АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А17-4819/2019

12 апреля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.04.2024.

Постановление в полном объеме изготовлено 12.04.2024.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

 

при участии представителя

от акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс»:

ФИО1 по доверенности в порядке передоверия от 16.08.2022

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

ФИО2

 

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 16.12.2023  и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024

по делу № А17-4819/2019

 

по заявлению конкурсного управляющего

общества с ограниченной ответственностью «Спорт-Текс» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

ФИО3

о признании сделки должника недействительной 

и о применении последствий ее недействительности,

 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – 

ФИО4,

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спорт-Текс» (далее – ООО «Спорт-Текс», Общество; должник) его конкурсный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением о признании недействительным договора залога недвижимого имущества от 25.06.2016, заключенного ООО «Спорт-Текс» (залогодателем) и ФИО2 (залогодержателем) в обеспечение исполнения ФИО4 (заемщиком) обязательств по договору займа от 31.07.2013, подписанному со ФИО2 (займодавцем), и о применении последствий недействительности сделки в виде исключения из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) записей об обременении залогом (ипотекой) недвижимого имущества Общества (ткацкого корпуса, земельного участка и пяти зданий).

Заявление мотивировано передачей должником в залог имущества в обеспечение несуществующего (безденежного) заемного обязательства ФИО4 перед ФИО2 в ущерб имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 16.12.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024, признал договор залога недвижимого имущества от 25.06.2016 недействительной (ничтожной) сделкой на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и применил последствия ее недействительности в виде исключения из ЕГРН записи об обременении залогом (ипотекой) переданного по договору залога недвижимого имущества должника.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 16.12.2023 и постановление от 09.02.2024 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на недоказанность заключения договора залога в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку ООО «Спорт-Текс» и ФИО2 не являются заинтересованными либо фактически аффилированными по отношению друг к другу лицами; ФИО2 не мог быть осведомлен о противоправной цели сделки, так как на момент заключения договора не имелось судебных актов о взыскании с Общества задолженности, возбужденных в отношении него исполнительных производств. Сам по себе факт аффилированности заемщика и займодавца не свидетельствует о недействительности договора займа и о наличии у сторон цели причинения вреда кредиторам должника. Вместе с тем реальность передачи денежных средств по договору займа подтверждена вступившим в законную силу решением Фрунзенского районного суда города Иваново от 09.02.2023 по делу № 2-47/2023, в котором сделан вывод об отсутствии оснований для квалификации договора займа от 31.07.2013 в качестве недействительной сделки и указано, что признание договора займа недействительным само по себе не может обеспечить восстановления прав, на нарушение которых ссылался конкурсный управляющий: права кредиторов Общества на получение возмещения за счет его имущества, заложенного в обеспечение обязательств ФИО4 Изложенное косвенно свидетельствует об осведомленности конкурсного управляющего о наличии спорного договора залога, однако ФИО3 пропустила годичный срок исковой давности для обращения в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки. Как полагает заявитель, ФИО3 обладала полномочиями на оспаривание сделок должника в период исполнения обязанностей временного управляющего; о наличии оснований для оспаривания договора залога ФИО3 могла узнать 25.10.2019 – в дату принятия арбитражным судом к производству заявления ФИО2 о включении его требований, основанных на договоре займа от 31.07.2013, в реестр требований кредиторов должника.

По мнению заявителя жалобы, квалификация договора залога в отсутствие доказательств наличия у него пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, предусмотренных в пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в качестве ничтожной сделки, совершенной со злоупотреблением правом, является необоснованной и открывает возможность для обхода конкурсным управляющим сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок.

Конкурсный управляющий ФИО3 и конкурсный кредитор должника – акционерное общество «ЭнергосбыТ Плюс» в письменных отзывах на кассационную жалобу, а также представитель АО «ЭнергосбыТ Плюс» в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области от 16.12.2023 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав представителя АО «ЭнергосбыТ Плюс», суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Ивановской области по заявлению ООО «Энергосбытовая компания «Гарант» определением от 25.06.2019 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Спорт-Текс»; определением от 20.09.2019 ввел в отношении должника процедуру наблюдения и утвердил его временным управляющим ФИО3; решением от 01.07.2021 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство, утвердив ФИО3 конкурсным управляющим должника.

В ходе процедуры конкурсного производства конкурсным управляющим выявлен факт обременения недвижимого имущества ООО «Спорт-Текс» (залогодателя), а именно: ткацкого корпуса, земельного участка и пяти зданий, залогом (ипотекой) в пользу ФИО2 (залогодержателя) по договору залога недвижимого имущества от 25.06.2016, заключенного в обеспечение исполнения ФИО4 (заемщиком) обязательств по договору процентного займа от 31.07.2013 (в редакции дополнительных соглашений от 30.07.2014, 29.07.2015 и 29.07.2017) перед ФИО2 (займодавцем).

Посчитав, что договор залога недвижимого имущества от 25.06.2016 заключен в обеспечение несуществующего (безденежного) заемного обязательства ФИО4 перед ФИО2, в ущерб имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий ФИО3 оспорила законность данной сделки в судебном порядке.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. 

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка является ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив имеющиеся доказательства и доводы участвующих в деле лиц, суды первой и апелляционной инстанций усмотрели у договора залога недвижимого имущества от 25.05.2016 наличие признаков сделки, совершенной со злоупотреблением правом с целью безвозмездного вывода ликвидного имущества из имущественной массы Общества во избежание обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами.

При исследовании истинных намерений сторон спорной сделки суды дали правовую оценку договору процентного займа от 31.07.2013, обязательство заемщика перед ФИО2 по которому было обеспечено предоставлением ему Обществом залога, приняв во внимание недоказанность реальности предоставления займа.

Суды учли определение арбитражного суда от 20.02.2021, оставленное без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 26.05.2021 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.09.2021, которым ФИО2 отказано в удовлетворении заявления о включении задолженности по указанному договору займа в размере 20 000 000 рублей в реестр требований кредиторов должника ввиду безденежности займа. Суд пришел к выводу о недоказанности предоставления ФИО2 заемных денежных средств ФИО4, являвшемуся руководителем и единственным участником ООО «Спорт-Текс».

Суды обеих инстанций учли оценку, данную арбитражным судом обстоятельствам, установленным при рассмотрении спора о включении требования ФИО2 в реестр требований кредиторов, и согласились с ней с учетом непредставления в материалы настоящего обособленного спора каких-либо доказательств, подтверждающих передачу денежных средств по договору займа. 

Таким образом, суды обоснованно признали обстоятельства, установленные судебными актами по спору о включении требований займодавца в реестр требований кредиторов должника, в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющими преюдициальное значение для настоящего спора.

Исходя из изложенного суды резюмировали, что договор залога заключен в обеспечение отсутствующего основного обязательства заемщика; в результате единственное имевшееся у должника высоколиквидное недвижимое имущество предоставлено в залог по несуществующему обязательству его директора и единственного участника ФИО4

Ссылка заявителя на решение Фрунзенского районного суда города Иваново от 09.02.2023 по делу № 2-47/2023 правомерно отклонена судами, поскольку оценка и выводы, содержащиеся в данном судебном акте в отношении реального предоставления ФИО2 заемных денежных средств, признаны неправомерными апелляционным определением Ивановского областного суда от 09.08.2023 и, следовательно, не имеют преюдициального значения для рассмотрения арбитражным судом настоящего спора.

Как установили суды двух инстанций, на момент заключения договора залога у Общества имелись неисполненные денежные обязательства перед ООО «Энергосбытовая компания «Гарант» (правопредшественником АО «ЭнергосбыТ Плюс») в существенном размере, что впоследствии послужило основанием для обращения последнего в суд с заявлением о признании должника банкротом; в целом договор залога заключен в условиях ухудшения финансового положения Общества, нарастания его кредиторской задолженности.

Вместе с тем наличие либо отсутствие у должника на момент совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) не имеет правового значения для признания этой сделки недействительной (ничтожной) по заявленным основаниям. Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

При этом суды признали ФИО2 заинтересованным (фактически аффилированным) по отношению к должнику лицом, который не мог не знать о противоправной цели совершения сделки.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами, поскольку установление в деле о банкротстве факта общности экономических интересов кредитора и должника допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Констатировав заинтересованность и наличие признаков фактической аффилированности ФИО2 по отношению к должнику, суды приняли во внимание, что договор залога со стороны ООО «Спорт-Текс» подписан его директором и единственным участником ФИО4; сторонами не оспаривается и арбитражными судами в рамках рассмотрения обособленного спора о включении задолженности по договору займа от 31.07.2013 в реестр требований кредиторов установлено наличие между ФИО2 и ФИО4 длительных дружеских отношений; не раскрыта экономическая целесообразность для безвозмездного предоставления Обществом в залог в обеспечение обязательств его руководителя высоколиквидного недвижимого имущества. 

Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, согласно которой цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Заявитель может доказать наличие обстоятельств, которые в своей совокупности будут указывать на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника в отсутствие равноценного встречного предоставления, то есть наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определения от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861 (4), от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924 (1,2)). 

Указанная правовая позиция подлежит применению и при рассмотрении споров о признании сделки недействительной по общим основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды учли, что совершению спорной сделки сопутствовали обстоятельства, а именно: заключение договора залога в обеспечение несуществующего обязательства, о которых ФИО2, являясь займодавцем, не мог не знать, и признали его поведение не соответствующим типичной модели поведения обычного, добросовестного участника гражданского оборота.

Оценив договор залога недвижимого имущества от 25.06.2016 на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу, что о недобросовестном согласованном поведении сторон спорной сделки свидетельствует совершение ее в обеспечение несуществующих заемных обязательств с целью безвозмездного вывода ликвидного имущества из имущественной массы должника в пользу аффилированного лица и, как следствие, причинения вреда кредиторам Общества. В результате передачи в залог единственного имеющегося у должника ликвидного недвижимого имущества кредиторы утратили возможность удовлетворения за счет этого имущества вследствие его обременения ипотекой своих требований.

При изложенных обстоятельствах суды справедливо расценили действия сторон как недобросовестные (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), установили все юридически значимые обстоятельства для квалификации договора залога недвижимого имущества в качестве сделки, совершенной со злоупотреблением правом, и пришли к правомерному выводу о наличии оснований для признания данной сделки недействительной (ничтожной) в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод заявителя кассационной жалобы о невозможности оспаривания данной сделки по общим основаниям является ошибочным. Конкурсным управляющим приведены фактические обстоятельства признания сделки недействительной, которые выходят за рамки специальных оснований, предусмотренных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что позволило судам квалифицировать сделку как ничтожную.

Ссылка ФИО2 на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки основана на неверном толковании норм права.

Действительно, в соответствии с правовым подходом, сформулированным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.08.2017 № 305-ЭС17-10214, положения статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о праве на обращение в арбитражный суд, действующие во взаимосвязи с иными нормами Кодекса и Закона о банкротстве (в частности, его пунктом 1 статьи 61.8, согласно которому заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника) и с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), дают право временному управляющему на подачу заявления об оспаривании сделки по общим основаниям в рамках дела о банкротстве.

При обращении с данным заявлением конкурсный управляющий ФИО3 сослалась, в том числе на ничтожность спорной сделки на основании общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

По правилам пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным законом.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения (пункт 32 Постановления № 63).

В данном случае первая процедура банкротства в отношении Общества – процедура наблюдения – введена и ФИО3 утверждена временным управляющим определением от 20.09.2019 (резолютивная часть от 19.09.2019), в то время как конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием 19.06.2022, то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности, как с даты введения в отношении должника процедуры наблюдения, так и с даты, указанной ФИО2 (25.10.2019) в качестве момента, когда арбитражный управляющий должен был узнать об основаниях для оспаривания договора залога недвижимого имущества.

Иные доводы заявителя жалобы свидетельствуют о несогласии с установленными по спору фактическими обстоятельствами и оценкой судами предыдущих инстанций доказательств и по существу направлены на их переоценку, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами двух инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 16.12.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 09.02.2024 по делу № А17-4819/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева