ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

11.12.2023                                                                                      Дело № А40-48472/20

 

Резолютивная часть постановления оглашена 6 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 декабря 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кузнецова В.В., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кабельный альянс-м» – ФИО1 по доверенности от 27.06.2023;

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 30.10.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кабельный альянс-м»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023

о признании недействительной сделкой трудового договора от 01.11.2020, заключенного с ФИО2 в части заработной платы, превышающей 25 000 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Кабельный альянс-м», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2021 общество с ограниченной ответственностью «Кабельный альянс-м» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительным трудового договора от 01.11.2020, заключенного между должником (работодателем) и ФИО2 (работником), которое определением Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2023 было удовлетворено.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2023 было изменено, суд признал недействительной сделкой трудовой договор от 01.11.2020, заключенный между должником и ФИО2 только в части установления заработной платы в размере, превышающем 25 000 руб., в удовлетворении остальной части заявления отказал.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить в части отказа в удовлетворении заявленных требований, обособленный спор в указанной части направить на новое рассмотрение.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель работника просил суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в удовлетворенной части заявления судебные акты не обжалуютс\, как следствие, правовоых оснований для их проверки в этой части у суда округа не имеется.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника полагал, трудовой договор, по условиям которого работник, с 27.10.2020 являвший владельцем доли в уставном капитале должника в размере 100 %,  был избран на должность генерального директора должника с ежемесячным окладом в размере 120 000 руб., является недействительным в силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку в силу названной нормы права мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 11746/11 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 № 11-КГ12-3, пункт 1 статьи 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Вместе с тем, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановления от 23.06.2015 № 25).

Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно была не исполнена.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон и совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая 

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, лицо, требующее признания сделки ничтожной в силу ее мнимости, должно доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида; обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; а также доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 11746/11).

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

При разрешении настоящего обособленного спора, суд первой инстанции руководствовался тем, что ФИО2 являлся генеральным директором должника, и, находясь в должности более года, не предпринимал попыток для взыскания заработной платы, что не соответствует добросовестному поведению, при этом относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих об исполнении ФИО2 трудовых обязанностей, а именно: трудовой книжки, расчетных листков, сведений о начислении заработной платы, в материалы дела не представлено.

Суд также указал, что возраст ответчика и отсутствие высшего образования свидетельствуют об отсутствии специальных знаний и опыта для осуществления полномочий и исполнения обязанностей генерального директора юридического лица.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО2 являлся номинальным директором должника, а оспариваемый трудовой договор был заключен с целью сокрытия истинного бенефициара должника.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в части мнимости оспариваемого договора, поскольку, вопреки выводам суда первой инстанции, в материалы дела представлены документы, объективно свидетельствующие о том, что именно ФИО2 осуществлялось руководство хозяйственной деятельностью должника, именно им, в том числе, было подписано дополнительное соглашение от 11.01.2021 № 1 к договору субаренды нежилых помещений от 16.03.2020 № 16-03/2020, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Инжспецком», а также универсальный передаточный документ от 11.01.2021 № 34.

Данные документы и обстоятельства были исследованы судом при оспаривании конкурсным управляющим договора субаренды нежилых помещений от 16.03.2020 № 16-03/2020 в том числе по основанию мнимости и притворности сделки, суд отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявленных требований (вступившее в законную силу определение Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2022, оставленное без изменения постановления суда апелляционной инстанции от  23.03.2023 и суда округа от 06.06.2023).

Судом первой инстанции также не было учтено, что согласно разъяснениям, содержащимся в письме Федеральной налоговой службы от 29.03.2019 № ГД-4-14/5722@, характерным признаком, указывающим на деятельность лиц, профессионально создающих номинальные юридические лица, является также наличие у таких лиц статуса учредителя (участника) и (или) руководителя нескольких юридических лиц, в отношении которых в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности содержащихся в данном реестре сведений.

В настоящем случае, такие обстоятельства судами не установлены.

Делая вывод о том, что ФИО2 является номинальным директором, суд первой инстанции ограничился лишь несколькими признаками, указанными в письме налоговой службы, не приняв во внимание представленные ответчиком документы, которые уже были исследованы судом при рассмотрении обособленных споров по настоящему делу и им была дана надлежащая оценка.

Номинальный руководитель равным образом несет ответственность за деятельность компании (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, его номинальность, при условии доказанности указанного обстоятельства, не влияет на возможность привлечения указанного лица к ответственности.

При данных обстоятельствах, сам по себе факт заключения трудового договора с таким лицом, не свидетельствует о его недействительности.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учел, что сведения о ФИО2, как о руководителе должника имеются в ЕГРЮЛ.

При наличии указанного факта, ФИО2 являясь руководителем общества, вопреки доводам заявителя кассационной жалобы об обратном,  был вправе заключить оспариваемый трудовой договор.

В данном случае, номинальность ФИО2 в вопросе о мнимости сделки по трудовому договору, не может являться определяющим, поскольку ФИО2 являлся единственным участником должника.

Единственный участник общества вправе возложить на себя функции единоличного исполнительного органа - генерального директора без заключения какого-либо договора, в том числе трудового.

Кроме того, сделка по продаже 100 % доли в уставном капитале должника была нотариально удостоверена, что свидетельствует о том, что эта сделка успешно прошла проверку на соответствие ее закону (пункт 1 статьи 163 ГК РФ).

Следовательно, сам по себе факт нотариального удостоверения сделки подтверждает, что она соответствовала закону и действительным намерениям сторон, то есть, что ответчик намеревался именно купить долю в уставном капитале должника и осуществлять управленческую деятельность.

То обстоятельство, что ФИО2 являлся учредителем должника и осуществлял трудовую деятельность надлежащими доказательствами не опровергнуто.

То обстоятельство, что в период работы ФИО2 с начисленной заработной платы не вносились страховые взносы в фонды, не может свидетельствовать о мнимости трудового договора, поскольку в пункте 77 постановления от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

Суд первой инстанции указал, что оклад ФИО2 составлял 120 000 руб., в то время как оклад предыдущего генерального директора составлял 25 000 руб.

В настоящем случае, доводы конкурсного управляющего о том, что с момента назначения ФИО2 генеральным директором должника, деятельность этого общества приобрела непривычный характер: вместо торговли оборудованием должник в лице генерального директора выступал заемщиком и заимодавцем по договорам займа, уступал права требования иным компаниям, вел расчеты векселями, что в период руководства ФИО2 от имени общества не вносились страховые взносы, обязанность работодателя по начислению налогов не исполнялась, а в банковской выписке должника отсутствует информация о движении денежных средств, судом апелляционной инстанции оценены критически и отклонены.

Вместе с тем, в ходе анализа документации должника, судом апелляционной инстанции установлено, что оклад бывшего генерального директора должника ФИО5 составлял всего 25 000 руб., при том, что должностной  оклад ФИО2 установлен в кратно увеличенном размере.

Вместе с тем, на момент заключения трудового договора у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, а сам оспариваемый трудовой договор подписан после принятия заявлений о признании должника банкротом.

Таким образом, учитывая изложенные выше обстоятельства, существенное повышение оклада генерального директора являлось необоснованным и нецелесообразным.

В настоящем случае, в отсутствие доказательств увеличения объема трудовой деятельности, мотивов значительного повышения заработной платы, сделка по заключению трудового договора имеет признаки неравноценности, применительно к положениям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, исходя из судебной практики, установление в трудовом договоре завышенного размера заработной платы не может свидетельствовать о недействительности всех остальных положений трудового договора.

В этом случае суды признают недействительным трудовой договор только в части превышения заработной платы над разумным размером зарплаты за осуществление аналогичных трудовых обязанностей (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.03.2016 № 308-ЭС16-85).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления от 23.12.2010 № 63), если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявлении для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления от 23.12.2010 № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановление от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В настоящем случае, сделка была совершена с заинтересованным лицом при наличии возбужденного в отношении должника дела о банкротстве, при наличии, как было указано выше, неисполненных должником обязательств перед кредиторами, что указывает на совокупность признаков недействительности сделки на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), трудовой договор является соглашением между работодателем и работником, в соответствии с которым работник обязуется лично выполнять определенную договором трудовую функцию и подчиняться действующим в организации правилам внутреннего трудового распорядка, а работодатель обязуется предоставить работнику обусловленную договором работу, своевременно и в полном объеме оплачивать труд работника и обеспечивать условия труда в соответствии с действующим законодательством, индивидуальным и коллективным договорами.

В силу статьи 129 ТК РФ, заработной платой является вознаграждение за труд, зависящий от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и стимулирующие выплаты.

Заработная плата каждого работника, согласно положениям статей 132 и 135 ТК РФ, зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда действующей у работодателя.

Из системного толкования названных норм следует, что заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.

Ответчиком не приведено мотивов, подтвержденных соответствующими доказательствами, завышения заработной платы.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции обоснованно счел возможным признать недействительной сделкой спорный трудовой договор в части заработной платы превышающей 25 000 руб., а в удовлетворении остальной части заявления – отказать.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции, были устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, т.е. иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм материального права и норм процессуального права либо о наличии выводов, не соответствующих обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Обжалуемый судебный акт отвечает требованиям законности, обоснованности и мотивированности, предусмотренным частью 4 статьи 15 и частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023 по делу № А40-48472/20 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                             В.В. Кузнецов

 

                                                                                                          В.Л. Перунова