ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

19.04.2024

                             Дело № А40-99625/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 09.04.2024

Полный текст постановления изготовлен 19.04.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Калининой Н.С., Каменецкого Д.В., 

при участии в заседании:

от ФИО1 –  ФИО2 (доверенность от 27.10.2021),

от ПАО «МОЭК» – ФИО3 (доверенность от 26.09.2023),

от Мосэнергосбыт – ФИО4 (доверенность от 30.11.2023),

от конкурсного управляющего должника – ФИО5 лично, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и заявление АО «Мосэнергосбыт» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – Себриана К.А.А., ФИО6, ФИО1, объединенные определением суда от 24.03.2023,

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО УК «Прометей»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2023 ООО УК «Прометей» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечены Себриан К.А.А., ФИО6 и ФИО1

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 в части  привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение, в связи с  допущенными судами нарушениями норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Судебные акты судов нижестоящих инстанций подлежат проверке судом кассационной инстанции только в обжалуемой части в пределах доводов кассационной жалобы согласно положениям статьи 286 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО1 на доводах кассационной жалобы настаивал, просил судебные акты в  обжалуемой части отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Представители ПАО «МОЭК», Мосэнергосбыт и конкурсный управляющий должника в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационной жалобы, просили судебные акты в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены судебных актов  в обжалуемой части по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность:

отсутствуют;

не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;

либо указанная информация искажена.

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств.

Применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий:

объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации);

причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В силу положений ст. 61.10 Закона о банкротстве исли иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. (п.1)

Возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. (п.2)

Сокрытие должником, и (или) контролирующим должника лицом, и (или) иными заинтересованными по отношению к ним лицами признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества не влияет на определение даты возникновения признаков банкротства для целей применения пункта 1 настоящей статьи. (п.3)

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. (п.4)

Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям. (п.5)

К контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением. (п.6)

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), также следует, что в случае применения при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпций, связанных с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, в рассматриваемый период у должника было несколько руководителей: Себриан К.А.А. в период с 18.08.2020 по 24.01.2023, ФИО6 в период с 16.04.2018 по 18.08.2020, ФИО1 в период с 06.12.2013 по 30.09.2020 являлся единственным участником должника, с 28.07.2015 по 16.04.2018 являлся руководителем должника.

Конкурсный управляющий указывал, что ему не передана документация должника ни одним из руководителей, а также в период руководства ФИО6 в адрес ФИО7 совершены действия по выплате ему дивидендов в период неплатежеспособности должника.

Судами установлено, что директор должника ФИО1 после прекращения полномочий в 2018 году был обязан передать документы бухгалтерского учета и отчетности новому руководителю должника ФИО6, однако доказательства такой передачи не представил.

При этом, определением Арбитражного суда города Москвы от 01.04.2022 суд обязал руководителя должника не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего представить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Вместе с тем доказательства исполнения данного судебного акта представлены не были.

В последующем, решением Арбитражного суда города Москвы от 24.01.2023 суд обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Доказательства исполнения данного судебного акта также не представлены.

Судами установлено, что должник занимается управлением многоквартирными домами, следовательно, к активам относится дебиторская задолженность, которая могла быть взыскана конкурсным управляющим в целях пополнения конкурсной массы и последующем погашением требований кредиторов.

Вместе с тем доказательств передачи документации не представлено, ввиду чего конкурсный управляющий лишен возможности исполнения своих обязательств на основании документации должника.

Судами учтено то, что ФИО1 пояснения по предъявленным требованиям, в частности, о факте отсутствия у него сведений и документации, а также о причинах их отсутствия не представил. При этом, судами приняты во внимание продолжительность руководства ФИО1 организацией должника, а также последующее внесение в ЕГРЮЛ информации о недостоверности сведений в отношении следующих руководителей должника, что указывало на то, что сведения были внесены лишь «для вида».

Как установлено судами, в период исполнения ФИО6 обязанностей генерального директора должника, совершен ряд сделок, причинивший существенный вред кредиторам должника.

Судами указано, что в определении Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2023, которым были признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств должника в адрес ФИО1 в период с 18.06.2019 по 30.04.2020 на общую сумму 1 570 000 руб. с назначением платежей «перечисление дивидендов» и применены последствия недействительности сделки, суд установил, что оспариваемые платежи совершены должником в период с 18.06.2019 по 30.04.2020, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, при наличии кредиторов, требования которых в последствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Поскольку дивиденды ФИО1 были выплачены при наличии у должника признаков неплатежеспособности, суды пришли к  правомерному выводу о том, что должник лишился собственного имущества, за счет которого возможно погашение требований кредиторов, а произведенные выплаты причинили вред имущественным правам кредиторов должника. ФИО1 являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом, в связи с чем не мог не знать об указанных обстоятельствах. 

Кроме того, судами, по результатам оценки представленных в материалы дела доказательств и установленных обстоятельств, сделан вывод, что  сделки должника на общую сумму 5 155 789,12 руб.  совершены в период, когда ФИО1 являлся единственным участником должника и при его согласовании. При этом суды пришли к выводу, что последующий единственный участник и руководитель должника  Себриан ФИО8 являлся номинальным,  фактически произведен формальный перевод бизнеса, с целью перекладывания ответственности, с лиц, действительно ответственных за банкротство должника. При этом создалась ситуация при которой  была создана и поддерживалась такая система управления, которая была нацелена на  систематическое извлечение выгоды третьими лицами, в том числе и самим ФИО1, во вред должнику и его кредиторам, которые  утратили возможность удовлетворить свои требования за счет имущества, незаконно отчужденное должником.

При этом судами отклонены, как не нашедшие своего подтверждения, доводы о том, что платежи были осуществлены в период, когда должник признакам банкротства не соответствовал.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о наличии оснований и привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По результатам кассационного рассмотрения суд округа пришел к выводу о том, что суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Доводы кассатора были предметом проверки судов первой и апелляционной инстанции и им дана надлежащая оценка, в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

При этом, согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 по делу № А40-99625/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.М. Панькова 

Судьи:Н.С. Калинина

Д.В. Каменецкий