АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-6964/2022

г. Тюмень

28 ноября 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 21.11.2022г. 

Решение в полном объеме изготовлено 28.11.2022г.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Марковой Н.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании, проведенном с использованием средств веб-конференции, дело по иску

ФИО2 (далее – истец)

к генеральному директору АО «Тобольский городской молочный завод» ФИО3 (далее – ответчик)

третье лицо - АО «Тобольский городской молочный завод»

о взыскании 1000000,00 рублей

при участии:

от истца: ФИО2, паспорт

от ответчика: ФИО3, паспорт

от третьего лица: ФИО4, доверенность от 10.01.2022 №б/н

установил:

В Арбитражный суд Тюменской области 30.03.2022 поступило исковое заявление ФИО2 к генеральному директору АО «Тобольский городской молочный завод» ФИО3 о взыскании 1000000,00 рублей убытков, причиненных АО «Тобольский городской молочный завод».

В обоснование иска истец указывает, что является акционером АО «Тобольский гормолзавод» в количестве 267738 обыкновенных акцией, что составляет 21,18% уставного капитала. В силу п.3.1 устава общества истец заинтересован в том, чтобы общество приносило прибыль и не несло убытков от своей деятельности. Директором общества являлся ФИО3 на основании заключенного между обществом и ним трудовым договором от 12.04.2016 года.

Как указывает истец, в результате проведения налоговых проверок МИФНС №7 по Тюменской области за период с 01.01.2016 по 31.12.2021 в отношении общества вынесено решение о привлечении его к ответственности за совершение налогового правонарушения в размере 500000,00, рублей, их которых 460000,00 рублей ответственность за налоговые правонарушения, 40000,00 рублей задолженность по пеням. 

Помимо этого, истец указывает, что в соответствии с договорами, заключенными обществом с покупателями молочной продукции, такими как ПАО «Магнит», ЗАО «ТД Перекресток», ООО «АГРОТОРГ», ООО «Элемент-Трейд», обществом выплачивались штрафы за просрочку поставки молочной продукции, штрафы за недопоставку продукции, за несоответствие качества молочной продукции заявленному качеству, за несоответствие сроков годности поставленного товара, за нарушение сроков оформления документов. Общая сумма штрафов составила 500000,00 рублей.

По мнению истца, общая сумма убытков составила 1000000,00 рублей.

В результате причиненных убытков, у общества сформировался отрицательный финансовый результат за период с 2016 года по 2020 год включительно и увеличился до суммы 18000000,00 рублей. Данные убытки возникли исходя из противоправной деятельности директора общества в лице ФИО3

На основании изложенного, истец обратился в суд с настоящими исковыми требованиями.

Ответчик представил отзыв о несогласии с иском, в котором указывает на пропуск истцом срока исковой давности за 2016 год, 2017 год, 2018 год и 2019 год, а также на то, что истцом не представлены доказательства, на которых основаны исковые требования.

Третье лицо представило отзыв, в котором поддерживает позицию ответчика в полном объеме.

Истец представил возражения на доводы отзывов ответчика и третьего лица, а также уточнил размер исковых требований - 737838,97 убытков, и их период. – с апреля 2019 года по 1 квартал 2022 года.

Оценив заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд с настоящим иском, суд исходит из следующего.

Согласно ст.196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В соответствии со ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно уточненным исковым требованиям, истец заявляет требования о взыскании с ответчика убытков за период с апреля 2019 года.

Таким образом, с учетом заявленных требований и датой обращения в суд (30.03.2022) истцом не пропущен срок исковой давности, истец правомерно обратился в суд с заявленными исковыми требованиями (уточненными).

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, а также представленные в материалы дела доказательства, суд считает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме с учетом заявления истца об уточнении иска по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО3 является генеральным директором АО «Тобольский городской молочный завод» на основании трудового договора от 15.04.2006 №202 с последующим неоднократным продлением. 

На основании п.3 ст.53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии со ст.71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», в силу которой члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

В силу п.1 ст.53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п.3 ст.53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Уполномоченное лицо несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее- постановление Пленума №62) добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо.

В п.5 постановления Пленума №62 разъяснено, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (п.3 ст.53 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, изложенных в п.9 постановления Пленума №62 споры по искам о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями п.3 ст.53 ГК РФ, которой устанавливаются критерии надлежащего исполнения лицами, осуществляющими управление организациями, своих обязанностей, а также право учредителей (участников) обратиться к ним с требованием о взыскании убытков, причиненных юридическому лицу, направлены на защиту прав и интересов как самого юридического лица, так и иных участников корпоративных отношений.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и предоставляет доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков, представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (ст.1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абз.4, 5 п.1 постановления Пленума №62).

В соответствии с п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2 ст.15 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п.12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п.2 ст.15 ГК РФ).

Пункт 6 постановления Пленума №62 предусматривает, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

В силу п.5 ст.10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В п.п.2, 3 постановления Пленума №62 приведены универсальные примеры оснований недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора, перечень которых не является исчерпывающим, однако определяет оценочные критерии для квалификации действий руководителя компании с точки зрения содержания в них негативного риска для юридического лица. Так, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки.

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п.3 ст.10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

В материалы дела истцом представлены доказательства того, что ответчик, являясь руководителем общества, а также ответственным лицом за организацию бухгалтерского учета и соблюдение налогового и гражданского законодательства, в том числе при выполнении хозяйственных операцией с контрагентами, допускал систематические нарушения, повлекшие проведение налоговой проверки, по результатам которой общество привлечено к ответственности в виде штрафов и пеней за неуплату налога на прибыль, налога на добавленную стоимость, налога на обязательное пенсионное страхование, а также представил доказательства заключения договоров с контрагентами на поставку им молочной продукции, которые неоднократно нарушались обществом. За это, как следует из материалов дела, общество неоднократно привлекалось покупателями к ответственности в виде уплаты неустойки и штрафов по договорам. Нарушения выражались в виде просрочки поставки молочной продукции, недопоставки продукции, несоответствия качества молочной продукции заявленному качеству, несоответствия сроков годности поставленного товара, нарушения сроков оформления документов.

Третьим лицом и ответчиком, доказательств того, что допущенные нарушения были осуществлены иными лицами или без осведомленности генерального директора общества, в материалы дела не представлено.

На основании изложенного, суд, исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи представленные доказательства, доводы участвующих в деле лиц, пришел к выводу о доказанности неразумности и недобросовестности действий ответчика, которыми обществу причинены убытки в виде 28892,39 рублей штрафов и 1846753,03 рублей пени по налоговым правонарушениям, 524271,59 рублей штрафных санкций по договорам с контрагентами, итого 737838,97 рублей.

При указанных обстоятельствах, суд удовлетворяет требования истца к ответчику в размере 737838,97 рублей.

При подаче иска истец госпошлину не оплачивал, поскольку освобожден от ее уплаты в силу закона. При цене иска 737838,97 рублей размер госпошлины составляет 17757,00 рублей.

На основании ст.110 АПК РФ госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст.110, 167-170, 176, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с генерального директора АО «Тобольский городской молочный завод» ФИО3 в пользу АО «Тобольский городской молочный завод» 737838,97 убытков.

Взыскать с генерального директора АО «Тобольский городской молочный завод» ФИО3 в доход федерального бюджета 17757,00 рублей госпошлины.

Исполнительные листы выдать в установленном порядке.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд.

 Судья

Маркова Н.Л.