АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-42000/2018

Дело № А65-5988/2017

г. Казань

14 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 марта 2019 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Конопатова В.В.,

судей Богдановой Е.В., Ивановой А.Г.,

при участии:

представителя ООО «Югра-Электроникс» – Спиридонова С.А., доверенность от 09.01.2019,

представителя Кирилловой О.А. – Голубцова А.С., доверенность от 21.09.2018, 

Кирилловой О.А. – лично, паспорт,

ГК «Агентство по страхованию вкладов» – Митрофанова А.А., доверенность от 03.12.2018, Коваленко С.В., доверенность от 03.12.2018.

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Кирилловой Ольги Александровны 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 (судья Маннанова А.К.) и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 (председательствующий судья Александров А.И., судьи Радушева О.Н., Садило Г.М. )

по делу № А65-5988/2017

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс» Сафина Фадбира Магусовича о привлечении к субсидиарной ответственности Шарафеева Айрата Ренатовича, Кирилловой Ольги Александровны, с участием третьего лица – общества с ограниченной ответственностью общества с ограниченной ответственностью «Глобалконсалтинг», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 04.04.2017 поступило заявление публичного акционерного общества «Татфондбанк» (ПАО «Татфондбанк») в лице временной администрации по управлению кредитной организацией о признании общества с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс» (ООО «Югра-Электроникс») несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.07.2017 ООО «Югра-Электроникс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Сафин Фадбир Магусович, являющийся членом Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих»; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №142 от 05.08.2017. 

В Арбитражный суд Республики Татарстан 20.11.2017 поступило исковое заявление конкурсного управляющего ООО «Югра- Электроникс» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего ликвидатора должника - Шарафеева Айрата Ренатовича (вх.№ 39018).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.03.2018 в качестве соответчика привлечена Кириллова Ольга Александровна, осуществлявшая полномочия генерального директора должника до ликвидатора. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.07.2018 суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Глобалконсалтинг». 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 заявление конкурсного управляющего ООО «Югра-Электроникс» о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего ликвидатора должника - Шарафеева Айрата Ренатовича, Кирилловой Ольги Александровны, удовлетворено. Шарафеев Айрат Ренатович и Кириллова Ольга Александровна привлечены к субсидиарной ответственности. Приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда 26.11.2018 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, Кириллова О.А. обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой и дополнениями к ней, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит состоявшиеся судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не учли, что Кириллова О.А. являлась номинальным руководителем должника и не располагала бухгалтерской и иной документацией, которую должна была передать арбитражному управляющему, не доказана причинно-следственная связь между отсутствием документации и невозможностью сформировать конкурсную массу и удовлетворить требования кредиторов. Судами также необоснованно не учтено, что Кириллова О.А. раскрыла информацию о фактически контролировавших должника лицах, а также то, что отсутствует информация о причинении имущественного вреда кредиторам действиями (бездействием) Кириловой О.А. Судебные акты обжалуются только в части привлечения к субсидиарной ответственности Кириловой О.А.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В судебном заседании Кириллова О.А. и ее представитель поддержали доводы кассационной жалобы, представитель конкурсного управляющего должника и конкурсного управляющего ПАО «Татфондбанк» просили обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Заслушав представителей, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия не находит оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судами, руководителем должника на дату признания должника банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, являлся Шарафеев Айрат Ренатович, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ и сторонами не оспаривается.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2017 удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника об истребовании у ликвидатора должника Шарафеева Айрата Ренатовича документации, печати и имущества должника. 

Указанная обязанность, предусмотренная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве не исполнена. Таким образом, бывший руководитель должника, ликвидатор уклонился от передачи бухгалтерской и иной документации должника, имущества и печати. 

Как указывал конкурсный управляющий, отсутствие указанных документов не позволяет сформировать объективную картину об имущественном положении, наличии имущества и имущественных правах должника, что само по себе усложняет формирование конкурсной массы, исполнение обязанностей конкурсного управляющего. 

По результатам проведения анализа финансового состояния должника конкурсным управляющим выяснилось искажение бухгалтерской отчетности. 

Согласно данным бухгалтерского баланса за 2016 год у должника имеются активы, дебиторская задолженность в размере 743 164 000 руб., основные средства – 17 000 руб., запасы – 215 994 000 руб., финансовые вложения – 1 312 109 000 руб., прочие оборотные активы – 822 258 000 руб. Однако, указанные активы конкурсным управляющим не обнаружены, правоустанавливающие документы на указанные активы отсутствуют. Конкурсным управляющим осуществлен выезд на место нахождения должника, однако по указанному адресу находится Министерство земельных и имущественных отношений РТ, офисов коммерческих компаний, в том числе должника, не имеется. 

Согласно ответам регистрирующих органов у должника отсутствует зарегистрированное за ним имущество. Конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества, по результатам которой обнаружена только дебиторская задолженность: право требования к ООО «Люксор» в размере 532 165,91 рубля. Действительная стоимость имущества (дебиторская задолженность) не соответствует балансовой стоимости - 743 164 000 руб., и составляет - 532 165,91 рубля. Основные средства, финансовые вложения, запасы, прочие оборотные активы отсутствуют. Таким образом, суды пришли к выводу, что сведения, содержащиеся в балансе должника за 2016 год, искажены, не соответствуют финансово- хозяйственной деятельности должника.

Конкурсным управляющим был проведен анализ расчетных счетов должника, в результате анализа выявилось, что с расчетных счетов должника в ПАО «Ак Барс банк» и ПАО «Татфондбанк» в период с 2014 по 2016 года осуществлялись платежи с формулировкой «за бытовую технику».

Однако, как указывает конкурсный управляющий, поставка бытовой техники должнику не осуществлялась, в результате чего, у получателей денежных средств возникло неосновательное обогащение, что подтверждается судебными актами. 

Платежи осуществлялись систематически в период исполнения обязанностей руководителя должника Шарафеевым А.Р. и Кирилловой О.А. (предыдущий руководитель). 

В период с 07.02.2012 по 24.03.2016 полномочия руководителя должника осуществляла Кириллова О.А., в период с 25.03.2016 по дату признания должника банкротом - Шарафеев А.Р.

Как считает конкурсный управляющий, ответчики не могли не знать о списании денежных средств с расчетного счета должника в отсутствие встречного исполнения по поставке ТМЦ на протяжении более двух лет. При том, что правом подписи платежных документов обладали ответчики. В результате необоснованных платежей у должника выбыло 3 461 667 074,55 рубля. 

Первичных документов бухгалтерского учета, подтверждающих, что должник вел активную хозяйственную деятельность, осуществлял продажу бытовой техники, заключал реальные сделки по поставке товара, конкурсному управляющему не было передано. Согласно ответам регистрирующих органов у должника отсутствует зарегистрированное за ним имущество для осуществления деятельности: транспортные средства, недвижимое имущество (склады, офис) и т.п. Также конкурсным управляющим не обнаружено у должника имущество, принадлежащее ему на праве аренды. Общества, в адрес которых, были осуществлены платежи, в настоящий момент признаны банкротами и находятся в процедуре конкурсного производства. 

Согласно определениям Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2017 по делу №А65-6021/2017, от 25.12.2017 по делу №А65-6394/2017, от 17.12.2017 по делу №А65- 31162/2016, от 22.01.2018 по делу №А65-8047/2017, удовлетворены требования конкурсного управляющего должника о включении в реестр суммы неосновательного обогащения в отсутствие встречного исполнения по поставке. 

Судом было установлено отсутствие доказательств поставки товара в адрес должника. Кроме того, из переданных ответчиком конкурсному управляющему документов по дебиторам, также отсутствуют первичные документы бухгалтерского учета, подтверждающие поставку товара в адрес должника. 

Конкурсный управляющий считает, что указанные платежи осуществлялись систематически, безвозмездно, без встречного исполнения, были направлены исключительно на выбытие денежных средств должника, следовательно, носили мнимый характер. Кроме того, ответчиками в период исполнения ими обязанностей руководителя должника не предпринимали никаких мер по взысканию неосновательного обогащения с получателей денежных средств за период с 2015 по 2017 года. Первичные документы бухгалтерского учета, подтверждающие обоснованность списания денежных средств в период исполнения ими обязанностей руководителя должника, ответчиками не представлено.

В суде первой инстанции ответчик Шарафеев А.Р. указал, что им исполнена обязанность по передаче документации конкурсному управляющему, а именно переданы документы по дебиторской задолженности в размере 2 622 435 261, 57 рубля, отраженной в бухгалтерском балансе в размере 743 164 000 руб. 

Третье лицо ООО «Глобалконсалтинг» представило пояснения в суд первой инстанции о том, что 01.01.2014 между должником и ООО «Глобалконсалтинг» был заключен договор №ГК-24-1 о комплексном оказании управленческих услуг в области бухгалтерского учета и налогообложения, услуги в области корпоративного управления. Ликвидатором ООО «Глобалконсалтинг» были переданы сохраненные документы, касающиеся контрагентов ООО «Глобалконсалтинг», в том числе относительно должника были переданы платежные поручения, переписка с контрагентами и сотрудниками ПАО «Татфондбанк». Вся найденная документация была направлена в адрес Кирилловой О.А.

Устанавливая факт наличия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц и отклоняя доводы Шарафеева А.Р. и Кирилловой О.А. о «номинальности» их руководящей должности, суды первой и апелляционной инстанции, правомерно руководствуясь пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также разъяснениями пунктов 3, 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), пришли к выводу, что номинальный руководитель, принимавший ключевые решения по указанию не утрачивает статуса контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от обязанности по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом.

Судами также установлено наличие оснований для привлечения Шарафеева А.Р., как последнего руководителя должника в период с 25.03.2016 до даты введения конкурсного производства, к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за несоблюдение обязанности по ведению (составлению) и хранению документов бухгалтерского учета и отчетности должника и непередачу данной документации конкурсному управляющему, что привело к невозможности формирования конкурсной массы, затруднение проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве

В указанной части судебные акты Кирилловой О.А. не обжалуются.

В части привлечения к субсидиарной ответственности Кирилловой О.А., как руководителя должника в период с 07.02.2012 по 24.03.2016, судами установлено, что в период 2015-2016 гг. должником совершались многочисленные расчетные операции с контрагентами в отсутствие оправдательных документов по поставке товара.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства

Оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, суды первой и апелляционной инстанции установили совершение должником перечислений денежных средств с расчетного счета должника в отсутствие встречного исполнения на протяжении трех лет без предъявления каких-либо требований о возврате ошибочно уплаченной суммы либо поставки товара.

Вместе с тем, действуя разумно, добросовестно и справедливо с момента платежа ответчик не обращалась с требованиями о возврате перечисленных денежных средств, либо исполнения принятых на себя обязательств. Платежи между «контрагентами» и должником на значительную сумму носили системный, повторяемый характер. Перечисление денежных средств платежными поручениями на значительную сумму осуществлялось должником неоднократно с назначением платежа «оплата по договору», приняв во внимание, что с 2014 года должник встречного исполнения либо возврата денежных средств не требовал, следовательно, поведение ответчиков, в период исполнения ими обязанностей руководителя должника в рассматриваемой ситуации выходит за рамки обычного поведения хозяйствующего субъекта, осуществляющего свою предпринимательскую деятельность (деятельность, направленную по получение прибыли), поскольку при неправомерном перечислении денежной суммы разумным являлось бы незамедлительное направление требования о возврате денежных средств, а при перечислении в счет оплаты – требования о передаче имущества.

Судами установлено, что ответчик, совершая перечисления денежных средств, выступающие от имени общества, без видимых на то правовых и экономических оснований совершила отчуждение ликвидного имущества имеющего значительную стоимость в пользу обществ – банкротов, также не имеющих, в свою очередь, какого-либо ликвидного имущества. При этом не представлены доказательства реальности, фактической поставки товара. 

По результатам инвентаризации, как должника, так и его «контрагентов», которые также признаны банкротами, имущество, подтверждающее возможность ведения хозяйственной деятельности, а также сами товарно-материальные ценности, не обнаружены. В период совершения спорных хозяйственных операций общество не имело основных средств, недвижимого имущества, транспортных средств, а также трудовых ресурсов, необходимых для поставки товарно-материальных ценностей. 

Проведя анализ движения денежных средств по расчетному счету должника, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у данной организации расходов, присущих реальной предпринимательской деятельности (на выплату заработной платы, арендные платежи, коммунальные услуги, канцелярские товары и т.п.). Поступившие от общества денежные средства перечислены на счета организаций, имеющих признаки фирм-"однодневок", не обладающих материальными и трудовыми ресурсами, необходимыми для ведения реальной предпринимательской деятельности, которые одновременно приняли решение о добровольной ликвидации и, в настоящий момент, признаны банкротом. Доказательства привлечения должником к поставке товара сторонних организаций и/или физических лиц, равно как и документы, подтверждающие несение контрагентом расходов по гражданско-правовым договорам, в ходе судебного разбирательства не представлено.

Доставка (перевозка) бытовой техники от контрагентов в адрес должника документально не подтверждена, товарно-транспортных накладных или транспортных накладных, путевых листов либо иных документов, достоверно подтверждающих доставку товара, в материалы дела не представлены. 

Не представлены доказательства наличия специального транспорта, базы для хранения, доказательства оприходования товара и технической возможности принять товар. В материалах дела по обособленным спорам (по требованиям кредитора) отсутствуют товарно-транспортные накладные, свидетельствующие о передаче товара транспортной (экспедиционной) компании, указанной покупателем, а также доказательства отпуска товара должнику со склада кредитора, в случае самовывоза. 

Сведений у конкурсного управляющего о заключении договоров с экспедиционной компанией или наличии у должника собственного транспорта для осуществления доставки товара, а также о наличии у должника помещения необходимого для складирования такого объема товара, не имеется. 

Кроме того, не представлены доказательства возможности поставки товара должнику в заявленном объеме, отсутствуют сведения о складировании, условиях хранения, перевозки, принятия товара должником, оприходования. 

В универсальных передаточных документах отсутствуют адреса поставки товара. Доказательства несения должником в 2014-2016г.г расходов на доставку товара транспортной компанией не имеется, так же как и доказательств наличия собственного автомобильного транспорта для доставки товара (самовывоз) и технической возможности для ее хранения. В представленном бухгалтерском балансе отсутствуют информация, свидетельствующая о заключении контрагентами с должником договоров поставки и подтверждающей кредиторскую задолженность должника. 

Таким образом, суды пришли к правильному выводу, что фактические взаимоотношения должника с контрагентами не преследовали цель осуществления предпринимательской деятельности.

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества. Обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению документов бухгалтерского учета и (или) отчетности установлена Федеральным законом № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 17, 29 указанного Федерального закона). Данная обязанность лежит на руководителе должника.

К документам бухгалтерского учета и (или) отчетности согласно статьям 9, 10, 13 ФЗ «О бухгалтерском учете» относится: первичная учетная документация, регистры бухгалтерского учета и отчетная бухгалтерская документация. Первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет, служат документы, фиксирующие факты совершения хозяйственной операции. Регистры бухгалтерского учета предназначены для систематизации и накопления информации, содержащейся в принятых к учету первичных документах, для отражения ее на счетах бухгалтерского учета и в бухгалтерской отчетности. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием законодательства.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. В рассматриваемом случае конкурсный управляющий обществом дал суду пояснения относительно того, какие затруднения возникли вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком обязанности по передаче документации.

Согласно бухгалтерского баланса должника за 2016 год, у должника на последнею отчетную дату имелись активы: дебиторская задолженность в размере 743 164 000 руб., основные средства – 17 000 руб., запасы – 215 994 000 руб., финансовые вложения – 1 312 109 000 руб., прочие оборотные активы – 822 258 000 руб. По итогам инвентаризации конкурсным управляющим было выявлено имущество должника на сумму 532 165,91 рубля дебиторская задолженность к одному юридическому лицу, в отличие указанной в балансе 743 164 000 руб.

Конкурсным управляющим проведена работа взысканию дебиторской задолженности на основании представленных Шарафеевым А.Р. первичных документов, а именно договоров и универсально-передаточных документов.

Установлено, что все дебиторы являются банкротами, в связи с чем, конкурсный управляющий обратился в суд с требованиями о включении в реестр требований кредиторов. 

Должник включился в реестры требований кредиторов на общую сумму 372 103 259,05 рубля, отказано во включении в реестр в связи с отсутствием первичных документов на общую сумму 2 281 882 742,25 рубля. 

Доказательств уважительности причин непредставления документации, в том числе бухгалтерских балансов, инвентаризационных описей, договоров купли-продажи и иных документов, отражающие активы должника, ответчиком не указано, само имущество тоже не представлено, в связи с чем, суды пришли к правильному выводу, что у конкурсного управляющего отсутствовала возможность полноценного формирования конкурсной массы, что повлекло для кредиторов должника неблагоприятные последствия. Указанные обстоятельства позволили судам сделать вывод о том, что данные бухгалтерских балансов за 2016 год не соответствуют реальной хозяйственной деятельности должника и не могут приниматься во внимание в отсутствии первичной документации бухгалтерского учета. 

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно признали, что доводы конкурсного управляющего соответствуют условиям упомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 постановления № 53, перешло на ответчиков.

Установив данные обстоятельства, суды признали, что материалами дела подтверждены значимые для разрешения дела обстоятельства: недостаточность имущества должника для удовлетворения требований конкурсных кредиторов; неисполнение ответчиком обязательства по передаче документации (объективная сторона правонарушения); вина субъекта ответственности, исходя из того, что ответчик не приняла все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру обязательства и условиям оборота; наличие причинно-следственной связи между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. Учитывая, что отсутствие первичных документов препятствовало конкурсному управляющему в получении достоверной информации об объеме и составе имущества должника и привело к невозможности сформировать конкурсную массу в целях удовлетворения требований конкурсных кредиторов, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника – Кирилловой О.А. к субсидиарной ответственности в порядке пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

На момент рассмотрения данного обособленного спора в суде первой инстанции, отсутствовала возможность определить размер ответственности ответчиков, поскольку не все мероприятия конкурсного производства по формирования конкурсной массы завершены, к расчетам с кредиторами конкурсный управляющий не приступал, в связи с чем суд правомерно приостановил производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности, до окончания расчетов с кредиторами.

Судами правомерно отклонены доводы ответчика, касающиеся освобождения от субсидиарной ответственности в связи с фактами раскрытия номинальным руководителем должника информации о виновном лице, недоступной независимым участникам оборота, поскольку, по мнению судов, ответчики не раскрыли соответствующую информацию, которая позволила установить фактического руководителя должника и его имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника, не представили доказательств, в чьих интересах и по чьей воли действовали ответчики. Только устное указание на то, что все первичные документы бухгалтерского учета, платежно–расчетные документы, подписывались по указанию неких лиц, работающих в ООО «Глобалконсалтинг», не может являться основанием для признания ответчиков номинальными руководителями и освобождении их от субсидиарной ответственности.

При этом, судебная коллегия считает необходимым отметить то, что вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя зависит от того, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). 

Доводы Кирилловой О.А. о том, что должник являлся несамостоятельной, а полностью зависимой от действий иных лиц организацией и контроль за совершением транзитных операций осуществляло ПАО «Татфондбанк» путем дачи соответствующих указаний ООО «Глобал Консалтинг», которое, в свою очередь давало указания ей как номинальному руководителю на подписание необходимых документов правомерно отклонены судебными инстанциями на основании пункта 6 постановления Пленума № 53, в соответствии с которым номинальный руководитель, принимавший ключевые решения по указанию не утрачивает статуса контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от обязанности по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчик фактически не осуществляла распоряжение счетом должника и не имела доступ к находящимся на счете денежным средствам, в то время как в силу наличия у нее статуса руководителя общества обладание ими соответствующими правомочиями презюмируется; во-вторых, указанное обстоятельство формального участия ответчика в создании организации, не осуществляющей реальную хозяйственную деятельность, не основано на законе и не свидетельствует о возможности освобождения такого руководителя от обязанности обеспечения надлежащего контроля над денежными средствами общества и осуществляемыми денежными операциями. 

Доводы кассационной жалобы о том, что лицами, фактически контролировавшими должника являются Мусин Р.Р., ПАО «Татфондбанк», а также ряд технических организаций, входивших в группу компаний DOMO отклоняется судебной коллегией, поскольку указанный довод заявителем не представлялся ни в суд первой инстанции, ни в апелляционный суд. Новые доводы и доказательства не принимаются судом кассационной инстанции в силу полномочий, определенных статьей 286 АПК РФ.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку они направлены на переоценку выводов суда первой и апелляционной инстанций, основания для которой в силу статьи 286 АПК РФ у суда кассационной инстанции отсутствуют.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены обжалованного судебного акта, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, судебная коллегия не находит.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в том числе в Определении от 17.02.2015 года №274-О, статьи 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 АПК РФ суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы, а принятые по делу судебные акты считает законным и обоснованным. 

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 по делу № А65-5988/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья				В.В. Конопатов

Судьи								Е.В. Богданова									

А.Г. Иванова