ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

25.03.2024 года

Дело № А40-289905/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14.03.2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25.03.2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Коротковой Е.Н., Паньковой Н.М.,

при участии в заседании:

от ПАО «МОЭК» - представитель ФИО1 (доверенность от 21.09.2023) – участие онлайн

от ФИО2 – представитель ФИО3 (доверенность от 06.04.2022) - участие онлайн

от ФИО4 – представитель ФИО3 (доверенность от 06.04.2022) - участие онлайн

от ФИО5 – представитель ФИО6 (доверенность от 01.07.2023)

от ФИО7 - представитель ФИО8 (доверенность от 17.06.2022)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ПАО «МОЭК»,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2023,на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2023(№09АП-67495/2023),по объединенным заявлениям конкурсного управляющего должника и ПАО«МОЭК» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарнойответственности,в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК ПРИОРИТЕТ», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2020 ООО «УК ПРИОРИТЕТ» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9 (ИНН 

<

***>), о чем в газете «Коммерсантъ» от 14.03.2020 №46(6767) опубликовано сообщение.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.06.2021 арбитражный управляющий ФИО9 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2021  конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10 (ИНН 

<

***>).

            В Арбитражный суд города Москвы 25.01.2022 поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО11,                    ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании с них солидарно денежных средств в сумме 85 513 911 руб. 10 коп.

            В Арбитражный суд города Москвы 16.06.2022 также поступилозаявление кредитора ПАО «МОЭК» о привлечении ФИО13, ФИО12, ФИО11, ФИО7, ФИО4, ФИО15 к субсидиарной ответственности и взыскании в солидарном порядке денежных средств сФИО13 в размере 15 755 424 руб. 84 коп., с ФИО12 в размере                         76 597 167 руб. 58 коп., с ФИО11 в размере 3 856 953 руб. 94 коп., с ФИО7 в размере 95 753 руб. 83 коп., с ФИО4 в размере 85 986 747 руб. 29 коп., с ФИО15 в размере 85 986 747 руб. 29 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.09.2022 заявления конкурсного управляющего и ПАО «МОЭК» объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2022 арбитражный управляющий ФИО10 освобожден от исполнения обязательств конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО16 (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего и ПАО «МОЭК» о привлечении ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ПАО «МОЭК» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что доказана необходимая совокупность юридических обстоятельств для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, в связи с не обращением в суд с заявлением о банкротстве и заключением сделки, приведшей к неплатежеспособности должника.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Представитель ПАО «МОЭК» (участие онлайн) в заседании суда округа поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Представители ФИО2, ФИО4, ФИО5,                 ФИО7 возражали на доводы кассационной жалобы по мотивам, изложенным в отзывах (приобщены к материалам дела), просили оставить судебные акты без изменения.

Надлежащим  образом извещенные о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы конкурсный управляющий, иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, коллегия суда кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлено, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Обращаясь в суд с заявлениями кредитор и конкурсный управляющий ссылались  на то, что согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ ФИО13 являлся учредителем должника с долей участия 100 % в уставном капитале в период с 10.04.2017 по 15.11.2017; ФИО12 являлся учредителем должника с долей участия 100 % в уставном капитале в период с 15.11.2017 по 02.11.2018, являлся генеральным директором должника в период с 05.03.2018 по 03.04.2018; ФИО11 являлся учредителем должника с долей участия 100 % в уставном капитале в период с 02.11.2018 по настоящее время; ФИО5 являлся генеральным директором должника в период с 15.02.2017 по 28.04.2017;              ФИО7 являлся генеральным директором должника в период с 29.04.2014 по 15.02.2017; ФИО4 являлся генеральным директором должника в период 28.04.2017 по 05.03.2018; ФИО2 являлся генеральным директором должника в период с 03.04.2018 по 22.05.2018; ФИО14 являлся учредителем должника с долей участия 100 % в уставном капитале в период с 22.11.2012 по 10.04.2017; ФИО15 являлся генеральным директором должника в период с 22.05.2018 по 19.11.2019, также являлся ликвидатором должника в период с 19.11.2019 по 04.03.2020.

Как указывали заявители, ФИО13, ФИО12, ФИО11 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по смыслу п. 3.1 ст. 9,             ст. 61.10, п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве; ФИО7, ФИО4,   ФИО15 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании п. 1 и п. 2 ст. 9, ст. 61.10, п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве;                 ФИО4 и ФИО15 должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам должника по основанию п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу приведенных выше норм права, а также, принимая во внимание правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного п.п. 2 и 3 ст. 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Так, в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412 обращено внимание судов на то, что для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе определен ст. 61.12 Закона о банкротстве: руководитель принимает на себя обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных норм права, а также, принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного п.п. 2 и 3 ст. 9 Закона о банкротстве. Такая правовая позиция изложена также в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу              № 309-ЭС17-1801).

В данном случае, суды пришли к выводу, что заявителем не представлено доказательств того, что, в случае своевременного исполнения ответчиками обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, задолженность перед кредитором должника была бы погашена.

Заявителями не доказана дата объективного банкротства общества, соответственно, и дата возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением применительно к каждому ответчику.

Наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя по подаче заявления и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов, не доказано.

Кроме того, судами правомерно отмечено, что конкурсный управляющий и кредитор не приводят доводов и не представляют доказательств того, какие новые обязательства возникли после предполагаемой ими даты объективного банкротства должника.

Также суды обоснованно отметили, что заявителями не указан размер непогашенных обязательств должника, возникших после наступления обязанности контролирующих должника лиц по подаче заявления должника, подлежащих определению применительно к ст.ст. 9, 61.12 Закона о банкротстве.

Доводы кредитора о том, что начиная с 2017 года должникдействовал в условиях неуклонно возрастающих долгов перед ПАО «МОЭК» и АО«Мосводоканал», также не свидетельствуют о наступлении у ответчиковобязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве, поскольку кредитор неуказывает, когда именно, и в связи с каким событием, по его мнению, наступилообъективное банкротство должника.

Учитывая изложенное, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о банкротстве, в связи с недоказанностью обстоятельств, подлежащих установлению при привлечении к данному виду ответственности (точная дата объективного банкротства, размер вменяемых обязательств - размер субсидиарной ответственности), не установлено.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

В заявлении кредитор указывал, что руководителями должника были совершены ряд сомнительных сделок, свидетельствующих о выводе активов должника, однако, определениями Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2022, 05.04.2022, 03.06.2022, 07.06.2022 по настоящему делу, оставленным в силе судами вышестоящих инстанций, в признании сделок недействительными было отказано.

При этом, судами обоснованно указано, что в период заключения сделок (2017-2018) конкурсным управляющим, в силу положений ст. 65 АПК РФ, не представлено каких-либо доказательств того, что ООО «УК ПРИОРИТЕТ» отвечало признакам неплатежеспособности.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в результате действий ответчиков была утрачена бухгалтерская или иная документация должника, что требования кредиторов третьей очереди возникли вследствие совершения ответчиками правонарушения, что ответчиками были внесены недостоверные сведения в отношении должника.

Руководствуясь статьями 9, 61.10, 61.11, 61.12 Закон о банкротстве, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, не установив оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст.ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, суды отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего и ПАО «МОЭК», с чем соглашается суд округа.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017                   № 305-КГ17-13553 указано, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств и доводов заявителя не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. Данная позиция подтверждается сложившейся судебной практикой, в том числе Определениями Верховного суда Российской Федерации от 15.12.2016 № 302-КГ16-16864, от 27.03.2017 № 304-КГ17-1427, от 29.11.2016 № 304-КГ16-15626.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы ПАО «МОЭК» и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2023 и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.12.2023 по делу № А40-289905/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                             Е.Н. Короткова                                                                                                                             Н.М. Панькова