Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-15115/2022

11 октября 2022 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 11 октября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 11 октября 2022 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П.,  при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Инвестстрой-Урал» к Инспекции Федеральной налоговой службы по Калининскому району г. Челябинска, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о признании частично недействительным решения № 21 от 28.12.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО2 (доверенность от 13.05.2022, диплом от 26.04.2005, паспорт РФ), от ответчика – ФИО3 (доверенность от 27.12.2021, диплом от 11.06.2002, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 15.06.2022, служебное удостоверение), ФИО5 (доверенность от 24.08.2022, диплом от 15.05.2000, служебное удостоверение), от третьего лица – ФИО3 (доверенность от 27.12.2021, диплом от 11.06.2002, служебное удостоверение);  

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «ИнвестСтрой-Урал» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, измененным в порядке ст. 49 АПК РФ, к Инспекции Федеральной налоговой службы по Калининскому району г. Челябинска (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 21 от 28.12.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в размере 5 291 793 руб., налога на прибыль в размере 5 412 912 руб., пени по НДС в размере 3 063 159,21 руб., пени по налогу на прибыль в размере 3 077 797,06 руб., штрафа по налогу на прибыль в размере 270 645,60 руб. 

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, управление).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что при реальности произведенного сторонами исполнения по сделкам, то обстоятельство, что сделки и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание, в отсутствие заключения экспертиз и иных доказательств, в совокупности свидетельствующих о нереальности хозяйственных операций, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды. Во всех документах значатся подписи лиц, указанных в ЕГРЮЛ руководителями данных обществ, при этом налоговым органом не представлено документов, свидетельствующих о том, что руководство Общества знало об указании контрагентом недостоверных сведений ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем данной организации. Налогоплательщик не имеет прав и возможностей устанавливать те обстоятельства, которые могут быть выявлены налоговыми и правоохранительными органами. Все контрагенты, при подписании договоров проверены по информации из внешних источников. Учитывая, что доли вычетов по «проблемным» контрагентам составляют незначительный процент в общем объеме вычетов, ООО «ИнвестСтрой-Урал» проявило осмотрительность, соответствующую требованиям делового оборота. Сотрудники субподрядчиков заявлялись Обществом как представители ООО «ИнвестСтрой-Урал» в целях сокращения трудозатрат и более эффективного использования персонала. Осмотры мест нахождения общество осуществлены в более поздний период, а не в период спорных отношений. Анализ движения денежных средств, поступивших от спорных контрагентов на счета контрагентов 2, 3 звена и «обналиченных», произведен некорректно, поскольку доказательств того, что данные перечисления не связаны с результатами предпринимательской деятельности, не приведено. Допросы ряда физических лиц не являются допустимыми, поскольку свидетели не могли обладать информацией о спорных сделках. 

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода по сделкам со спорными контрагентами (ООО «Проект-Групп», ООО «Аванта», ООО «Аурис», ООО «Риантэкс», ООО «МК-Лидер», ООО «Металпрофн», ООО «Альфа-Трейд», ООО «Стафсервис», ООО «Профэлит», ООО «Артпроект», ООО «Системные технологии») по выполнению работ и поставке ТМЦ, реальность поставки и выполнения которых не имела место. Сделки с указанными контрагентами не имели реального исполнения, фактически спорные работы выполнены сотрудниками ООО «ИнвестСтрой-Урал», а также физическими лицами в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений. Денежные средства, перечисленные ООО «ИнвестСтрой-Урал» на расчетные счета спорных контрагентов, а также по договорам цессии в адрес ООО «Парус», ООО «Эдельвейс», и в качестве авансовых платежей в адрес ООО «Системные Технологии», ООО «Артпроект», в дальнейшем перечисляются на счета индивидуальных предпринимателей, с последующим снятием или перечислением на их лицевые счета. В 2017 году ООО «ИнвестСтрой-Урал» на расчетные счета ООО «Проект-Групп», ООО «Парус», ООО «Металпрофи», ООО «МК-Лидер», ООО «Эдельвейс», ООО «Системные Технологии», ООО «Артпроект» перечислены денежные средства в размере 14 871 298 руб. При этом в период с 01.01.2017 по 31.12.2017 на личные счета руководителя ООО «ИнвестСтрой-Урал» ФИО6 зачислены, либо переведены на карту денежные средства в размере 10 323 418 руб., также ею 26.12.2017 приобретена квартира кадастровой стоимостью 3 428 665 руб. Сумма поступивших    в    адрес    ФИО6   денежных средств сопоставима с размером денежных средств, перечисленных Обществом в адрес спорных контрагентов, при том, что сумма официального дохода ФИО6 за 2017 год в ООО «ИнвестСтрой-Урал» составила всего 80 943 руб. Инспекцией допрошены представители заказчиков, которые подтвердили, что ООО «ИнвестСтрой-Урал» выполняло работы своими силами, без привлечения субподрядных организаций. Кроме того, обществом по сделкам поставки товара не представлены документы, в том числе отсутствуют договоры, на основании которых осуществлены поставки, не представлены транспортные накладные, акты о приемке выполненных работ (КС-2), справки о стоимости выполненных работ (КС-3). В представленных товарных накладных отсутствуют основания заявки, не указаны реквизиты транспортных накладных, отсутствуют подписи и ФИО лиц отпустивших и принявших груз и даты принятия груза.

В судебном заседании представитель налогоплательщика поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленные требования удовлетворить.  

Представители инспекции и управления в судебном заседании против доводов заявления возражали по мотивам изложенным в отзыве, просили в удовлетворении заявленных требований отказать. 

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, инспекцией проведена выездная налоговая проверка налогоплательщика по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2017 по 31.12.2017, по результатам которой составлен акт № 16 от 25.08.2021, продлены сроки рассмотрения материалов налоговой проверки и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 21 от 28.12.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого налогоплательщик привлечен к ответственности по п. 3 ст. 122 НК РФ за неуплату налога на прибыль организаций в виде штрафа в размере 270 645,60 руб., кроме того налогоплательщику доначислены НДС в сумме 5 291 793 руб., налог на прибыль организаций в сумме 5 412 912 руб., пени по НДС в сумме 3 063 159,21 руб., пени по налогу на прибыль организаций в сумме 3 077 797,06 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/002288 от 18.04.2022, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции в части эпизодов по НДС и по налогу на прибыль, налогоплательщик обратился в арбитражный суд. 

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Согласно п. 2 ст. 252 НК РФ расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Таким образом, при решении вопроса о возможности принятия к учету расходов в целях исчисления налога на прибыль необходимо исходить из реальности этих расходов, произведенных для приобретения товаров (работ, услуг), экономической оправданности их несения, их надлежащего документального подтверждения и взаимосвязи расходов с осуществлением предпринимательской деятельности налогоплательщика.

Нормой ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены.

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик. 

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления № 53). 

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановление № 53).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

Основанием для доначисления налогоплательщику НДС и налога на прибыль, соответствующих пеней и штрафа послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам выполнения работ и поставки товара, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок, сопровождающихся выполнением работ собственными силами налогоплательщика либо физическими лицами в отсутствие надлежащим образом оформленных отношений, а также обналичиванием и возвратностью денежных средств.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ООО «ИнвестСтрой-Урал» (г.Челябинск) создано 29.10.2015. 

Руководителем ООО «ИнвестСтрой-Урал» в проверяемом периоде являлась ФИО7.

Основным видом деятельности Общества заявлена обработка металлов и нанесение покрытий на металлы (код по ОКВЭА 25.61). 

Согласно представленным в ходе проверки документам Общество в проверяемом периоде выполняло работы по ремонту промышленных объектов и зданий и нанесению антикоррозийной защиты.

Обществом в книгах покупок в проверяемом периоде отражены счета-фактуры за выполнение работ от следующих контрагентов:

- ООО «Аванта» во 2 квартале 2017 года на общую сумму 4 499 924 руб. (в т.ч. НДС 686 429 руб.) за выполнение капитального ремонта контуров заземления на Вахском РЭС (район электрических сетей), Мегионском РЭС, Самотлорском РЭС для заказчика ДО «Россети Тюмень» филиал АО «Тюменьэнерго» Нижневартовские электрические сети;

- ООО «Аурис» в 4 квартале 2017 года на общую сумму 2 202 125 руб. (в т.ч. НДС 335 917 руб.) за выполнение антикоррозийной обработки МТО Курганского НУ АО «Транснефть-Урал» для заказчика АО «Транснефть-Урал»;

- ООО «Риантэкс» в 4 квартале 2017 года на сумму 1 069 350 руб. (в т.ч. НДС 163 121 руб.) за выполнение капитального ремонта кровли на объекте А-А/2-21 цеха № 1 г.Волчанск для заказчика АО «НПК «Уралвагонзавод» имени Ф.Э. Дзержинского»;

- ООО «Металпрофи» в 4 квартале 2017 года на сумму 516 410 руб. (в т.ч. НДС 78 774 руб.) за выполнение работ по антикоррозийной защите металлоконструкций прожекторных мачт на НПС (нефтеперекачивающая станция) «Урдома», НПС «Микунь», НПС «Зеленоборск» для заказчика АО «Транснефть-Север»;

- ООО «Проект-Групп» в 3 - 4 кварталах 2017 года на общую сумму 22 641 755 руб. (в т.ч. НДС 3 453 827 руб.) за выполнение работ по антикоррозийной защите, ремонтных и покрасочных работ для заказчиков АО «Россети Тюмень», ПАО «Фортум», АО «Транснефть-Север», АО «Норильско-Таймырская Энергетическая Компания»;

- ООО «Альфа-Трейд» в 4 квартале 2017 года на сумму 297 250 руб. (в т.ч. НДС 45 343 руб.) за выполнение работ по остеклению здании на Челябинской ТЭЦ-3 для заказчика ПАО «Фортум»;

- ООО «МК-Лидер» в 4 квартале 2017 года на сумму 178 263 руб. (в т.ч. НДС27 192 руб.) за выполнение ремонтных работ на объектах Челябинской ГРЭС для заказчика ПАО «Фортум»;

- ООО «Артпроект» в 4 квартале 2017 года на сумму 1 199 995 руб. (в т.ч. НДС 183 050 руб.)   авансовый  платеж  по  договору   субподряда  на  выполнение   капитального  ремонта кровли на объекте А-А/2-21 цеха № 1 г. Волчанск для заказчика АО «НПК «Уралвагонзавод» имени Ф.Э. Дзержинского» и выполнение капитального ремонта кровли дома по адресу 

<

...> для заказчика СНОФ «РО капитального ремонта МКД Челябинской области,

- ООО «Системные технологии» в 4 квартале 2017 года на сумму 1 000 740, руб. (в т.ч. НДС  152 655 руб.) авансовый платеж по договору субподряда на выполнение работ по капитальному ремонту подвалов, внутреннего водоотведения в многоквартирных домах для заказчика СНОФ «РО капитального ремонта МКД Челябинской области».

Инспекцией установлено, что сделки с указанными контрагентами не имели реального исполнения, фактически спорные работы выполнены сотрудниками ООО «ИнвестСтрой-Урал», а также физическими лицами, привлеченными Обществом самостоятельно. 

В частности, в нарушение условий договоров, заключенных ООО «ИнвестСтрой-Урал» с заказчиками, согласование субподрядных организаций, привлекаемых для выполнения спорных работ, не осуществлялось. 

Обществом не представлены списки работников спорных контрагентов, выполнявших работы на объектах. Документы, подтверждающие проявление Обществом коммерческой осмотрительности, также не представлены.

При этом, у спорных контрагентов отсутствовал персонал, который мог выполнять работы на рассматриваемых объектах. 

Затраты по расчетному счету спорных контрагентов, связанные с привлечением субподрядчиков для выполнения спорных работ также отсутствовали. 

Расходы по ведению реальной финансово-хозяйственной деятельности у контрагентов отсутствовали. 

Соответственно, в связи с отсутствием у вышеперечисленных организаций необходимых трудовых ресурсов как собственных, так и привлеченных, возможность самостоятельно выполнять работы на объектах у контрагентов отсутствовала.

Договоры со спорными контрагентами подписаны па выгодных для ООО «ИнвестСтрой-Урал» условиях, с отсрочкой платежа в течение 30 дней после подписания акта выполненных работ, предусмотрена неустойка за нарушение договорных обязательств. 

Оплата Обществом в адрес спорных контрагентов произведена не в полном объеме, при этом, претензии со стороны контрагентов в адрес Общества не направлялись.

Так, задолженность Общества перед контрагентами на 31.12.2017 составляла:

- ООО «Альфа-Трейд» - 297 250 руб. (оплата не производилась);

- ООО «Лурис» - 2 202 125 руб. (оплата не производилась);

- ООО «Стафсервпс» - 531 100,50 руб. (оплата не производилась);

- ООО «Проект-Групп» - 16 090 600,21 руб. (оплата произведена частично в сумме 6 551 154,92 руб.);

- ООО «Аванта» - 489 617,48 руб., оплата произведена в адрес ООО «Парус» на основании договора цессии в размере 4 010 307,34 руб.;

- ООО «Риантэкс» - оплата произведена в адрес ООО «Эдельвейс» на основании договора цессии в полном объеме в сумме 1 069 350 руб.

При этом взаимоотношений с организациями ООО «Парус» и ООО «Эдельвейс», с которыми заключены договоры цессии, как по расчетным счетам, так и по книгам покупок и продаж не установлено.

Денежные средства, перечисленные ООО «ИнвестСтрой-Урал» на расчетные счета спорных контрагентов, а также по договорам цессии в адрес ООО «Парус», ООО «Эдельвейс», и в качестве авансовых платежей в адрес ООО «Системные Технологии», ООО «Артпроект», в дальнейшем перечисляются на счета индивидуальных предпринимателей, с последующим снятием или перечислением на их лицевые счета.

Инспекцией установлено, что в 2017 году ООО «ИнвестСтрой-Урал» на расчетные счета ООО «Проект-Групп», ООО «Парус», ООО «Металпрофи», ООО «МК-Лидер», ООО «Эдельвейс», ООО «Системные Технологии», ООО «Артпроект» перечислены денежные средства в размере 14 871 298 руб.

При этом в период с 01.01.2017 по 31.12.2017 на личные счета руководителя ООО «ИнвестСтрой-Урал» ФИО7 зачислены, либо переведены на карту денежные средства в размере 10 323 418 руб.

Кроме того, ФИО7 26.12.2017 приобретена квартира кадастровой стоимостью 3 428 665 руб. 

Сумма поступивших в адрес ФИО6 денежных средств сопоставима с размером денежных средств, перечисленных Обществом в адрес спорных контрагентов. 

При этом, сумма официального дохода ФИО6 за 2017 год в ООО «ИнвестСтрой-Урал» составила всего 80 943 руб.

Инспекцией также установлено, что спорные организации созданы незадолго до совершения сделок: 

- ООО «Альфа-Трейд» - 01.09.2017 (договор заключен в день создания организации - 01.09.2017, сделка 3 квартал 2017 года), 

- ООО «Аванта» - 10.04.2017 (сделка 2 квартал 2017 года), 

- ООО «Проект-Групп» - 02.05.2017 (3-4 кварталы 2017 года), 

- ООО «Риантэкс» - 29.08.2017 (4 квартал 2017 года), 

- ООО «Аурис» - 04.04.2017 (4 квартал 2017 года), 

ООО «Артпроект» - 19.10.2017 (аванс отражен в 4 квартале 2017 тола), 

ООО «Системные технологии» - 11.12.2017 (аванс отражен в 4 квартале 2017 года).

При этом, спорные организации исключены из ЕГРЮЛ в административном порядке: 

- ООО «Проект-Групп» (09.07.2019), 

- ООО «Аванта» (17.09.2019), 

- ООО «Аурис» (06.06.2019), 

- ООО «Альфа-Трейд» (29.07.2020), 

- ООО «Риантэкс» (09.10.2019), 

- ООО «МК-Лидер» (09.01.2020), 

- ООО «Эдельвейс» (01.08.2019), 

- ООО «Системные Технологии» (11.09.2019), 

- ООО «Артпроект» (13.03.2020). 

ООО «ИнвестСтрой-Урал» на момент ликвидации данных организаций в нарушение п. 18 ст. 250 НК в 2019-2020 годах во внереализационных доходах, учитываемых при исчислении налога на прибыль организаций, не отражены доходы в виде сумм кредиторской задолженности по прекратившим деятельность контрагентам.

В налоговых декларациях по НДС, представленных ООО «Альфа-трейд» и ООО «Артпроект», сделки с ООО «ИнвестСтрой-Урал» не отражены.

ООО «Аурис», ООО «Металпрофп», ООО «МК-Лидер», декларации по НДС за период сделки не представлены. 

Кроме того, ООО «МК-Лидер» находилось на системе налогообложения ЕНВД, ООО «Металпрофи» применяло упрощенную систему налогообложения.

Организациями ООО «Проект-Групп», ООО «Аванта», ООО «Риантэкс», ООО «Системные технологии» в налоговые органы представлены уточненные «нулевые» декларации по НДС.

Директор ООО «Аванта» ФИО8 (протокол допроса от 29.05.2021) заявила, что ООО «Аванта» зарегистрировала за денежное вознаграждения, финансово-хозяйственную деятельность не вела, расчетными счетами организации не распоряжалась, ООО «ИнвестСтрой-Урал» свидетелю не знакомо, подпись па спорных договорах и счетах-фактурах ей не принадлежит.

Директор ООО «Артпроект» ФИО9 заявил, что сотрудников ООО «Артпроект» не имело, на объектах проверяемого налогоплательщика работы ООО «Артпроект» не выполняло, документы по взаимоотношениям с ООО «ИнвестСтрой-Урал» подписаны свидетелем по просьбе третьего лица.

Директор ООО «Системные технологии» ФИО10 (протокол допроса от 14.02.2018) пояснил, что организацию зарегистрировал по просьбе третьих лиц, документы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности организации, свидетель не подписывал, за исключением документов по аренде и для открытия расчетных счетов.

Директор ООО «Аурис» ФИО11 сообщила, что ООО «Аурис» зарегистрировала самостоятельно за денежное вознаграждение. Намерений управлять организацией не было. Фактическим руководителем никогда не являлась. Никаких документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности организации свидетель не подписывала, за исключением регистрационных и банковских документов.

Директор ООО «МК-Лидер» ФИО12 пояснил, что ООО «МК- Лидер» зарегистрировал самостоятельно. Фактически осуществлял деятельность по общепиту. ООО «ИнвестСтрой-Урал» свидетелю не знакомо. Договоры данной организацией не заключались. Спорные работы ООО «МК-Лидер» не выполнялись. Документы по сделке с ООО «ИнвестСтрой-Урал» не подписывал, подпись в них ему не принадлежит.

Директор ООО «Риантэкс» ФИО13 признал себя фиктивным (номинальным)руководителем /учредителем. Документы,касающиеся финансово-хозяйственной деятельности ООО «Риантэкс» ФИО13 не подписывал.

Также инспекцией установлено, что заказчикам работ спорные контрагенты не известны.

В частности, инспекции даны следующие пояснения:

- АО «Норильско-Таймырская Энергетическая Компания» о том, что ООО «Проект-Групп» не известно, работы выполнены ООО «ИнвестСтрой-Урал»;

- АО «Транснефть - Север» о том, что контрагент ООО «Проект-Групп» не известен, работы ООО «Металпрофи» не выполняло, работы выполнены ООО «ИнвестСтрой-Урал»;

- АО «Россети Тюмень» о том, что ООО «Проект-Групп» и ООО «Аванта» незнакомы, ФИО14 и ФИО8 не знакомы, работы выполнены ООО «ИнвестСтрой-Урал»;

- АО «НПК «Уралвагонзавод» имени Ф.Э. Дзержинского» сообщило, что по поводу ООО «Артпроект», ООО «Риантэкс», ФИО9, ФИО13 информация отсутствует, работы выполнены ООО «ИнвестСтрой-Урал».

Заказчиками работ представлены заявки, приказы о направлении сотрудников в командировку, журналы регистрации инструктажа па рабочих местах, письма об оформлении пропусков на сотрудников ООО «ИнвестСтрой-Урал».

Кроме того, инспекцией допрошены представители заказчиков, которые подтвердили, что ООО «ИнвестСтрой-Урал» выполняло работы своими силами, без привлечения субподрядных организаций, в том числе:

- ответственные за ходом выполнения работ со стороны заказчика АО «Россети Тюмень» ФИО15, ФИО16 пояснили, что на Мегионском РЭС работы производились сотрудниками ООО «ИнвестСтрой-Урал», субподрядные организации не привлекались;

кураторы работ от имени заказчика АО «Транснефть - Север» ФИО17, ФИО18, ФИО19 сообщили, что ООО «ИнвестСтрой-Урал» выполняло работы самостоятельно, без привлечения субподрядных организаций, ООО «Проект-Групп» свидетелям незнакомо.

Лица, ответственные за ходом выполнения работ со стороны ООО «ИнвестСтрой-Урал», заявили о самостоятельном выполнении спорных работ Обществом с привлечением наемных рабочих, в том числе:

- ФИО20 пояснил, что в 2017 году работал в ООО «ИнвестСтрой-Урал» в должности начальника участка. На объекте ТЭЦ-1 г. Тюмень осуществлял контроль за ходом выполнения работ по ремонту кровли здания. ООО «ИнвестСтрой-Урал» выполняло работы на объекте силами привлеченных бригад рабочих, субподрядные организации на данный объект не привлекались;

- ФИО21 в 2017 году выполнял работы по антикоррозийной защите световых мачт на объектах заказчика АО «Транснефть - Север». Данные работы выполнял в соответствии с договором, заключенным с ООО «ИнвестСтрой-Урал». Работы выполнялись ФИО21 и привлеченной им бригадой рабочих;

- ФИО22 пояснил, что в период с 2017 года по 2019 год занимал должность начальника участка в ООО «ИнвестСтрой-Урал». В штате ООО «ИнвестСтрой-Урал» в 2017 году рабочих для выполнения работ заказчиков не было. Работы выполняли привлеченные бригады рабочих, которых находили по объявлениям подаваемыми ими, также подавали сами на сайте «зарплата.pу». Проживание и доставку бригад оплачивало ООО «ИнвестСтрой-Урал». Командировочные расходы, расходы по аренде жилья, ГСМ передавались свидетелю, а ФИО22 выдавал командировочные (суточные), компенсировал ГСМ рабочим, а также снимал им жилье.

- ФИО23 пояснил, что с 2017 года по 2018 год работал в ООО «ИнвестСтрой-Урал», занимал должность мастера участка. Работы на объектах производились силами OОО «ИнвестСтрой-Урал» и с привлечением иных лиц. В штате ООО «ИнвестСтрой-Урал» в 2017 году рабочих для выполнения объемов работ заказчиков не было. Работы выполняли привлеченные бригады рабочих. Проживание и доставку бригад оплачивало ООО «ИнвестСтрой-Урал»;

- ФИО24 пояснил, что в 2017 году занимал должность начальника участка в ООО «ИнвестОгрой-Урал». Свидетель пояснил, что в 2017 году работы выполнялись силами ООО «ИнвестСтрой-Урал». Спорные контрагенты свидетелю не знакомы;

- ФИО25, специалист в сфере закупок в ООО «ИнвестСтрой-Урал», сообщила, что ООО «ИнвестСтрой-Урал» субподрядные организации не привлекает, согласно договорам работы выполняются собственными силами.

Работники ООО «ИнвестСтрой-Урал» ФИО26, ФИО27, ФИО28 подтвердили выполнение работ на объектах АО «Транснефть-Урал» собственными силами и силами иных работников ООО «ИнвестСтрой-Урал».

Директор ООО «ИнвестСтрой-Урал» ФИО6 (протокол допроса от 27.05.2021) пояснила, что спорные организации не помнит, кто принимал участие при выполнении работ от спорных контрагентов не помнит.

Таким образом, как установлено инспекцией, обстоятельства, установленные в ходе выездной налоговой проверки, в своей совокупности и взаимосвязи свидетельствуют об отсутствии выполнения работ спорными контрагентами. 

Фактически спорные работы выполнены сотрудниками ООО «ИнвестСтрой-Урал», а также физическими лицами, привлеченными Обществом без документального оформления.

Также инспекцией установлено, что Обществом в книгах покупок в проверяемом периоде отражены счета-фактуры за поставку ТМЦ от следующих контрагентов:

- ООО «Профэлит» в 1 квартале 2017 года на общую сумму 249 587 руб. (в т.ч. НДС 38 072 руб.) за поставку ТМЦ (ПВХ мембраны, геотекстильное полотно и т.п.);

- ООО «Стафсервис» в 3 квартале 2017 года на общую сумму 531 100 руб. (в т.ч. НДС 81 015 руб.) за поставку ТМЦ (металлоконструкции).

Обществом по спорным сделкам не представлены документы, в том числе отсутствуют договоры, на основании которых осуществлены поставки, не представлены транспортные накладные. 

В представленных товарных накладных отсутствуют основания заявки, не указаны реквизиты транспортных накладных, отсутствуют подписи и ФИО лиц отпустивших и принявших груз и даты принятия груза.

Дальнейшая реализация ТМЦ, приобретение которых оформлено от имени ООО «Профэлит», согласно регистрам бухгалтерского учета отсутствует.

По сделке с ООО «Стафсервис» не представлены документы, подтверждающие использование спорных ТМЦ в производстве (акты о приемке выполненных работ (КС-2), справки о стоимости выполненных работ (КС-3). Списание материалов, приобретенных у ООО «Стафсервис» в учете Общество отражено без привязки к объекту выполнения работ.

Налогоплательщиком представлены пояснения о том, что товар, приобретенный у ООО «Стафсервис» в последующем выставлен в адрес АО «Транснефть-Север». 

Однако, инспекцией проведено сопоставление номенклатуры ТМЦ, полученных от ООО «Стафсервис» с номенклатурой, переданной в адрес указанного лица, по результатам чего установлено, что спорные товары в адрес заказчика не передавались.

Задолженность   перед  ООО   «Стафсервис»   на 31.12.2027 составила 531 100 руб., оплата обществом не производилась, движения денежных ООО «Стафсервис» в 2017 году не осуществлялось.

Спорные организации исключены из ЕГРЮЛ в административном порядке: 

- ООО «Стафсервис» (10.07.2020), 

- ООО «Профэлпт» (17.09.2019). 

При этом ООО «ИнвестСтрой-Урал» на момент ликвидации ООО «Стафсервис» в нарушение п. 18 ст. 250 НК в 2020 году во внереализационных доходах, учитываемых при исчислении налога на прибыль организаций, не отражены доходы в виде сумм кредиторской задолженности по прекратившему деятельность контрагенту.

Численность сотрудников ООО «Профэлит» и ООО «Стафсервис» в проверяемом периоде составляла 0 человек. 

Эти контрагенты не имели в собственности складских помещений и транспортных средств, по расчетному счету операции, связанные с арендой складских помещений, отсутствовали. 

При анализе денежных и товарных потоков ООО «Профэлит» и ООО «Стафсервис» не установлены контрагенты-поставщики, которые могли поставлять ТМЦ, впоследствии якобы реализованные в адрес ООО «ИнвестСтрой-Урал».

ООО «Профэлит», ООО «Стафсервис» отразили в налоговых декларациях по НДС сделки с ООО «ИнвестСтрой-Урал», при этом минимизировали начисленные суммы налога путем включения в книги покупок операции с контрагентами - поставщиками первой и второй очереди, имеющими признаки номинальных и взаимосвязанных организаций, не представившими налоговые декларации по НДС за соответствующие периоды, либо представившими «нулевые» декларации.

Таким образом, обстоятельства, установленные инспекцией по взаимоотношениям Общества и ООО «Профэлит», ООО «Стафсервис» свидетельствуют об отсутствии реальности поставок ТМЦ спорными контрагентами.

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что: 

- спорные контрагенты, заявляемые налогоплательщиком в качестве исполнителей сделок (выполнения работ и поставки товара) не имели реальной возможности их осуществления, поскольку обладают всеми признаками «номинальных» структур (с учетом того, что руководители спорных контрагентов отрицали взаимоотношения с налогоплательщиком, а также в силу отсутствия у организаций материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, отсутствия доказательств использования ими привлеченных ресурсов, представления налоговой отчетности в налоговые органы с «минимальными» показателями), 

- спорные контрагенты зарегистрированы незадолго до совершения сделок,

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязательств, у которых отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок,

- ряд спорных контрагентов применяли специальные налоговые режимы и не находились на ОСН, 

- налоговая отчетность представлялась спорными контрагентами именно в период взаимоотношений с налогоплательщиком, 

- отсутствовал ряд первичных документов по сделкам (заявки на товар и работы, акты о приемке работ, в ряде случаев договоры, документы о транспортировке товара), а в представленных – наличествовал целый ряд противоречий (в том числе в виде отсутствия подписей и печатей лиц, отпустивших и принявших товар),

- инспекцией не установлен источник происхождения товара и у спорных контрагентов отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара, сопровождающаяся «задвоением» товарного потока в виде наличия реального потока товара от реальных поставщиков и искусственным документальным формированием нереального потока товара с участием спорных контрагентов без их встраивания в цепочку реальных сделок, 

- отсутствовала дальнейшая реализация налогоплательщиком приобретенного по документам товара, равно как и документы, подтверждающие использование спорного товара в производственной деятельности налогоплательщика, 

- отсутствовала реальность заявленных в первичных документах работ, сопровождающаяся их выполнением силами самого налогоплательщика либо привлеченных физических лиц без надлежащего оформления договорных отношений, 

- ряд объектов выполнения работ являлись режимными, однако пропусков на имя спорных контрагентов не оформлялось, 

- конечные получатели работ опровергли их выполнение спорными контрагентами, подтвердив факт их выполнения силами самого налогоплательщика, 

- частично отсутствовала оплата по сделкам налогоплательщиком в адрес спорных контрагентов, при отсутствии отражения задолженности в учете налогоплательщика, а также совершения каких-либо действий по получению либо взысканию задолженности на протяжении значительного временного периода (вплоть до их последующей ликвидации и исключения из ЕГРЮЛ), 

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников,

- использовалась схема движения денежных средств, свидетельствующая о транзитном движении денежных средств с их последующим обналичиванием и возвратностью в распоряжение налогоплательщика (через руководителя). 

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что ни один из заявленных контрагентов не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорными контрагентами.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств (в том числе отсутствия реальности сделок, выполнения работ собственными силами, транзитного характера движения частично перечисленных денежных средств с их последующим обналичиванием и возвратностью), единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорными контрагентами являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль.

Следует учитывать, что документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок, а также наличия расчетов с учетом фактов обналичивания денежных средств, носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а исключительно на создание видимости хозяйственных операций, где контрагенты являются «транзитными» организациями, а не реальными хозяйствующими субъектами гражданского оборота.

В данном случае, значительная часть денежных средств не выбывала из обладания налогоплательщика, поскольку оплата по сделкам в полном объеме не произведена и возможность взыскания с налогоплательщика кредиторской задолженности утрачена ввиду исключения спорных контрагентов из ЕГРЮЛ. 

При этом, спорными контрагентами на протяжении значительного временного периода не предпринимались какие-либо действия, направленные на получение либо взыскание задолженности, что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Ссылка налогоплательщика на наличие оплаты путем подписания договоров цессии не может быть принята судом во внимание. 

Так, наличие требований к стороне сделки, обуславливающих возможность их уступки первоначальной стороной подтверждается соответствующими документами возникновения юридических и фактических оснований таких требований. В данном случае, инспекцией установлено отсутствие в спорных сделках признака реальности, отсутствие документальных доказательств наличия требований для возможности их уступки, формальность составления договоров уступки, отсутствие оплаты переуступленной задолженности новым кредитором в адрес спорных контрагентов, согласованность действий для создания видимости реальных хозяйственных операций и прикрытия иной деятельности, что в своей совокупности и взаимной связи исключает возникновение оснований для осуществления оплаты путем уступки для целей рассмотрения налоговых правоотношений.  

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Довод налогоплательщика о том, что примененная им схема построения хозяйственных взаимоотношений со спорными контрагентами обусловлена длительностью согласования заказчиками подрядных организаций, а потому необходимостью указания работников спорных контрагентов в качестве работников налогоплательщика не опровергает, а наоборот подтверждает вывод инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом, а инспекция при вынесении оспоренного решения правомерно руководствовалась нормами ст. 54.1 НК РФ.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорных контрагентов не могут быть приняты судом во внимание.

По указанным основаниям не принимается и довод налогоплательщика об отсутствии со стороны инспекции исследования вопроса о размере доли спорных операций в обороте налогоплательщика, поскольку в данном случае инспекцией вменяется и доказан умысел на совершение налогового правонарушения, а не неосторожность. 

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Изложенное имело место в рассматриваемом случае, а потому доводы налогоплательщика арбитражным судом не принимаются.

В частности, установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата НДС и налога на прибыль явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленными контрагентами, а также о том, что спорные контрагенты умышленно включены налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорных контрагентов, отражающих несуществующие хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на вычет по НДС и уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

Кроме того, как установлено инспекцией, налогоплательщиком реализовывалась не схема получения необоснованной налоговой выгоды путем встраивания спорных контрагентов в цепочку реального потока товара, а схема формирования путем фиктивного документооборота нереального потока товара и услуг с участием спорных контрагентов («задвоение»), что исключает признание налоговой выгоды обоснованной. 

Более того, в ситуации выполнения работ собственными силами налогоплательщика либо привлеченными физическими лицами без надлежащего документального оформления взаимоотношений, сопровождающейся наличием расчетов с учетом фактов обналичивания и возвратности денежных средств в распоряжение налогоплательщика, признание в судебном порядке права на отнесение соответствующих расходов, документированных от имени проблемных контрагентов ведет к двойному учету соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль.    

При этом, инспекцией не установлены и налогоплательщиком не раскрыты сведения и доказательства, позволившие бы установить реальных исполнителей работ и поставщиков товара, а также параметры сделок, то есть сделок, осуществленных на легальном основании.

Указанный вывод арбитражного суда также соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.05.2022 № 310-ЭС22-6490 по делу № А09-4851/2021.

Изложенное исключает обоснованность доводов налогоплательщика об отсутствии со стороны инспекции исследования вопроса отклонения цен по сделкам от рыночных. 

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорных контрагентов (как то показания нескольких свидетелей, незначительные перечисления денежных средств) подлежат отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания денежных средств.

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией в ходе проверки не допрошено достаточное количество свидетелей, а показания опрошенных – неверно истолкованы инспекцией, указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает. При этом, как верно отмечено инспекцией, учитывая наличие умышленных действий, направленных на незаконное получение вычетов по НДС и увеличение расходов по налогу на прибыль, является само собой разумеющимся стремление участников подобных отношений скрыть достоверную информацию о реальных обстоятельствах сделок.

Ссылка налогоплательщика на представленные адвокатские опросы ФИО29 и ФИО30 не принимается, поскольку отсутствуют процессуальные основания для признания таких документов надлежащими доказательствами. В силу положений ст.ст. 64, 68, 75, 88 АПК РФ, а также разъяснений, изложенных в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.04.2006 № 100-О, протокол опроса, проведенного адвокатом в соответствии с положениями Закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации, не может быть признан допустимым доказательством при рассмотрении дела арбитражным судом и установлении обстоятельств, которые могут быть подтверждены определенными доказательствами, ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве такого средства доказывания как составленные адвокатом письменные пояснения свидетеля. Кроме того, полученные пояснения указанных лиц противоречат показаниям и документам, добытым инспекцией в ходе налоговой проверки.

Довод налогоплательщика о формальном характере проведенной инспекцией выездной налоговой проверки и об избирательном подходе к оценке добытых доказательств представляется несостоятельным и не соответствующим материалам дела.  

Не принимается ссылка налогоплательщика об отсутствии возможности нести ответственность за своих контрагентов на всех стадиях уплаты налога в бюджет, поскольку именно налогоплательщиком заявлены сделки со спорными контрагентами, а потому негативные последствия в этой части не могут быть переложены на бюджет Российской Федерации.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172, 252 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорными контрагентами в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Ссылка налогоплательщика на то, что поданные спорными контрагентами «нулевые» налоговые декларации являлись уточненными, равно как и иные доводы налогоплательщика подлежат отклонению, как не опровергающие выводов инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды. 

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью. 

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным решения инспекции в оспоренной части у арбитражного суда не имеется.  

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                 А.П. Свечников