АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4412/25

Екатеринбург

02 декабря 2025 г.

Дело № А60-47526/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О.Г.,

судей Артемьевой Н.А., Новиковой О.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.06.2025 по делу № А60-47526/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

– ФИО1 и ее представитель ФИО2 по доверенности от 03.02.2025;

– представители ФИО3 – ФИО4 и ФИО5 по доверенности от 19.09.2025.

Иные лица в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.10.2024 ФИО1 (далее – должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6 (далее – управляющий).

В суд 10.12.2024 поступило заявление ФИО3, о включении задолженности в реестр кредиторов должника, с учетом уточнений требований, в сумме 1 536 684 руб. 22 коп.

Определением суда от 09.06.2025, оставленным без изменения постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025, заявление ФИО3 удовлетворено, задолженность в сумме 1 536 684 руб. 22 коп. включена в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 09.06.2025 и апелляционное постановление от 28.08.2025 отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт, в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на неприменение судами статей 8, 9, 64, 71 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежавших применению, так как судами не принята во внимание позиция должника и представленные ею доказательства, тогда как кредитором не представлено доказательств в обоснование требований, кассатор также полагает, что судами не указаны доказательства, принятые за основу для удовлетворения требований. ФИО1 полагает, что судами не применены положения части 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), и, напротив, применены нормы статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), статей 309-310 ГК РФ, не подлежавшие применению, так как ФИО1 и ФИО3 с августа 2021 года по конец 2022 года проживали совместно. Также кассатор ссылается на исполнение ею обязательств по договору займа в сумме 25 000 рублей, осуществление переводов на ее карту в отсутствие обязательств у кредитора и доказательств перечисления денежных средств именно ФИО1, полагает, что экспертное заключение является недопустимым доказательством, сделано без учета приобщенных ею документов, поверхностно, позицию кредитора не подтверждает, выражает несогласие с иными фактическими обстоятельствами дела.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО6 поддерживает доводы кассационной жалобы. Кредитор ФИО3 в своем отзыве, напротив, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, кредитор ФИО3, с учетом уточнения заявленных требований, просил включить в реестр требований кредиторов сумму требований 1 536 684 руб. 22 коп., из которых сумма переводов на карту должника в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» - 262 487 руб. 84 коп., сумма компенсации за гашение задолженности по кредитам и налогам должника - 240 337 руб. 03 коп., компенсация стоимости стройматериалов, использованных на объекте должника - 689 748 руб. 35 коп., компенсация оплаты стоимости строительных работ, оплаченные заявителем на объекте должника - 344 111 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных требований кредитором представлены чеки о переводе денежных средств, выписка о движении денег по счету в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», квитанции и чеки о покупке строительных товаров и материалов, товарные чеки (л.д. 53-104), расписки о перечислении денежных средств ФИО3 рабочим за строительные работы для должника, в подтверждение факта оплаты кредитов и налогов за должника ФИО3 представлена выписка по счету, а также ответы на судебные запросы Сысертского городского суда налогового органа и кредитных организаций.

Перечисления денежных средств, покупки товаров и материалов ФИО1 не оспаривалось, вместе с тем, должник указывала, что расходы понесены ФИО3 в период совместного проживания и ведения хозяйственной деятельности и не являются займом, при этом она самостоятельно несла расходы на приобретение товаров и материалов, оплачивала самостоятельно платежи по коммунальным услугам.

Удовлетворяя заявление кредитора, суды исходили из следующего.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости.

Если после проверки на предмет мнимости действительность долга не вызывает сомнений (например, установлен факт передачи или перечисления денежных средств, передачи товара, выполнения работ, оказания услуг; задолженность подтверждена установленным законом документом), суд, рассматривающий дело о банкротстве, не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчетности должника и т.д.

Удовлетворяя заявление кредитора, суд первой инстанции исходил из обоснованности требований кредитора, квалифицировав задолженность как заемную, применив к правоотношениям положения статей 807-810 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что сложившиеся правоотношения следует квалифицировать как неосновательное обогащение, так как договор займа, расписка, иные доказательства, подтверждающие наличие заёмных правоотношений, в материалы дела не представлены.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности

Судом также учтено, что в соответствии с пунктом 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019) по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Судами установлено, что доказательств возврата должником перечисленных денежных средств не имеется.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО3 пояснил, что кредитор с должником вел совместный бизнес по сдаче домов в аренду для отдыха, был необходим ремонт одного гостевого дома «Чикаго», принадлежащего должнику, в связи с чем кредитором предоставлялись денежные средства; гражданско-правовые договоры не заключались, поскольку стороны находились в дружеских отношениях, также апелляционной коллегией установлено, что представленные в материалы дела кредитором документы свидетельствуют о реальности перечислении ФИО3 денежных средств на расчетный счет должника, а также несении расходов на приобретение товаров и материалов для ремонта гостевого дома «Чикаго», кроме того, кредитор ФИО3 заявил в своем требовании только те стройматериалы, наличие которых было подтверждено проведенной по делу судебной строительной экспертизой в Сысертском городском суде, экспертное заключение по которому не оспорено.

Отклоняя возражения должника, указавшей, что вела с кредитором совместное хозяйство, в связи с чем у нее отсутствует обязанность возвращать денежные средства, а также в силу пункта 4 статьи 1109, поскольку ФИО3 знал, что осуществляет платеж во исполнение несуществующего обязательства, суд апелляционной инстанции справедливо указал, что безусловных доказательств ведения должником и кредитором совместного хозяйства в материалах дела не имеется, кроме того, ранее при обращении кредитором в правоохранительные органы должник утверждала, что полностью рассчиталась с ФИО3, при этом с учетом представленных документов и пояснений сторон кредитор и должник занимались предпринимательской деятельностью, денежные средства представлялись для ремонта и сдачи в аренду гостевого дома, должник понимала, что денежные средства представляются на возвратной основе.

Доводы ФИО1 о том, что суд первой инстанции при вынесении судебного акта полностью удовлетворил требования кредитора, несмотря на предоставление доказательств, подтверждающих частичное погашение требований судом апелляционной инстанции также отклонены как несостоятельные, поскольку ФИО3 в указанной части уточнил заявленные требования, как и доводы должника о том, что представленные доказательства, подтверждающие, что ФИО1, самой исполнялась и осуществлялась покупка стройматериалов, поскольку кредитор ФИО3 заявил в своем требовании только те стройматериалы, наличие которых было подтверждено проведенной по делу судебной строительной экспертизой в Сысертском городском суде.

Суд округа считает выводы суда апелляционной инстанции правильными.

Доводы кассатора об ошибочном применении судами статьи 34 СК РФ отклоняются, так как судами указанные положения не применялись, ввиду отсутствия брачно-семейных отношений между кредитором и должником, как и доводы об ошибочном применении положений статей 309-310 ГК РФ, так как судом апелляционной инстанции дана иная квалификация правоотношений сторон, кроме того, указанное не влечет изменение заявленных сумм, подлежащих включению в реестр кредиторов, факта наличия задолженности не опровергает.

Вопреки доводам кассатора, судебные акты надлежащим образом мотивированны в соответствии с частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания между сторонами распределено верно.

Иные доводы кассатора также отклоняются, поскольку, по сути, сводятся к несогласию со сделанными судами выводами относительно фактических обстоятельств дела, не подтверждают существенных нарушений норм права, повлиявших на исход дела, направлены на переоценку доказательств, что в кассационном производстве не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13).

Нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение от 09.06.2025 и апелляционное постановление от 28.08.2025 отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.06.2025 по делу № А60-47526/2024 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий	О.Г. Кочетова

Судьи	Н.А. Артемьева

О.Н. Новикова