АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

30 октября 2020 года

Дело №

А55-12242/2020

Арбитражный суд Самарской области

в составе

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бачурихиной Г.Н. 

рассмотрев в судебном заседании  27 октября 2020 года дело по иску

Федерального государственного унитарного предприятия "Торговый дом "Кремлевский" Управления делами Президента Российской Федерации  

От  19 мая 2020 года   № 

к  Обществу с ограниченной ответственностью "Дуслык"  

о взыскании 816 571 руб.

при участии в заседании

от истца – не явился, извещен

от ответчика – ФИО2- генеральный директор (личность установлена)

ФИО3, представитель по доверенности от  29.06.2020 №2

установил:

Федеральное государственное унитарное предприятие «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Дуслык» о взыскании компенсации в размере 816 571 рубль за неправомерное использование товарного знака «Кремлевская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Кремлевский», зарегистрированным по свидетельству № 283007, дата приоритета 18.12.2002 года.

Ответчик в отзыве на иск и в пояснениях, данных в судебном заседании, исковые требования не признает.

Спор рассматривается в соответствии со ст. 156 АПК РФ в отсутствие представителя истца, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, суд признал исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Обращаясь в суд истец указывает, что на территории Российской Федерации ООО «ДУСЛЫК» производит, предлагает к продаже и продает колбасные изделия, а именно колбасу салями, маркированную обозначением «КРЕМЛЕВСКАЯ», сходным до степени смешения с товарным знаком «КРЕМЛЕВСКИЙ», зарегистрированным по свидетельству №283007, дата приоритета 18.12.2002 года. Колбасные изделия в составе товаров 29 класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ) входят в перечень товаров и услуг, для которых зарегистрирован словесный товарный знак «КРЕМЛЕВСКИЙ».

Федеральное государственное унитарное предприятие «Торговый дом «Кремлевский» Управления делами Президента Российской Федерации является правообладателем словесного товарного знака «КРЕМЛЕВСКИЙ» по свидетельству № 283007 с приоритетом от 18.12.2002 г., зарегистрированного в отношении части товаров 29 класса МКТУ.

Таким образом, изготовление и распространение колбасных изделий с нанесенным на этикетке обозначением «КРЕМЛЕВСКИЙ» является нарушением исключительного права Предприятия на товарный знак «КРЕМЛЕВСКИЙ». Такие товары считаются контрафактными (п. 4 ст. 1252 ГК РФ).

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную гражданским законодательством, другими законами.

Договор на использование товарного знака между Истцом и Ответчиком не заключался.

Таким образом, изготовление и распространение колбасных изделий с нанесенным на этикетке обозначением «КРЕМЛЕВСКИЙ» является нарушением исключительного права Истца на товарный знак.

Предприятие в адрес Ответчика направляло претензию № 01-06/1289 от 28.11.2019 г. с требованием о прекращении неправомерного использования Товарного знака и требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак «КРЕМЛЕВСКИЙ», которая была получена Ответчиком. В ответе на претензию от 16.12.2019 г. Ответчик согласился с фактом нарушения исключительных прав на товарный знак и незаконного использования чужого товарного знака, но отказался от выплаты компенсации.

Из материалов дела следует, что факты незаконного использования товарного знака Предприятия подтверждаются тремя закупками образцов продукции, осуществленными в торговой точке ИП ФИО4 (кассовый чек от 29.08.2019; кассовый чек от 19.09.2019; кассовый чек от 26.11.2019). Данные кассовые чеки, а также приложенные к ним фотоматериалы, подтверждают закупки образцов товара салями «КРЕМЛЕВСКАЯ», производителем которого является Ответчик.

В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Как следует из положений п. 3 ст. 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно п. 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В настоящем деле истец просил взыскать компенсацию в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Ответственность за нарушение исключительного права на товарный знак установлена ст. 1515 ГК РФ. Согласно положениям указанной нормы товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно п. 62 Постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, снижение размера компенсации, исчисленного исходя из двукратной стоимости контрафактных экземпляров (товаров) или двукратного размера стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со ст. 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры.

В рассматриваемом случае заявленный ко взысканию размер компенсации оспаривается ответчиком как по примененному истцом порядку расчета, так и по критерию разумности.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что представление лицензионного договора (либо иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом положений ст. 1301, 1311, 1406.1, п. 4 ст. 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права, способы использования права по договору и характер допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); аффилированность между лицензиаром и лицензиатом; иные обстоятельства.

С учетом указанных обстоятельств, суд может определить иную стоимость права использования объекта интеллектуальных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, а, следовательно, и иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

Суд производит оценку обстоятельств рассматриваемого дела с учетом правовых позиций, изложенных в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 N 28-П, а также Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40П.

При этом материалами дела подтверждается нарушение прав истца лишь в течении 4-х месяцев (а не 6-ти) и согласно расчета истца размер компенсации не может быть больше 544 380,66 руб.

Как указано в п. 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, предусмотренная п. 3 ст. 1252 ГК РФ компенсация, будучи мерой гражданско-правовой ответственности, имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Сформулированные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (п. 4.2 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Отсутствие у суда правомочия снизить размер компенсации может повлечь - вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности - явную несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13 декабря 2016 года N 28-П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности (п. 4.4 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака). Кроме того, снижением размера компенсации за нарушение исключительного права с учетом настоящего Постановления не могут подменяться как установление судом обстоятельств рассматриваемого им дела, так и исследование им доказательств, относящихся к допущенному нарушению и условиям правомерного использования товарного знака, на стоимость которого ссылается истец (п. 5 Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П).

Судом принимаются во внимание характер допущенного ответчиком правонарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины ответчика, в частности, то обстоятельство, для ответчика указанное нарушение не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности, последующее поведение ответчика (прекращение нарушения прав истца), отсутствие свидетельств существования на стороне истца убытков, а также то обстоятельство, что определенная экспертом рыночная стоимость права использования на основании неисключительной лицензии предполагает право осуществлять предпринимательскую деятельность на всей территории России, в то время как ответчик осуществляют свою предпринимательскую деятельность в значительно меньшем объеме производства и потребительского спроса.

Принимая во внимание фактические обстоятельства рассматриваемого дела, объем представленных сторонами доказательств, суд исходит из того, что присуждение истцу компенсации за незаконное использование товарного знака в размере 300 000 руб., является необходимой и достаточной санкцией, направленной, с одной стороны, на восстановление имущественное положение правообладателя, а с другой, на стимулирование ответчика к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности, способствует восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Судебные расходы согласно ст. 110, 112 АПК РФ распределяются на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.

В пункте 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.

Руководствуясь ст. 167-171, 180, 181, ч. 1 ст. 259, ч.3 ст.319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Дуслык" в пользу Федерального государственного унитарного предприятия "Торговый дом "Кремлевский" Управления делами Президента Российской Федерации 300 000 руб. - компенсация, 7 102 руб.- расходы по госпошлине.

В остальной части иска отказать.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/

ФИО1