ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №А40-225190/19-111-1894

г. Москва

07 июля 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 июня 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 07 июля 2020 года.

Арбитражный суд города Москвы в составе

судьи Цыдыповой А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 

рассматривает в судебном заседании 

дело по исковому заявлению ФИО2

к ФИО3

третье лицо - ООО «ВетроСтройДеталь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании задолженности в размере 1060173 руб. 90 коп.,

В соответствии со ст. 63 АПК РФ суд проверил полномочия лиц, явившихся в заседание.

в судебное заседание явились:

от истца – ФИО4 дов № 77 АВ9048484 от 08.10.2018 г. 

от ответчика – ФИО5 дов №77АГ0803946 от 19.11.2019 г. 

от третьего лица – ФИО6 дов № 107- РА от 11.11.2019 г. 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании убытков в размере 1 241 139 руб., причиненных ООО «ВетроСтройДеталь» в связи с необоснованными выплатами в 2018 году работникам общества ФИО7 и ФИО8 (с учетом уточнений).

В обоснование исковых требований истец указывает на то, что ответчик, осуществляя полномочия на должности единоличного исполнительного органа ООО «ВетроСтройДеталь», осуществлял необоснованные выплаты заработной платы сотрудникам в размере, значительно превышающем ежемесячный должностной оклад.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал по основаниям, изложенным в отзыве, указав на непредставление доказательств недобросовестности поведения ответчика, поскольку выплата поощрений работникам является обоснованной, подтверждается реальным выполнением задач, поставленных перед работниками.

Третье лицо возражало против удовлетворения заявленных требований по мотивам отзыва, указав, что работники не являются заинтересованными (аффилированными) лицами, что исключает наличие возможного конфликта интересов общества и единоличного исполнительного органа. В этой связи противоправность в действиях единоличного исполнительного органа отсутствует, что само по себе исключает возможность иска о взыскании убытков.

В судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 19.06.2020 г., что отражено в протоколе судебного заседания.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Как усматривается из материалов дела, 09.01.2018 г. ООО «ВетроСтройДеталь» зарегистрировано в качестве юридического лица.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 19.06.2020 г. участниками общества являются ФИО9 с долей участия 25,5 % уставного капитала, ФИО10 с долей участия 25,5% уставного капитала, ФИО3 с долей участия 24% уставного капитала, ФИО2 с долей участия 25% уставного капитала.

Лицом, которое вправе действовать без доверенности от имени общества с 09.01.2018  является ФИО3

Как указал истец, 10.12.2018 г. истец в порядке статьи 50 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» обратился в ООО «ВетроСтройДеталь» с письменным запросом о предоставлении документов о деятельности (Требование участника ФИО2 от 10.12.2018г.).

22.01.2019 г. и 09.04.2019 г. истцу частично предоставлены запрошенные документы, в том числе выписка по расчетному счету 

<

***> и трудовые договоры, заключенные с некоторыми работниками Общества.

В процессе анализа полученных документов истцом установлены факты чрезмерных и необоснованных выплат в адрес двух сотрудников ООО «ВетроСтройДеталь» - ФИО8 и ФИО7.

28.04.2018г. между Обществом и ФИО8 был заключен трудовой договор № 08-01/2018, в соответствии с которым ФИО8 был принят на должность Советника Генерального директора с выполнением трудовой функции вне места расположения работодателя (дистанционно) с расположением рабочего места по адресу: Россия, 

<

...> (пункты 1.2-1.4 Трудового договора). 

Согласно пункта 1.6. Трудовая деятельность для ФИО8 является работой по совместительству. 

В соответствии с пунктом 8.1 Трудового договора № 08-01/2018 от 28.04.2018г. постоянная часть заработной платы (ежемесячный должностной оклад) до удержания налога на доходы составляет 114 994 рублей, заработная плата начисляется пропорционально отработанному времени (0,1 ставки) и составляет 11 495 рублей. 

24.05.2018 г. между Обществом и ФИО8 заключено Дополнительное соглашение № 1 к Трудовому договору № 08-01/2018 от 28.04.2018 г., в соответствии с которым ФИО8 были установлены премии, размер которых составляет более 500 000 рублей. 

01.11.2018г. между Обществом и ФИО8 заключено Дополнительное соглашение № 2 к Трудовому договору № 08-01/2018 от 28 апреля 2018 г., в соответствии с которым ФИО8 переведен на должность «советника генерального директора по инвестиционному развитию», с увеличением заработной платы до 160 920 рублей, с начислением пропорционально отработанному времени (0,5 ставки) в размере 80 460 рублей.

Согласно выписки по операциям за период 16.08.2018г. по 31.12.2018г на расчетном счете ООО «ВетроСтройДеталь»  № 

<

***> («ПАО Банк «ФК Открытие») (Приложение № 7) в пользу ФИО8 были осуществлены следующие выплаты:

1.Операция от 19.11.2018 года, получатель: ФИО8, наименование операции: перечисление заработной платы за ноябрь 2018 г., сумма 5 000,00 рублей;

2.Операция от 22.11.2018 года, получатель: ФИО8, наименование операции: перечисление заработной платы за ноябрь 2018 г., сумма 449 790,00 рублей; 

3.Операция от 05.12.2018 года, получатель: ФИО8, наименование операции: перечисление заработной платы за ноябрь 2018 г., сумма 68 333,43 рублей. 

Как указал истец, ФИО8 за ноябрь 2018 г. была выплачена заработная плата в размере 523 123,43 рублей. Исходя из заявленной должности, трудовых обязанностей, объема работы, выплата ФИО8 за ноябрь 2018 г. в размере 523 123,43 рублей является явно завышенной и необоснованной.  

01.06.2018г. между Обществом и ФИО7 был заключен трудовой договор № 09/2018, в соответствии с которым ФИО7 был принят на должность заместителя Генерального директора с выполнением трудовой функции вне места расположения работодателя (дистанционно) с расположением рабочего места по адресу: Россия, 

<

...> (пункты 1.2-1.4 Трудового договора).

Согласно пункта 1.6. Трудовая деятельность для ФИО7 является основным местом работы. 

В соответствии с пунктом 8.1 Трудового договора № 09/2018 от 01.06.2018г. постоянная часть заработной платы (ежемесячный должностной оклад) до удержания налога на доходы составляет 137 932 рубля, заработная плата начисляется пропорционально отработанному времени. 

06.07.2018 г. между Обществом и ФИО7 заключено Дополнительное соглашение № 1 к Трудовому договору № 09/2018 от 01.06.2018г., в соответствии с которым  изменено место работы  на г. Москва, положения трудового договора дополнены правами и обязанностями сторон в соответствии с трудовым законодательством.   

Работник принят на работу без установления испытательного срока. 

Далее, согласно выписке по операциям за период 16.08.2018г. по 31.12.2018г на расчетном счете ООО «ВетроСтройДеталь» № 

<

***> («ПАО Банк «ФК Открытие»)  (Приложение № 7) в пользу ФИО7 были осуществлены следующие выплаты:

1.Операция от 19.12.2018 года, получатель: ФИО7, наименование операции: перечисление заработной платы за декабрь 2018 г., сумма 60 000,00 рублей;

2.Операция от 28.12.2018 г., получатель: ФИО7, наименование операции: перечисление заработной платы за декабрь 2018 г. сумма 695 442,47 рублей.

Истцом указано, что ФИО7 за декабрь 2018 г. была выплачена заработная плата в размере 755 442,47 рублей. При этом, исходя из заявленной должности, трудовых обязанностей, объемом работы, выплата ФИО7 за декабрь 2018 г. в размере 755 442,47   рублей является явно завышенной и необоснованной. 

Таким образом, в результате выплаты ФИО8 заработной платы в размере, значительно превышающем ежемесячный должностной оклад  Генеральным директором ООО «ВетроСтройДеталь» ФИО3 были причинены   убытки Обществу в размере не менее 442 663,43 рублей (523 123,43 – 80 460,00), а в результате  выплаты ФИО7 заработной платы в размере значительно превышающем ежемесячный должностной оклад Генеральным директором ООО «ВетроСтройДеталь» ФИО3 были причинены убытки Обществу в размере не менее 617 510,47 рублей (755 442,47 – 137 932,00). Общий размер убытков, причиненных Генеральным директором ООО «ВетроСтройДеталь» ФИО3  Обществу указанным способом, составил 1 060 173,90 рублей (442 663,43+617 510,47).

Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Отказывая истцу в удовлетворении исковых требований, суд руководствовался следующим.

Согласно ч. 1 ст. 4 АПК РФ, заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном названным Кодексом.

В соответствии с п. 1 ст. 11 ГК РФ, арбитражный суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в ст. 12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными в законе.

Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, то лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично (ч. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. 

Пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Пунктом 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» установлено, что удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

В силу пункта 2 статьи 44 Закона об ООО члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причинённые обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

По смыслу данной статьи Закона об ООО для наступления ответственности единоличного исполнительного органа общества необходимо наличие в совокупности: убытков, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между противоправностью поведения и наступлением убытков, вины причинителя вреда.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В силу статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несёт полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причинённый организации, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причинённые его виновными действиями. При этом расчёт убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и её применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать: факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с п. 2. вышеуказанного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица,  в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4)  после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5)  знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.)».

Принимая во внимание правовую позицию, изложенную в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», суд считает, что ответчик, осуществляя полномочия генерального директора общества, действовал в интересах общества, добросовестно и разумно, в действиях ответчика отсутствуют признаки вины.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. 

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в управлении организацией. 

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия  (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. 

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников). 

Согласно статье 274 Трудового кодекса Российской Федерации, права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством. 

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между этими элементами, а также в установленных законом случаях вину причинителя вреда.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков, (п.6 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 от 30.07.2013г.). 

В соответствии со ст. 50 ГК РФ хозяйственные общества являются коммерческими организациями, т.е. преследуют извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации). 

В силу ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Согласно Постановлению Пленума ВАС РФ № 62 от 30.07.2013г., Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей единоличного исполнительного органа, в том числе с учетом масштаба деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. О недобросовестности и неразумности действий (бездействий) единоличного исполнительного органа юридического лица помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Судом установлено, что ответчик осуществляет полномочия генерального директора ООО «ВетроСтройДеталь» с момента создания общества с 09.01.2018 г.

В период деятельности генерального директора ФИО3 деятельность ООО «ВетроСтройДеталь» не являлась убыточной. Так, чистая прибыль за 2018 год составила 5 311 тыс. руб., что подтверждается представленным в материалы дела Бухгалтерским балансом общества.

Право ответчика на принятие на работу, увольнение работников, их поощрение и дисциплинарное воздействие установлено п.п. 29.2-29.3 Устава общества, Трудовым договором с генеральным директором Общества и ст. 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Истец, заявляя об убытках, причинённых обществу действиями генерального директора ООО «ВетроСтройДеталь», не представил каких-либо доказательств нанесения прямого материального ущерба обществу, а также не доказал, что подписывая приказы о премировании работников, ответчик вышел за пределы полномочий, предоставленных ему Уставом Общества, Трудовым договорами, заключенными с ним и работниками общества, и действующим законодательством.

Так, между Обществом и ФИО7 был заключен трудовой договор № 09/2018 от 01.06.2018, согласно которому указанный работник принят на должность заместителя Генерального директора. Размер оплаты труда составляет (п. 8.1 Договора) 137 932,00 рубля.

Сторонами было заключено дополнительное соглашение № 2 к трудовому договору, которым п. 8.2 трудового договора изложен в следующей редакции: «Работодатель выплачивает премию работнику за поиск поставщика элементов башен MST на территории РФ и согласование с ним цены значительно ниже цен Armando Cimolai. Премия выплачивается по факту подписания Акта о начале серийного производства башен MST, в течение 10 рабочих дней от даты подписания Акта. Также Работодатель имеет право на выплату Работнику премий на условиях, в размере и в сроки, установленные внутренними локальными актами Работодателя».

П. 3 дополнительного соглашения № 2 к трудовому договору установлен и размер премии: 5 месячных окладов, что составляет 689 660,00 руб.

Ввиду нахождения данным работником поставщика элементов башен MST на территории РФ и установления цен ниже, нежели предлагаются компанией Armando Cimolai, Общество получило значительную выгоду от выполнения работником дополнительного задания. Акт о начале серийного производства башен MST был подписан 24.08.2019 с участием ЗАО «Курганстальмост».

Условия получения премии работником были выполнены, работник выполнил специальное задание, принесшее значительную выгоду организации и выходящее за пределы обычных трудовых обязанностей. ФИО7, получил премию за выполнение условий, закрепленных дополнительным соглашением № 2, в размере 689 656,00 руб. на основании приказа № В0000000013/1 от 27.12.2018.

В декабре 2018 года ФИО7 действительно получил 755 442,47 рублей, однако в них включались следующие начисления: оплата по окладу за 18 дней в размере 118 227,43 руб., оплата командировки за 3 дня в размере 25 958,04 руб.,  премия в размере 689 656,00 руб. за выполнение специального задания, а также премия текущего месяца за декабрь в размере 34 483,00 руб. (на основании приказа № В0000000014/2 от 27.12.2018). При этом платеж был произведен после вычета из указанных сумм НДФЛ, что подтверждается расчетным листком за декабрь 2018.

Между Обществом и ФИО8 был заключен трудовой договор № 08-01/2018 от 28.04.2018. Впоследствии, 24.05.2018 Сторонами было подписано дополнительное соглашение № 1, которым раздел 8 трудового договора дополнен п. 8.4 следующего содержания: «Работодатель выплачивает Работнику премии в следующих размерах и на условиях: а)517 000  рублей по результатам включения инвестиционного проекта, реализуемого Работодателем, в Перечень приоритетных инвестиционных проектов «100 Губернаторских инвестиционных проектов», что подтверждается соответствующим решением, протоколом, иным локальным актом органа исполнительной власти Ростовской области;

б)1 000 000 рублей по результатам подписания специального инвестиционного контракта (СПИК) для реализации инвестиционного проекта Работодателя в соответствии с Правилами заключения специальных инвестиционных контрактов, утвержденными соответствующим нормативным актом Правительства Российской Федерации;

в)1 % (процент) от суммы ожидаемой экономии по налогу на прибыль организации.

Выплата премий, установленных пунктом 8.4 трудового договора, осуществляется единовременно в том календарном месяце, в котором выполнены соответствующие условия для выплаты премии.

Инвестиционный проект Ответчика был включен в Перечень приоритетных инвестиционных проектов «100 Губернаторских инвестиционных проектов» 14.09.2018 г., что подтверждается утвержденным губернатором Ростовской области перечнем поручений по итогам заседания Совета по инвестициям при губернаторе Ростовской области 10.09.2018. Таким образом, условия выплаты премии, предусмотренные пп. «а» п. 8.4 трудового договора, были выполнены в полном объёме, работник выполнил специальное задание, принесшее значительную выгоду организации и выходящее за пределы обычных трудовых обязанностей, что обусловило издание приказа № В0000000010 от 21.11.2018, которым ФИО8 была выплачена премия в сумме 517 000,00 рублей.

Так, в ноябре-декабре 2018 года ФИО8 действительно получил 523 123,43 рубля, однако в них включались следующие начисления: оплата по окладу за 11 дней в размере 42 145,71 руб., оплата командировки за 11 дней в размере 7 508,60 руб., доплата до фактического заработка в размере 34 637,12 руб., премия в размере 517 000,00 руб. за выполнение специального задания. При этом платеж был произведен после вычета из указанных сумм НДФЛ, что подтверждается расчетным листком за ноябрь 2018.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцом некорректно произведен расчет выплаченных денежных средств работникам.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из того, что истец не представил каких-либо доказательств, подтверждающих виновность действий ответчика, свидетельствующих о нарушении ответчиком финансово-хозяйственной дисциплины. Истцом не представлено доказательств наличия убытков, их размера, а также причинно-следственной связи между выплатой работникам денежных поощрений с последствиями в виде убытков.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, признает необоснованными исковые требования, заявленные 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 65, 67, 68, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о взыскании убытков отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его изготовления в полном объеме.

Судья А.В. Цыдыпова