﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А39-5665/2018

09 ноября 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29.10.2021.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Трубниковой Е.Ю.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,

при участии представителей

от Управления Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия: 

Чудайкиной С.А. по доверенности от 28.01.2021 № 15-27/00954 

(в судебном заседании 27.09.2021), 

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества 

Банк «Объединенный финансовый капитал» 

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: 

Батырова Р.А. по доверенности от 31.07.2020 

(в судебных заседаниях 27.09.2021, 26.10.2021)

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

Управления Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия 

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 09.01.2020 и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021 

по делу № А39-5665/2018 

по заявлению конкурсного управляющего публичного акционерного общества 

Банк «Объединенный финансовый капитал» 

Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

о включении требования в реестр требований кредиторов 

общества с ограниченной ответственностью «ЛВЗ Кристалл-Лефортово» 

(ИНН: 1328005717, ОГРН: 1121328000738)

и по заявлению исполняющего обязанности конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «ЛВЗ Кристалл-Лефортово» 

Пустошилова Евгения Федоровича 

о признании недействительной сделки должника и 

применении последствий недействительности сделки

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЛВЗ Кристалл-Лефортово» (далее ‒ Общество) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратился конкурсный управляющий публичного акционерного общества Банк «Объединенный финансовый капитал» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее ‒ Банк) с заявлением,  уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении требования в размере 5 109 706 944 рублей 91 копейки в реестр требований кредиторов должника.

	Исполняющий обязанности конкурсного управляющего должника Пустошилов Е.Ф. также обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными, заключенных с Банком сделок должника.

	Суд определением от 11.07.2019 объединил для совместного рассмотрения в рамках дела о банкротстве Общества обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника с обособленным спором по требованию Банка о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, основанной на обязательствах сторон, вытекающих из следующих оспариваемых и.о. конкурсного управляющего договоров:

	‒ об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и Обществом от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124;

	‒ поручительства от 12.01.2017 № ДП-2017-16/2 в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 12.01.2017 № ВКЛ-2017-16;

	‒ поручительства от 10.04.2017 № ДП-2017-429/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «Паритет Групп» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «Паритет Групп» от 10.04.2017 № НВКЛ-2017-429;

	‒ поручительства от 13.04.2017 № ДП-2017-467/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 13.04.2017 № ВКЛ-2017-467;

	‒ поручительства от 25.04.2017 № ДП-2017-518/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «Паритет Групп» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «Паритет Групп» от 25.04.2017 № НВКЛ-2017-518;

	‒ поручительства от 25.04.2017 № ДП-2017-516/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 25.04.2017 № ВКЛ-2017-516;

	‒ поручительства от 25.04.2017 № ДП-2017-517/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО СК «РОДНИК» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО СК «РОДНИК» от 25.04.2017 № ВКЛ-2017-517;

	‒ поручительства от 04.05.2017 № ДП-2017-552/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 04.05.2017 № ВКЛ-2017-552;

	‒ поручительства от 10.05.2017 № ДП-2017-568/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «Паритет Групп» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «Паритет Групп» от 10.05.2017 № НВКЛ-2017-568;

	‒ поручительства от 11.05.2017 № ДП-2017-566/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 11.05.2017 № ВКЛ-2017-566;

	‒ поручительства от 22.05.2017 № ДП-2017-628/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 22.05.2017 № НВКЛ-2017-628;

	‒ поручительства от 14.08.2017 № ДП-2017-939/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 14.08.2017 № ВКЛ-2017-939;

	‒ поручительства от 24.08.2017 № ДП-2017-1003/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 24.08.2017 № ВКЛ-2017-1003;

	‒ поручительства от 31.10.2017 № ДП-2017-1122/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 31.10.2017 № ВКЛ-2017-1122.

	Кроме того, суд первой инстанции выделил в отдельное производство в рамках дела о банкротстве должника и впоследствии рассмотрел по существу с вынесением определения от 30.08.2019 обособленный спор по требованию Банка о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности, основанной на обязательствах сторон, вытекающих из следующих договоров (не оспариваемых и.о. конкурсного управляющего), заключенных Банком и Обществом:  об открытии невозобновляемой кредитной линии от 27.09.2017 № НВКЛ-2017-1032, от 10.10.2017 № НВКЛ-2017-1068, от 18.10.2017 № НВКЛ-2017-1093.

	К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по финансовому мониторингу в лице Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Приволжскому федеральному округу (далее ‒ Управление), общество с ограниченной ответственностью «Паритет Групп», общество с ограниченной ответственностью Самарский комбинат «Родник», общество с ограниченной ответственностью «ГК «Кристалл-Лефортово», общество с ограниченной ответственностью «РегионБизнесКонтакт», общество с ограниченной ответственностью «РегионСтройИнком», общество с ограниченной ответственностью «ПК Кристалл-Лефортово», общество с ограниченной ответственностью «СТРОЙГАЗМОНТАЖ», общество с ограниченной ответственностью «Глобал Эко», временный управляющий ООО «Кристалл-Лефортово» Софонов Илья Юрьевич, временный управляющий ООО «РегионБизнесКонтакт» Бояринов Геннадий Алексеевич, временный управляющий ООО «ПК Кристалл-Лефортово» Кекин Станислав Сергеевич, конкурсный управляющий ООО «ГК Кристалл-Лефортово» Грибанова Анна Геннадьевна,  временный управляющий ООО СК «Родник» Стройков Ларион Владимирович.

	Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 09.01.2020 частично удовлетворил заявление конкурсного управляющего: признал недействительной сделкой договор об открытии невозобновляемой кредитной линии от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124.3; включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование Банка в сумме задолженности, основанной на обязательствах сторон, вытекающих из договоров поручительства, заключенных Банком и Обществом, а именно:

	‒ от 12.01.2017 № ДП-2017-16/2 в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 12.01.2017 № ВКЛ-2017-16 в сумме 360 555 061 рубля 95 копеек, из которых: основной долг – 269 680 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 32 031 926 рублей 04 копейки; пени за просрочку уплаты основного долга ‒ 55 443 252 рубля 60 копеек; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом – 3 399 883 рубля 31 копейка;

	‒ от 10.04.2017 № ДП-2017-429/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «Паритет Групп» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «Паритет Групп» от 10.04.2017 № НВКЛ-2017-429 в сумме 197 505 677 рублей 43 копеек, из которых основной долг ‒ 150 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 19 906 849 рублей 30 копеек; пени за просрочку уплаты основного долга ‒ 25 200 000 рублей; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 2 398 828 рублей 13 копеек;

	‒ от 13.04.2017 № ДП-2017-467/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО   «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 13.04.2017 № ВКЛ-2017-467 в сумме 190 114 900 рублей 19 копеек, из которых основной долг ‒ 150 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 17 733 904 рублей 10 копеек; пени за просрочку уплаты основного долга ‒ 20 482 191 рубль 78 копеек; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 1 898 804 рубля 31 копейка;

	‒ от 25.04.2017 № ДП-2017-518/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «Паритет Групп» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «Паритет Групп» от 25.04.2017 № НВКЛ-2017-518 в сумме 132 101 019 рублей 37 копеек, из которых основной долг ‒ 115 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 15 261 917 рублей 80 копеек; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 1 839 101 рубль 57 копеек;

	‒ от 25.04.2017 № ДП-2017-516/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО  «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 25.04.2017 № ВКЛ-2017-516 в сумме 79 161 930 рублей 61 копейки, из которых основной долг ‒ 70 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 8 275 821 рубль 93 копейки; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 886 108 рублей 68 копеек;

	‒ от 25.04.2017 № ДП-2017-517/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО           СК «РОДНИК» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному  Банком и ООО СК «РОДНИК» от 25.04.2017 № ВКЛ-2017-517 в сумме              56 702 059 рублей 84 копеек, из которых основной долг ‒ 50 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 6 041 095 рублей 91 копейка; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 660 963 рубля 93 копейки;

	‒ от 04.05.2017 № ДП-2017-552/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО     «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 04.05.2017 № ВКЛ-2017-552 в сумме 79 161 930 рублей 61 копейки, из которых: основной долг ‒ 70 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 8 275 821 рубль 93 копейки; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 886 108 рублей 68 копеек;

	‒ от 10.05.2017 № ДП-2017-568/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «Паритет Групп» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «Паритет Групп» от 10.05.2017 № НВКЛ-2017-568 в сумме 867 271 909 рублей 87 копеек, из которых основной долг ‒ 755 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 100 197 808 рублей 19 копеек; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 12 074 101 рубль 68 копеек;

	‒ от 11.05.2017 № ДП-2017-566/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО  «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенному  Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 11.05.2017 № ВКЛ-2017-566 в сумме 113 139 049 рублей 58 копеек, из которых основной долг ‒ 100 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 11 865 068 рублей 51 копейка; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 1 273 981 рубль 07 копеек;

	‒ от 22.05.2017 № ДП-2017-628/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО  «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенному   Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 22.05.2017 № НВКЛ-2017-628 в сумме 280 804 397 рублей 63 копейки, из которых основной долг ‒ 250 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 27 984 589 рублей 04 копейки; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 2 819 808 рублей 59 копеек;

	‒ от 14.08.2017 № ДП-2017-939/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО  «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенному  Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 14.08.2017 № ВКЛ-2017-939 в сумме 226 328 676 рублей 44 копеек, из которых основной долг ‒ 200 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 23 772 602 рубля 72 копейки; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 2 556 073 рубля 72 копейки;

	‒ от 24.08.2017 № ДП-2017-1003/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 24.08.2017 № ВКЛ-2017-1003 в сумме 226 328 676 рублей 44 копеек, из которых основной долг ‒ 200 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 23 772 602 рублей 72 копеек; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 2 556 073 рубля 72 копейки;

	‒ от 31.10.2017 № ДП-2017-1122/2с в обеспечение исполнения обязательств ООО «ГК Кристалл-Лефортово» по договору об открытии возобновляемой кредитной линии, заключенному Банком и ООО «ГК Кристалл-Лефортово» от 31.10.2017 № ВКЛ-2017-1122 в сумме 451 848 116 рублей 19 копеек, из которых основной долг ‒ 400 000 000 рублей; проценты за пользование кредитом ‒ 46 865 753 рубля 42 копейки; пени за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом ‒ 4 982 362 рубля 77 копеек.

	В удовлетворении остальной части требований суд первой инстанции отказал. 

	Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 28.06.2021 отменил определение суда первой инстанции в части удовлетворения требований о признании недействительным договора об открытии невозобновляемой кредитной лини от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124, заключенного ООО «ЛВЗ Кристалл-Лефортово» и Банком, и об отказе во включении требования в размере 1 264 671 502 рублей 16 копеек в реестр требований кредиторов должника; включил в реестр требований кредиторов должника требование Банка в размере 1 264 671 502 рублей 16 копеек, в том числе 1 129 300 000 рублей основного долга, 123 109 169 рублей 87 копеек процентов за пользование кредитом, 12 262 332 рублей 29 копеек пеней за просрочку уплаты процентов за пользование кредитом. Установил следующую очередность удовлетворения требований:             1 252 409 169 рублей 87 копеек ‒ требования, подлежащие удовлетворению в третьей очереди; 12 262 332 рубля 29 копеек ‒ требование, учитывающееся отдельно в реестре требований кредиторов третьей очереди и подлежащее удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. В остальной части определение суда первой инстанции от 09.01.2020 оставил без изменения.

	Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Управление Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия (далее – УФНС) обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление суда апелляционной инстанции в полном объеме; отменить определение суда первой инстанции в части включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования Банка в общей сумме задолженности 3 261 023 406 рублей, основанное на 13-ти договорах поручительства; оставить без изменения определение суда первой инстанции в части признания недействительной сделкой договора об открытии невозобновляемой кредитной лини от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124.  

	Заявитель жалобы считает, что при установлении наличия у сторон цели причинения вреда кредиторам должника при совершении оспариваемых платежей, суды не учли доводы и доказательства аффилированности Банка и должника; не дали оценки обстоятельствам, изложенным в заключении временной администрации, о возможном влиянии Банка на принятие решений по заключению спорной кредитной сделки и оговоров поручительства; не исследовали показания и выводы, изложенные в приговоре Мещанского районного суда города Москвы от 09.03.2021. По мнению УФНС, фактическое перераспределение денежных средств по спорным договорам поручительства свидетельствует об отсутствии реальной хозяйственной цели кредитования. Полученные денежные средства в большинстве случаев были направлены на погашение обязательств компаний, входящих в группу Кристалл-Лефортово, при наличии неисполненных обязательств перед сторонними кредиторами, а зачастую и самих поручителей перед основными заемщиками, что свидетельствует о противоправной цели как кредитования, так и заключения спорных договоров поручительства, а также о нарушении прав реальных кредиторов должника. 

	Подробно доводы приведены в кассационной жалобе и поддержаны представителем заявителя в судебном заседании суда округа. 

	В порядке, установленном в статье 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебное заседание откладывалось до 26.10.2021 (определение от 27.09.2021), затем в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв до 29.10.2021.

	В порядке, установленном в статье 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определением от 26.10.2021 произведена замена судьи Чиха А.Н. на судью Ионычеву С.В. 	 

	Законность принятых судебных актов в обжалованной части проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

	Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Мордовия определением от 19.11.2018 ввел в отношении Общества процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим должника Пустошилова Е.Ф.; решением от 08.05.2019 признал Общество несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и возложил исполнение обязанностей конкурсного управляющего на арбитражного управляющего Пустошилова Е.Ф.; определением от 05.02.2020 утвердил конкурсным управляющим должника Халтурина С.В.

	Предметом заявления Банка является требование о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 5 109 706 944 рублей 91 копейки, основанного на обязательствах сторон, вытекающих из 13-ти договоров поручительства, а именно: от 12.01.2017 № ДП-2017-16/2, от 10.04.2017 № ДП-2017-429/2с, от 13.04.2017                         № ДП-2017-467/2с, от 25.04.2017 № ДП-2017-518/2с, от 25.04.2017 № ДП-2017-516/2с, от 25.04.2017 № ДП-2017-517/2с, от 04.05.2017 № ДП-2017-552/2с, от 10.05.2017 № ДП-2017-568/2с, от 11.05.2017 № ДП-2017-566/2с, от 22.05.2017 № ДП-2017-628/2с, от 14.08.2017               № ДП-2017-939/2с; от 24.08.2017 № ДП-2017-1003/2с, от 31.10.2017 № ДП-2017-1122/2с. 

	Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительными сделок должника, а именно: договора об открытии невозобновляемой кредитной линии, заключенного Банком и Обществом от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124; 13-ти указанных договоров поручительства.

	Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

	При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

	Суд апелляционной инстанции, руководствуясь нормами гражданского законодательства о займе и кредите, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2018 по делу                  № А40-22691/2018, заключение от 28.06.2018 № ВА-1442, выполненное в ходе проведенной проверки финансового состояния Банка, выписку по счету должника                            № 40702810400000035545, установил реальность сложившихся между сторонами правоотношений: перечисление Банком денежных средств по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124, а также частичное погашение Обществом выданного займа. 

	При этом суд апелляционной инстанции отклонил доводы конкурсного управляющего о том, что договор об открытии невозобновляемой кредитной линии от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124 является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

	Оспариваемый договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № НВКЛ-2017-1124 от 31.10.2017 заключен в течение года до возбуждения в отношении должника настоящего дела о банкротстве (13.07.2018), в связи с чем спорная сделка подпадает под период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и может быть признана недействительной по указанному основанию.

	В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

	Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

	Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, может быть выражен в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к должнику, а также иных последствий совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящих к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац 32 статьи 2 Закона о банкротстве).	

	В соответствии с положениями пункта 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

	При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу абзаца 4 пункта 12 Постановления № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

	Презумпция осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на момент совершения сделки распространяется лишь на аффилированных должнику лиц. Однако при оспаривании такой сделки в отношении ответчика, чья заинтересованность (юридическая либо фактическая) к должнику не доказана, суду необходимо установить достаточные обстоятельства, позволяющие констатировать такую осведомленность у ответчика (причем именно на момент совершения спорной сделки, а не после ее исполнения).

	Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

	Апелляционный суд установил, что на момент заключения кредитного договора  (31.10.2017) у Общества имелись признаки неплатежеспособности, а именно имелась просроченная задолженность перед иными кредиторами, в том числе перед ООО «Профит», АО «Росспиртпром», ООО «ДДД», которые впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника третьей очереди, а также имелась недостаточность денежных средств в соответствии с бухгалтерской отчетностью и непогашенные обязательства перед бюджетом.

	Вместе тем в материалы дела не представлены бесспорные доказательства юридической или фактической аффилированности сторон по спорной сделке.

	Ссылка уполномоченного органа на наличие аффилированности Банка и Общества через Сметану П.Ю., подтвержденное в заключении, не может бесспорно указывать на доказанность факта заинтересованности сторон именно Банка и должника, а также доказанности принятия Банком решения о выдаче кредита должнику под влиянием Сметаны П.Ю.

	В рассматриваемом случае, в результате заключения договора об открытии невозобновляемой кредитной линии от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124 перечислены денежные средства, соответственно, помимо принятия на себя кредитных обязательств, должник получил активы в виде реальных денежных средств.

	Зачисление денежных средств на счет должника Банком во исполнение кредитного договора произведено, указанное зачисление денежных средств не оспаривается лицами, участвующими в деле.  Указанные обстоятельства позволили суду апелляционной инстанции прийти к выводу о реальности перечисления со счета Банка и зачисления на расчетный счет должника заемных денежных средств по договору от 31.10.2017                   № НВКЛ-2017-1124.  Также судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о мнимости  его исполнения.

	Наличие у сторон иной воли, чем направленность на возникновение отношений по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии не доказано (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

	Более того, суд апелляционной инстанции учел, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 02.07.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2018 по делу                   № А40-22691/2018, установлено отсутствие оснований для признания договора об открытии невозобновляемой кредитной линии от 31.10.2017 № НВКЛ-2017-1124 притворной сделкой, равно как не установлено злоупотребление правом со стороны Банка или должника. При этом судом установлено, что из спорных кредитных договоров (в том числе от 31.10.2017) следует, что воля сторон при заключении сделок была направлена на достижение правовых последствий, связанных с предоставлением Банком кредитных денежных средств Обществу для финансирования текущей деятельности, уплату налогов и сборов, выплату заработной платы. Данные цели не противоречат действующему законодательству, учитывая, что доказательств наличия иной цели подписания кредитных договоров, в том числе прикрытия другой сделки, доказательств направленности воли, действий банка и заемщика на достижение других правовых последствий, не представлены. При выдаче должнику кредитов Банк соблюдал нормативные требования, установленные регулятором. При получении кредитов между истцом (Банком) и ответчиком (должником) заключались обеспечительные сделки – залог товаров в обороте, личное поручительство бенефициара компаний Кристалл-Лефортово Сметаны П.Ю. Истцом предпринимаются действия по взысканию со Сметаны П.Ю. кредитной задолженности группы компаний Кристалл-Лефортово и ответчика путем предъявления исков в суд общей юрисдикции. Указанные факты свидетельствует о проявлении Банком должной степени осмотрительности при выдаче денежных средств на условиях их возвратности. Также спорные кредитные договоры не являются недействительными по основаниям отсутствия надлежащего одобрения сделок уполномоченными органами как крупных для общества сделок.   

Исследовав и проанализировав бухгалтерскую отчетность Банка по состоянию на 01.10.2017, суд апелляционной инстанции констатировал превышение его активов над пассивами к дате заключения кредитного договора (31.10.2017), что позволяло Банку выдать необходимые кредитные средства должнику по оспариваемой сделке.

	Наличие предписаний Центрального банка Российской Федерации от 22.03.2017, от 26.05.2017, от 16.05.2017, от 09.09.2017, от 09.11.2017, от 28.11.2017, от 27.12.2017, от 06.02.2018, согласно которым к Банку применялись принудительные меры воздействия, введен запрет на проведение ряда операций, не свидетельствует о наличии у Банка признаков неплатежеспособности, поскольку из указанных предписаний не следует запрет на заключение кредитных договоров и выдачу денежных средств по ним. Запрет на кредитование регулятором не используется, поскольку это свидетельствует о прекращении деятельности банка и соотносится с отзывом у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций.

Суд округа также не принял возражения относительно того, что денежные средства фактически должнику не предоставлялись и не могли быть предоставлены ввиду неплатежеспособности Банка, а путем совершения одним днем (31.10.2017) транзитных операций (внутренних проводок) по их перечислению между аффилированными лицами группы компании «Кристалл-Лефортово» и конечному получателю – ООО «СтройГазМонтаж» в качестве погашения займа и процентов по нему, ранее предоставленного последним ООО «Глобал Эко» по договору займа от 21.03.2017, остались в Банке в результате их размещения (учета) на депозитном счете ООО «СтройГазМонтаж». Зачисление кредитных денежных средств произведено на счет должника, последнее юридическое лицо (ООО «Стройгазмонтаж») в цепочке совершенных в один день сделок не является по отношению к должнику аффилированным лицом. Последующее распоряжение денежными средствами должником по своему усмотрению не является основанием для признания спорной сделки недействительной. Факт зачисления Банком средств по оспариваемому кредитному договору с целью осуществления транзита средств не доказан.

Таким образом, суд округа соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том, что оспоренная сделка не могла привести к нарушению прав кредиторов.

Вопреки доводам заявителя жалобы, из материалов дела не усматривается достаточных и явных доказательств, свидетельствующих о том, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате совершения сделки такой вред был причинен, а Банк знал или должен был знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Позицию заявителя жалобы относительного неправомерности требования Банка, основанного на 13-ти договорах поручительства, поскольку перераспределение денежных средств по спорным договорам поручительства свидетельствует об отсутствии реальной хозяйственной цели кредитования, суд кассационной инстанции отклонил. 

Согласно пункту 1 статье 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, которые предусмотрены договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

На основании пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В статье 361 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В силу пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что факт ненадлежащего исполнения заемщиками (ООО «ГК Кристалл-Лефортово»,                ООО «Паритет Групп», ООО «СК Родник») принятых на себя обязательств по кредитным договорам от 12.01.2017 № ВКЛ-2017-16, от 10.04.2017 № НВКЛ-2017-429, от 13.04.2017 № ВКЛ-2017-467, от 25.04.2017 № НВКЛ-2017-518, от 25.04.2017 № ВКЛ-2017-516, от 25.04.2017 № ВКЛ-2017-517, от 04.05.2017 № ВКЛ-2017-552, от 10.05.2017 № НВКЛ-2017-568, от 11.05.2017 № ВКЛ-2017-566, от 22.05.2017 № НВКЛ-2017-628, от 14.08.2017                  № ВКЛ-2017-939, от 31.10.2017 № ВКЛ-2017-1122 перед Банком документально подтвержден, а также принимая во внимание, что в обеспечение кредитных договоров Банк и Общество заключили договор поручительства, который не расторгнут, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу об обоснованности требований Банка в заявленном размере, включив его в реестр требований кредиторов третьей очереди в соответствии со статьями 134 и 137 Закона о банкротстве.

	Ссылка заявителя на наличие оснований для признания 13-ти договоров поручительства недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Закона о банкротстве не принята судом. 

	Вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. По соответствующей проблематике, начиная с декабря 2015 года, выработана достаточно обширная судебная практика, определившая критерии квалификации соответствующих сделок на предмет их действительности (например, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652, от 24.12.2018 № 305-ЭС18-15086 (3)).

	Согласно разъяснениям, данным в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и заемщиком объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении сторон соответствующих сделок даже в ситуации, когда обеспечитель испытывает финансовые сложности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц в конечном счете выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены (в том числе, обеспечитель), так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

	В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

	В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу могут быть отнесены, в том числе, участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов, получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности, реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

	Презумпция добросовестного осуществления Банком своих гражданских прав лицами, участвующими в деле, не опровергнута  (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

	Суды установили и стороны не оспаривают, что должник предоставил поручительство за свое аффилированное лицо (факт аффилированности должника и ООО «ГК Кристалл-Лефортово», ООО «Паритет Групп», ООО «СК Родник» подтвержден документально и сторонами не опровергается). Общество и ООО «ГК Кристалл-Лефортово», ООО «Паритет Групп», ООО «СК Родник» подконтрольны единому центру, входят в одну группу компаний «Кристалл-Лефортово». Указанные лица осуществляли единую хозяйственную деятельность и обладали общим экономическим интересом, в результате чего при заключении одним из них договора, требующего обеспечения, другое лицо становилось поручителем.

	Фактическое принятие на себя долга аффилированного лица в условиях нормального гражданского оборота само по себе не свидетельствует как о недобросовестности кредитора по обязательству, так и о недействительности сделки по принятию долга.

	Доказательства умышленного недобросовестного поведения сторон сделки при ее заключении в материалах дела отсутствуют.

	В условиях недоказанной недобросовестности Банка, выдавшего кредит и одновременно получившего обеспечение от аффилированного с должником лица, находящегося в неустойчивом финансовом положении, его действия не могут рассматриваться как направленные на причинение вреда кредиторам лица, предоставляющего обеспечение. При ином подходе следовало бы признать принципиальную недопустимость кредитования банками предприятий, функционирующих в кризисной ситуации.

	В силу того, что Общество и ООО «ГК Кристалл-Лефортово», ООО «Паритет Групп», ООО «СК Родник» принадлежат к одной группе лиц, которая контролировалась одними и теми же конечными бенефициаром, то, следовательно, заключение договора поручительства обусловлено наличием общих экономических интересов.

	Сами по себе действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных.

	Оценив оспариваемые договоры поручительства применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротства, статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что поручительство предоставлено должником за своих аффилированных лиц; поручитель и заемщики подконтрольны единому центру, входят в одну группу компаний «Кристалл-Лефортово», осуществляли единую хозяйственную деятельность и обладали общим экономическим интересом; отсутствуют доказательства умышленного недобросовестного поведения сторон сделки при ее заключении и наличие цели причинения вреда кредиторам должника, приняв во внимание, что действия Банка направлены на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания спорных договоров поручительств недействительными сделками.

	Доводы, приведенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов и свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

	Судебные акты в оспариваемой части приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

	Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

	Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 09.01.2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021 по делу № А39-5665/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Мордовия – без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

Е.Ю. Трубникова

 

Судьи

Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева