СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Пушкина, 112, 

<

...>  

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

 № 17АП-4539/2025(1)-АК

Дело № А50-8317/2024

22 августа 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 августа 2025 года.  

Постановление в полном объеме изготовлено 22 августа 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаховой Т. Ю., судей Иксановой Э.С., Шаркевич М.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И., при участии:  

от должника ФИО1 – ФИО2, доверенность от 01.02.2024, паспорт,  

от кредитора ФИО3 – ФИО4, доверенность от 17.11.2020, паспорт,  

третье лицо ФИО5 (лично), паспорт, от иных лиц, участвующих в деле – не явились, 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО1  

на определение Арбитражного суда Пермского края от 21 апреля 2025 года 

о завершении процедуры реализации имущества должника и применении в отношении должника правило об освобождении от исполнения обязательств перед конкурсными кредиторами, за исключением обязательств перед ФИО3,  

вынесенное в рамках дела № А50-8317/2024 

о признании ФИО1 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),  

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: орган опеки и попечительства над несовершеннолетними – Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края, ФИО5,  

установил:

09.04.2024 в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление ФИО1 (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 15.04.2024 заявление принято к производству, возбуждено настоящее дело о банкротстве. К участию в деле в качестве третьих ли, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены орган опеки и попечительства над несовершеннолетними – Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края, ФИО5.  

Решением арбитражного суда от 02.07.2024 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления». Вопрос о завершении процедуры реализации имущества будет рассмотрен после поступления в суд соответствующего ходатайства финансового управляющего или по инициативе суда.  

Объявление о введении процедуры реализации имущества опубликовано в ЕФРСБ – 05.07.2024, в газете «Коммерсантъ» № 123(7813) от 13.07.2024.  

28.11.2024 в Арбитражный суд Пермского края посредством системы «Мой Арбитр» поступило ходатайство финансового управляющего ФИО6 о завершении процедуры реализации имущества должника, об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств, о выплате вознаграждения с депозитного счета Арбитражного суда Пермского края в размере 25 000,00 руб.; представлен отчет финансового управляющего с приложениями.  

От кредитора ФИО3 поступили возражения на ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника, об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.  

От должника поступили письменные пояснения. 

После отложения судебного разбирательства и перерыва в судебном заседании от ФИО3 поступило ходатайство о неприменении в отношении должника положений об освобождении от обязательств.  

В судебное заседание 02.04.2025 приглашен свидетель ФИО7; после установления личности свидетеля, разъяснения ему по роспись уголовно-правовых последствий за дачу заведомо ложных показаний, а  

также за отказ от дачи показаний, свидетель ответил на вопросы, дал пояснения; указал, что имеет некий бизнес (ремонт автомобилей, сдача в прокат, перепродажа), всего в собственности свидетеля имеется около 50 автомобилей, в том числе автомобили TOYOTA SIENTA Р691ХЕ159 и SKODA RAPID М813СВ; спорные автомобили приобретены за счет личных средств, к управлению данными автомобилями допущены ФИО1 и ФИО5, с которыми сложились дружеские отношения (познакомились давно, около 10 лет); еще должник и супруга могут пользоваться автомобилем Renault Logan Stepway Н045ХВ159; последние изменения в страховки на спорные автомобили внесены в марте 2025 году; автомобилями должник и его супруга пользуются по мере необходимости, могут брать автомобили на несколько дней, плата за пользование автомобилями с должника и его супруги свидетелем не взимается, ремонт транспортных средств свидетель осуществляет за счет собственных средств, иногда должник выполняет отдельные поручения свидетеля, например, по перевозке запчастей; автомобилями могут пользоваться и иные лица; когда автомобили находятся у свидетеля или передаются в пользование иным лицам, заправляет автомобиль свидетель и пользователи, когда автомобили в пользовании должника и супруги, они заправляют автомобили; автомобиль TOYOTA SIENTA P691ХЕ159 был приобретен в ноябре 2024 для перепродажи, но в связи с нерентабельностью продажи пока автомобиль передается в пользование; автомобиль SKODA RAPID М813СВ также приобретался для перепродажи, почти сразу после покупки (май 2020 года) по просьбе должника автомобилем пользуются должник и его супруга.  

Свидетель представил для обозрения суду документы о приобретении автомобилей TOYOTA SIENTA P691ХЕ159 и SKODA RAPID М813СВ (оригинал паспорта транспортного средства, договор купли-продажи транспортного средства от 15.11.2024, электронный паспорт транспортного средства).  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.04.2025 (резолютивная часть от 07.04.2025) процедура реализации имущества гражданина завершена, в отношении ФИО1 положения ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед ФИО3 не применены, в остальной части должник освобожден от исполнения обязательств, в том числе не заявленных в процедуре банкротства.  

Не согласившись с вынесенным определением в части неосвобождения от исполнения обязательств, должник обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, вынести новый судебный акт о применении в отношении ФИО1 правил об освобождении от обязательств, предусмотренных абз.1 п.3 ст. 213.28 Закона о банкротстве.  

В обоснование жалобы отмечает несоответствие выводов суда о недостаточности указанного должником дохода семьи (50 000 руб.) для обеспечения жизни семьи должника (абз.6 стр.9 определения) представленным  

документам и пояснениям (поданы 12.02.2025) о том, что ФИО1 занимается воспитанием несовершеннолетней дочери (сопровождение в/из школы, на внешкольные активности – секции и т.д.), осуществляет уход за своей престарелой бабушкой (83 года) ФИО8 (приборка дома, приобретение продуктов, приготовление пищи и т.д.), в свою очередь, денежное содержание семьи возложено на супругу должника ФИО5 (она является самозанятой, за январь 2025 г. ее доход составил 30 500,00 руб. (справка от 30.01.2025 № 72966284), в среднем ее доход, согласно устным пояснениям, составляет 30 000 руб.), а также финансовую поддержку семьи оказывает теща должника ФИО9 (25 000-30 000 руб. ежемесячно); следовательно, среднемесячный доход семьи П-вых составляет 55 000-60 000 руб., что соответствует прожиточному минимуму на душу населения в Пермском крае, доход семьи является достаточным для обеспечения показанного уровня жизни семьи должника. Вопрос о платности (возмездности) дополнительных занятий дочери (танцы), оказания услуг представителя при рассмотрении дела ни сторонами, ни судом не изучался, какие-либо доказательства, подтверждающие необходимость нести денежные затраты на это, материалы дела не содержат. По утверждению должника, его дочь получает дополнительное образование на бесплатной основе (договор о предоставлении услуг дополнительного образования от 07.09.2022 с МАУДО «Дворец детского (юношеского) творчества» г. Перми, срок обучения – 9 лет). Относительно расходов на оплату юридических услуг поясняет, что должник и представляющий его ФИО2 знакомы с детства, имеют дружеские отношения, услуги оказываются на безвозмездной основе. В этой связи полагает выводы суда о сокрытии должником реальных доходов по причине наличия сопутствующих затрат на дополнительное образование ребенка и оплату юриста необоснованными, документально не подтвержденными. Указывает на злоупотребление кредитором своими правами, совершение им действий по увеличению кредиторской задолженности со ссылкой на наличие в материалах дела достоверных и полных сведений о характере заемных правоотношений сторон (для каких целей получались денежные средства), а также о характере разрешения денежных требований - заем носил целевой характер с множественностью лиц на стороне заемщиков; как должник, так и кредитор рассчитывали на получение прибыли от ведения совместного бизнеса; невозможность реализации данных намерений наступила не по вине должника. Поясняет, что должник, его семья, а также семья брата в счет погашения обязательств перед кредитором ФИО3 передали ему всё имеющееся у них на тот момент имущество и денежные средства (полученные доходы от предпринимательской деятельности), в том числе по соглашению об отступном от 17.06.2015; при подписании этого соглашения стороны полагали, что они разрешают требования по всем заемным обязательствам, в том числе возникшим по расписке от 10.11.2014, что также подтверждается поведением сторон и конклюдентными действиями кредитора – право требования по  

взысканию задолженности по расписке от 10.11.2014 возникло в ноябре 2017 г., с претензионным требованием о возврате суммы займа и с иском в суд кредитор обратился в последний день срока исковой давности – 10.11.2020, нарастив сумму неустойки, которая многократно превышает сумму основного долга. Со стороны должника представлены исчерпывающие пояснения в части принятия мер к трудоустройству и/или постановке на регистрационный учет в качестве лица, нуждающегося в содействии в трудоустройстве: 16.02.2024, после обращения в центр занятости населения, ФИО10 зарегистрировался на интернет-портале «Работа России», а также заявление о содействии в поиске работы (подано), 04.03.2024 ФИО1 повторно подал заявление о содействии в поиске работы, разместил резюме в интернет-портале «Работа России» согласно полученному образования на соискание вакансии «помощник машиниста электровоза», 02.04.2024 ФИО1 в личном кабинете поучено уведомление об отсутствии вариантов подходящей работы, 12.04.2024 – уведомление о принятии решения о снятии с регистрационного учета. Также должник обращался в иные организации с целью трудоустройства в частном порядке, были получены отказы. Невозможность оплачивать кредиторскую задолженность, вызванная объективным ухудшением материального состояния должника, не является проявлением недобросовестности. Судом первой инстанции не дана оценка доводами и доказательствам, представленным должником.  

В обоснование доводов к жалобе приложен договор о предоставлении услуг дополнительного образования от 07.09.2022.  

Также от должника поступило дополнение к апелляционной жалобе. 

До судебного заседания от кредитора ФИО3 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому жалобы должника считает необоснованной и не подлежащей удовлетворению.  

Участвующим в судебном заседании представителем ФИО3 представлены доказательства направления отзыва в адрес финансового управляющего должника, которые приобщены к материалам дела.  

Представителем ФИО1 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов, представленных в заседание, а также приложенных к апелляционной жалобе. Кроме того, ходатайствует о приобщении к делу дополнений к апелляционной жалобе.  

Протокольным определением от 11.08.2025 дополнение к жалобе, дополнительные документы, представленные должником, приобщены к материалам дела.  

Представитель доводы жалобы поддерживал в полном объеме, настаивал на отмене определения в обжалуемой части.  

Третье лицо поддерживала жалобу должника, считает ее обоснованной и подлежащей удовлетворению.  

Представитель кредитора ФИО3 против удовлетворения жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебное заседание не направили. В силу ч.3 ст.156, ст.266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.  

Из содержания жалобы следует, что выводы суда в части завершения процедуры реализации имущества должника и освобождения от обязательств перед иными кредиторами, кроме ФИО3, не оспариваются.  

Возражений относительно проверки определения суда только в обжалуемой части лицами, участвующими в деле, не заявлено.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ только в обжалуемой части.  

Суд первой инстанции, завершая процедуру банкротства в отношении должника, исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства, завершены; с учетом поведения должника в процедуре, причин и обстоятельств, повлекших банкротство, основания для продления процедуры банкротства не установлены. При этом суд первой инстанции не усмотрел оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ФИО3, признав указанный должником доход семьи около 50 000 руб. в месяц, с учетом расходов, недостаточным для обеспечения показанного уровня жизни семьи должника, посчитав, отсутствие объяснений должника об иных источниках доходов, указывающим на их сокрытие. При этом суд отклонил доводы должника о наличии у него и его родственников обязательств перед кредитором по четырем договорам займа, по трем из которых долг погашен, выплачены проценты, поскольку эти обстоятельства не могут служить основанием для вывода о принятии должником всех возможных мер к погашению. Суд первой инстанции сделал вывод о злостном уклонении должника от погашения кредиторской задолженности, об обоснованности доводов кредитора ФИО3 о неприменении правил об освобождении должника от обязательств перед данным кредитором.  

Изучив имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены определения суда в обжалуемой части по следующим мотивам.  

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с п. 2 ст. 213.24 Закона о банкротстве в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина. Реализация имущества гражданина вводится на срок не более чем шесть месяцев. Указанный срок может продлеваться арбитражным судом в отношении соответственно гражданина, не являющегося индивидуальным предпринимателем, индивидуального предпринимателя по ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.  

Пунктом 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.  

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).  

Рассмотрев представленный финансовым управляющим отчет, суд первой инстанции установил следующее.  

В третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования в общем размере 16 351 951,45 руб. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.  

В целях выявления имущества должника финансовым управляющим имуществом должника направлялись запросы в компетентные органы.  

В ходе процедуры банкротства имущества должника, подлежащего реализации, не выявлено.  

Текущие расходы финансового управляющего в процедуре банкротства составили 23 914,25 руб., погашены в полном объеме.  

Из представленных финансовым управляющим документов следует, что погашение задолженности перед кредиторами не производилось по причине отсутствия средств в конкурсной массе.  

Финансовым управляющим имуществом должника проведен анализ финансового состояния должника, сделаны выводы о невозможности восстановления платежеспособности должника, об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства.  

Сделки, не соответствующие законодательству Российской Федерации, а также заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послуживших причиной возникновения или увеличения неплатёжеспособности не выявлены.  

Из анализа финансового состояния следует, что должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализации имущества, переход на процедуру реструктуризации долгов  

невозможен; процедуру реализации имущества необходимо завершить.  

Признаков фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлено.  

Придя к выводу о том, что все мероприятия процедуры реализации имущества выполнены, возможностей для расчета с кредиторами не имеется, основания для дальнейшего продления процедуры отсутствуют, арбитражный суд, исходя из положений ст. 213.28 Закона о банкротстве, правомерно завершил соответствующую процедуру.  

Выводы суда в данной части апеллянтом, должником и иными участниками дела не оспариваются, судом апелляционной инстанции не переоцениваются.  

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).  

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (п. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).  

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный – механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.  

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.  

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:  

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;  

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;  

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.  

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума № 45), при возбуждении производства по делу о банкротстве должник обязан представить предусмотренные п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве документы вместе с отзывом на заявление (ст. 47 Закона) – документы о полученных физическим лицом доходах, справка о наличии счетов, вкладов (депозитов) в банке и (или) об остатках денежных средств на счетах, во вкладах (депозитах), об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств, выписки по операциям на счетах, по вкладам (депозитам) граждан, в банке должны содержать сведения за трехлетний период, предшествующий дню подачи заявления о признании должника банкротом, вне зависимости от того, кем подано данное заявление (абзацы 9 и 10 п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве), а неисполнение должником обязанности по представлению отзыва и документов, и сообщение суду недостоверных либо неполных сведений, может являться основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).  

В п. 42 постановления Пленума № 45 разъяснено, что целью п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Данные нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если на должника возложена обязанность представить документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые  

сведения суду или управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).  

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.  

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.  

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (ст. 65 АПК РФ).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).  

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абзац 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.  

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам  

(принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.  

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.  

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.  

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.  

Кредитор ФИО3, ходатайствуя о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ним, указывает на недобросовестное поведение должника, выразившееся в следующем: начиная с 2014 г., то есть фактически сразу после получения денежных средств от ФИО3, должник не был трудоустроен, попытка найти работу была предпринята единожды в 2024 году, длительное, как минимум с 2021 года, не трудоустройство должника является злоупотреблением с его стороны и желанием уйти от финансовой ответственности, должником не раскрыты источники дохода для обеспечения текущих нужд.  

Возражая по доводам ФИО3, должник указал, что с 2009 г. по 2021 г. являлся индивидуальным предпринимателем, до 2017 г. деятельность приносила доход, позднее возникли трудности и дохода не стало, с 2018 г. должник подавал «нулевые» декларации, в 2021 г. прекращен статус индивидуального предпринимателя; должник имеет специальность – машинист  

тепловоза, работу по специальности найти не смог; занимается воспитанием несовершеннолетней дочери (сопровождение в/из школы, внешкольные занятия), а также осуществляет уход за престарелой бабушкой (83 года) ФИО8 (уборка дома, приобретение продуктов, приготовление пищи и т.д.); денежное содержание семьи возложено на ФИО5 – супругу должника, которая является плательщиком налога на профессиональный доход (самозанятая), ежемесячный доход составляет 30 000 руб.; также финансовую поддержку оказывает ФИО9 (теща должника) в размере 25 000 руб. – 35 000 руб. (в судебном заседании 02.04.2025 ФИО5 сказала, что ФИО9 предоставляет денежные средства в размере 20 000 руб.); должником и его супругой используются автомобили TOYOTA SIENTA Р691ХЕ159 и SKODA RAPID М813СВ, принадлежащие ФИО7, плата за пользование автомобилями не вносится, содержанием автомобилей занимается непосредственно их собственник, должник бесплатно оказывает помощь ФИО7 (исполняет разовые поручения).  

Рассмотрев указанные доводы кредитора, заслушав пояснения свидетеля ФИО7, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанный должником доход семьи около 50 000 руб. в месяц (30 000 руб. доход супруги, 20 000 руб. помощь тещи), с учетом необходимости приобретения продуктов питания, предметов одежды для членов семьи из трех человек, несения расходов на оплату топлива для автомобилей, не принадлежащих должнику и супруге, внешкольных занятий дочери, оплату услуг представителя, является недостаточным для обеспечения показанного уровня жизни семьи должника. Об иных источниках доходов, позволяющих покрывать необходимые расходы, должник объяснения не представил, что указывает на сокрытие должником сведений об истинных доходах.  

При этом суд первой инстанции исходил из того, что, несмотря на специальность должника – машинист тепловоза, сужающую круг потенциальных работодателей, должник не представил доказательств поиска работы по специальности – обращение в ОАО «РЖД», в иные организации, использующие в своей деятельности тепловозы для перевозки продукции по территории. У суда возникли сомнения в правдивости объяснений должника, поскольку при потребности содержания семьи и желании трудоустроиться, наличия большого количества вакансий на рынке труда, должник имел реальную возможность найти работу. Суд критически отнесся к объяснениям должника относительно указанных источников доходов.  

Как следует из материалов дела, должником представлены доказательства совершения им действий по поиску работы через официальный сервис – «Работа России» (пояснения от 12.02.2025, л.д.160-162).  

Как указано ФИО1 и подтверждено документально, 16.02.2024, после обращения в центр занятости населения, ФИО10 зарегистрировался на интернет-портале «Работа России», а также заявление о содействии в поиске  

работы (подано), 04.03.2024 ФИО1 повторно подал заявление о содействии в поиске работы, разместил резюме в интернет-портале «Работа России» согласно полученному образования на соискание вакансии «помощник машиниста электровоза», 02.04.2024 ФИО1 в личном кабинете поучено уведомление об отсутствии вариантов подходящей работы, 12.04.2024 – уведомление о принятии решения о снятии с регистрационного учета.  

При этом причины снятия должника с учета в органах занятости не опровергают попытки должника трудоустроиться официально.  

То обстоятельство, что в указанном порядке с целью поиска работы должник обратился впервые только в 2024 году, не означает, что ранее должник не искал работу иным способом.  

Должником в суде первой инстанции приведены найденные им в сети «Интернет» вакансии, результат обращения в которые с целью трудоустройства отрицательный:  

- ООО «Уралнефтегазстрой-Сервис», менеджер отдела продаж, з/п 30 000 руб. + %, дата обращения – август, результат – отказ (не перезвонили);  

- ООО «Горизонталь», разнорабочий, з/п 45 000 руб., дата обращения – сентябрь, результат – отказ (не перезвонили);  

- ИП ФИО11, разнорабочий, з/п 30 000 руб. дата обращения – сентябрь, результат – отказ (не перезвонили).  

Указанное опровергает выводы суда первой инстанции о несовершении должником действий по трудоустройству не по специальности, поскольку ввиду ее специфики, ФИО1 рассматривал также иные вакансии.  

Необходимость сохранения подтверждающих попытки поиска работы документов у должника отсутствовала, с учетом чего их непредставление не может быть воспринято как обстоятельство, подтверждающее уклонение от трудоустройства, с недобросовестной целью.  

Утверждение кредитора о прекращении должником трудовой деятельности в 2014г. не соответствует действительности; должник вел предпринимательскую деятельность, о чем кредитор не мог не знать, с учетом ведения ими совместного бизнеса, финансирование которого осуществлено кредитором путем предоставления другим участниками бизнеса в заем денежных средств. Эти пояснения должника соответствуют обстоятельствам, установленным и отраженным судом в решении о взыскании с должника в пользу кредитора задолженности, на которой основано требование кредитора, включенное в реестр требований кредиторов должника.  

Согласно пояснениям должника, снижение и дальнейшее прекращение поступления дохода от указанного бизнеса не связано с его действиями, обусловлено объективными обстоятельствами (изменение политической обстановки в Анголе, где велся бизнес).  

Как указано ранее, с 2018г. дохода от предпринимательской деятельности у должника не было; попытки наладить бизнес не увенчались успехом, в 2021г. должник снял статус индивидуального предпринимателя.  

С учетом отсутствия дохода от предпринимательской деятельности, возраста ребенка должника в указанный период (ДД.ММ.ГГГГ года рождения), возникшей необходимости осуществления ухода за бабушкой, супругами принято решение о возложении обязанностей по уходу за бабушкой, воспитанию несовершеннолетнего ребенка, а также ведению домашнего хозяйства на должника, что позволило супруге заниматься ее деятельностью, приносящий доход для содержания семьи. Принятие такого решения супругами по распределению функционала в семье нельзя расценивать как недобросовестное поведение должника.  

Необходимость осуществления ухода за ФИО8 обусловлена ее возрастом (старше 80 лет), а также состоянием здоровья, что никем из участвующих в деле лиц не оспаривается.  

Достижение дочерью должника 12-летнего возраста на настоящий момент не означает, что необходимость в ее сопровождении к месту обучения, дополнительного образования в предыдущий годы отсутствовала и с какого-то момента отпала. В то же время возможно со взрослением дочери и были связаны попытки должника найти работу в 2024 г., которые должник смог документально подтвердить.  

Суд критически отнесся к данным должником пояснениям, в том числе об источниках дохода, указав, что при потребности содержания семьи и желании трудоустроиться у должника имелась реальная возможность найти работу.  

Между тем, этот вывод суда носит предположительный характер.  

Кроме того, даже в случае непринятия должником всех возможных мер для трудоустройства это не является достаточным основанием для отказа в применении к должнику положений п.3 ст. 213.28 Закона о банкротстве.  

Действительно, доход семьи весьма скромный, но, с учетом финансовой помощи тещи, соответствует величине прожиточного минимума семьи из трех человек.  

Сам по себе уровень дохода семьи однозначным свидетельством наличия у должника иного источника дохода, его сокрытия должником с целью уклонения от погашения задолженности перед кредитором не является.  

Суд посчитал такой доход очевидно недостаточным, с учетом расходов семьи на оплату топлива для заправки автомобиля, предоставляемого должнику и его супруге периодически в пользование другом должника ФИО7, на оплату внешкольных занятий дочери должника, на оплату услуг представителя.  

Из пояснений должника, показаний свидетеля ФИО7 следует, что должник и его супруга периодически пользовались автомобилями, принадлежащими ФИО7, которые им последний предоставлял в силу дружеских отношений без оплаты, неся самостоятельно расходы на содержание транспортных средств, должник, в свою очередь, иногда также бесплатно оказывал другу разовые услуги; должник с супругой самостоятельно покупали топливо для заправки автомобилей на период их использования.  

Использование автомобилей должником свидетельством недобросовестности не является; реальный размер расходов на приобретение топлива для заправки автомобиля, существенное его превышение суммы затрат на оплату проезда в общественном транспорте в ситуации отсутствия автомобиля не установлены.  

Из материалов дела следует, что о расходах на оплату внешкольных занятий дочери должника, услуг представителя кредитор не заявлял, дать пояснения относительно таких затрат суд должнику не предложил, с учетом чего должник не мог знать о необходимости представления соответствующих документов и пояснений по ним.  

Между тем, согласно пояснениям должника, дополнительное образование его дочь получает бесплатно. В подтверждение им представлен договор о предоставлении услуг дополнительного образования от 07.09.2022 с МАУДО «Дворец детского (юношеского) творчества» г. Перми, в котором отсутствуют условия об оказании услуг на платной основе, их стоимости.  

С учетом существующей возможности получения бесплатного дополнительного образования в муниципальных учреждениях, условий названного договора, оснований полагать недостоверными пояснения должника об отсутствии данной статьи расходов не имеется.  

Представитель должника принимал участие в судебном заседании, по итогам которого принято обжалуемое определение, мог дать пояснения о характере правоотношений с должником. Однако, суд данный вопрос не исследовал, указав в определении расходы должника на оплату услуг представителя в подтверждение недостаточности доходов семьи как свидетельства уклонения должника от погашения задолженности и сокрытия источника дохода.  

Должник в апелляционной жалобе указал, что его интересы в суде представляет ФИО2, который является его другом, осведомлен о финансовой ситуации, в которую попал должник, помогает ему безвозмездно.  

Представитель должника ФИО2 в суде апелляционной инстанции подтвердил доводы жалобы должника об оказании ФИО1 юридических услуг безвозмездно, в силу долгих дружеских отношений и осведомленности об его финансовой ситуации, также указал на внесение денежных средств на выплату вознаграждения финансовому управляющему, оплату государственной пошлины по апелляционной жалобе за должника.  

Таким образом, материалами дела не подтверждается несение семьей должника указанных расходов, с учетом которых суд посчитал доход семьи очевидно недостаточным и пришел к выводу о сокрытии должником иного источника доходов.  

Оспариваемые должником выводы суда основаны на предположении, без исследования фактических обстоятельств, которым они не соответствуют. Наличие у должника нераскрытых суду источников дохода материалами дела не подтверждается, доводы об этом кредитором не доказаны.  

Вывод суда о злостном уклонении должника от погашения задолженности перед ФИО3 основан на принятии судом позиции этого кредитора.  

Суд первой инстанции отклонил приведенные должником доводы об обстоятельствах возникновения обязательств перед кредитором, их исполнении, со ссылкой на то, что эти обстоятельства не могут служить основанием для вывода о принятии всех возможных мер к погашению задолженности, о выполнении всех обязательств перед кредитором  

Между тем, коллегия судей полагает доводы должника заслуживающими внимание, указанные им обстоятельства - имеющими значение для правильного разрешения рассматриваемого вопроса, подлежащими исследованию в соответствии с приведенными ранее разъяснениями, в частности, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».  

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО3 в общем размере 13 105 994,00 руб., из которых: 6 000 000,00 руб. – просроченный основной долг, 4 546 000,00 руб. – просроченные проценты, 2 500 000,00 руб. – неустойка, 59 994,00 руб. – расходы по уплате госпошлины, основанные на обязательствах должника по расписке от 10.11.2014 и установленных решением Кировского районного суда г.Перми от 13.08.2021 по делу № 2-484/2021.  

Из указанного решения суда следует, что обязательства должника перед ФИО3 возникли в результате заключения кредитором и ФИО12, ФИО13, ФИО14 договора займа от 10.11.2014 путем составления сторонами денежной расписки между физическими лицами, в соответствии с которым ФИО3 передал ФИО12, ФИО13, ФИО14 денежные средства в размере 6 000 000,00 руб., срок возврата сторонами был определен – 10.11.2017, за пользование займом подлежали уплате проценты и расчета 1% в месяц от всей суммы займа.  

Данный заем был предоставлен ФИО3 в порядке финансирования совместного с данными заемщиками бизнеса. Всего для развития совместного бизнеса им предоставлено 22 млн. руб. с оформлением 4 договоров займа, два из которых оформлены расписками; заемщиками по договорам выступали участники совместного бизнеса.  

Судебной коллегией из представленных должником в материалы дела документов установлено, что между ФИО3 (займодавец) и ФИО1, ФИО5 (заемщики) был заключен нотариально удостоверенных договор займа с ипотекой от 14.11.2013, по условиям которого займодавец передает заемщику 3 000 000 руб. сроком на 36 месяцев с начислением 14,67% годовых, которые заемщики обязались вернуть в обусловленный срок. Этим же договором предусмотрено обеспечение  

исполнения заемщиками своих обязательств путем передачи залогодателю принадлежащего заемщикам имущества – земельного участка площадью 1203 кв.м. (кадастровый номер 59:01:1810079:10) по адресу 

<

...>, двухэтажного жилого дома площадью 43,4 кв.м. (кадастровый номер 59:01:1810079:23) по этому же адресу. Стоимость залогового имущества определена сторонами в сумме 4 320 000,00 руб. (2 000 000 руб. – дом, 2 320 000,00 руб. – участок), кадастровая стоимость этого имущества составляет 1 869 678,54 руб. – земельный участок, 648 925,91 руб. – жилой дом.  

Указанный договор ипотеки зарегистрирован в установленном порядке 20.11.2013.  

11.11.2014 между ФИО3 и ФИО13 заключен нотариально удостоверенный договор займа с ипотекой, по условиям которого займодавец передает заемщику 4 500 000 руб. сроком на 36 месяцев с начислением 15% годовых, которые заемщик обязался вернуть не позднее 15.12.2017. Этим же договором предусмотрено обеспечение исполнения заемщиком своего обязательства путем передачи залогодателю принадлежащего заемщику по праву общей совместной собственности имущества – земельного участка площадью 1181 кв.м по адресу: 

<

...>, незавершенный строительством дом площадью 118,7 кв.м, на данном земельном участке. Стороны определили стоимость залогового имущества – 4 500 000 руб. (жилой дом – 2 500 000 руб., земельный участок – 2 000 000 руб.).  

Договор зарегистрирован в установленном порядке 26.11.2014. 

25.04.2014 подписана расписка ФИО1, ФИО13, ФИО15 о получении 20.03.2014 от ФИО3 денежных средств в размере 6 700 000 руб. под 3% в месяц на срок 36 месяцев, до 20.03.2017. Согласно расписке, в качестве залога займодавцы предоставлена в залог квартира по ул. Акулова, 18, принадлежащая ФИО13  

17.06.2015 между ФИО3, должником и его супругой заключено нотариально удостоверенное соглашение об отступном, в соответствии с которым займодавцу передано в качестве отступного заложенное во исполнение обязательств имущество - земельный участок (кадастровый номер 59:01:1810079:10), расположенный на нем жилой дом (кадастровый номер 59:01:1810079:23), находящееся по адресу 

<

...>. Стороны договорились, что предоставлением отступного полностью прекращаются обязательства по договору займа. По условиям соглашения об отступном задолженность по договору займа по состоянию на 17.06.2015 составляет 4 320 000 руб., в том числе 1 916 671 руб. задолженность по займу, 843 329 руб. проценты, 1 560 000 руб. неустойка. Стоимость передаваемого в качестве отступного земельного участка и жилого дома определена сторонами в размере 4 320 000 руб. (земельный участок – 2 320 000 руб., жилой дом – 2 000 000 руб.).  

Указанное соглашение зарегистрировано 22.06.2015. 

На основании названного соглашения об отступном зарегистрировано право собственности ФИО3: 22.06.2015 - на жилой дом площадью 43,3 кв.м (кадастровый номер 59:01:1810079:23), 21.06.2016 – на два земельный участка площадью 578+/-8 кв.м и 665 +/-9 кв.м (образованы путем раздела земельного участка кадастровый номер 59:01:1810079:10), а также на объект незавершенного строительством, расположенный на одном из этих земельных участков, общая площадь застройки 200 кв.м. То есть кредитор получил, помимо предоставленного ему в залог по договору займа имущества, дополнительно объект незавершенного строительством, который был возведен на одном из земельных участков, созданных путем раздела первоначального участка, уже после заключения договора займа.  

08.09.2020 заключено соглашение об отступном между ФИО3 и ФИО13, по условиям которого указанный должник передает кредитору заложенное в обеспечение обязательств договора займа от 11.11.2014 имущество – земельный участок и объект незавершенного строительства на нем, расположенные по адресу: 

<

...>. Стороны договорились, что предоставлением отступного обязательства по договору будут прекращены частично. Стороны соглашения определили стоимость передаваемых объектов недвижимости – 3 500 00 руб. (земельный участок – 2 000 000 руб., незавершенный строительством жилой дом – 1 500 000 руб.).  

Как следует из пояснений должника, он, его брат ФИО13 и ФИО15 полностью погасили долг по расписке от 20.03.2014, его брат ФИО13 полностью погасил задолженность по договору займа от 11.11.2014, выплате процентов, за счет полученных от ведения бизнеса денежных средств, а также квартиры, принадлежащей ФИО13  

Должник указывает, что кредитору было отдано все принадлежавшее ему, его супруге, брату с супругой имущество, выручка от ведения предпринимательской деятельности; исходя из реальной стоимости переданного кредитору имущества, суммы денежных средств, заемщики полагали, что полностью рассчитались с ФИО3 по всем договорам займа, в том числе оформленному распиской от 10.11.2014; поведение кредитора это подтверждало – он не требовал возврата долга по данной расписке; однако после потери возможности ведения совместного бизнеса, дохода от него, а затем в силу личных обстоятельств между должником и ФИО3 возник конфликт, кредитор в последний день срока исковой давности обратился за взысканием долга по расписке в судебном порядке; в настоящее время у должника и его брата нет своего жилья, семья брата распалась.  

В подтверждение заявленных обстоятельств должником, помимо указанных ранее договоров займа, расписки, соглашений об отступном, свидетельство о государственной регистрации права, представлена справка ООО «Краевая гильдия оценщиков» от 19.11.2020 № 1911 о рыночной стоимости недвижимого имущества, расположенного по адресу: г.Пермь, ул.  

Лунная, д. 4, - двух домов площадью 43,4 кв.м, 246,2 кв.м, земельных участков, на которых эти дома расположены, на 10.09.2017 составляет: рыночная стоимость жилого дома площадью 43,4 кв.м. составляет 800 00 руб., жилого дома площадью 246,2 кв.м – 5 000 000 руб., земельных участков по указанному адресу площадью 538,0 кв.м. – 950 000 руб., площадью 246,2 кв.м – 1 150 000 руб.  

Указанные должником обстоятельства кредитор не оспорил и не опроверг.  

В ходе процедуры принадлежащее должнику либо членам его семьи имущество финансовым управляющим не выявлено, факт проживании должника и членов его семьи в квартире, им не принадлежащей (собственники мать должника ФИО16 и брат ФИО17 - доказательства приложены от пояснениям от 12.02.2025 в электронном виде, л.д.162)) подтвержден.  

Таким образом, должник, наряду с другими заемщиками, не уклонялись от исполнения заемных обязательств, совершили действия по их исполнению, в том числе путем передачи всего принадлежащего должнику и его брату недвижимого имущества, полученных от ведения предпринимательской деятельности денежных средств, после чего, с учетом прекращения дохода от предпринимательской деятельности и отсутствия иного имущества, возможности погашения долга, впоследствии истребованного кредитором по расписке от 10.11.2014, не имелось. Указание суда на то, что при наличии у должника дохода от осуществляемой деятельности до 2018г. он не предпринял мер по погашению задолженности перед ФИО3, не соответствует материалам дела.  

В ходе устного выступления в судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель кредитора ФИО3 привел довод о возможном наличии имущества, зарегистрированного на несовершеннолетнего ребенка должника. Третье лицо ФИО5 отрицала.  

Какие-либо доказательства наличия такого имущества, сведения о нем, источнике получения таких сведений кредитором не представлены, соответствующие ходатайства не заявлены, равно как не указано на неполноту, незавершенность мероприятий процедуры банкротства, проведенных финансовым управляющим, по результатам которых имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, не выявлено.  

При таком положении коллегия судей злостное уклонение должника от исполнения обязательств перед кредитором ФИО3 не усматривает, из материалов дела это не следует.  

Финансовым управляющим недобросовестность действий должника в период проведения процедуры, непредставление запрашиваемых документов и сведений не установлены, претензий к должнику не заявлено.  

Из материалов дела и пояснений финансового управляющего не усматривается, что должник уклонялся от взаимодействия с управляющим, препятствовал проведению последним мероприятий процедуры банкротства.  

Напротив, финансовый управляющий прямо указывает на добросовестное поведение должника.  

Каких-либо действий должника, не соответствующих принципу разумности и добросовестности, не позволяющему применить к нему реабилитационную меру в виде освобождения от исполнения обязательств перед кредиторами, а также злоупотребления гражданином своими правами, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Проанализировав в совокупности установленные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для применения в отношении гражданина ФИО1 предусмотренных п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве правил об освобождении от исполнения обязательств, в том числе от обязательств перед ФИО3  

С учетом вышеуказанного определение Арбитражного суда Пермского края от 21.04.2025 в обжалуемой части подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).  

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 21 апреля 2025 года по делу № А50-8317/2024 в обжалуемой части отменить.  

Применить в отношении ФИО1 правила об освобождении от обязательств, предусмотренные ст. 213.28 Закона о банкротстве.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.  

Председательствующий Т.Ю. Плахова  

Судьи Э.С. Иксанова  

 М.С. Шаркевич 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 12.11.2024 6:49:30

Кому выдана Иксанова Эльвира Сагитовна