АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4301/2024

19 сентября 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Басос М.А.

судей Меркуловой Н.В., Черняк Л.М.

от лиц, участвующих в деле, представители не явились;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Верадо» на решение от 16.04.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2024 по делу № А51-11054/2023 Арбитражного суда Приморского края по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Верадо» (ОГРН 1142543016472, ИНН 2543055158) к Владивостокской таможне (ОГРН 1052504398484, ИНН 2540015767) о признании незаконным решения    

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Верадо» (далее - общество) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее - таможня, таможенный орган) от 27.03.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары, 

№ 10702070/070520/0091984, 

№ 10702070/080520/0093399, 

№ 10702070/080520/0093951 (далее – декларации). 

Решением суда от 16.04.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2024, в удовлетворении заявленных требований отказано.

С кассационной жалобой в Арбитражный суд Дальневосточного округа обратилось общество, которое просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, считая их принятыми с неправильным применением норм материального права, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований. 

В обоснование кассационной жалобы приведены доводы о несогласии с выводами судов о том, что общество не представило доказательств согласования порядка оплаты товаров с продавцом в соответствии с согласованными условиями внешнеэкономического контракта. Заявитель кассационной жалобы указывает, что оплата за поставленные товары произведена на счета третьих лиц в соответствии с соглашением сторон контракта; в заявлениях на перевод валюты имеется ссылка на контракт, номер инвойса, номера деклараций; ведомости банковского контроля содержат информацию о декларациях и платежах по контракту. При таких обстоятельствах, как полагает общество, у таможенного органа имелась возможность идентифицировать платежи с поставкой товаров. Приводит доводы о том, что дополнительные документы о взаимоотношениях продавца и третьих лиц таможенным органом в ходе проверки не запрашивались. Указывает на представление в ходе судебного разбирательства переписки с продавцом о статусе третьих лиц, в пользу которых произведена оплата товара. Общество не согласно с выводом судов о невозможности принять в качестве надлежащих доказательств экспортные декларации, которые не были представлены в ходе таможенного контроля.

В направленном в суд кассационной инстанции отзыве на кассационную жалобу таможня против ее доводов возражала, просила оставить в силе принятые по делу судебные акты.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о начале судебного процесса с их участием, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не явилось препятствием для рассмотрения кассационной жалобы. 

Изучив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, а также соответствие выводов в указанных актах установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующему.

Как установили суды, в мае 2020 года во исполнение контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRING VER-FOB, заключенного с компанией «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD» (продавец), в адрес общества на таможенную территорию Евразийского экономического союза из КНР на условиях FOB Шанхай ввезен товар «пленка декоративная из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, предназначена для упаковки промышленного и бытового назначения». 

В целях таможенного оформления указанного товара общество подало в таможню декларации, определив таможенную стоимость товаров по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами». Товары по указанным таможенным декларациям выпущены в свободное обращение. 

С целью проверки достоверности сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, в части таможенной стоимости товаров, таможенным органом в период с 15.02.2023 по 17.03.2023 проведена проверка документов и сведений после выпуска товаров, результаты которой оформлены актом проверки от 17.03.2023 №1070200/211/170323/А000793.

В рамках контрольных мероприятий таможенным органом в адрес общества направлен запрос о предоставлении документов и сведений от 15.02.2023 №26-12/05797, в ответ на который обществом даны пояснения, а также представлена часть запрошенных документов. 

По результатам таможенного контроля после выпуска товаров таможня установила, что в сравниваемый период времени аналогичные товары того же производителя ввозились на таможенную территорию ЕАЭС с индексом таможенной стоимости 2,02 - 2,31 долларов США/кг, что на 35% - 43% превышает заявленный обществом уровень цен. На одну и ту же дату между обществом и его инопартнером были оформлены коммерческие документы на идентичные товары, содержащие различную стоимость. Представленные платежные документы не идентифицируются с конкретной поставкой, поскольку оплата произведена в адрес третьих лиц при отсутствии соглашения сторон о возможности перевода денежных средств конкретному лицу по соответствующим реквизитам и в противоречие с положениями китайского валютного законодательства. Не представлены экспортные декларации, что не позволило проверить заявленную таможенную стоимость товаров в стране вывоза. Сведения о таможенной стоимости товаров нельзя считать основанными на достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации.

Таможенным органом принято решение от 27.03.2023 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, заявленные в декларациях, которым начислены дополнительные таможенные платежи.

Несогласие с решением таможни послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд с требованиями о признании его незаконным.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, в удовлетворении требований отказал. 

Суды указали, что выявленное на этапе таможенного контроля значительное отклонение заявленной таможенной стоимости товаров от информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа, не было объяснено соответствующими надлежащими доказательствами. Суды исходили из того, что осуществление обществом валютных платежей в пользу третьих лиц, взаимоотношения которых с продавцом импортируемого товара не следуют из коммерческих и платежных документов, вступает в противоречие с действующим правовым регулированием в стране вывоза товаров и не подтверждает факт оплаты ввезенных товаров в пользу продавца.

Суд кассационной инстанции, проверив законность и обоснованность обжалуемых решения и постановления в пределах доводов кассационной жалобы (часть 1 статьи 286 АПК РФ), поддерживает принятые по делу судебные акты, исходя из следующего.

Как установлено статьей 104 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру. В декларации на товары указываются сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 ТК ЕАЭС (подпункты 1, 4, 9, пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

Согласно пунктам 9, 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

Из пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС следует, что под таможенной стоимостью ввозимых товаров понимается стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий: отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов.

Таможенный контроль таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, осуществляется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС с применением форм таможенного контроля и мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, установленных ТК ЕАЭС. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42 утверждено Положение об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, пунктом 5 которого определено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности, следующие обстоятельства: а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям, полученным другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право ЕАЭС, и (или) законодательством государств-членов; б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза; в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых каталогов; г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые товары; д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми продавцом и покупателем; е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на страхование и т.п.).

Проверяя наличие у таможенного органа оснований для принятия оспариваемого решения, которым обществу отказано в применении первого метода определения таможенной стоимости при ввозе товаров на территорию Российской Федерации, суды изучили и проанализировали документы, представленные при декларировании товаров и впоследствии, в частности документы, с помощью которых таможенный орган выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от имеющейся ценовой информации более, чем на 35-43 %.

Сравнительный анализ стоимости товара, указанной в коммерческих документах, со сведениями о ценообразующих факторах, показал, что представленные обществом коммерческие документы не отражают действительную стоимость ввезенных товаров.

Руководствуясь положениями статьи 39 ТК ЕАЭС, предусматривающей, что основой для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метода 1) является таможенная стоимость ввозимых товаров, то есть стоимость сделки с ними, - цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары, поэтому факт оплаты ввезенных товаров будет иметь значение для подтверждения заявленной обществом стоимости товаров, суды исследовали и оценили условия контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRING VER-FOB, устанавливающего, что оплата за поставляемый товар по настоящему контракту осуществляется на реквизиты продавца, в соответствии с дополнением к контракту оплата может быть произведена в адрес третьего лица (пункт 3.3). 

Cуды установили, что в соответствии с приложениями к контракту от 01.02.2020 № 15 PVSPRING VER-FOB оплата за товары должна быть произведена продавцу – компании «ZHEJIАNG SPRINGAIR GROUP CO., LTD» и приведены его реквизиты, которые соответствуют условиям контракта.

В то время как фактически денежные средства в соответствии с дополнительными соглашениями к контракту от 29.04.2020 №43, №44, №45, от 18.06.2020 №122 и от 19.06.2020 №123, №124, переведены по реквизитам иностранных компаний: «Yongkang Tangsheng Industry Co., LTD», «Wenzhou Hanglu Hardware Co., LTD», «Zhejiang Hailide New Material Co., LTD», что подтверждается соответствующими заявлениями на перевод валюты.

Оплата за товары произведена иностранным компаниям, не являющимся сторонами контракта, продавцами, отправителями либо изготовителями товаров, что не соотносится с условиями внешнеэкономического контракта.

При этом судами учтено письмо иностранного контрагента от 27.07.2023 о статусе компаний, на счета которых были направлены платежи по рассматриваемым поставкам, в котором содержится только информация о реквизитах иностранных компаний и сфере их деятельности, но не основания для осуществления валютных расчетов с указанными компаниями.

Размер отраженных в ведомости банковского контроля платежей по контракту не соответствует реальной стоимости импортированных товаров и свидетельствует о том, что сведения указанного документа не могут служить доказательством исполнения обществом своих обязательств по оплате ввезенных товаров в полном объеме.

Судами признано обоснованным одно из оснований принятия оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях, в частности, непредставление экспортных деклараций на момент проведения таможенного контроля.

Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, но и государственными органами страны отправления, подтверждает легитимность сделки. 

Экспортные декларации, представленные обществом в ходе судебного разбирательства, судами не приняты в качестве доказательств со ссылкой на пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», содержащий разъяснения о том, что новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа.

Согласно пункту 1 статьи 45 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 - 44 Кодекса, таможенная стоимость таких товаров определяется исходя из принципов и положений главы 5 Кодекса на основе сведений, имеющихся на таможенной территории ЕАЭС. Как следует из оспариваемого решения таможни, таможенная стоимость товаров, задекларированных в рассматриваемых декларациях, скорректирована с применением резервного метода на основе стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 45 ТК ЕАЭС, на основании соответствующих источников ценовой информации.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что у таможенного органа имелись основания для принятия оспариваемого решения.

Суд кассационной инстанции осуществляет проверку правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 АПК РФ).

Несогласие заявителя кассационной жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не свидетельствуют о наличии оснований для отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы оснований к отмене (изменению) обжалуемых судебных актов не установлено. 

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 16.04.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2024 по делу № А51-11054/2023 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           М.А. Басос            

Судьи                                                                                    Н.В. Меркулова 

    Л.М. Черняк