СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                   Дело № А45-30565/2022

 

Резолютивная часть постановления суда объявлена 15 августа 2024 г.

Полный текст постановления суда изготовлен 28 августа 2024 г.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего      Сбитнева А.Ю.,

судей:                                     Дубовика В.С.,

                                               Логачева К.Д.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хохряковой Н.В. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (07АП-6603/23(3)) на определение от 13.06.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-30565/2022 (судья Винникова О.Н) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Арэс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 630054, 

<

...>),

принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделок недействительными,

при участии в судебном заседании:

от предпринимателя ФИО1 – ФИО3 по доверенности от 17.07.2023;

от иных лиц - не явились; 

 

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Арэс» 31.05.2023 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2, впоследствии уточненное в порядке статьи 49 АПК РФ, в котором просит признать недействительными сделками:

- договор аренды транспортного средства МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.) от 01.11.2018, заключенный между ФИО4 и ООО «Арэс»;

- договор № 2 купли-продажи транспортного средства с рассрочкой платежа МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.) от 22.11.2019, заключенный между ФИО1 и ООО «Арэс»;

- договор аренды транспортного средства без экипажа № 2 ТОЙОТА ЛЭНД КРУИЗЕР HDJ100LGNMEZW; 

<

***> (2005 г.в.) от 01.10.2020, заключенный между ФИО1 и ООО «Арэс»;

- соглашение о зачете взаимных требований № 25/20а от 01.11.2021, между ФИО1 и ООО «Арэс»;

- безналичные платежи, совершенные должником в пользу ФИО1 на общую сумму 5 761 000 руб.,

применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «Арэс» 5 761 000 руб.

Определением от 13.06.2024 Арбитражного суда Новосибирской области требование удовлетворено в заявленном виде.

С судебным актом не согласилась ФИО1, обратившаяся в Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что в материалы дела не представлены доказательства несоответствия закону оспариваемых сделок. Апеллянт указывает, что в пользу должника были осуществлены эквивалентные действия, а также возврат 10%  полученных денежных средств, что исключает мнимость оспариваемых сделок. Ответчик полагает, что в материалы дела представлены достаточные доказательства, подтверждающие внесение денежных средств в кассу должника, часть была внесена на расчетный счет.

В дополнении к жалобе (в эл. виде 13.08.2024 18:52) апеллянт указывает, что у суда отсутствовали основания для квалификации оспариваемых сделок по о общегражданским основаниям. При этом, основания для признания недействительными оспариваемых сделок по специальным основаниям, отсутствуют. В материалы дела не представлены доказательства неплатежеспособности должника, причинения вреда кредиторам также не доказано, равно как и не доказано наличие кредиторов, выводы суда о нерыночности сделаны без проведения специальных экспертных исследований. При этом, сам по себе факт аффилированности участников сделки не является основанием для признания сделки недействительной.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий возражает против требования об отмене судебного акта, полагает, что судом первой инстанции правомерно установлены основания для признания оспариваемых сделок недействительными.

Принявшая участие в суде апелляционной инстанции, представитель апеллянта подержала доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, личное участие и явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел жалобу при существующей явке.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителя апеллянта, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Согласно материалам дела, судом первой инстанции установлено следующее.

1) 01.11.2018 между ФИО4 (арендодатель) и ООО «АРЭС» (арендатор) заключен договор аренды автомобиля, по условиям которого арендодатель предоставил арендатору, а арендатор принял транспортное средство, указанные в договоре, во владение и пользование за плату без предоставления услуг по управлению и технической эксплуатации.

В аренду предоставляется следующее транспортное средство: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.).

Согласно пункту 2.1 договора аренды срок начала аренды имущества – 01.11.2018. Срок окончания аренды – 30.12.2020 включительно. Договор может быть продлен сторонами по взаимному соглашению.

В силу пункта 3.2. договора аренды арендная плата за один месяц использования имущества составляет 172 414 руб., в том числе НДФЛ 22 414 руб.

Соглашением от 28.09.2020 стороны расторгли с 28.09.2020 договор аренды от 01.11.2018 на основании пункта 7.1 договора.

2) 22.11.2019 между ФИО1 (продавец) и ООО «АРЭС» (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства с рассрочкой платежа, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает нижеуказанное транспортное средство: МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.).

Цена транспортного средства составляет 5 000 000 руб.

Покупатель оплачивает цену договора в рассрочку в течении года с даты подписания акта приема-передачи путем внесения платежей в порядке предусмотренном подпунктами 3.2.1-3.2.4 (пункты 3.1, 3.2 договора).

Соглашением от 01.11.2021 стороны расторгли договор.

3) 01.10.2020 между ФИО1 (арендодатель) и ООО «АРЭС» (арендатор) заключен договор аренды транспортного средства без экипажа № 2, по условиям которого арендодатель предоставил арендатору, а арендатор принял транспортное средство, указанные в договоре, во владение и пользование за плату без предоставления услуг по управлению ими и их технической эксплуатации.

В аренду предоставляется следующее транспортное средство: ТОЙОТА ЛЭНД КРУИЗЕР HDJ100L-GNMEZW, государственный регистрационный знак 

<

***> (2005 г.в.).

Согласно пункту 2.1 договора аренды срок начала аренды имущества – 01.10.2020. Срок окончания аренды – 31.12.2021 включительно. Договор может быть продлен сторонами по взаимному соглашению.

В силу пункта 3.2. договора аренды арендная плата за один месяц использования имущества составляет 115 000 руб., в том числе НДФЛ 14 950 руб.

Соглашением от 01.11.2021 стороны расторгли с 01.11.2021 договор аренды от 01.10.2020 на основании пункта 7.1 договора.

4) 14.11.2021 между сторонами подписано соглашение № 25/20а, по условиям которого Сторона 1 (ФИО1) является кредитором, а Сторона 2 (ООО «Арэс») должником по следующим договорам.

 

№

Реквизиты договора

Срок

исполнения обязательства

Денежная сумма, которая подлежит выплате (руб.), в т.ч. НДФЛ 13%

1.

Договор аренды автомобиля от 01 ноября 2018г. № б/н

12.10.2020

1 320 000,00

2.

Договор аренды транспортного средства без экипажа № 2 от 01.10.2020

30.10.2021

710 450,00

Итого:

2 030 450,00

 

Сторона 2 является кредитором, а Сторона 1 должником по следующим договорам:

 

№

Реквизиты договора

Срок

исполнения

обязательства

Денежная сумма, которая подлежит возврату (руб,)

1.

Соглашение о расторжении договора купли-продажи ТС с рассрочкой платежа № 2 от 22.11.2019

01.11.2021

2 028 000,00

Итого:

2 028 000,00

 

Согласно пунктам 3, 4 соглашения после проведения зачета взаимных однородных требований по соглашению остаток задолженности Стороны 2 перед Стороной 1 по состоянию на 01 ноября 2021 года составит 2 450 руб., в том числе НДФЛ 13%. Суммы взаимных обязательств считаются погашенными с 01 ноября 2021 года.

В ходе анализа движения денежных средств ООО «АРЭС» конкурсным управляющим ООО «АРЭС» было установлено, что с расчетных счетов ООО «АРЭС» в пользу ФИО1 должником были произведены следующие платежи: 

1) с расчетного счета № 

<

***>, открытого в АО «Райффайзенбанк», в период с 09.10.2020 по 28.05.2021 денежные средства в размере 2 093 200 руб. с назначением платежей «оплата по договору аренды автомобиля...», «оплата по счету ... по договору страхования...», «оплата по договору аренды транспортного средства № 2....»;

2) с расчетного счета № 

<

***>, открытого в ПАО «Альфа-Банк», в период с 03.07.2020 по 11.08.2020 денежные средства в размере 248 000 руб. с назначением платежей «оплата по договору купли-продажи авто...», «оплата по договору аренды автомобиля...»;

3) с расчетного счета № 

<

***>, открытого в ПАО «РОСБАНК», в период с 18.03.2019 по 06.11.2020 денежные средства в размере 3 420 000 руб. с назначением платежей «оплата по договору аренды авто...», «оплата по договору купли-продажи авто...», «оплата по договору аренды автомобиля...».

Обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, управляющий указал, что денежные средства были безосновательно перечислены с расчетного счета должника в пользу заинтересованного лица, в связи с чем оспариваемые сделки образуют состав недействительности применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как сделки, совершенные с целью причинения вреда кредиторам, а также договоры имеют мнимый характер в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Удовлетворяя требование, суд первой инстанции согласился с доводами заявителя о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции не подлежащим отмене или изменению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сделка недействительна в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, если доказано наличие совокупности всех обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда 02.11.2022, в связи с чем большая часть оспариваемых платежей (период с 22.11.2019 по 06.11.2020) совершены должником в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из проведенного анализа финансово-хозяйственной деятельности должника следует, что на протяжении 2019-2020 годов происходило существенное ухудшение одного из основных коэффициентов, характеризующих степень зависимости организации от заемного капитала (коэффициент автономии). Если на 31.12.2019 доля собственных средств в структуре баланса составляла 10 %, то на 31.12.2020 этот показатель ухудшился до 5%. Это показывает, что ввиду сокращения собственных средств (с 10% до 5% от общего капитала организации) у ООО «Арэс» в значительной степени возросла зависимость от кредиторов. 

На момент совершения оспариваемых сделок ООО «АРЭС» имел неисполненные обязательства перед ООО «ТД Меркурий и К», ООО «Грамотеинские ЦЭММ», ООО «НЦ ВОСТНИИ», Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Новосибирской области, ООО «Металл-НК». Однако, принимая во внимание незначительный объем задолженности, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждено наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорных перечислений.

Вместе с тем, судом первой инстанции обоснованно отмечено, что наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки не является безусловным основанием для признания ее недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по заявленным основаниям требуется доказать причинение вреда кредиторам должника оспариваемой сделкой, а также установить совокупность условий, для квалификации сделки в качестве недействительной, причинившей вред имущественным правам кредиторов должника и осведомленности стороны сделки о цели совершения указанной сделки.

Как следует из материалов дела, и подтвердил представитель ФИО1 в суде первой инстанции, генеральный директор должника ФИО5 является его снохой. Таким образом, оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами. 

Применение к аффилированным лицам повышенного стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет высокую вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

ФИО6 не оспаривает факта получения денежных средств в заявленном размере по оспариваемым платежам. Перечисление денег подтверждается выписками с расчетных счетов должника.

Возражая против заявленных требований, ФИО1, как и в суде первой инстанции, приводит доводы о том, что сделки были реальными и исполнялись сторонами, о чем свидетельствуют представленные в материалы дела надлежащим образом оформленные первичные документы, а по сделкам, которые не были исполнены сторонами (договор ДМС с АО «АльфаСтрахование» и договор купли-продажи транспортного средства с рассрочкой платежа) денежные средства, полученные ФИО1, возвращены должнику, что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам № 13 от 20.01.2021 на сумму 500 000 руб., № 14 от 02.02.2021 на сумму 400 000 руб.

С учетом возражений ФИО1 и представленных ею документов оспариваемые конкурсным управляющим произведенные должником платежи в адрес ФИО1 распределяются на следующие группы: 

- платежи по оспариваемому договору аренды транспортного средства МЕРСЕДЕСБЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.) от 01 ноября 2018 года, на сумму 2 160 000 руб.;

- платежи по оспариваемому договору №2 купли-продажи транспортного средства с рассрочкой платежа МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.) от 22.11.2019, на сумму 1 898 000,00 руб.;

- платежи по оспариваемому договору аренды транспортного средства без экипажа № 2 ТОЙОТА ЛЭНД КРУИЗЕР HDJ100LGNMEZW;. 

<

***> (2005 г.в.) от 01 октября 2020 на сумму 680 200 руб.;

- перечисления денежных средств на сумму 1 023 000 руб. в пользу ИП ФИО1 по договору страхования ДМС с назначением платежей: 

1) оплата по счету № 4 от 09.12.2020 по договору страхования ДМС № 8693R/045/00009/20 от 09.12.2020 НДС не облагается на сумму-500 000 руб.;

2) оплата по счету № 5 от 22.12.2020 по договору страхования ДМС № 8693R/045/00009/20 от 09.12.2020 НДС не облагается на сумму 523000 руб.

В качестве обоснования размера арендной платы в материалы дела ФИО1 представлены отчеты оценщика: заключение о величине арендной платы за пользование автомобилем № 2875-1 об оценке рыночной величины арендной платы за пользование Автомобилем MERCEDES – BENZ GL 350 BLUETEC 4MATIC, согласно которому итоговая величина рыночной величины арендной платы за пользование Автомобилем MERCEDES - BENZ GL 350 BLUETEC 4MATIC, с учётом ограничительных условий и сделанных допущений за период с 01.11.2018 по 28.09.2020, составляет, округленно 183 700 рублей в месяц; заключение о величине арендной платы за пользование автомобилем № 2875-1 об оценке рыночной величины арендной платы за пользование Автомобилем Тойота Ланд Круизер HDJ100L-GNMEZW, согласно которому итоговая величина рыночной величины арендной платы за пользование автомобилем Тойота Ланд Круизер HDJ100L-GNMEZW, с учётом ограничительных условий и сделанных допущений за период 01.10.2020 по 01.11.2021, составляет, округленно 121 100 рублей в месяц.

Судом первой инстанции критически отнесся к представленным ФИО1 заключениям о величине арендной платы за пользование спорными транспортными средствами в связи со следующим.

Представленные заключения подготовил специалист ООО «Новая Заря» ФИО7, член Ассоциации «Саморегулируемая организация «Национальная коллегия специалистов – оценщиков» 14 января 2008г., регистрационный номер 00409, место нахождения СРО 119017, г. Москва, Малая Ордынка, дом 14.

Однако, из данных содержащихся на сайте СРО оценщиков следует, что отчеты с данными номерами на сайте СРО не публиковались, а сам оценщик работает в иной организации, а не в ООО «Новая Заря», в текстовой части отчетов упоминается исследование в качестве объекта оценки земельных участков, а не право аренды. 

Кроме того, в материалах дела копия договора лизинга № 1901997-ФЛ/КМР2018 от 15.08.2018, представленная конкурсным кредитором ООО «ТД Меркурий», стоимость финансовой аренды транспортного средства составляет 77 310,43 рублей в месяц. Данные условия являются рыночными к периоду 2018 года, поскольку отражены в исполненном договоре в соответствующий период времени в отношении автомобиля представительского класса.

Стоимость финансовой аренды в данном договоре лизинга, сопоставима с рыночной стоимостью аренды транспортных средств, отраженной в справках оценщика – ООО «Губернские оценщики» от 11.10.2023, представленных в материалы дела конкурсным управляющим.

Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции у апелляционного суда не имеется.

Относительно платежей, произведенных в пользу ФИО1 с назначением платежа «Оплата по счету № 4 от 09.12.2020 г. по договору страхования ДМС №8693R/045/00009/20 от 09.12.2020 НДС не облагается» на сумму 500 000 рублей (ПП от 10.12.2020) и «Оплата по счету № 5 от 22.12.2020 г. по договору страхования ДМС №8693R/045/00009/20 от 09.12.2020 НДС не облагается» на сумму 523 000 рублей (ПП от 23.12.2020), ответчиком представлены пояснения о возврате указанных сумм путем внесения в кассу ООО «АРЭС». 

В качестве доказательств в материалы дела ответчик предоставил квитанцию к приходному кассовому ордеру № 13 от 20.01.2021 на сумму 500 000 рублей, квитанцию к приходному кассовому ордеру № 14 от 02.02.2021 на сумму 400 000 руб.

При этом, судом первой инстанции обоснованно отмечено, что порядок, при котором ответчик могла бы оставить себе наличные денежные средства, которые поступали в качестве страховых премий от страхователей по договорам страхования с различными страховыми компаниями, для которых ФИО1 была страховым агентом, противоречит практике делового оборота и агентскому договору № 8693/4 с АО «АльфаСтрахование».

Так, согласно п. 2.2.9. названного договора «При наличии полномочий на получение страховых премий/взносов/дополнительных страховых премий (взносов), если это прямо указано в доверенности, выданной Агенту Страховщиком, обеспечить сохранность полученной от Клиента страховой премии/взноса/дополнительной страховой премии (взноса) (денежных средств) и сдать их в полном объеме в кассу Страховщика с соблюдением норм законодательства РФ о наличных расчетах или перечислить на расчетный счет Страховщика в полном объеме в срок не позднее 5 (пяти) рабочих дней с даты получения от Клиента (Страхователя) денежных средств. Агенту запрещается прием денежных средств в счет уплаты страховых премий/взносов/дополнительных страховых премий по истечении сроков, предусмотренных договором страхования для их оплаты. Также Агенту запрещается прием страховых премий/взносов/дополнительных страховых премий (взносов) наличными денежными средствами от страхователей юридических лиц, а также страховых премий/взносов/дополнительных страховых премий (взносов), оплачиваемых в валюте, отличной от рубля». 

То есть, наличные денежные средства в обязательном порядке подлежали сдаче ответчиком в кассу страховщика, то есть иным образом сотрудничество страховщика и агента при нормальном деловом обороте было бы невозможно.

Иных сведений, достоверно свидетельствующих о снятии наличных денежных средств как с расчётного счета ИП ФИО1, так и с текущих счетов ФИО1, в материалы дела не представлено.

В подтверждение финансовой возможности ФИО1 в материалы дела представлены справки по форме 2-НДФЛ за 2019, 2020, 2021 годы, которые содержат данные о доходах с кодам 1400 (доходы, полученные от сдачи в аренду или иного использования имущества) и 2400 (доход физического лица от сдачи в аренду транспорта для перевозок (приказ ФНС РФ от 24.10.2017 № ММВ- 7-11/820). 

Однако, само по себе наличие у ФИО1 определенной суммы дохода не исключает необходимости подтверждения финансовой возможности по внесению денежных средств в кассу должника через представление сведений о конкретных операциях (сделках, платежах, операциях по снятию с банковского счета наличных средств и т.д.), даты которых были бы соотносимы с датами их внесения 20.01.2021 и 02.02.2021.

Данных доказательств материалы дела не содержат.

Также судом отмечено, что при наличии у должника и ответчика банковских счетов представляется неразумным и нецелесообразным наличный денежный оборот столь крупных сумм.

Таким образом, в результате совершения оспариваемых сделок должник лишился ликвидного имущества (денежных средств в размере 5 761 000 руб.), что повлекло за собой уменьшение его активов и, как следствие, уменьшение конкурсной массы, за счет которой удовлетворяются требования кредиторов. Безвозмездная передача денежных средств должника ответчику свидетельствует о том, что имущественным правам кредиторов должника причинен вред. 

Вопреки доводам апеллянта, изложенным в дополнении к апелляционной жалобе, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, мнимую (статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления № 63).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, не допускаются. 

Несоблюдение требований, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной (пункт 2). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Из материалов дела усматривается, что заключая оспариваемые сделки, должник не мог не осознавать, что его действия направлены на уменьшение объема принадлежащего ему имущества и, как следствие, уменьшение вероятности погашения задолженности перед кредиторами за счет данного имущества (денежных средств).

С учетом осведомленности сторон сделки о том, что оплата по оспариваемым договорам должником произведена без встречного предоставления (безвозмездно), действия должника и ФИО1 правомерно квалифицированы судом первой инстанции в качестве недобросовестного поведения, направленного на нарушение прав и законных интересов кредиторов. При этом, должник преследовал определенную цель - вывод ликвидного имущества должника в пользу заинтересованного лица.

По правилам пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, лицо, требующее признания сделки ничтожной в силу ее мнимости, должно доказать, что стороны, заключая соглашение, не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида; обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; а также доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц (постановление Президиума ВАС РФ от 07.02.2012 № 11746/11).

При применении пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ судам, учитывая разъяснения пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, необходимо было исследовать и учитывать нестандартный характер сделки, отсутствие экономической обоснованности (наличие общественно-опасных предпосылок от недобросовестного поведения сторон), отсутствие действий, направленных на обеспечение обязательств по сделке, а также отсутствие реальных экономических последствий от сделки, то есть расходования должником денежных средств.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления № 25).

Из анализа договора купли-продажи транспортного средства с рассрочкой платежа № 2 от 22.11.2019 следует, что он предполагал передачу автомобиля 22.11.2019 в г. Кемерово по адресу ул. Притомская Набережная, д. 25 после его полной оплаты, тогда как в данный период времени он уже находился во владении и пользовании ООО «Арэс» по договору аренды от 01.11.2018, при этом в оспариваемом договоре купли-продажи соответствующая ссылка на договор аренды отсутствовала.

Из назначения платежа в платёжном поручении № 296 от 22.11.19 следует, что оплата 1 300 000 руб., это оплата 50 % стоимости транспортного средства. Вместе с тем, согласно пункту 3.1 договора цена автомобиля составляла 5 000 000 рублей.

Согласно справки оценщика - ООО «Губернские оценщики» от 11.10.2023 округленная рыночная стоимость автомобиля МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.) на дату заключения договора купли-продажи составила 1 919 000 руб., что в 2,5 раза ниже цены отраженной в договоре купли-продажи. 

Из ответа ГИБДД следует, что 29.08.2020 МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU зарегистрирован за новым собственником, тогда как из представленных ответчиком документов следует, что автомобиль продолжал сдаваться в аренду ООО «АРЭС» в августе (полный месяц) и в сентябре 2020 года. Платеж на сумму 90 000 рублей по платежному поручению № 934 от 28.09.2020, был учтен ответчиком в акте сверки как платеж по продаже за сентябрь 2020 года.

Таким образом, продажа транспортного средства МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU в период нахождения его якобы во владении ООО «АРЭС», свидетельствует о фактическом владении автомобилем ФИО1, которая обладала всеми полномочиями собственника данного имущества (владение и распоряжение). 

Согласно сведений содержащихся в ответе ГИБДД за владельцами автомобилей (МЕРСЕДЕС-БЕНЦ GL 350 BLU 

<

***> (2015 г.в.) и ТОЙОТА ЛЭНД КРУИЗЕР HDJ100LGNMEZW 

<

***> (2005 г.в.)), числились штрафы за нарушение правил дорожного движения, однако из выписок по счетам ООО «АРЭС» не следует, что должник оплачивал штрафы.

Исходя из выписок по банковским счетам должника, ООО «Арэс» не несло бремя расходов по содержанию транспортных средств, в том числе оплаты штрафов, ОСАГО, технического обслуживания автомобилей, как это предусмотрено договорами аренды.

В судебных заседаниях первой инстанции ответчик не раскрыл, кто фактически распоряжался и управлял переданными в аренду ООО «АРЭС» транспортными средствами, оплачивал штрафы ГИБДД, страховые премии по договорам ОСАГО с 2018 по 2021 год.

Вместе с тем, привлеченный в качестве третьего лица ФИО8 пояснил, что на арендованных ООО «Арэс» автомобилях ездил он сам.

Указанное обстоятельство согласуется с тем, что он является супругом ответчика, лицом, допущенным к управлению транспортными средствами, при этом указные транспортные средства являлись их совместно нажитым имуществом и фактически использовались Х-выми в личных целях.

Согласно ответу РСА на протяжении всего периода владения транспортными средствами страхователем являлась ФИО1, а лицами допущенными к управлению ФИО1 и ФИО8

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что убедительных доказательств о намерении должника и ФИО1 действительно купить/продать и сдать в аренду/получить в аренду транспортные средства в материалы дела не представлено. При этом, экономическая целесообразность в заключении договоров аренды и купли-продажи транспортных средств, в данном случае, не усматривается.

Производственная необходимость ООО «Арэс» в получении в аренду транспортных средств также не подтверждена. Фактически принадлежащее ответчику транспортные средства находилось в пользовании семьи Х-вых.

Заключение договора аренды дорогостоящего транспортного средства с аффилированным лицом в отсутствие доказательств наличия производственной необходимости нельзя считать разумным и экономически обоснованным.

Таким образом, является правомерным вывод суда первой инстанции о том, что на момент совершения сделки (купли-продажи) стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для подобного рода сделок, указанные денежные средства не имели целью опосредовать финансово-хозяйственные операции должника, вытекающие из подобного рода правоотношений.

Принимая во внимание, что оспариваемые сделки совершены заинтересованными лицами единовременно при отсутствии доказательств экономической целесообразности совершения сделок, и последующее соглашение о зачете взаимных требований, что свидетельствует о цели вывода ликвидного актива, за счет которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов должника, суд первой инстанции приходит к выводу о совершении оспариваемых сделок сторонами при злоупотреблении правом, что является основанием для признания их недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

Принимая во внимание, что ООО «Арэс» произвело оплату в адрес ФИО1 в размере 5 761 000 руб. без встречного предоставления, в соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса РФ, указанные денежные средства подлежат взысканию с ФИО1 в пользу ООО «Арэс» в качестве последствий недействительности сделок.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, полно, детально, подробно, достоверно описав представленные в материалы дела доказательства, верно оценил в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, правильно применив нормы материального, процессуального права сделал выводы, соответствующие обстоятельствам дела, принял по делу правомерный и обоснованный судебный акт, содержащий правильные выводы.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены определения не имеется.

По правилам статьи 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной инстанции подлежит взысканию с подателя жалобы, поскольку судебный акт принят не в его пользу.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 13.06.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-30565/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета 2 850 руб. государственной пошлины по апелляционной инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области. 

 

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью состава суда, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети Интернет.

 

Председательствующий                                                                                    А.Ю. Сбитнев

 

Судьи                                                                                                                   В.С. Дубовик

 

                                                                                                                             К.Д. Логачев