ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

04.03.2020

Дело № А40-1253/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27.02.2020

Полный текст постановления изготовлен  04.03.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Коротковой Е.Н., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании: представители не явились;

рассмотрев 27.02.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО Зерновая компания «НАСТЮША»

на определение от 18 сентября 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 04 декабря 2019 года 

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего ООО Зерновая компания «НАСТЮША» ФИО1 о признании недействительными сделками: Договор № А4027325/10-31-247-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка от 05.02.2016, Договор № 080000/1011-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка от 05.02.2016, Договор № 080000/1011-5/ о залоге оборудования от 31.03.2015, заключенные между ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк», и о применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО Зерновая компания «НАСТЮША»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 21 февраля 2018 года общество с ограниченной ответственностью Зерновая компания «НАСТЮША» (ООО Зерновая компания «НАСТЮША») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

03.03.2018 сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 38, стр. 82.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными договор № А4027325/10-31-247-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка от 05.02.2016, заключенный между ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк»; договор № 080000/1011-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка от 05.02.2016, заключенный между ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк»; договор № 080000/1011-5/3 о залоге оборудования от 31.03.2015, заключенный между ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк», а также о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18 сентября 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04 декабря 2019 года, удовлетворено заявление ООО «СИСТЕМА Фактор» о процессуальном правопреемстве, в результате чего произведена замена АО «Российский Сельскохозяйственный банк» на правопреемника - ООО «СИСТЕМА Фактор», при этом в удовлетворении требований конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с вынесенными по делу судебными актами, конкурсный управляющий ООО Зерновая компания «НАСТЮША» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции от 18 сентября 2019 года и постановление суда апелляционной инстанции от 04 декабря 2019 года отменить в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО Зерновая компания «НАСТЮША» и принять по делу новый судебный акт о признании сделки недействительной.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Отзывы на кассационную жалобу в адрес суда не поступали.

Конкурсный управляющий должника указал, что АО «Российский Сельскохозяйственный банк» и АО «Московский комбинат хлебопродуктов» (должник по основным обязательствам) заключили девятнадцать кредитных договоров/договоров об открытии кредитной линии (срок исполнения кредитных обязательств - 10.10.2017), а также два мировых соглашения от 03.08.2012 по делу № А40-27325/10-31-247 (утверждено определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2012) с участием ООО Зерновая компания «Настюша» и от 30.06.2014 по делу № А40-50227/10-83-483 (утверждено определением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2014) с участием ОАО «Москворечье» (срок исполнения обязательств по мировым соглашениям - 31.12.2015).

Совокупная сумма задолженности АО «Московский комбинат хлебопродуктов» перед Банком составляет 5 526 360 914 руб. 45 коп., что  установлено определением Арбитражного суда Московской области от 12.04.2018 по делу № А41-34824/16.

Исполнение обязательств по вышеуказанным сделкам было обеспечено  договором № 080000/1011-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка от 05.02.2016, договором № А4027325/10-31-247-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка от 05.02.2016, заключенными кредитором и ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» (предметом ипотеки являются восемь объектов недвижимого имущества); договором № 080000/1011-5/3 о залоге оборудования от 31.03.2015, заключенным кредитором и ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» (предметом залога являются триста семьдесят восемь единиц оборудования).

В качестве обеспечения исполнения обязательств АО «Московский комбинат хлебопродуктов» между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» и участниками ГК «Настюша» (АО «Московский комбинат хлебопродуктов», ООО Зерновая компания «Настюша», ЗАО «Хлебозавод 18», ОАО «Мельничный комбинат в Сокольниках», ОАО «Золоторожский хлеб», ОАО «Черкизово», ОАО «Яуза-Хлеб», ЗАО «ДВК-Делъта», ОАО «Золотой колос», ОАО «Исилъкулъский элеватор», ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат», ЗАО «Балашихахлеб», ОАО «Москворечье», ФИО2) также были заключены двадцать восемь договоров поручительства юридического лица, шесть договоров поручительства физического лица, четырнадцать договоров об ипотеке (залоге недвижимости), десять договоров о залоге оборудования, один договор о залоге товаров в обороте, два договора о залоге акций.

Как указал заявитель, договор от 05.02.2016 № А4027325/10-31-247-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка, заключенный ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк», договор от 05.02.2016 № 080000/1011-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка, заключенный ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк», и договор от 31.03.2015 № 080000/1011-5/3 о залоге оборудования, заключенный между ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и АО «Российский Сельскохозяйственный банк»,  являются недействительными на основании ст. ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку заключены в период неплатежеспособности ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» в отсутствие экономической целесообразности через пять лет после заключения кредитного договора, при этом обеспечение исполнения обязательств перед отдельным кредитором привело к предпочтительному удовлетворению его требований перед требованиями других кредиторов ОАО «МКХ».

Суды, отказывая в удовлетворении требований о признании спорных сделок недействительными, исходили из того, что наличие корпоративных связей между залогодателем и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств.

Суды пришли к выводу, что конкурсный управляющий должника не представил доказательств недобросовестности кредитной организации на момент заключения договоров залога, при этом на момент совершения обеспечительных сделок исполнение обязательств по кредитным договорам основного заемщика - ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» не было просрочено.

Кроме того, как указали суды, сделки залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица, поэтому не имелось оснований ожидать, что Банк должен был заботиться о выгодности спорных сделок для залогодателя или должника.

Также суды указали, что спорные сделки были заключены сторонами в рамках их обычной хозяйственной деятельности и признаков злоупотребления правом со стороны ответчика при их заключении не усматривается.

Конкурсный управляющий должника, оспаривая принятые судебные акты,  фактически повторил доводы первоначального заявления, а также указал, что в данном случае корпоративная связь между сторонами действительно имелась, однако общие экономические интересы у ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» и ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов», которые могут служить оправданной причиной предоставления обеспечения, отсутствовали.

Заявитель указал, что договоры заключены спустя 5 лет после выдачи кредитов и направлены на обеспечение исполнения обязательства третьего лица (ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов») перед отдельным кредитором, возникшего до оспариваемой сделки, что подтверждает оказание предпочтения банку, при этом должник на момент заключения договоров залога уже обладал признаками неплатежеспособности, о чем Банк не мог не знать, поскольку основным заемщиком платежи по кредиту не производились с 2014 года.

Конкурсный управляющий возражал против выводов судов о том, что обеспечиваемое оспариваемыми залогами требование Банка не было просрочено, поскольку сроки возврата -  не позднее 07.11.2014, при этом после указанной даты не было произведено ни одного платежа ни заемщиком - ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов», ни поручителем - ООО Зерновая компания «Настюша», а в дальнейшем сторонами неоднократно согласовывались новые графики платежей к кредитным договорам, при том что сумма долга оставалась неизменной.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив законность судебных актов  в порядке, предусмотренном ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также пунктом 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсному управляющему необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:

- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота);

- неравноценное встречное исполнение обязательств.

Из содержания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что подозрительная сделка должника может быть признана недействительной при наличии следующих признаков в совокупности:

- сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления;

- сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию..

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 6 Постановления N 63 согласно абзацам 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о недействительности обеспечительной сделки, заключенной кредитной организацией, в контексте причинения ею вреда интересам кредиторов лица, выдавшего обеспечение, неоднократно являлся предметом рассмотрения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 14510/13, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 15.02.2019 N 305-ЭС18-17611 и др.).

Как указано в определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС18-22264 от 08.04.2019 по делу № А41-25952/16, согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между залогодателем (поручителем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств.

Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

При кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой.

В связи с этим, само по себе получение кредитной организацией обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее поведении в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение, соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом каждый из связанных с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Выстраивание отношений подобным образом указывает на стандартный характер поведения как банка-кредитора, так и его контрагентов.

Как установлено судами, ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» (залогодатель по оспариваемым сделкам), ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» (должник по обеспечиваемым кредитным договорам) и ООО «Зерновая компания «Настюша» являются группой лиц.

Судами установлено, что залогодатель - ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» входил в одну группу лиц (группа компаний «Настюша») с основными заемщиками - ООО «Зерновая компания «Настюша» и ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» в силу владения ООО «Зерновая компания «Настюша» акциями ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» (90,2156%) и акциями ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» (65,527%), а также в силу аффилированности указанных лиц через участие ФИО2 в руководстве всех трех компаний.

Таким образом, сделка совершена обществом, где должник являлся мажоритарным акционером.

Как разъяснено в пункте 12.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие у юридического лица статуса кредитной организации не может рассматриваться как единственное и достаточное обоснование того, что оно знало или должно была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Суды установили, что на момент заключения договоров залога исполнение обязательств по кредитным договорам основного заемщика - ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» не было просрочено, залогодатель по оспариваемым договорам - ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат» входил в одну группу лиц (группа компаний «Настюша») с основными заемщиками - ООО «Зерновая компания «Настюша» и ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов», что объясняло экономический смысл договоров залога.

Исполнение обязательств ОАО «Московский комбинат хлебопродуктов» было обеспечено не только спорными договорами залога, но и иными обеспечительными сделками между Банком и лицами, входящими в группу компаний, при этом Банк не являлся заинтересованным лицом ни по отношению к залогодателю, ни по отношению к должнику.

Кроме того, суды правильно отметили, что поскольку сделки залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица, не имелось оснований ожидать, что банк должен был заботиться о выгодности спорных сделок для залогодателя или должника.

Признаки злоупотребления правом на стороне Банка в данном обособленном споре не доказаны.

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом РФ в определении N 308-ЭС16-1475 от 15.06.2016, о злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как: участие банка в операциях по неправомерному выводу активов; получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

В данном случае суды наличие вышеуказанных обстоятельств не установили.

Суды указали, что экономический смысл заключения оспариваемых сделок состоял в наличии корпоративной и хозяйственной связи между АО «Московский комбинат хлебопродуктов», ООО Зерновая компания «Настюша» и ОАО «Сергиево-Посадский хлебокомбинат», при этом пролонгация действующих обязательств носила для кредитной организации обычный характер и не указывает на недобросовестность Банка.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 2 ст. 61.3 Закона сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Как установлено судами, договор № 080000/1011-5/3 о залоге оборудования заключен 31.03.2015, договор № 080000/1011-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка -  05.02.2016, договор № А4027325/10-31-247-7.11/1 об ипотеке (залоге) земельного участка - 05.02.2016 (10.06.2016 - дата государственной регистрации), тогда как дело о банкротстве должника возбуждено 12.01.2017.

В связи с вышеизложенным суды пришли к обоснованному выводу, что вышеуказанные сделки совершены за пределами сроков, установленных законом для их оспаривания на основании ст. 61.3 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Учитывая разъяснения, данные в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», нормы ФЗ «О банкротстве», а также общие нормы, закрепленные в Гражданском кодексе Российской Федерации, суды пришли к правомерному выводу, что спорные сделки были заключены сторонами в рамках их обычной хозяйственной деятельности.

Учитывая все вышеизложенное, суд округа полагает, что суды обоснованно отказали конкурсному управляющему должника в удовлетворении требований, поскольку надлежащих доказательств в подтверждение недействительности сделок по заявленным основаниям не представлено.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, при этом выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, в связи с чем оснований для удовлетворения  кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18 сентября 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04 декабря 2019 года по делу № А40-1253/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 С.А. Закутская 

 

Судьи:                                                                                             Е.Н. Короткова

 

Л.В. Михайлова