﻿﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-98103/2017

26 декабря 2019 года

г. Санкт-Петербург

/тр.11

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 декабря 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Жуковой Т.В.

судей Поповой Н.М., Смирновой Я.Г.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания Ануфриевой А.О.,

при участии:

от заявителя: Смеловой Т.А. по доверенности от 20.09.2019;

от ответчика (должника): не явился, извещен;

от конкурсного кредитора: Колодина С.Е. по доверенности от 02.09.2019;

от АО ББР Банк: Явкина А.В. по доверенности от 01.03.2019;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-32333/2019) ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2019 (резолютивная часть от 30.09.2019) по делу № А56-98103/2017, принятое

по заявлению ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» о включении требований в реестр требований кредиторов в рамках дела о банкротстве Дыгова Эльдара Александровича,

установил:

22.11.2017 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление Эрлих Полины Геннадьевны (далее – заявитель, Эрлих П.Г.) о признании Дыгова Эльдара Александровича (далее – должник, Дыгов Э.А.) несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.12.2017 суд возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении Дыгова Э.А. по заявлению Эрлих П.Г.

Определением арбитражного суда от 18.10.2018 (резолютивная часть определения объявлена 15.10.2018) в отношении Дыгова Эльдара Александровича введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Багрянцев Дмитрий Владимирович.

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 207 от 10.11.2018.

В арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная нерудная компания» (далее – ООО «Торгово-промышленная нерудная компания», ООО «ТПНК», кредитор) о включении в реестр требований кредиторов Дыгова Эльдара Александровича требования третьей очереди ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» о выплате суммы задолженности в размере 178 792 786 рублей 30 копеек, в том числе 177 770 000 рублей суммы кредита, 1 022 786 рублей 30 копеек процентов.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2019 (резолютивная часть от 30.09.2019) в удовлетворении заявления ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» отказано.

Не согласившись с указанным определением суда, ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» обратилось с апелляционной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение норм процессуального и материального права, просит отменить полностью обжалуемое определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, принять по делу новый судебный акт: удовлетворить заявление о включении в реестр требований должника Дыгова Эльдара Александровича требования третьей очереди ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» о выплате суммы задолженности в размере 178 792 786 рублей 30 копеек, в том числе 177 770 000 рублей суммы кредита, 1 022 786 рублей 30 копеек процентов.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указал следующее.

Повышение процентной ставки производилось на основании пункта 4.2.8.кредитного договора, в котором указано, что процентная ставка может быть повышена на 2 процентных пункта.

При подписании Дыговым Э.А. договора поручительства поручитель был ознакомлен со всеми его условиями и согласился с ними (пункт 1.3. договора поручительства).

ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» полагает, что данный пункт имеет явно выраженное согласие поручителя на изменение обязательств, при которых поручитель согласен отвечать по обязательствам должника и подлежит рассмотрению как согласие поручителя на повышение процентной ставки до 16,7% годовых.

Апеллянт полагает, что изменение срока действия кредитного договора до 29.10.2019 также не ухудшило положение поручителя в связи с тем, что заявление о включении в реестр требований кредиторов, а также расчет задолженности по основному долгу и процентам ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» подано 28.12.2018, то есть до истечения первоначально установленного срока действия кредитного договора (срок был установлен – до 28.06.2019).

Таким образом, указано в апелляционной жалобе, изменение условий кредитного договора, о которых не было сообщено поручителю, не могут расцениваться как основания для прекращения поручительства на основании статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 37 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством».

Суд не снизил размер требований, подлежащих включению в реестр требований кредиторов до суммы обязательств, рассчитанной исходя из прежних условий, существовавших до изменения процентной ставки и срока действия договора, а полностью отказа в удовлетворении требований кредитора «ввиду необоснованности».

05.12.2019 до судебного заседания в канцелярию апелляционного суда в электронном виде от должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором Дыгов Э.А. в лице представителя просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили.

Законность и обоснованность определения суда проверены в порядке апелляционного производства.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что обязательства должника перед кредитором возникли на основании следующего.

30.06.2014 между ЗАО «ББР Банк» (заимодавец) и ООО «Гранит» (заемщик) был заключен договор кредитной линии № КЛ-14/34 (далее – договор № КЛ-14/34), в соответствии с условиями которого АО «ББР Банк» должен был предоставить ООО «Гранит» денежные средства с учетом графика:

1. с 30.06.2014 по 31.07.2014 – 205 000 000 рублей;

2. с 01.08.2014 по 31.10.2014 – 241 000 000 рублей;

3. с 01.10.2014 по 28.06.2019 – 281 000 000 рублей,

и обязался предоставлять заемщику кредиты в пределах этого лимита и срока, а заемщик обязался своевременно возвратить полученные в рамках настоящего договора денежные средства согласно графику и уплатить проценты за пользование кредитами по ставке 14,7% годовых сроком до 31.12.2014.

30.06.2014 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств заемщика по кредитному договору между АО «ББР Банк» (Банк) и Дыговым Э.А. (поручитель) был заключен договор поручительства № П-14/КЛ-14/34/01 (далее – договор № П-14/КЛ-14/34/01) по обязательствам в рамках договора кредитной линии № КЛ-14/34 заключенного между АО «ББР Банк» и ООО «Гранит», в соответствии с пунктами 1.1., 1.3. которого поручитель принял на себя обязательства отвечать солидарно с заемщиком за исполнение всех обязательств заёмщика по кредитному договору.

В пункте 1.3. данного договора указано, что поручителю представлен один экземпляр кредитного договора. Поручителю понятны все условия кредитного договора, и он согласен отвечать за исполнение заемщиком всех его обязательств по кредитному договору в том же объеме, что и заемщик, включая уплату процентов и штрафных санкций, возмещение убытков, а также возмещение судебных и иных издержек по взысканию долга.

В разделе 3 названного договора согласованы условия о сроке действия и прекращении договора.

Согласно пункту 3.2. поручительство прекращается по основаниям, предусмотренным статьей 367 Гражданского кодекса Российской Федерации.

31.01.2017 между АО ББР Банк и ООО «Гранит» было подписано дополнительное соглашение № 3 (том 1, л.д. 22-26) к договору кредитной линии № КЛ-14/34.

В указанном соглашении Банк и заемщик указали, что сумма основного долга на дату подписания настоящего Соглашения составляет 177 770 000 рублей; срок возврата кредита установлен – 29.10.2021, а с 01.02.2017 процентная ставка увеличена до 15%.

18.12.2018 между ЗАО «ББР Банк» (цедент) и ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» (цессионарий) был заключен договор уступки прав (требований) № Ц-18/11 (далее – договор № Ц-18/11), на основании которого право требования к ООО «ГРАНИТ» по указанному выше кредитному договору, а также права, обеспечивающие исполнение данного обязательства, в том числе по договору поручительства, перешли к ООО «ТПНК».

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «ТПНК» о включении в реестр требований кредиторов Дыгова Э.А. требования третьей очереди ООО «Торгово-промышленная нерудная компания» о выплате суммы задолженности в размере 178 792 786 рублей 30 копеек, в том числе 177 770 000 рублей суммы кредита, 1 022 786 рублей 30 копеек процентов, суд первой инстанции руководствовался, в частности, нормами статьи 361, пункта 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 213.8., пункта 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, данными в пункте 16, пункте 33, в пункте 37 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (далее – Постановление № 42), условиями договоров № КЛ-14/34, № П-14/КЛ-14/34/01, и пришел к заключению о необоснованности заявленного требования.

Податель апелляционной жалобы полагает отказ суда неправомерным, поскольку, как полагает ООО «ТПНК», действие договора поручительства № П-14/КЛ-14/34/01, вопреки выводам суда первой инстанции, не прекратилось.

Оставляя в силе обжалуемое определение суда, апелляционной инстанции исходил из следующего.

Спорный договор поручительства был заключен 30.06.2014.

В своих возражения должник указал, что договор поручительства прекратился на основании пункта 1 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату заключения договора, в связи с заключением сторонами дополнительного соглашение № 3, о заключении которого Дыгов Э.А. уведомлен не был.

В апелляционной жалобе ООО «ТПНК» подтвердило, что согласно дополнительному соглашению № 3 к договору № КЛ-14/34 Банк и заемщик изменили сроки и суммы погашения кредита, а также установили новый срок возврата кредита – не позднее 29.10.2021 (включительно) и новую процентную ставку в размере 15% годовых.

При этом соответствующее дополнительное соглашение в поручителем заключено не было.

В пункте 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что исполнение обязательств может обеспечиваться поручительством.

Статьей 361 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В пункте 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с пунктом 4 указанной статьи условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Пунктом 2 данной статьи установлено, что если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Согласно пункту 3.2. договора поручительства № П-14/КЛ-14/34/01 поручительство прекращается по основаниям, предусмотренным статьей 367 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на дату заключения договора поручительства № П-14/КЛ-14/34/01 от 30.06.2014 установлено, что поручительство прекращается в случае изменения основного обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, без согласия последнего.

При этом, как разъяснено в пункте 37 Постановления № 42, применяя указанные положения Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поручительства, следует учитывать их цель, состоящую в защите поручителя от неблагоприятных изменений основного обязательства, а не в создании для него необоснованных преимуществ в виде прекращения поручительства.

В рассматриваемом случае изменения, внесенные по дополнительному соглашению № 3, участником которого поручитель не является, касались срока исполнения основного обязательства.

Исходя из положений статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации срок в гражданских правоотношениях должен позволять определить его окончание, в ином случае нивелируется смысл его установления.

В данном случае одобрение со стороны поручителя согласованных заемщиком и кредитором изменений условий ответственности в большую сторону как по сроку, так и по сумме (вследствие увеличения срока и изменения ставки в совокупности), отсутствовало.

При увеличении срока исполнения обеспеченного обязательства повышается риск неисправности должника и, следовательно, возникновения обязанности поручителя к платежу.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления № 42, договор поручительства может предусматривать заранее данное согласие поручителя в случае изменения обязательства отвечать перед кредитором на измененных условиях. Такое согласие должно быть явно выраженным и должно предусматривать пределы изменения обязательства (например, денежную сумму или размер процентов, на которые могут быть увеличены соответственно сумма долга и проценты по нему; срок, на который может быть увеличен или сокращен срок исполнения обеспеченного обязательства, и т.п.), при которых поручитель согласен отвечать по обязательствам должника.

Из спорного договора поручительства не следует, что поручитель выражает свое согласие отвечать перед кредитором в случаях изменения обеспечиваемого договора Банком в одностороннем порядке либо по соглашению заемщика и кредитора, в том числе увеличения процентной ставки, изменений, влекущих увеличение ответственности поручителя либо иных неблагоприятных последствий для поручителя.

Подобное поручительство считается обременительным для поручителя, что подразумевает необходимость наличия особых гарантий его прав, в качестве чего и выступает правило о пределах ответственности поручителя.

Доводы кредитора со ссылкой на пункт 1.3. договора поручительства № П-14/КЛ-14/34/01 о том, что поручитель выразил свое согласие нести ответственность при любых изменениях обязательства заемщика и что такое условие позволяет сделать вывод о согласовании с поручителем увеличения срока исполнения обязательства, обеспеченного поручительством, являются ошибочными, основанными на ничем не обоснованном расширительном толковании указанного пункта договора.

Суд первой инстанции исходил из того, что срок действия поручительства является пресекательным сроком осуществления субъективного гражданского права кредитора при неисполнении (ненадлежащем) исполнении обязательства должником требовать удовлетворения своих интересов за счет имущественной массы поручителя. Этот срок устанавливает пределы существования такого гражданского права, предоставляя кредитору строго определенное время для реализации его прав под угрозой их прекращения.

Поручитель, заключая договор, должен быть осведомлен о конкретных рисках, присущих соответствующей сделке.

В целях установления определенности в существовании прав и обязанностей участников гражданского оборота пункт 6 статьи 367 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускает бессрочное существование обязательства поручителей (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2015 № 80-КГ15-18).

В пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», а также ранее в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.10.2012 № 6040/12, от 10.06.2014 № 2504/14 содержится правовая позиция, согласно которой толкование неясных, неполных или противоречивых условий сделок, совершенных с участием банков как субъектов, осуществляющих профессиональную деятельность на финансовом рынке, должно производиться в пользу другой стороны сделки либо лица, к которому обращена односторонняя сделка.

Поскольку Налоговым кодексом Российской Федерации не предусмотрена уплата государственной пошлины при апелляционной обжаловании подобных определение суда первой инстанции, подателю апелляционной жалобы подлежат возврату из федерального бюджета Российской Федерации 3 000 рублей государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь статьей 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2019 по делу № А56-98103/2017/тр.11 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Торгово-промышленная нерудная компания» из федерального бюджета Российской Федерации 3 000 рублей государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению № 2168 от 08.10.2019.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Т.В. Жукова

Судьи

Н.М. Попова

 Я.Г. Смирнова