ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-20131/2020

22 июня 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 июня 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июня 2022 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.

судей  Брежневой О.Ю., Зориной О.В.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4861/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 по делу №А46- 20131/2020 (судья Бацман Н.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2017, заключённого между ФИО4 и ФИО5, и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

ФИО2 - представитель ФИО6 (паспорт, доверенность от 19.07.2021 № 55 АА 2636281, срок действия до 19.07.2023);

ФИО4 - представитель ФИО7 (удостоверение № 17751 выдано 10.06.2013, доверенность от 30.07.2020 № 55 АА 2391703, срок действия три года),

установил:

решением Арбитражного суда Омской области от 03.03.2021 (резолютивная часть решения оглашена 25.02.2021) ФИО4 (далее – ФИО4, должник)  признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев (до 25.07.2021), в качестве финансового управляющего имуществом должника утвержден ФИО3, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Публикация сообщения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества состоялась в газете «Коммерсантъ» №39 (7001) от 06.03.2021.

30.07.2021 финансовый управляющий имуществом ФИО4 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании недействительной сделкой договора от 14.01.2017 купли-продажи транспортного средства - автомобиля TOYOTA LAND CRUSER 100 VX, 199 г/в, цвет серебристый, VIN 

<

***>, применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.03.2022 суд освободил арбитражного управляющего ФИО3  от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО4; утвердил  финансовым управляющим имуществом ФИО4  ФИО8

Определением от 21.04.2022 суд определил в удовлетворении заявления, поданного финансовым управляющего имуществом ФИО4 ФИО3, о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 14.01.2017, заключённого между  ФИО4  и ФИО5, и применении последствий ее недействительности – отказать.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой обратился ФИО2, просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы и в дополнениях к ней её заявитель указал, что вопреки выводам суда первой инстанции, в материалы дела представлены доказательства неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемой сделки и неисполненных обязательств перед кредиторами.

Оспариваемая сделка совершена безвозмездно со злоупотреблением правом в целях уменьшения активов должника, вывода имущества из под обращения взыскания, с нарушением прав кредиторов должника на удовлетворение их требований за счет конкурсной массы должника.

Судом первой инстанции не рассмотрено заявленное в письменном виде заявление о фальсификации доказательств, результаты его рассмотрения не отражены ни в протоколе судебного заседания, ни в итоговом судебном акте, не рассмотрены судом ходатайства об истребовании доказательств (в части истребований сведений из ФНС и ГИБДД), а также ходатайство ответчика о вынесении частного определения.

Оспариваемая сделка с учетом обстоятельств ее совершения подпадает под специальные основания для оспаривания, предусмотренные п.1 ст. 170 ГК РФ, поскольку очевидно, что стороны по сделке не совершали фактически сделку купли-продажи, а лишь формально перерегистрировали автомобиль в ГИБДД. По мнению апеллянта, суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств об  истребовании информация и копии документов, которые будут подтверждать мнимость совершенной сделки. 

Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнениях к ней.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2022 апелляционная жалоба принята, возбуждено производство по апелляционной жалобе.

До начала судебного заседания от ФИО2 поступили  дополнения по апелляционной жалобе. 

Представитель ФИО4 подтвердил получение указанных дополнений, не возражал против их приобщения к материалам дела.

Суд приобщил к материалам дела поступившие дополнения.

В судебном заседании Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просит его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель ФИО4 считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Повторно рассмотрев материалы дела, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Как следует из материалов дела, в требований финансовый управляющий указал, что оспаривая сделка была совершена в период наличия у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества. 

По  мнению заявителя, в результате совершенной сделки был причинен ущерб кредиторам должника, поскольку было отчуждено имущество, за счет которого могла быть погашена задолженность перед кредиторами.

Также, по мнению финансового управляющего, цена сделки существенно занижена, стоимость автомобиля оспариваемой сделки ориентировочно составляет 1 200 000 руб. 

Из материалов дела следует, что дело о банкротстве должника было возбуждено определением Арбитражного суда Омской области от 04.12.2020, тогда как оспариваемая сделка совершена 14.01.2017.

 Соответственно оспариваемая сделка совершена за пределами трехгодичного срока, в то время как законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником- банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. 

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Исходя из разъяснений пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Между тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10044/11 от 17.06.2014, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, либо с ненадлежащим встречным предоставлением является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствует как минимум один из обязательных признаков - совершение сделки в трехлетний период подозрительности.

Однако приводимые финансовым управляющим и конкурсным кредитором доводы в полной мере охватываются диспозицией пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сводятся к обоснованию причинения вреда имущественным правам кредиторов (неравноценность встречного предоставления, совершение сделки в пользу заинтересованного лица – брат должника, неплатежеспособность должника, продолжение пользования имуществом).

Основания квалифицировать сделку по статьям 10, 168 ГК применительно к имеющимся обстоятельствам отсутствуют.

Доводы апелляционной жалобы, дополнений к ней,  по существу сводящиеся к мнимости указанной сделки суд апелляционной инстанции отклоняет.

   Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). 

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069).

Поскольку сделка совершена  14.01.2017 , то есть за пределами трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника,  в удовлетворении заявления отказано правомерно.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Суд отклоняет доводы апеллянта  о мнимости сделки.

Позиция апеллянта по существу сводится к тому что фактически имущество не выбывало из собственности и пользования должника,  целью сделки являлся вывод активов должника посредством заключения заведомо невыгодной сделки в ущерб кредиторам должника. Невыгодность сделки заключалась в ее безвозмездности. 

По убеждению суда апелляционной инстанции,  даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал управляющий и кредитор, у суда первой инстанции не было оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствовал как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности.

В рассматриваемом случае договор купли – продажи заключен, зарегистрирован в органах ГИБДД, согласно сведениям поступившим из ГИБДД неоднократные штрафы оформлялись именно на  покупателя, а не должника (л.д. 87-88, том 2), штрафы плоачивал также ФИО5, а не должник (л.д75-78, том 2), согласно документам, поступившим из  страховых организаций именно ФИО5 являлся страхователем, а не должник. 

Сам по себе факт указания должника в графе лиц, допущенных к управлению транспортным средством не свидетельствует о мнимости сделки, поскольку не доказано, что должник фактически пользовалась  автомобилем и о не выбывал из его владения, также в графе  фактически допущенных  к управлению указаны и иные лица. 

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, о квалификации недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, ошибочны, как противоречащие приведенным нормам права и правовым позициям Верховного Суда Российской Федерации.

В удовлетворении ходатайство об истребовании документов и сведений суд апелляционной инстанции отказал, поскольку суд первой инстанции в частности истребовал сведения из страховых организаций и часть истребованных документов поступили в материалы дела, в связи с чем суд счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу по имеющимся материалам дела,  в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля суд апелляционной инстанции также отказал, поскольку обстоятельства которые могут быть подтверждены письтменными доказательствами, не могут быть подтверждены или опровергнуты свидетельскими показаниями. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не разрешил заявление о фальсификации не привел к принятию не правильного судебного акта. 

На основании абзаца четвертого пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции заявлений о фальсификации доказательств, представленных в суд первой инстанции, так как это нарушает требования части 3 статьи 65 АПК РФ о раскрытии доказательств до начала рассмотрения спора, за исключением случая, когда в силу объективных причин лицу, подавшему такое заявление, ранее не были известны определенные факты. При этом к заявлению о фальсификации должны быть приложены доказательства, обосновывающие невозможность подачи такого заявления в суд первой инстанции.

Из системного толкования приведенных норм и разъяснений следует, что заявление о фальсификации может быть рассмотрено апелляционным судом лишь в следующих случаях: когда о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ было заявлено суду первой инстанции, однако суд такое заявление не рассмотрел по необоснованным причинам либо когда заявление о фальсификации доказательств не было заявлено суду первой инстанции по уважительным причинам.

Суд первой инстанции предупредил сторон об уголовной ответственности, однако в судебном акте и в протоколе не разрешил по существу ходатайство.

Заявлено о фальсификации  заказ-наряда №27 от 18.01.2017.

По смыслу статьи 161 АПК РФ, предоставляющей лицам, участвующим в деле, право обратиться в арбитражный суд с заявлением о фальсификации доказательства, лицо, заявившее о фальсификации доказательства, должно не только указать, в чем именно заключается фальсификация, но также и представить суду доказательства, подтверждающие факт фальсификации.

В соответствии с абзацем 2 пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

В рассматриваемом случае качестве обоснования заявления о фальсификации указано на то, что  указанные работы в нем не выполнялись, работы не отражыены в бухгалетрской отчетности, что свидетельствует о недостоверности содержащихся в акте сведений.

Таким образом, заявляя о фальсификации акта кредитор фактически подменяет  обязанность по опровержению сведений, отраженных в указанном документе (статья 65 АПК РФ), на процедуру фальсификации доказательства (статья 161 АПК РФ), что недопустимо.

В связи с изложенным, суд отказывает в удовлетворении заявления о фальсификации. 

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 по делу №А46-20131/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

В.А. Зюков

Судьи

О.Ю. Брежнева 

 О.В. Зорина