АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-46908/2023

г. Краснодар

05 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 марта 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калуцких Р.Г., судей Анциферова В.А. и Мещерина А.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Демченко О.А., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от истца − общества с ограниченной ответственностью «Фабрика настоящего мороженого» (ИНН 2311095094, ОГРН 1062311053386) – Рось Е.С. (доверенность от 30.09.2021), от ответчика − акционерного общества «Айсбит» (ИНН 7736133186, ОГРН 1027739849334) – Кульнева А.С. (доверенность от 22.11.2023), рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Айсбит» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 по делу № А32-46908/2023, установил следующее.    11 марта 2024 года

ООО «Фабрика настоящего мороженого» (далее – фабрика) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к АО «Айсбит» (далее – общество) о взыскании 890 160 рублей неосновательного обогащения, 170 172 рублей 36 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 23 603 рублей. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.10.2023 в удовлетворении иска отказано. 

Постановлением апелляционного суда от 20.12.2023 решение суда от 20.10.2023 отменено, c общества в пользу фабрики взыскано 890 160 рублей неосновательного обогащения, 120 354 рубля 51 копейка процентов за пользование чужими денежными средствами, 22 493 рубля 66 копеек в качестве возмещения расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части иска отказано.

В кассационной жалобе общество просит отменить постановление апелляционного суда, оставить в силе решение суда. В обоснование жалобы заявитель указывает, что cуд апелляционной инстанции неправильно применил нормы права, из поведения истца следует признание им применимости новых тарифов к оплате услуг за спорный период.

В отзыве на кассационную жалобу фабрика указала на ее несостоятельность, а также законность и обоснованность принятого по делу постановления апелляционного суда, просила в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы жалобы, просил суд кассационной инстанции отменить оспариваемый судебный акт.

Представитель фабрики возражал против удовлетворения жалобы, ссылался на соответствие сделанных судом апелляционной инстанции выводов закону и имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в отзыве на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Из материалов дела видно и судами установлено, что 09.04.2021 фабрика (заказчик) и общество (исполнитель) заключили договор об оказании складских услуг № Ю2, по которому исполнитель принял на себя обязательство оказать для заказчика услуги по хранению и складской обработке мороженого. 

Исполнитель обязан гарантированно предоставить заказчику под хранение товара зарезервированное пространство, рассчитанное в паллето-местах и зафиксированное на каждый календарный месяц в приложении № 3 (пункт 1.5 договора).

В пункте 3.1 договора стороны установили, что стоимость услуг по договору устанавливается в приложении № 3. 

Стороны подписали два приложения № 3 к договору на разные склады хранения: приложение № 3 подписано по СОХ АО «Айсбит» (Адыгея) и приложение № 3.2 подписано по СОХ АО «Айсбит» (Волгоград). 

В соответствии с пунктом 4 указанных приложений стоимость погрузочно-разгрузочных и дополнительных услуг (услуги по складской обработке) оценена сторонами в 0,00 рублей, за исключением предоставления поддонов, стоимость каждого из которых оценена в 300 рублей с НДС. 

В пункте 2 указанных приложений стороны согласовали, что оплата услуг по хранению производится за зарезервированный объем (паллето-мест) за отчетный период – месяц исходя из следующих тарифов: при условии работы через портал ГК Ренна Битрикс 24 – 47 рублей с НДС за один паллет/сутки (пункт 2.1);  при условии работы через портал АИС «Айсбит-ЭДО» – 40 рублей с НДС за один паллет/сутки (пункт 2.2). 

Ввиду того, что ответчик не обеспечил для истца подключение к порталу АИС «Айсбит-ЭДО», стороны при расчетах за услуги по хранению применяли максимальный тариф в размере 47 рублей с НДС за один паллет/сутки. 

Стороны заключили 01.06.2021 дополнительное соглашение об изменении установленных договором тарифов; указанное соглашение подписано сторонами и передано через оператора ЭДО АО «ПФ "СКБ Контур"» (со стороны истца подписано 15.06.2021, со стороны ответчика – 30.06.2021). 

Ответчик выставил 07.07.2021 счета и акты с применением увеличенного тарифа в размере 51 рубля с НДС за один паллет/сутки (№ 664 за услуги по хранению с 01.06.2021 по 30.06.2021 на сумму в размере 4 млн 590 тыс. рублей; № 665 за услуги по хранению за период с 01.06.2021 по 30.06.2021 на сумму 6 млн 759 540 рублей). Указанные счета оплачены фабрикой платежными поручениями от 15.07.2021 № 3312 и от 16.07.2021 № 3338. 

По мнению истца, поскольку дополнительное соглашение подписано ответчиком через систему АО «ПФ "СКБ Контур"» 30.06.2021, применение повышенного тарифа к предыдущим периодам необоснованно, в связи с чем на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в размере 890 160 рублей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд.

Суд первой инстанции, исходя из того, что 01.06.2021 стороны заключили дополнительное соглашение к договору от 09.04.2021, изменяющее стоимость тарифов, в указанном соглашении не содержится оговорки о применении новых ставок только к тем услугам, которые будут оказаны и оплачены начиная с 01.07.2021, отказал в удовлетворении заявленных требований, признав несущественным довод истца о подписании дополнительного соглашения 30.06.2021.

Отменяя решение суда и удовлетворяя исковые требования, суд апелляционной инстанции исходил из того, что спорное дополнительное соглашение к договору датировано 01.06.2021, подписано истцом 15.06.2021, а ответчиком – 30.06.2021. Пунктом 3 указанного соглашения установлено, что оно вступает в законную силу с момента его подписания. Дополнительное соглашение не содержит ретроспективной оговорки, следовательно, оно вступает в силу с даты его подписания сторонами. 

Суд округа не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации(далее – Гражданский кодекс) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

Правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу статьи 1103 Гражданского кодекса правила о неосновательном обогащении подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Исходя из содержания указанной нормы получение ответчиком денежных средств от истца при отсутствии у истца обязанности их выплачивать в силу соответствующего договора или требования нормативного акта, без предоставления ответчиком со своей стороны каких-либо услуг (работ) в счет принятых сумм следует квалифицировать как неосновательное обогащение.

Неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2020 № 46-КГ20-6-К6).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. 

Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суд на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  Арбитражный процессуальный кодекс) должен был сделать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика.

Таким образом, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательного обогащения осуществляется исходя из особенностей оснований заявленного истцом требования.

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, указано, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о правомерности требований истца о взыскании суммы неосновательного обогащения.

В силу пункта 1 статьи 452 Гражданского кодекса соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

В соответствии с пунктом 3 статьи 453 Гражданского кодекса в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке – с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора. 

Согласно части первой статьи 431 Гражданского кодекса при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой статьи 431 Гражданского кодекса, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон. 

Дополнительное соглашение к договору в силу определения, данного в пункте 1 статьи 420 Гражданского кодекса, является самостоятельным гражданско-правовым договором, поскольку изменяет или прекращает гражданские права и обязанности. К нему применяются те же правила, которые установлены законодательством в отношении гражданско-правовых договоров, включая правила о сделках и об обязательствах(пункты 2, 3 статьи 420 Гражданского кодекса). 

Дополнительное соглашение к договору по общему правилу считается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту (предложение заключить такое соглашение), содержащую существенные условия соглашения, акцепта этой оферты, то есть ответа лица, которому адресована оферта (статьи 433, 435, 438 Гражданского кодекса). 

Данное правило применяется и к тем случаям, когда оферта выражалась в направлении акцептанту двух подписанных оферентом экземпляров дополнительного соглашения к договору, а акцепт, соответственно, в возвращении оференту одного из экземпляров, подписанных акцептантом. Следовательно, дополнительное соглашение к договору должно считаться заключенным в момент возврата экземпляра соглашения лицу, сделавшему предложение заключить такое соглашение.

В силу пунктов 1, 2 статьи 425 Гражданского кодекса договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. Стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах» при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 Гражданского кодекса), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Апелляционный суд установил, что спорное дополнительное соглашение к договору датировано 01.06.2021, подписано истцом 15.06.2021, а ответчиком 30.06.2021. Пункт 3 указанного соглашения устанавливает, что оно вступает в законную силу с момента его подписания. Дополнительное соглашение не содержит оговорки о распространении его действия на прошлые периоды, следовательно, оно вступает в силу с даты его подписания обеими сторонами. 

Суд апелляционной инстанции признал, что содержание дополнительного соглашения от 01.06.2021 состоит в распространении действия этого пункта на отношения по поставкам продукции, возникшие с момента подписания дополнительного соглашения обеими сторонами; указанное дополнительное соглашение не содержит ретроспективной оговорки и прямо устанавливает начало его действия с момента подписания сторонами (то есть с 30.06.2021), следовательно, общество при расчете задолженности по договору необоснованно применило тарифы, которые начали действовать только с 30.06.2021, ввиду чего на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в размере 890 160 рублей. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. 

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Апелляционный суд правомерно произвел перерасчет подлежащих взысканию процентов с исключением периода моратория на возбуждение дел о банкротстве, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, с 01.04.2022 по 01.10.2022, а также учел постановление Правительства Российской Федерации от 26.03.2022 № 474 о применении к спорным отношениям ключевой ставки Банка России, действовавшей по состоянию на 27.02.2022, в размере 9,5% (с 28.02.2022 по 31.03.2022), проценты за пользование чужими денежными средствами составили 120 354 рубля 51 копейку. 

Довод заявителя о том, что истец совершил конклюдентные действия, свидетельствующие о принятии условий спорного дополнительного соглашения с 01.06.2021, а именно оплатил выставленные ответчиком счета № 664, 665 за услуги по хранению с 01.06.2021 по 30.06.2021 на общую сумму 11 349 540 рублей, отклоняются судом округа как основанные на неверном толковании норм права применительно к обстоятельствам дела.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» (далее – информационное письмо № 14), совершение конклюдентных действий может рассматриваться при определенных условиях как согласие на внесение изменений в договор, заключенный в письменной форме.

При этом под конклюдентными действиями понимается поведение, которое выражает согласие с предложением контрагента заключить, изменить или расторгнуть договор. Действия состоят в полном или частичном выполнении условий, которые предложил контрагент.

По смыслу разъяснений данных в пункте 5 информационного письма № 14 произведенную истцом оплату нельзя признать конклюдентными действиями, подтверждающими факт распространения действия спорного дополнительного соглашения на правоотношения сторон с 01.06.2021, оплата счетов осуществлена фабрикой в июле 2021, то есть после фактического подписания дополнительного соглашения (30.06.2021), вступающего в силу по условиям дополнительного соглашения с момента подписания. 

С учетом изложенных обстоятельств правовые основания для иных выводов, в том числе для иной оценки представленных в материалы дела доказательств, у суда кассационной инстанции отсутствуют. Несогласие заявителя с произведенной судом апелляционной инстанции оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены судебного акта в кассационном порядке.

Суд апелляционной инстанции полно и всесторонне исследовал и оценил представленные доказательства, установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применил нормы права.

Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Основания для отмены или изменения постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса), не установлены.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.01.2024 по ходатайству общества исполнение обжалуемого постановления приостановлено на срок до окончания рассмотрения кассационной жалобы. Поскольку кассационная жалоба рассмотрена, приостановление исполнения указанного судебного акта, произведенное названным определением, утратило силу (часть 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса).

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 по делу № А32-46908/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения судебного акта, принятое определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 10.01.2024.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Р.Г. Калуцких

Судьи

В.А. Анциферов

А.И. Мещерин