иные периоды задолженность была взыскана в сумме 386061,91 рубль основного долга, 10721 рубль судебных расходов по оплате государственной пошлины по решению от 25.04.2017 по делу №А50-6213/2018; в сумме 457032,66 рублей основного долга, 12141 рубль судебных расходов по оплате государственной пошлины 25.06.2018 по делу № 12972/2018; в сумме 486175,12 рублей основного долга, 12724 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины 30.10.2018 по делу №А50-27381/2018; в сумме 1309263,95 рублей основного долга, 28035 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины 19.05.2017 по делу №А50-25598/2016; в сумме 247270,32 рубля основного долга, 7945 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины 13.03.2017 по делу №А50-31086/2017.

Также суммы задолженности в размере 830 816 руб. 01 коп., в том числе 812 998 руб. 41 коп. основного долга, 5 216 руб. 60 коп. финансовых санкций, 12 601 расходов по уплате государственной пошлины возникли в период с августа по октябрь 2017 года, период с декабря 2018 года по февраль 2019 года (требования включены в реестр, не подтверждены судебными актами), за июнь – ноябрь 2018 года подтверждены решением Арбитражного суда Пермского края от 06 мая 2019 года по делу № 50-6521/2019;

- ООО «НОВОГОР-Прикамье» за период с июля 2016 года по май 2017 года взыскано в сумме 172 541 руб. 71 коп. основного долга, 6 176 руб. расходов по уплате государственной пошлины (дело № А50-31658/2017);

за период с июня по декабрь 2017 года в сумме 220 296 руб. 07 коп.

основного долга, 11 869 руб. 61 коп. неустойки за период с 22.08.2017 по 30.03.2018 с последующим начислением, начиная с 31.03.2018 по день фактической оплаты долга, 7 644 руб. расходов по уплате государственной пошлины (дело № A50-13745/2018);

за период с января по июнь 2018 года в сумме 193 927 руб. 12 коп. основного долга, 6 092 руб. 62 коп. неустойки за период с 22.03.2018 по 29.08.2018 с последующим начислением, начиная с 30.08.2018 по день фактической оплаты долга, 7 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины (дело № A50-30492/2018).

Также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 20 декабря 2017 года по делу №А50-31289/2017 с должника в пользу ООО «НОВОГОР-Прикамья» взыскана задолженность по договору № 105623 от 28 июня 2016 года за период октябрь – ноябрь 2016 г., апрель-июнь 2017 г. в сумме 972 467,17 рублей основного долга, 22 245,68 рублей пени и судебные расходы в сумме 22 894,00 рублей; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 07 сентября 2017 года по делу №А50-17247/2017 с должника в пользу ООО «НОВОГОР-Прикамья» взыскана задолженность по договору № 105623 от 28 июня 2016 года за период январь-март 2017 г. в сумме 733 659,92 рублей основного долга, 57 719,02 рублей пени и судебные расходы в сумме 18 429,00 рублей; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 15 февраля 2018 года (резолютивная часть) по делу №А50-42851/2017 с должника в пользу ООО «НОВОГОР-Прикамья» взыскана задолженность по договору № 105623 от 28 июня 2016 года за период июль– сентябрь 2017 г. в сумме 382 381,89 рублей основного долга, судебные расходы в сумме 10 648,00 рублей; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 25 июня 2018 года (резолютивная часть) по делу №А50-13625/2018 с должника в пользу ООО «НОВОГОР-Прикамья» взыскана задолженность по договору № 105623 от 28 июня 2016 года за период октябрь, декабрь 2017 г., январь 2018 г. в сумме 286 942,01 рублей основного долга, судебные расходы в сумме 8 726,00 рублей; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 08 августа 2018 года (резолютивная часть) по делу №А50-18770/2018 с должника в пользу ООО «НОВОГОР-Прикамья» взыскана задолженность по договору № 105623 от 28 июня 2016 года за период февраль – март 2018 г. в сумме 325 152,33 рублей основного долга, судебные расходы в сумме 9 503,00 рублей; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 27 декабря 2018 года по делу №А50-34218/2018 с должника в пользу ООО «НОВОГОР-Прикамья» взыскана задолженность по договору № 105623 от 28 июня 2016 года за период апрель-август 2018 г. в сумме 820 192,38 рублей основного долга, судебные расходы в сумме 19 404,00 рублей, всего с учетом погашения задолженность составила 3 472 164,21 рублей основного долга, 648 063,36 рублей финансовых санкций, 89 604,00 рублей судебных расходов;

- ПАО «Пермэнергосбыт» задолженность взыскана Решением Арбитражного суда Пермского края от 20.12.2017 № А50-28102/2017 за период с апреля по май 2017 года в сумме 742592,61 рубль основного долга, 92420,74 рубля неустойки, 22747 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины; Решением Арбитражного суда Пермского края от 18.07.2017 № А50-16736 взыскано 49621,21 рубль финансовых санкций, 12067,95 рублей судебных расходов; Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.03.2017 № А50-23931/2016 за период с марта по ноябрь 2015 года в сумме 397615,84 рубля основного долга, 85651,46 рублей неустойки; Решением Арбитражного суда Пермского края от 04.09.2018 № А50-41505/2017 за период с ноября 2016 года по январь 2018 года в сумме 144177,06 рублей; Решением Арбитражного суда Пермского края от 16.03.2017 № А50-630/2017 взыскано 5658,03 рубля финансовых санкций;

- ФНС РФ задолженность сформировалась за период с 01.01.2017 по 01.01.2019 в сумме 175964,77 рублей; в сумме 116455,44 рублей сформировалась за период 2017, 2018 года (выявлена в 2019 году); в сумме 7668 рублей сформировалась за период 2017 год (выявлена 13.02.2020);

- ООО «Газпром межрегионгаз Пермь» Решением Арбитражного суда Пермского края от 24.12.2018 по делу № А50-32964/2018 исковые требования удовлетворены, с ООО «Районная жилищная служба» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ООО «Газпром межрегионгаз Пермь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскана задолженность по договору поставки газа № 41-А-0044/2017 от 01.01.2017 в сумме 208 940 руб. 13 коп. за период с марта 2017 по август 2018, в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины 7 179 руб.;

- ИП ФИО7 в сумме 99216 рублей сформировалась с 26.02.2019;

- ИП ФИО8 (правопреемник ООО «ТД «ЭкоБэст» сформировалась за период с января по декабрь 2018 года в сумме 152610,66 рублей;

- ООО «ЦСтМ-НикСон» сформировалась за период с июля 2018 года по октябрь 2019 года в сумме 10400 рублей.

По итогам анализа включенной в реестр требований кредиторов должника задолженности суд первой инстанции установил, что в период 2015-2016 год у должника была сформирована задолженность только перед ООО «Пермская сетевая компания» на сумму 1136243,44 рубля основного долга, 61684,27 рублей пени, 29223 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины.

При этом размер активов должника по итогам 2016 года составлял 4303 тыс.руб., соответственно, должник не обладал признаками неплатежеспособности на конец 2016 года и у контролирующих должника лиц не возникло обязанности подать заявление о признании должника банкротом в указанный управляющим срок до 31.04.2017.

Далее по итогам 2017 года размер активов должника составил 5537 тыс.руб., по счетам должника в период 2017 года приход денежных средств составил 105839 руб. 46 коп. и 1417522,37 руб. при расходе 49142 руб. 94 коп. и 1417522,37 руб. соответственно, при этом размер кредиторской задолженности составил 5545 тыс.руб. (просуженная задолженность в 2017 году), 1136243,44 рубля основного долга, 61684,27 рублей пени, 29223 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины (просуженная задолженность за 2016 год, соответственно на конец 2017 года должник также не обладал признаками неплатежеспособности и у контролирующих должника лиц в период с 31.04.2018 не возникла обязанность по подаче в суд заявления о признании должника банкротом.

По итогам 2018 года размер активов должника составил 3264 тыс. руб., по счетам должника пришло 133 044,48 руб., размер взысканной кредиторской задолженности составил 3653 тыс.руб. за 2018 год, 5545 тыс.руб. за 2017 год, 1227 тыс.руб. за 2016 год, всего в сумме 10425 тыс. руб., соответственно, на конец 2018 года должник обладал признаками неплатежеспособности, у контролирующих должника лиц возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом с 31.04.2019.

Судом первой инстанции указано, что заявление о банкротстве должника было подано в суд ООО «Пермская сетевая компания» 15.03.2019, в связи с чем, необходимость исполнения контролирующими должника лицами обязанности по подаче в суд такого заявления после 15.03.2019 не усмотрел.

Исследовав и оценив доводы конкурсного управляющего, возражения контролирующих должника лиц, установив, что ООО «Районная жилищная служба» являлось управляющей компанией, осуществляло деятельность по обслуживанию многоквартирных жилых домов и оказанию (предоставлению) коммунальных услуг, специфика соответствующей деятельности обусловлена постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступающих от населения платежей, исходя из этого заключив, что само по себе наличие на стороне должника не исполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве, конкурсным управляющим не доказано, что в определенный период времени наступили обстоятельства, очевидно указывающие на то, что продолжение прежней деятельности объективно невозможно, суд первой инстанций противоправности в поведении ответчиков не усмотрел, пришел к выводу о недоказанности со стороны конкурсного управляющего обязанности контролирующих должника лиц обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в обозначенный управляющим период.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Законодательство о несостоятельности (банкротстве) не предполагает, что руководитель общества обязан немедленно обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, а наличие судебных решений о взыскании с должника денежных средств само по себе не является достаточным основанием для вывода о наличии обязанности у руководителя по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве организации.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротства должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. Причем в ситуации постоянной динамики структуры активов и пассивов такой момент определяется неким событием, с учетом которого у руководителя не остается оснований полагать, что финансовое состоянием предприятия является кризисным, имеет место объективное банкротство.  

В этой связи в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Как следует из пояснений конкурсного управляющего, ответчикам не вменено такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как  совершение ответчиками недобросовестных действий, повлекших банкротство должника. В рамках дела о банкротстве оспорены две сделки должника (договоры на оказание юридических услуг за период с 11.10.2017 по 13.11.2019 на сумму 4 367 132 руб. (определением от 07.04.202 в удовлетворении заявления отказано, судебный акт в законную силу не вступил) и договор по текущему ремонту жилого фонда от 01.04.2017 и оплаты по нему на сумму (судебный акт по итогам рассмотрения не принят). Устно конкурсный управляющий пояснил, что данные сделки не рассматриваются как действия, приведшие к банкротству, с учетом масштабов деятельности должника, усматривается ненадлежащая работа по взысканию дебиторской задолженности, но и это бездействие основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не является. 

Согласно позиции управляющего, изложенной в апелляционной жалобе, письменных пояснениях, а также устных пояснениях управляющего и его представителя, установить причину банкротства должника, в том числе наличие либо отсутствие объективных факторов, повлекших неудовлетворительные финансовые результаты хозяйственной деятельности должника, причин превышения кредиторской задолженности преимущественно перед ресурсоснабжающими организациями, момент объективного банкротства не представляется возможным ввиду непередачи бывшим руководителем должника документации общества «РЖС».

В этой связи позиция конкурсного управляющего относительно момента возникновения у бывшего руководителя должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества основана исключительно на сведениях бухгалтерской отчетности должника об убыточном характере его деятельности на протяжении всего анализируемого периода (2016-2018гг.), с учетом чего событием, в связи с которым ответчики должны были осознавать наступление объективного банкротства общества, является формирование бухгалтерского баланса за 2016 год, свидетельствующего о признаке недостаточности имущества должника.

Ответчики, в свою очередь, также не смогли дать пояснения по указанным выше вопросам, поскольку не располагают документацией должника, находившейся, по их утверждению, и привлеченных ими агентов (расчетные центры).

Действительно, в рассматриваемом случае установление причин банкротства, моментов появления признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, наступления объективного банкротства осложнено отсутствием значительной части документации должника, однако, последнее обстоятельство является иным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности.

Помимо данных бухгалтерской отчетности за три предшествующих возбуждению настоящего дела о банкротстве года и сведений о периоде возникновения задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, участвующие в деле лица суду не представили.

Исходя из тех данных, которые имелись в распоряжении суда, примененный им подход для определения момента возникновения признаков неплатежеспособности должника и его объективного банкротства является допустимым.

Конкурсный управляющий, выражая несогласие с выводами суда, между тем их не опроверг, доказательства неправильности определения судом момента возникновения у бывшего руководителя должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества не представил. 

При этом из судебного акта усматривается, что судом первой инстанции приняты во внимание иные имеющие существенное значение обстоятельства.

Поскольку само по себе наличие кредиторской задолженности не свидетельствует об объективном банкротстве, она не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве.

Показатели бухгалтерской отчетности, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В это связи, как указано ранее, следует учитывать, в частности, режим и специфику деятельности должника.

Как указано ранее, ООО «РЖС» создано 10.10.2012, основным видом деятельности Должника является «управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе». 

С учетом осуществляемой должником деятельности, основным источником доходов являлись платежи собственников помещений в находящихся в управлении должника домах по статьям «содержание» и «текущий ремонт» жилья. 

В управлении должника находилось 23 жилых дома, в 2019 года количество их сократилось. Дома расположены в Мотовилихинском и Индустриальном районах г.Перми. Преимущественно это дома 60-х годов постройки, часть домов более ранней постройки, фактически находилась в аварийном состоянии.

По утверждению ответчика, процент сбора с собственников помещений в домах оплаты за коммунальные услуги и содержание домов не превышал 65-70% в месяц.  

Согласно сведениям об активах должника по состоянию на 31.12.2017, 31.12.2018, дебиторская задолженность собственников помещений в домах составляет соответственно 97,87% и 95,8% активов должника, пассивы представляют собой кредиторскую задолженность преимущественно организаций, предоставляющих услуги по коммунальному обслуживанию.

В период деятельности ответчика в качестве руководителя должника им проводились мероприятия по взысканию дебиторской задолженности населения, по частичному погашению кредиторской задолженности, в том числе посредством привлечения для этого ИП ФИО9 

По утверждению ответчика, все документы по взысканию дебиторской задолженности представлены в рамках обособленного спора об оспаривании договоров, заключенных между должником и ИП ФИО9

Конкурсный управляющий подтвердил представление ряда документов в рамках названного ответчиком спора, полагает часть документов ненадлежащими, указал, что определение суда об отказе в признании договоров с ИП ФИО9 обжаловано им в апелляционном порядке.

Вместе с тем, не совершение ответчиком действий по взысканию дебиторской задолженности либо недостаточность проведенной им такой работы может быть основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по иному основанию; применительно к рассматриваемому эпизоду достаточность такой работы существенного значения не имеет. Важным является сам факт принятия мер по взысканию задолженности с точки зрения вероятности поступления должнику денежных средств.

В силу специфики деятельности организации (управление недвижимостью (многоквартирными домами) наличие непогашенной кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих организаций; в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

Учитывая, что сами по себе показатели бухгалтерской отчетности должника достаточными для вывода об его неплатежеспособности не являются, тем более, принимая во внимание характер деятельности должника и обусловленные этим обстоятельством затруднения, обычно возникающие у лиц, оказывающих услуги по управлению жилым фондом (кассовый разрыв, низкая платежеспособность населения, предъявление к оплате завышенных объемов полученного ресурса, с последующей корректировкой в рамках рассмотрения дела в суде, установление необоснованных тарифов, в частности, тарифов для ООО «ПСК», которые впоследствии были признаны недействующими, и пр.), оснований для вывода о возникновении объективного банкротства и в этой связи обязанности по подаче заявления о банкротстве общества ранее установленной судом даты не имеется.

Ввиду изложенного не имеется оснований полагать, что у ответчика ФИО5, являющейся участником должника, имелась обязанность в указанную конкурсным управляющим дату – не позднее 30.07.2017 (с учетом введения в Закон о банкротстве соответствующей нормы Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ) принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акта в части отказа в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве предприятия, апелляционная жалоба конкурсного управляющего не содержит.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции в данной части является законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и/или бездействия контролирующего должника лица, оно несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст.2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с разъяснениями пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность, предусмотренная п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности применительно к статьям 6 и 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию в соответствии с требованиями ст.ст. 64 и 126 Закона о банкротстве.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Конкурсный управляющий указывает, что анализ документов, имеющихся в распоряжении конкурсного управляющего должника по состоянию на 18.06.2021, привел к выводу о том, что документы бухгалтерского учета, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом не содержат достаточную информацию об основаниях и размере дебиторской задолженности ООО «РЖС», формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в ред. ФЗ от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

В период с 11.10.2012 по 19.02.2016 руководителем должника являлся ФИО4, с 19.02.2016 по 28.11.2019 – ФИО4.

Лицом, на которое возложена обязанность по передаче утвержденному решением арбитражного суда от 28.11.2019 конкурсному управляющему ООО «РЖС» бухгалтерской и иной документации должника является ФИО4

Указанная обязанность должна была быть исполнена ФИО4 в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего, т.е. не позднее 01.12.2019.

В рамках исполнения обязанности по передаче документов ответчиком в пользу конкурсного управляющего ФИО10 передана бухгалтерская и иная документация ООО «РЖС», что подтверждается актами приема-передачи от 12.02.2020.

На основании данных бухгалтерского учета, а также полученной по предприятию документации по состоянию на 12.02.2020 конкурсным управляющим должника ФИО10 проведена инвентаризация имущества ООО «РЖС», по результатам которой в конкурсную массу должника включена дебиторская задолженность на общую сумму 16 736 838,59 руб.

По состоянию на 12.02.2020 в реестр требований кредиторов должника включена задолженность на общую сумму 11 355 658,34 руб.

Таким образом, при условии исполнения ФИО4 обязанности по передаче достоверной информации об основаниях и размере дебиторской задолженности, конкурсная масса должника была бы сформирована в размере, достаточном для погашения требований кредиторов ООО «РЖС».

В результате анализа документов, переданных ФИО4 в пользу ФИО10 и касающихся дебиторской задолженности ООО «РЖС», установлено, что в подтверждение размера и оснований ее возникновения передана ведомость должников по состоянию на август 2016 года, 01.11.-12.11.2019.

В связи с неактуальными сведениями, отраженными в ведомости, отсутствием сведений, необходимых для подачи исковых заявлений (заявлений о выдаче судебных приказов), предусмотренные ст.ст. 124, 131, 132 ГПК РФ (идентификационные данные должников, справки о составе семьи, лицевые счета по домам, расшифровки задолженности), взыскание дебиторской задолженности невозможно.

Конкурсным управляющим должника направлены запросы о предоставлении документов, подтверждающих основание и размер дебиторской задолженности в адрес агентов должника: АО ВЦ «Инкомус» (апрель 2015-февраль 2016), ОАО «КРЦ-Прикамье» (июнь 2016 – август 2017), ООО «Единый расчетный центр» (с ноября 2015 г. - март 2017 г.), ООО «Сфера» (февраль 2017 г. - апрель 2019 г.), ПАО «ПермЭнергосбыт» (декабрь 2018 - июнь 2019).

По мере поступления ответов конкурсным управляющим должника установлено, что:

- в АО ВЦ «Инкомус» конкурсным управляющим направлено 2 запроса (от 18.02.2021 и от 01.06.2021 г.). Ответ АО ВЦ «Инкомус» направил на электронную почту без сопроводительного письма. В адрес конкурсного управляющего направлены: агентский договор, детализированные выписки с лицевых счетов должников, подтверждающие задолженность в размере 3702154 руб. 67 коп.;

- ОАО «КРЦ-Прикамье» в письме от 17.05.2021 отказало в предоставлении сведений о наличии дебиторской задолженности, ввиду того, что хранение сведений и информации после расторжения договора не предусмотрено условиями агентского договора.

Согласно указанному письму ОАО «КРЦ-Прикамье» ежемесячно направляло в адрес ООО «РЖС» отчетные формы и другие документы, предусмотренные договором, в том числе сведения по лицевым счетам.

- ООО «Единый расчетный центр» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) прекратило свою деятельность 17.04.2020.

- ООО «Сфера» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) прекратило свою деятельность 15.01.2021;

- в ПАО «Пермэнергосбыт» конкурсным управляющим направлен запрос от 18.02.202. Письмом от 24.02.2021 ПАО «Пермэнергосбыт» предоставлены запрошенные документы. Согласно указанной документации подтверждена дебиторская задолженность в размере 3 363 906 руб. 99 коп.

В отсутствие первичных учетных документов взыскание дебиторской задолженности ООО «РЖС» на общую сумму 16 736 838,59 руб., а, следовательно, формирование и реализация конкурсной массы, невозможны.

Таким образом, конкурсный управляющий полагает, что документы бухгалтерского учета, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом не содержат достаточную информацию об основаниях и размере дебиторской задолженности ООО «РЖС», формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части, сославшись на определение от 25.11.2020, которым в истребовании у ответчика документации должника отказано.

Исследовав и оценив доводы конкурсного управляющего о незаконности обжалуемого судебного акта в данной части, апелляционный суд находит выводы суда первой инстанции ошибочными на основании следующего.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в частности тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные ч. 2 ст. 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему достоверной документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно п.2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Предусмотренная подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 7, ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (п.3.2 ст. 64 и п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Следовательно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью либо существенным затруднением формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства судебной практикой понимается невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Конкурсный управляющий представил суду пояснения, согласно которым в результате уклонения руководителя должника от передачи документации должника конкурсный управляющий был лишен возможности проанализировать финансово-хозяйственную деятельность должника.

В соответствии с положениями Федерального закона от 06.12.2011 №402- ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений (п.1 ст.13 Закона).

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (п.1 ст.29 Закона).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (п.1 ст.7 Закона).

Основным активом должника является дебиторская задолженность населения.

Должник не осуществлял самостоятельно реализацию коммунальных услуг населению, выступая лишь посредником между ресурсоснабжающими организациями и населением. При этом обязанности по сбору денежных средств с непосредственных получателей коммунальных услуг и их перечислению на счета ресурсоснабжающих организаций в соответствии с агентскими договорами осуществляли АО ВЦ «Инкомус» (апрель 2015г. - февраль 2016г.), ОАО «КРЦ-Прикамье» (июнь 2016 г. – август 2017г.), ООО «Единый расчетный центр» (с ноября 2015 г. - март 2017 г.), ООО «Сфера» (февраль 2017 г. - апрель 2019 г.), ПАО «ПермЭнергосбыт» (декабрь 2018 г.- июнь 2019г.).

В суде апелляционной инстанции 08.06.2022 представитель ФИО4 утверждал, что каждый раз при смене агента и при прекращении расчетов должнику сальдо обязательств потребителей услуг с указанием суммы задолженности в разрезе оказываемых услуг передавалось предыдущим агентом новому. Однако в материалы дела доказательства передачи не представлены, как и первичная документация от расчетных центров. Ответчик также не сослался на условия агентских договоров, в которых обязанность по хранению первичной документации (договоры, счета–фактуры, акты, поквартирные карточки с полным именем, отчеством и фамилией всех проживающих в квартире с указанием собственника (нанимателя) была возложена на кого-либо из агентов.

Из материалов дела не усматривается, что ФИО4 предпринимал какие-либо действия для получения первичной документации от агентов после истечения срока действия соответствующего договора и оформления агентского договора с иным лицом. 

При этом даже в случае передачи одним агентом другому сальдо обязательств потребителей услуг, последующий агент ведет документацию исключительно за период договорных отношений между ним и должником. Обязанности по работе с дебиторской задолженностью у него не имеется (иное ответчиком не доказано и опровергается самим фактом привлечения для проведения мероприятий по взысканию дебиторской задолженности специального лица). В этой связи у агента отсутствует необходимость в первичной документации, подтверждающей наличие/отсутствие дебиторской задолженности за предшествующий заключению с ним агентского договора период. Единственным лицом, заинтересованным в получении такой документации и ответственным за ее сохранность, является руководитель должника. Однако, в рассматриваемом случае ответчик надлежащих действий, направленных на получение таких документов не совершил.

Ссылка ответчика на то, что именно агенты являются ответственными за сохранение документации и непередачу ее должнику, отклоняется. С момента окончания действия договора обязанность по сохранению документации, на основании которой производились начисления и учитывалась оплата населения за коммунальные услуги, у агента отсутствует (иное ответчиком не доказано).

Согласно пояснениям конкурсного управляющего и представленным им в материалов дела документам, единственным агентом должника, предоставившим сведения о дебиторской задолженности, являлось ПАО «Пермэнергосбыт», прекратившее начисления населению в связи с отзывом у должника лицензии 01.06.2020. 

Согласно письму ООО «Верна» (исх. №4 от 16.05.2022), по 100% дебиторской задолженности, переданной АО ВЦ «Инкомус» наступил срок исковой давности на предъявление. По утверждению конкурсного управляющего, в рамках обособленного спора об оспаривании сделки с ИП ФИО9 документы, подтверждающие основание и размер дебиторской задолженности, не представлены; соотнести документы, представленные по этому спору, с дебиторской задолженностью, отраженной в акте инвентаризации, ведомостях, ввиду отсутствия расшифровки дебиторской задолженности  разрезе периодов начисления, наименования услуги не представляется возможным. 

Ответчик данное утверждение не оспорил.

Также ответчик не мог дать разумных пояснений относительно отражения в бухгалтерской программе 1С должника дебиторской задолженности в размере 5 337 112 руб. как «Временно! Для выравнивания сальдо», не оспаривал искусственное создание данной задолженности. 

Как следует из пояснений управляющего и ответчика, у должника помимо задолженности населения по коммунальным услугам имелась задолженность также за коммунальные услуги у собственников нежилых помещений, а также задолженность перед иными кредиторами в общем размере 3 655 101,18 руб. При этом какие-либо сведения о данных дебиторах конкурсному управляющему не переданы.

Согласно пояснениям ответчика, начисления и расчеты с данными дебиторами велись должником самостоятельно, не в рамках агентских договоров. Однако и эти документы конкурсному управляющему не переданы. Представитель ответчика не смог указать, где документы по отношениям с такими контрагентами должника, документы, подтверждающие основание и размер дебиторской задолженности, и пояснить, почему эта документация не передана конкурсному управляющему.

Ссылка суда на определение от 25.11.2020, которым в истребовании у ответчика документации должника отказано, ошибочна. В данном случае такой результат рассмотрения заявления конкурсного управляющего обусловлен  утверждением ответчика об отсутствии у него истребуемых документов, с учетом чего в случае удовлетворения заявления управляющего, данный судебный оказался бы неисполнимым. 

Между тем, применительно к субсидиарной ответственности значение имеет не столько сам факт отсутствия у руководителя должника бухгалтерской и иной документации, сколько причины ее отсутствия, действия контролирующего должника лица по надлежащему ведению документации должника, обеспечению ее сохранности, связь между недобросовестным поведением руководителя должника и возникновением последствий непередачи документации в виде невозможности погашения требований кредиторов.

В рассматриваемом случае ответчик не доказал, что им были предприняты все необходимые меры для надлежащего ведения документации должника, обеспечения ее сохранности и передачи конкурсному управляющему. 

Однако, в отсутствие такой документации возможность реального получения денежных средств от дебиторов минимальна. 

Отсутствие указанной документации является объективным препятствием для проведения анализа хозяйственной деятельности должника, выявления активов, пополнения конкурсной массы, а также справедливого рассмотрения требований кредиторов должника.

Как следует из представленных конкурсным управляющим сведений, в соответствии с актом инвентаризации от 12.02.2020 на дату введения процедуры конкурсного производства в учете должника числилась дебиторская задолженность в сумме 16 736 838,59 руб., из нее: 

- 6 552 450,82 руб. списано в связи с ошибками в учете, а также отсутствием идентификационных данных должников (в том числе 5 337 112 руб. отраженные в бухгалтерской программе 1С как «Временно! Для выравнивания сальдо»);

-  6 468 328,31 руб. задолженность населения (собственников жилых помещений) передана специализированной организации для взыскания;

- 3 655 101,18 руб. иная задолженность, по которой конкурсным управляющим направлены досудебные претензии без приложения первичных документов, подтверждающих основание и размер задолженности.

В результате данной работ объем погашенной дебиторской задолженности (за исключением дебиторской задолженности населения) составил 860,89 руб.

С учетом указанных обстоятельств следует признать, что проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, существенно затруднено; основной актив должника – дебиторская задолженность населения, а также иных лиц не обеспечен первичными документами, подтверждающими период возникновения и размер задолженности, что затрудняет (по значительной части – делает невозможным) взыскание задолженности и существенно снижает стоимость дебиторской задолженности при ее реализации.

Названная ситуация является следствием бездействия бывшего руководителя должника.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт противоправного виновного поведения ФИО4 Неосмотрительное и недобросовестное по отношению к должнику поведение повлекло существенное затруднение проведения процедур банкротства, невозможность погашения требований кредиторов за счет указанного имущества должника.

Презумпция, установленная подп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, ответчиком не опровергнута.

По результатам оценки представленных доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в рассмотрении заявления, арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

С учетом вышеизложенного, определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 января 2022 года подлежит изменению, в связи неполным установлением судом обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора (п. 1 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

Уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26 января 2022 года по делу № А50-8093/2019 изменить, изложить резолютивную часть в следующей редакции:

«Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В удовлетворении остальной части заявления отказать».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

О.Н. Чепурченко