ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-22530/2022

город Ростов-на-Дону

26 апреля 2023 года

15АП-2739/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 26 апреля 2023 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Долговой М.Ю., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей лиц участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества "Атакор. Антикризисное управление" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2023 по делу № А32-22530/2022 по заявлению акционерного общества "Атакор. Антикризисное управление" о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее также - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось акционерное общество "Атакор. Антикризисное управление" (далее также – кредитор, АО "Атакор.Антикризисное управление") с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 15 298,94 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО "Атакор. Антикризисное управление" обжаловало определение суда первой инстанции от 25.01.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что на момент введения процедуры банкротства и по сегодняшний день, должник имеет неисполненные денежные обязательства перед АО "Атакор. Антикризисное Управление" (далее - кредитор). Судом первой инстанции неверно сделаны выводы относительно статуса юридического лица кредитора. АО "Атакор. Антикризисное Управление", ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование", ООО "МФИ Коллекшн", являются юридическими лицами, осуществляющими деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности. Указанная информация подтверждается распечаткой с официального сайта ФССП России (https://fssp.gov.ru/gosreestr_jurlic/). При изложенных обстоятельствах договор уступки прав требований № 21-04/2022 от 21.04.2022, заключенный между ООО "МФИ Коллекшн" (цедент) и ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование", договор комиссии на приобретение права (требования) к физическим лицам от 01.02.2022 являются реальными сделками, влекут правовые последствия, в том числе, предоставляют кредитору полномочия на предъявление требований к должнику, вытекающих из кредитного договора. 

В связи с нахождением судьи Деминой Я.А. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2023 в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Деминой Я.А. на судью Шимбареву Н.В.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала.

Отзыв на апелляционную жалобу в материалы дела не представлен.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ее несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.05.2022 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.08.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом). В отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим ФИО2 утвержден ФИО3, из числа членов Ассоциации КМ СРО АУ "Единство".

Сообщение о введении процедуры реализации гражданина опубликованы на ЕФРСБ от 17.08.2022 № 9441007.

В Арбитражный суд Краснодарского края обратилось акционерное общество "Атакор. Антикризисное управление" с рассматриваемым заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом.

В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона.

Пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве позволяет кредиторам предъявить требование к должнику, приложив к нему судебный акт, а при его отсутствии - иные документы, подтверждающие обоснованность требования.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно статье 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413 по делу N А40-163846/2016, по смыслу пункта 26 постановления N 35 на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр, лежит самостоятельная обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в целях предотвращения "попадания в реестр" недобросовестных кредиторов либо кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально - правовых интересов заявителя.

Реальной целью заявления требования может быть искусственное создание задолженности для последующею необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Верховного суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060 по делу N А32-16155/2011).

Таким образом, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992(3).

Бремя опровержения сомнений лежит на последних. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу пункта 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Указанная правовая позиция относительно распределения бремени доказывания изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 N 305-ЭС17-14948 по делу N А40-148669/2016, от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470 по делу N А32-42517/2015.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Как следует из заявления АО "Атакор. Антикризисное управление" в настоящее время должник имеет перед ним неисполненные денежные обязательства в сумме 15 298,94 рублей, из которых: 9 970,58 рублей - основной долг, 2 535, 51 рублей - проценты, 2 792, 85 рубля - неустойка.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований указано следующее.

01 февраля 2022 года между АО "Атакор. Антикризисное управление" (комитент) и ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" (комиссионер) заключен договор комиссии на приобретение права (требования) к физическим лицам № б/н. 

В соответствии с пунктом 1.1 договора, комиссионер обязуется по поручению комитента за вознаграждение осуществить поиск и приобрести от своего имени у банковских, микрофинансовых и иных организаций, за свой счет или за счет привлеченных денежных средств имущественные права (требования) к физическим лицам, а также передать комитенту приобретенные для него права требования по акту приема-передачи. 

В силу договора уступки прав (требований) № 21-04/2022 от 21.04.2022, заключенного между ООО "МФИ Коллекшн" (цедент) и ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" в лице генерального директора ФИО4 (цессионарий) право (требование) по кредитному договору № 

<

***> от 26.05.2021 в полном объеме перешло цессионарию. 

Согласно договору комиссии на приобретение права (требования) к физическим лицам от 01.02.2022, акта приема-передачи прав (требований) от 21.04.2022, заключенных между АО "Атакор. Антикризисное Управление" и ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" данное кредитное обязательство в полном объеме передано в пользу АО "Атакор. Антикризисное управление".

По имеющимся у кредитора сведениям, в соответствии с условиями кредитного договора № 

<

***> от 26.05.2021 должнику был выдан кредит в размере 20 000 рублей под 250,00 % годовых сроком до 26.05.2021. 

Обязательства по возврату кредитных денежных средств должником не исполнены, в связи с чем, у должника имеется задолженность в размере 15 298,94 рублей, из которых: 9 970,58 рублей - основной долг, 2 535,51 рублей - проценты, 2 792,85 рубля - неустойка.

Между тем, из представленных приложений не следует, что к АО "Атакор. Антикризисное управление" перешло право требования к ФИО2 по договору от 23.05.2021 ввиду следующих обстоятельств.

25 ноября 2019 года между ООО МКК "Лига денег" (цедент) и ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс" (цессионарий) заключен договор № 25112019-ЛД уступки прав (требований) к физическим лицам, возникшие у цедента из договоров займа, заключенных цедентом. 

Согласно пункту 1.1 договора, цедент передает, а цессионарий принимает принадлежащие  права требования к физическим лицам, возникшие у цедента  из договоров займа, заключенных между должниками и цедентом. Перечень должников указан в приложении № 1 к указанному договору, которое является его неотъемлемой частью.

При этом, суд апелляционной инстанции также обращает внимание на то, что в момент заключения первоначального договора от 25.11.2019 № 25112019-ЛД между ООО МКК "Лига денег" (цедент) и ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс" (цессионарий), ни представленный в материалы дела вышеуказанный кредитный договор от 23.05.2021, ни кредитный договор от 26.05.2021, указанный в заявлении кредитора, с должником еще не были заключены, следовательно, никак не могли быть уступлены по данному договору цессии от 25.11.2019.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23.05.2021 между ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс", ИНН 

<

***> (далее – кредитор) и ФИО2 заключен кредитный договор (потребительский кредит) на сумму 20 000 рублей на срок 175 дней под 250 % годовых. 

20 апреля 2022 года ООО "Джет Мани Микрофинанс" (цедент) и ООО МФИ "Коллекшн" (цессионарий) заключен договор № 01/04/Ц цессии, в соответствии с пунктом 1.1 которого цедент передает, а цессионарий принимает права требования к физическим лицам, на основании договора уступки прав (требований) № 25112019-ЛД от 25.11.2019, ранее заключенного между ООО МКК "Лига денег" (первичный кредитор) и ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс" (кредитор), а также на основании договоров займа, заключенных между цедентом (кредитором) и физическими лицами (приложение № 1 к настоящему договору.

При этом из представленных приложений не следует, что цедентом были переданы цессионарии право требования к ФИО2 по договору от 23.05.2021. 

21 апреля 2022 года между ООО МФИ "Коллекшн" (цедент) и ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" (цессионарий) заключен договор № 21-04/2022, в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает права требования к физическим лицам на основании договора уступки прав (требований) от 25.11.2019 № 25112019-ЛД, ранее заключенного между ООО МКК "Лига денег" (первичный кредитор) и ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс" (кредитор) цессионарий), на основании договора цессии от 20.04.2022 № 01/04/Ц, заключенного между ООО "Джет Мани Микрофинанс" и ООО МФИ "Коллекшн", а также на основании договоров займа, заключенных с между цедентом и физическими лицами. 

Доказательств того, что по указанному договору к ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" (цессионарий) перешло права требования к ФИО2, в материалы дела также не представлено. 

01.02.2022 между ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" (комиссионер) и акционерное общество "Атакор. Антикризисное управление" (комитент) заключен договор комиссии на приобретение право (требования) к физическим лицам. 

В соответствии с пунктом 1.1 указанного договора, комиссионер обязуется по поручению комитента за вознаграждение осуществить поиск и приобрести от своего имени у банковских, микрофинансовых и иных организаций, за свой счет или за счет привлеченных денежных средств имущественные права (требования) к физическим лицам, а также передать комитенту приобретенные для него права требования по акту приема-передачи. 

Комитет обязуется компенсировать комиссионеру расходы на приобретение права требований и выплатить вознаграждение за выполнение поручения, указанного в пункте 1.1 договора (пункт 1.2). 

Согласно пункту 1.3 названного договора комиссии все права требования, приобретенные комиссионером для комитента, являются собственностью комитента.

Между тем, из указанного договора не следует, что ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" (комиссионер) уступил акционерному обществу "Атакор. Антикризисное управление" (комитент) права (требования), ранее перешедшие к нему по договору по договору цессии от 21.04.2022 №21-04/2022 от ООО МФИ "Коллекшн" (цедент). 

Также, в материалы дела не представлены какие-либо иные доказательства, подтверждающие права требования акционерного общества "Атакор. Антикризисное управление" к должнику в заявленном размере по вышеуказанному договору от 23.05.2021, заключенному между ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс" (кредитор) и ФИО2 (заемщик). 

При этом АО "Атакор. Антикризисное управление" ссылается на договор от 26.05.2021.

В материалы дела представлены выписка из реестра уступаемых прав требования к договору цессии № 21-04/2022 от 21.04.2022, согласно которой к ООО "Профессиональная коллекторская организация "Финансовое урегулирование" перешло право требование по договору от 26.05.2021, в том время как "Атакор. Антикризисное управление" прикладывает договор от 23.05.2021.

В рамках рассмотрения обособленного спора судом апелляционной инстанции с учетом доводов жалобы, с целью установления обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора, определением от 22.03.2023 по настоящему делу предложено АО "Атакор. Антикризисное управление" представить доказательства в обоснование своей позиции о переходе к нему права требования к должнику, предоставить на обозрение подлинники договора займа и договоров цессии, с приложениями.

Вышеназванные документы не представлены в суд апелляционной инстанции. Документы также не были предоставлены на обозрение суду первой инстанции. Кредитор лишь сослался на те же вышеуказанные обстоятельства, заявленные в суде первой инстанции.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств невозможно достоверно установить факт предоставление договора займа и перехода права требования АО "Атакор. Антикризисное управление" к должнику.

Некий кредитный договор от 26.05.2021 № 

<

***> с должником, на который ссылается кредитор в своем заявлении (как указано выше, в электронном деле имеется договор от 23.05.2021 между ООО МКК "Джет Мани Микрофинанс" и должником.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не может считать доказанным факт, подтвержденный только копией документа, если подлинник документа в материалы дела не представлен, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой.

Из содержания части 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

Таким образом, процессуальное законодательство допускает использование копий документов в качестве доказательств, обосновывающих требования и возражения. Данная норма содержит обязанность лица, представившего копию документа, представить его подлинник при наступлении двух условий: существование подлинника оспаривается стороной и копии представленного документа не тождественны между собой либо в случае истребования подлинного документа судом (абзац 2 части 3 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В своих дополнениях общество не сообщило суду о невозможности предоставления подлинников доказательств по независящим от него обстоятельствам и не просило суд предоставить для этого дополнительное время.

В дополнении к апелляционной жалобе обществом указано, кредитный договор является реальным, не признан недействительным. Реальность сделки подтверждается многочисленными определениями судов о включении в задолженности должников в реестры требований кредиторов.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу положений части 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, предусмотренные названным Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с названным Кодексом. Неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные названным Кодексом последствия (часть 3 статьи 41 названного Кодекса).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что кредитор, в нарушение положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации фактически уклонился от предоставления относимых и допустимых доказательств в обоснование своего требования.

В силу специфики дел о банкротстве арбитражный суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного кредитором требования. Формальный подход при разрешении данного вопроса может повлечь включение в реестр несуществующих требований, и как следствие, нарушение прав и законных интересов конкурсных кредиторов, должника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Рассмотрев доводы жалобы в части наличия у кредитора права на заключение договора цессии по потребительскому кредиту, суд отмечает следующее.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право требования, принадлежащее кредитору, может быть передано другому лицу "на основании закона". Для такого перехода к другому лицу прав кредитора согласия должника не требуется, "если иное не предусмотрено законом или договором".

Отношения, возникающие в связи с предоставлением потребительского кредита (займа) физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, на основании кредитного договора, договора займа и исполнением соответствующего договора регулируются Федеральным законом от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон N 353-ФЗ).

В соответствии со статьей 7 Закона N 353-ФЗ договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом (пункт 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Природа договора присоединения обусловлена главным образом особенностями оферты, признаками которой являются направленность неопределенному кругу лиц (неоднократность применения оферты), а также постоянный и детализированный характер. Признаками оферты в договоре присоединения следует считать фактическую невозможность ее обсуждения, а также ее облечение в стандартную форму. Кроме того, сам договор присоединения выделяется на основании такого критерия, как способ заключения договора.

В силу статьи 5 Закона N 353-ФЗ договор потребительского кредита (займа) состоит из общих условий и индивидуальных условий. Договор потребительского кредита (займа) может содержать элементы других договоров (смешанный договор), если это не противоречит настоящему Федеральному закону.

Согласно частям 3 и 9 статьи 5 Закона N 353-ФЗ общие условия договора потребительского займа устанавливаются кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения, индивидуальные условия договора потребительского займа согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

Частью 2 статьи 5 Закона N 353-ФЗ установлено, что к условиям договора потребительского займа, за исключением условий, согласованных кредитором и заемщиком в соответствии с частью 9 статьи 5 Закона (индивидуальных условий), применяется статья 428 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, статья 428 Гражданского кодекса Российской Федерации  применяется ко всем условиям договора потребительского займа, устанавливаемым кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения (общим условиям). Общие условия договора потребительского займа кредитор устанавливает самостоятельно для неограниченного количества договоров в формулярах или иных стандартных формах. Данные условия могут быть приняты заемщиком не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

В силу положений статей 8, 10 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель имеет право на получение необходимой и достоверной информации об услугах, обеспечивающих возможность их компетентного выбора. Данная информация в наглядной и доступной форме доводится до сведения потребителей при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми для отдельных видов обязательств на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов РФ и родных языках народов РФ.

Основной принцип стандартов раскрытия информации при предоставлении потребительских кредитов заключается в предоставлении потенциальным заемщикам до заключения кредитного договора достоверной и полной информации об условиях предоставления, использования и возврата потребительского кредита в стандартизированной форме, позволяющей потребителю изучить условия потребительских кредитов и сделать осознанный выбор. При предоставлении потребительских кредитов (займов) кредитная организация (заимодавец) обязана раскрыть потребителю достоверную и полную информацию об условиях предоставления, использования и возврата потребительского кредита (займа).

Согласно статьи 9 Федерального закона от 26.01.1996 N 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 1 статьи 1 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) отношения с участием потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Отношения, регулируемые законодательством о защите прав потребителей, могут возникать и из договоров на оказание возмездных услуг, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя-гражданина, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законами и иными нормативными актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителей по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 02.07.2010 N 151-ФЗ "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" микрофинансовые организации вправе осуществлять профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов в порядке, установленном Федеральным законом от 21.12.2013 N353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Федеральный закон N 353-ФЗ).

В силу части 1 статьи 5 Федерального закона N 353-ФЗ договор потребительского кредита (займа) состоит из общих условий и индивидуальных условий. Договор потребительского кредита (займа) может содержать элементы других договоров (смешанный договор), если это не противоречит настоящему Федеральному закону.

Согласно части 2 статьи 5 Федерального закона N 353-ФЗ к условиям договора потребительского кредита (займа), за исключением условий, согласованных кредитором и заемщиком в соответствии с частью 9 настоящей статьи, применяется статья 428 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общие условия договора потребительского кредита (займа) устанавливаются кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения (часть 3 статья 5 Федерального закона N 353-ФЗ).

В силу части 11 статьи 5 Федерального закона N 353-ФЗ индивидуальные и общие условия договора потребительского кредита (займа) должны соответствовать информации, предоставленной кредитором заемщику в соответствии с частью 4 настоящей статьи, предусматривающей, что кредитором в местах оказания услуг (местах приема заявлений о предоставлении потребительского кредита (займа), в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет") должна размещаться, в частности, информация о возможности запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа).

Принимая во внимание положения статей 382 и 386 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положения статьи 5 Федерального закона от 02.12.1990 N395-1 "О банках и банковской деятельности", права кредитора по договору могут быть переданы любому лицу, в том числе и гражданину.

Данный вывод согласуется с разъяснениями, изложенными в пункте 16 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 N 146 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров", а также Обзором практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ (приложение к информационному письму от 30.10.2007 N 120), в которых отсутствует указание о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией.

Как указал Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, банк вправе уступить свое требование из кредитного договора к заемщику любому участнику гражданского оборота даже при отсутствии у последнего лицензии на осуществление банковских операций.

Однако в силу положений статьи 12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон N 353-ФЗ) договор должен содержать ярко выраженное альтернативное условие, предоставляющее потребителю возможность выбора (согласия либо отказа) условия о праве банка уступать свои права требования по кредитному договору третьему лицу, в том числе лицу, не имеющему лицензию.

В рассматриваемом случае, в пункте 13. Индивидуальных условий договора потребительского кредита от 23.03.2021 "Условие об уступке кредитором третьим лицам прав по договору" - "Сторонами согласовано следующее условие об уступке прав (требований) по договору третьим лицам: указан символ "V", проставленный типографским способом - банк вправе осуществить уступку.

Доказательства наличия у заемщика возможность согласиться или отказаться от данного условия представленные доказательства не содержат.

Статьей 12 Федерального закона N 353-ФЗ закреплено право кредитных организаций переуступать права (требования) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В данном случае, кредитный договор не содержит альтернативное условие, предоставляющее потребителю возможность выбора (согласия либо отказа) условия о праве Банка уступать свои права требования по кредитному договору третьему лицу, в том числе лицу, не имеющему лицензию.

При этом под содержанием данного пункта 13 кредитного договора отсутствует и возможность самостоятельно отразить волю "не согласен" и изложив безальтернативное условие договора, таким образом, проставив самостоятельно отметки о согласии, банк лишил заемщика возможности отразить свою волю о согласии/несогласии с условием о возможности запрета уступки права требования.

Доказательства того, что займадавец принимал меры по согласованию с потребителем названного выше условия при заключении кредитного договора, в материалы дела не представлены.

Согласно пункту 1 статьи 16 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (часть 1 статьи 55 Конституции Российской Федерации) и может быть ограничена федеральным законом, однако лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации).

Граждане (заемщики), как сторона в договоре, лишены возможности влиять на его содержание, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, то есть для банков.

Основной смысл законодательства о защите прав потребителей - предоставить гарантии социально слабой стороне в заведомо неравных отношениях с кредитными организациями. Свобода договора не может быть использована в нарушение предоставленных законом гарантий. Само заключение договора в сфере финансовых услуг происходит, как правило, посредством присоединения потребителя к предложенному договору, что лишает его участия в определении условий договора. Поэтому согласно смыслу Закона о защите прав потребителей не допускается использовать кредитной организацией свое преимущественное положение для навязывания потребителю явно несправедливых условий.

Таким образом, суд также учитывает, что заявитель не является профессиональным участником в спорных правоотношениях, в свою очередь, кредитором допущены существенные нарушения прав и интересов потребителя, а заключенный потребительский договор фактический является договором присоединения, причем на существенно невыгодных, кабальных условиях - 250 % годовых, что в десятки раз превышает годовой процент по иным обычным банковским договорам.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что кредитор, возражая против выводов суда первой инстанции, в нарушение вышеуказанных положений части 2 статьи 9, части 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил относимые и допустимые доказательства на права осуществления лицензируемой банковской деятельности (кредитного учреждения). Представленная в материалы дела копия свидетельства на право осуществления деятельности по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, таким доказательством не является. Относимых, допустимых доказательств того, АО "Атакор. Антикризисное управление" вправе осуществить взыскания по потребительским кредитам в отсутствие на то согласия потребителя в кредитном договоре в установленном порядке, в материалы дела не представлено.

 С учетом изложенного, АО "Атакор. Антикризисное управление" не доказало факт перехода к нему права требования. Кредитор не устранил сомнения относительно реальности заявленных требований и реальности цепочки взаимосвязанных сделок по приобретению прав требований, то есть, не представил доказательства права требования к должнику.

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.01.2023 по делу № А32-22530/2022  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                      Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                    М.Ю. Долгова

 

                       Н.В. Шимбарева