ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

14.03.2019

                      Дело № А40-54279/14

Резолютивная часть постановления объявлена 06.03.2019

Полный текст постановления изготовлен  14.03.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Кручининой Н.А.,

судей: Тарасова Н.Н., Каменецкого Д.В.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 22.05.2018;

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 08.02.2017;

от ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 01.03.2017;

от Банка России – ФИО7 по доверенности от 03.05.2018;

от ЗАО «С Банк» - ФИО8 по доверенности от 16.04.2018;

ФИО9 – лично, по паспорту гражданина РФ;

рассмотрев в судебном заседании 06.03.2019 кассационные жалобы

ФИО1, ФИО3, ФИО9, ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.09.2018,

принятое судьей Чернухиным В.А.,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2018,

принятое судьями Нагаевым РГ., Григорьевым А.Н., Клеандровым И.М.,

о возложении субсидиарной ответственности по обязательствам АКБ Сбережений и Кредита (ЗАО) на ФИО1, ФИО10, ФИО3, ФИО9, ФИО5, в следующих долях: - с ФИО1 - 34,7 %; - с ФИО1, ФИО10 солидарно - 19,8 %; - с ФИО1, ФИО3 солидарно - 3,7 %; - с ФИО5 - 13,7 %; - с ФИО5, ФИО10 солидарно - 1,3 %; - с ФИО9 - 5,6 %; - с ФИО9, ФИО10 солидарно - 17,1 %; - с ФИО9, ФИО3 солидарно - 1,5 %; - со ФИО3 - 2,6 %; о приостановлении производства по заявлению конкурсного управляющего АКБ Сбережений и Кредита (ЗАО) о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами

в рамках дела о признании Акционерного Коммерческого Банка Сбережений и Кредита (ЗАО) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2014 Акционерный Коммерческий Банк Сбережений и Кредита (ЗАО) (далее - ЗАО «С банк», Банк) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Функции конкурсного управляющего ЗАО «С банк» возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (ГК «АСВ»).

В Арбитражный суд города Москвы 23.12.2016 поступило заявление конкурсного управляющего ЗАО «С банк» в лице ГК АСВ о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО10, ФИО3, ФИО9, ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.09.2018 суд возложил субсидиарную ответственность по обязательствам ЗАО «С банк» на ФИО1, ФИО10, ФИО3, ФИО9, ФИО5 в следующих долях: с ФИО1 - 34,7 %; с ФИО1, ФИО10 солидарно - 19,8 %; с ФИО1, ФИО3 солидарно - 3,7 %; с ФИО5 - 13,7 %; с ФИО5, ФИО10 солидарно - 1,3 %; с ФИО9 - 5,6 %; с ФИО9, ФИО10 солидарно - 17,1 %; с ФИО9, ФИО3 солидарно - 1,5 %; со ФИО3 - 2,6 %.

Производство по заявлению конкурсного управляющего ЗАО «С банк» о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2018 определение Арбитражного суда города Москвы от 18.09.2018 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1, ФИО3, ФИО9, ФИО5 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просят обжалуемые судебные акты отменить.

Конкурсным управляющим Банка представлен отзыв на кассационную жалобу. Однако судом отказано в приобщении отзыва к материалам дела в связи с нарушением установленного частью 3 статьи 65, статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации порядка его подачи.

В судебном заседании представители ФИО1, ФИО3, ФИО5 и ФИО9 поддержали изложенные в кассационных жалобах доводы.

Представитель конкурсного управляющего ЗАО «С банк» и Банка России возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Иные лица, участвующие в деле, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, и их представителей обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судами, приказами Банка России от 18.03.2014 № ОД-328, № ОД-329 у ЗАО «С банк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация по управлению кредитной организацией. В ходе ликвидационных процедур выявлено, что стоимость активов Банка недостаточна для исполнения обязательств перед его кредиторами, в связи с чем по заявлению временной администрации решением Арбитражного суда города Москвы от 28.05.2014 Банк признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»,  а также исходя из общего правового принципа действия закона во времени, установленного пунктом 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), следует, что при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности применению подлежат нормы права, действующие на момент совершения деликта.

Принимая во внимание дату признания должника несостоятельным (28.05.2014), к рассматриваемому спору подлежат применению положения Федерального закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (далее - Закон о банкротстве кредитных организаций) и Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее - Закон о банках и банковской деятельности). В части, не урегулированной Законом о банкротстве кредитных организаций, подлежат применению положения Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей на момент совершения ответчиками действий) заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему органами управления (членами его органов управления) по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 14 Закона о банкротстве кредитных организаций, если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 14 Закона о банкротстве кредитных организаций, лица, указанные в абзаце первом названного пункта, признаются виновными, если их решения или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также если они при наличии оснований, предусмотренных статьей 4 Закона о банкротстве кредитных организаций, не предприняли предусмотренные Законом о банкротстве кредитных организаций меры для предупреждения банкротства кредитной организации.

В соответствии с пунктом 6 статьи 14 Закона о банкротстве кредитных организаций руководителями кредитной организации признаются лица, указанные в качестве таковых в Законе о банках и банковской деятельности.

Так, в силу статьи 11.1 Закона о банках и банковской деятельности органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган. Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Как следует из статьи 15.2 Устава Банка, органами управления Банка являются: общее собрание акционеров, Совет директоров Банка, Председатель Правления Банка и Правление Банка. Согласно статье 18.1 Устава руководство текущей деятельностью Банка осуществляется Председателем Правления Банка (единоличным исполнительным органом) и Правлением Банка (коллегиальным исполнительным органом).

Согласно подпункту 11 пункта 3 статьи 50.21 Закона о банкротстве кредитных организаций конкурсный управляющий обязан выявлять обстоятельства, за которые предусмотрена субсидиарная ответственность в соответствии со статьей 14 Закона о банкротстве кредитных организаций. 

В соответствии с пунктом 2 Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855 (далее – Временные правила проверки наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротств), проверка обстоятельств банкротства проводится арбитражным управляющим за период не менее двух лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве.

Как установлено судами, конкурсным управляющим Банка был проведен анализ деятельности Банка за период с 01.03.2011 по 18.03.2014. 

В частности, конкурсным управляющим был проведен анализ финансового состояния Банка (в том числе анализ ссудного портфеля), в результате которого были выявлены неблагополучное финансовое положение заемщиков, обстоятельства, указывающие на отсутствие у них реальной финансово-хозяйственной деятельности, неликвидность ссудной задолженности заемщиков, невозвратность кредитов, выданных заемщикам. Кроме того, конкурсным управляющим Банка был установлен факт недооценки Банком кредитного риска и, как следствие, недоформирование резервов в необходимом размере, отражение в отчетности Банка недостоверных финансовых показателей о достаточности стоимости его имущества.

Судами установлено, что основанием для возникновения у Банка признака недостаточности имущества является предоставление на протяжении исследуемого периода кредитов, совершение действий по расторжению договоров ипотеки по технической ссудной задолженности  и заключение договоров цессии с отсрочкой платежа с компаниями, которые не осуществляют реальную хозяйственную деятельность, участвуют в операциях, направленных на вывод ликвидных активов Банка. Следствием указанных действий стало снижение размера капитала Банка ниже размера его уставного капитала, что привело в итоге к ухудшению финансового положения кредитной организации и ее последующему банкротству.

Суды пришли к выводу о подтверждении материалами дела того факта, что в течение исследуемого  конкурсным управляющим периода финансовое положение Банка существенно ухудшилось, что привело в результате к признанию Банка банкротом. Арбитражным судом города Москвы в решении от 28.05.2014 установлено, что причиной признания Банка несостоятельным (банкротом) послужило установленное судом на дату отзыва лицензии превышение размера обязательств Банка над стоимостью его активов.

 При этом существенное ухудшение финансового положения Банка, по мнению конкурсного управляющего, наступило в результате виновных действий и бездействия руководителей кредитной организации, в том числе членов правления  Банка, -  ФИО1, ФИО10, ФИО3, ФИО5 и ФИО9, которые в период с 01.03.2011 по 18.03.2014 осуществляли руководство деятельностью Банка. 

Из материалов дела следует, что указанные лица в указанный период занимали ключевые должности в управлении деятельностью Банка: ФИО1 в период с 15.02.2007 по 22.05.2011 - заместитель Председателя Правления ОАО «СТБ» (правопредшественника ЗАО «С банк»), с 23.05.2011 по 13.06.2011 - Председатель Правления ОАО «СТБ», с 08.08.2011 по 25.10.2011 – заместитель Председателя Правления Банка, с 26.10.2011 по 21.10.2012 - Председатель Правления Банка, с 22.10.2012 по 16.06.2013 - член Правления, заместитель Председателя Правления Банка, с 17.05.2013 по 21.11.2013 - Председатель Правления Банка, с 08.08.2011 по 15.10.2012 - также член Совета директоров Банка. Кроме того, входила в состав Кредитного комитета Банка; ФИО10 в период с 22.10.2012 по 16.05.2013 - Председатель Правления Банка., с 16.10.2012 по 17.12.2013 - также член Совета директоров Банка; ФИО3 в период с 22.11.2013 по 18.03.2014 – и.о. Председателя Правления Банка, с 18.12.2013 по 18.03.2014 - также член Совета директоров Банка. Кроме того, входил в состав Кредитного комитета Банка; ФИО5 в период с 21.06.2011 по 18.03.2014 - заместитель Председателя Правления Банка. Кроме того, входил в состав Кредитного комитета Банка; ФИО9 в период с 22.10.2012 по 15.01.2014 – заместитель Председателя Правления Банка. Кроме того, входил в состав Кредитного комитета Банка.

При этом судами принято во внимание, что основной целью деятельности кредитной организации является осуществление банковских операций для извлечения прибыли (статья 1 Закона о банках и банковской деятельности, статья 50 ГК РФ). Размещение денежных средств кредитной организацией (в т.ч. выдача ссуд) осуществляется на основе принципов возвратности и платности, что согласуется с Кредитной политикой Банка (утв. Протоколом заседания Совета директоров № 9 от 18.05.2012).

Как следует из совокупности положений пункта 3 статьи 53 ГК РФ, пунктов 1, 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах и пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление от 30.07.2013 № 62), действия исполнительных органов общества должны быть добросовестными и разумными, соответствовать требованиям заботливости и осмотрительности. За совершенные в отношении общества виновные действия исполнительные органы несут полную материальную ответственность в соответствии с законодательством.

Согласно пункту 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из содержания указанных норм права и разъяснений следует, что необходимым условием  для привлечения учредителя, участника или иного лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства организации.

Согласно изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление от 21.12.2017 № 53) разъяснениям, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Согласно пункту 3 Постановления от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Кроме того, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Таким образом, в споре о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц должны быть установлены и доказаны следующие обстоятельства: 1) надлежащий субъект ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия. При этом необходимо учитывать степень вовлеченности такого субъекта в процесс управления должником, его значимость в принятии ключевых решений; 2) факт несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; 3) наличия причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Возложение на них ответственности за бездействие исключается. 

При этом обязанность доказывания указанных обстоятельств лежит на лице,  обратившемся в суд с соответствующим требованием. На лиц, к которым таким лицом предъявлено требование, возложена обязанность по доказыванию отсутствия своей вины.

Судами установлено и подтверждается материалами дела, что в должностные обязанности ФИО1, ФИО10 и ФИО3 в исследуемый период,  в том числе входило курирование службы контроля и оценки рисков. ФИО9 - курирование работы кредитного департамента Банка. Кроме того, все указанные лица входили в состав Кредитного комитета Банка.

Суды на основании оценки представленных в материалы дела доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что каждый из ответчиков  в силу представленных им полномочий как лиц, входящих в органы управления Банка, определял действия Банка и оказывал влияние на процесс кредитования заемщиков.

При этом суд установили, что ФИО1, ФИО3  ФИО9  и ФИО5 принимали решения о выдаче кредитов в составе Кредитного комитета, а затем  в качестве Председателя  Правления (ФИО1, ФИО10, ФИО3) и  заместителя Председателя Правления ФИО1, ФИО9 ФИО9, ФИО5, ФИО5).

 Указанные лица осуществляли подписание кредитных договоров, выдачу ссуд. 

При этом судами установлено, что в отношении некоторых заемщиков отсутствуют кредитное досье либо кредитные договоры, значительное число документов в кредитном досье не отвечает признакам достоверности, заемщики не осуществляли фактической деятельности.

Исходя из содержания статей 4, 11 Закона о банкротстве кредитных организаций в случае нарушения норматива достаточности капитала, установленного Банком России, а также уменьшение капитала по итогам отчетного месяца ниже размера уставного капитала, единоличным исполнительным органом кредитной организации должны быть приняты меры по предупреждению банкротства кредитной организации.

Однако, вопреки изложенному, на протяжении периода с 01.03.2011 по 18.03.2014  конкурсным управляющим было установлено, что Банк допускал уменьшение величины собственных средств (капитала) ниже размера уставного капитала Банка, определенного его уставом, какие-либо меры, направленные на финансовое оздоровление Банка и предупреждение банкротства уполномоченными лицами Банка не предпринимались.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Судами изучены и дана правовая оценка возражениям ответчиков о наличии в их действиях добросовестности и разумности, однако, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суды пришли к выводу о том, что представленные ими возражения не опровергают доказательства представленными конкурсным управляющим об отсутствии в их действиях добросовестности, а также наличия совокупности условий для их привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку ими совершались соответствующие действий по выдаче кредитов заемщикам без проведения оценки соответствующего кредитного риска, проверки заемщиков и их деятельности.

 Суд кассационной инстанции не усматривает правовых оснований для переоценки указанных выводов судом по следующим основаниям.

Поскольку предусмотренные законом меры по предупреждению банкротства направлены как на защиту интересов самой кредитной организации, так и на предупреждение событий, которые создают реальную угрозу интересам ее кредиторов и вкладчиков, умышленное как действие, так и бездействие руководителей противоречит интересам кредиторов и вкладчиков Банка и является основанием для возложения на них субсидиарной ответственности по обязательствам Банка.

При этом, при рассмотрении споров о привлечении директора к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, судам следует учитывать, что такое лицо не может быть привлечено к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда  действие (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Перечень случаев, когда недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, установлен в пункте 2 Постановления от 30.07.2013 № 62, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица  либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, указанный перечень не является исчерпывающим.

 Разрешая спор по существу суды дали надлежащую оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей каждого из привлеченных лиц к субсидиарной ответственности, в том числе с учетом масштабов деятельности Банка (пункт 3 Постановления от 30.07.2013 № 62).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 названного Кодекса).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что конкурсным управляющим Банка представлены достаточные доказательства в обоснование заявленных требований, в  то время как ФИО1, ФИО3, ФИО9, ФИО5, в материалы дела не представлены доказательства отсутствия их вины в совершении действий (бездействий), повлекших несостоятельность (банкротство) Банка, выводы судов первой и апелляционной инстанций являются обоснованными, а доводы кассационных жалоб не опровергают их.

При рассмотрении спора по существу суды определили вину каждого из соответчиков в ухудшении финансового положения Банка, их действий по выдаче кредитов лицам, без соответствующей проверки заемщиков, которые подтверждены материалами дела.

Так судами установлено, что основная доля активов Банка составляла ссудную задолженность (около 78%) при этом ссудная задолженность «технических» компаний составляла около 81% от судной задолженности Банка и необоснованно признавалась Банком ликвидной.

Ответчиками не представлено доказательств опровергающих выводы конкурсного управляющего о том, что причинами банкротства Банка явились их действия, как лиц контролирующих должника, и в результате этих действий  возникли признаки недостаточности имущества Банка.

Судами сделан обоснованный вывод о том, что конкурсным управляющим представлены надлежащие, относимые и достоверные доказательства  того, что предоставление кредитов осуществлялось ответчиками без проведения комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков, то есть без адекватной оценки кредитного риска выдачи таких кредитов, при неполной и недостоверной информации о заемщиках, также заключались  договоры цессии с отсрочкой платежа с «техническим» компаниями, расторгались договоры  ипотеки по «технической» ссудной задолженности, и именно эти действия ответчиков привели к снижению собственного  капитала  Банка ниже размера его уставного капитала и, как следствие этого, к ухудшению финансового положения кредитной  организации с  ее последующим банкротством.

Правовых оснований для переоценки указанных выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Вместе с тем судом округа доводы кассационных жалоб о неправильном применении судами норм о сроке исковой к спорным правоотношениям не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в виду нижеследующего.

При определении порядка исчисления срока исковой давности для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению нормы пункты 4, 5 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшие на момент совершения деликтов.

Так из материалов дела следует, что действия ответчиков были совершены в  период с 01.03.2011 по 18.03.2014.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон от 29.07.2017  № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу; названный Закон главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

С заявлением о привлечении должников к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился 23.12.2016, то есть до 01.07.2017.

Таким образом, к спорным правоотношениям, совершенным в период до 29.06.2013 подлежат применению  нормы  Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, когда давность регулировалась общими нормами гражданского законодательства, а  в отношении действий, совершенных ответчиками после 30.06.2013,  нормами Закона о банкротстве в редакции № ФЗ-38, действие которой началось  30.06.2013.

По смыслу положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ срок давности по заявлению о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности мог исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.06.2012 № 219/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2018 по делу № 305-ЭС18-7255).

 Нормы абзаца 4 пункта 5 статьи 10 Закона в редакции № ФЗ-38 устанавливали, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. 

При этом согласно разъяснениям, данным в пункте 58 Постановления от 21.12.2017 № 53, данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Вопрос о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника решается по результатам проверки конкурсным управляющим обстоятельств банкротства в соответствии с положениями Временных правил проверки наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротств, проведение которой возложено на конкурсного управляющего в соответствии с пунктами 1 пункта 3 статьи 50.21 Закона о банкротстве кредитных организаций.

Доказательств истечения трехлетнего срока с момента завершения реализации имущества Банка и окончательного формирования конкурсной массы в материалах дела не имеется.

Так согласно открытым сведениям из картотеки арбитражных дел, по состоянию на 22.08.2017 судом первой инстанции рассматривались требования кредиторов Банка о включении их требований в реестр требований должника, что свидетельствует о том, что формирование конкурсной массы не завершено на дату обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по совершенным действиям ответчиками до 29.06.2013 не истек.

В отношении действий совершенных в период с 20.06.2013 по 18.03.2014 суды правомерно применении годичный срок исковой давности, установленный нормами статьи 10 Закона о банкротстве в редакции № ФЗ-38.

 Течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

При этом судами правомерно установлено, что ранее даты составления заключения от 24.12.2015 по результатам проверки проведенной конкурсным управляющим, последний не мог узнать о наличии совокупности всех условий для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, поскольку именно по результатам проведенной проверки  стали известны обстоятельства того, кто конкретно является контролирующим лицом должника, какие конкретно им действия были совершены, установлены конкретные обстоятельства  совершения этими лицами действий, повлекших к признанию Банка банкротом.

Сам по себе факт окончания проверки не подтверждает, что по состоянию на 01.12.2015 конкурсному управляющему были известны вышеизложенные обстоятельства.

Доказательств  обратного суду не представлено.

При указанных обстоятельствах, выводы судов об отсутствии правовых оснований для отказа в удовлетворении требований  конкурсного управляющего в виду истечения срока исковой давности являются правильными.

Доводы кассационной жалобы ФИО5  о неправильном определении судами  процентного выражения ответственности каждого из ответчиков подлежит отклонению в виду его необоснованности, так, определяя процентное соотношение ответственности каждого из ответчиков, суды исходили из установления степени вины каждого и с учетом тех кредитных договоров, которые были представлены в материалы дела.

Не соглашаясь с указанным определением судами процентного соотношения ответственности каждого из ответчиков, ФИО5 не приводит своего котрасчета, не совершал он таких процессуальных действий и при рассмотрении спора в суде первой и апелляционной инстанциях (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные доводы кассационных жалоб, в том числе в отношении установления обстоятельств выдачи кредитов заемщикам, совершения ответчиками действий как лицами, к контролирующего должника лица, то есть лиц, входящих в органы управления Банка, сводятся к несогласию с выводами судов по совершенной им оценке доказательств, что не является основанием для отмены законных судебных актов. 

Переоценка доказательств не входит в полномочия суда при кассационном производстве, поскольку в соответствии с частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Несогласие же заявителей кассационных жалоб с результатами содержащихся в оспариваемых судебных актах оценки доказательств по делу не является основанием для их отмены, поскольку их доводы не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального или процессуального права, и не опровергают установленные ими обстоятельства.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12 сформулирована правовая позиция, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Суд кассационной инстанции считает, что вопреки доводам кассационной жалобы, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а окончательные выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, которые основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции также не установлено.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.09.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2018 по делу № А40-54279/14 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий – судья                                            Н.А. Кручинина 

Судьи:Н.Н. Тарасов

Д.В. Каменецкий