СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                          Дело № А67-2385/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 декабря 2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

Иващенко А. П., 

судей

Иванова О.А.

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№07АП10462/2021(2)) на определение от 12.10.2021 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-2385/2019 (судья Есипов А.С.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская энергостроительная компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 634050, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи автомобиля, заключенного между должником и ФИО2.

В судебном заседании приняли участие:

от конкурсного управляющего: ФИО4, доверенность  от 01.07.2021 (сроком на 1 год), паспорт.

от ФИО2: ФИО5, доверенность от 12.10.2020 (сроком на 5 лет), паспорт.

УСТАНОВИЛ:

решением суда от 27.01.2019 общество с ограниченной ответственностью «Сибирская энергостроительная компания» (далее - ООО «СЭК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Сообщение о введении в отношении ООО «СЭК» процедуры конкурсного производства опубликовано в Газете «Коммерсантъ» № 18(6739) от 01.02.2020. 

02.10.2020 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего, в котором просит признать недействительным договор купли-продажи автомобиля от 29.04.2019, заключенный между ООО «СЭК» и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик). 

Определением суда от 12.10.2021 требования конкурсного управляющего удовлетворены в полном объеме. Договор купли-продажи транспортного средства от 01.02.2019, заключенный между ООО «Сибирская энергостроительная компания» и ФИО2 признан недействительным. Суд обязал ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство Автомобиль грузовой, ГАЗ 330232, 2017 г.в., заводской номер VIN 

<

***>, регистрационный знак 

<

***> номер двигателя *А27400*Н0901918*, номер кузова 330230Н0178734, цвет белый.

С вынесенным определением не согласился ФИО2 (апеллянт), обратившийся с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме.

В обоснование отмены судебного акта апеллянт указывает на нарушение судом норм материального права, несоответствие выводов суда материалам дела и фактическим обстоятельствам. Судом необоснованно отклонены представленные ответчиком доказательства оплаты стоимости спорного автомобиля частями в совокупном размере 510 000 руб. 

Вывод суда об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности по оплате стоимости спорного автомобиля не соответствует представленным доказательствам и фактическим обстоятельствам. За 2016 год размер доходов ФИО2 составил 456 381,91 руб., оставшуюся денежную сумму на покупку автомобиля ему предоставила его мать ФИО6 

По мнению апеллянта, цена по оспариваемому договору соответствует рыночной стоимости спорного автомобиля, учитывая имеющиеся дефекты, сделка совершена при равноценном встречном исполнении (различие в 30 000 руб. является незначительным отклонением). Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий должника представил возражения на апелляционную жалобу, в которых просит в удовлетворении требований апеллянта отказать. 

Доводы апелляционной жалобы необоснованны и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены законного и обоснованного судебного акта.

В дополнении к апелляционной жалобе апеллянт указывает на неверное распределение судом бремени доказывания, полагая, что судом необоснованно возложено на ответчика бремя доказывания возмездности оспариваемой сделки. Осведомленность ФИО2 о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника не доказана. Судом нарушены правила оценки доводов ответчика о наличии у него финансовой возможности по оплате стоимости спорного автомобиля. Подробнее доводы изложены в письменном виде.

В судебном заседании представитель апеллянта требования апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, представитель конкурсного управляющего поддержал свою позицию по изложенным ранее в письменном виде основаниям.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещены, в судебном заседании участия не принимали, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 01.02.2019 между ООО «СЭК» (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи (далее – договор) грузового автомобиля ГАЗ 330232 2017 г.в., заводской номер VIN 

<

***>, регистрационный знак 

<

***> номер двигателя *А27400*Н0901918*, номер кузова 330230Н0178734, цвет белый.

Цена передаваемого транспортного средства составила 510 000 руб. (пункт 3.1 договора). 

Согласно пункту 4.1 договор вступил в силу с момента его подписания сторонами. 

Конкурсный управляющий, полагая, что указанная сделка совершена при отсутствии равноценного встречного исполнения, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, ссылаясь на статью 61.2 Закона о банкротстве, статью 170 Гражданского кодекса РФ.

Суд первой инстанции, признавая оспариваемую сделку недействительной, исходил из отсутствия доказательств наличия равноценного встречного исполнения по сделке, наличия у ответчика финансовой возможности по оплате стоимости спорного автомобиля, а также из наличия у сторон сделки цели причинения вреда имущественными интересам кредиторов должника. 

Выводы суда являются верными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63). 

В пункте 8 Постановления № 63 разъяснено, что при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Оспариваемая сделка совершена 01.02.2019, что сторонами не оспаривается, то есть в течение одного года до дня возбуждения дела о банкротстве должника (23.04.2019), в связи с чем подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 2 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Учитывая данные разъяснения, действительность договора должна оцениваться только применительно к правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 8 Постановления № 63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении равноценности встречного исполнения апелляционный суд, вслед за судом первой инстанции учитывает следующее.

Согласно представленному конкурсным управляющим отчету об оценке № ТС02/09-2020 от 14.09.2020, рыночная стоимость транспортного средства ГАЗ 330232 2017 г.в., составляла 720 000 руб. 

Ответчиком представлен отчет об оценке № 33-2019, в соответствии с которым стоимость автомобиля на 01.02.2019 составляет 564 000 руб.

Оценивая указанные отчеты, суд учитывает, что согласно пункту 1.2 акта приема-передачи от 01.02.2019 на момент передачи транспортного средства оно находилось в неудовлетворительном техническом состоянии, требует ремонта: 

- требуется замена поршневой, головок (ГБЦ); 

- требуется замены резины (4 колеса); 

- требуется ремонт рамы;

- пробит радиатор охлаждения. 

Нахождение автомобиля в неисправном техническом состоянии также подтверждается отсутствием сведений о передвижении транспортного средства до 2020 года и штрафах до сентября 2019 года (согласно сведениям, представленным ГИБДД). 

Кроме того, цена транспортного средства определена в отчете по состоянию на 29.04.2019, в то время как датой договора является 01.02.2019.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с выводом суда о том, что отчет об оценке рыночной стоимости спорного имущества, предоставленный ответчиком, в более полной мере соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Поскольку автомобиль был продан за 510 000 руб., учитывая неисправное техническое состояние ГАЗ 330232, суд первой инстанции пришел к верному выводу о несущественном занижении цены реализации, указанной в договоре.

При этом апелляционный суд учитывает следующее.

Исходя из пояснений ФИО2, денежные средства по договору купли-продажи от 01.02.2019 были переданы ООО «СЭК» частями, а именно 01.02.2019, 01.04.2019, 01.05.2019, в общем размере 510 000 руб., в подтверждение чего ФИО2 были выданы квитанции к приходно-кассовым ордерам за подписью бухгалтера и кассира Общества, с печатью Общества.

По объективным причинам, связанным с тем, что кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений между кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В тоже время они должны заявить такие доводы и (или)  указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором. 

При этом бремя опровержения этих сомнений лежит на ответчике. 

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением фиктивной задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). 

В абзаце третьем пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Таким образом, судом первой инстанции верно распределено бремя доказывания по настоящему спору: ответчик ФИО2 должен доказать наличие у него финансовой возможности осуществить оплату стоимости спорного имущества наличными денежными средствами.

Доводы апеллянта о неверном распределении судом первой инстанции бремени доказывания подлежат отклонению, поскольку сделаны без учета особенностей рассмотрения обособленных споров об оспаривании сделок в деле о банкротстве, не учитывают предъявление судами повышенного стандарта доказывания по делам о банкротстве.

В апелляционной жалобе ее податель указывает на наличие в материалах дела исчерпывающего количества доказательств, подтверждающих наличие у него на момент совершения сделки финансовой возможности по внесению денежных средств в кассу должника.

Так, ответчиком в качестве подтверждения финансовой возможности был предоставлен договор возмездного оказания услуг от 01.08.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО7, по которому ФИО2 были выполнены сварочные работы на объекте заказчика. 

Стоимость услуг по договору составила 300 000 руб. и предполагала выплату двумя частями: авансовый платеж в день заключения договора (01.08.2018) в размере 100 000 руб. и оплату по итогам выполненной работы (февраль 2019 года) в размере 200 000 руб. 

Размер официальной заработной платы ФИО2 за 2016 год составил 244 964,99 руб., за 2017 год - 172 271,05 руб., за 7 месяцев 2018 года - 170 179,87 руб. Размер официальной заработной платы подтверждается копией трудовой книжки, сведениями о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица.

Апеллянт указывает, что общий размер его дохода в период с 2016 года по 01.05.2019 составляет 456 381,91 руб. с учетом исключения прожиточного минимума.

Кроме того, ФИО2 ссылался на общий доход с его матерью. Так, с 26.02.2013 зарегистрирован, проживает и ведет совместное хозяйство со своей матерью - ФИО6 по адресу: 

<

...>. ФИО6 осуществляет трудовую деятельность в должности начальника группы отопления и вентиляции в ООО «Томскэлектросетьпроект» (ИНН 

<

***>) и получает пенсию по старости в размере 29 618,54 руб. ежемесячно.

Согласно итоговым пояснениям ответчика, оплата за приобретаемое ТС производилась следующими частями:

Платежи за ТС

Финансовая возможность

01.02.2019 в размере

200 000 руб.

За один год до совершения сделки входящий оборот по счету ФИО2 составлял более 500 000 руб. В таком случае даже за исключением прожиточного минимума в его распоряжении были денежные средства в размере не менее 360 000 руб. Также на первый платеж пошли денежные средства, полученные по договору оказания услуг с ФИО7

01.04.2019 в размере 200 000 руб.

Денежные средства предоставила в долг мать - ФИО6 Договор между сторонами не составлялся, так как стороны находятся в родственных отношениях.

01.05.2019 в размере 110 000 руб.

Также с февраля по май 2019 года входящий оборот по счету ФИО2   за   исключением   прожиточного   минимума составил 234 215 руб., что позволило осуществить третий платеж от 01.05.2019 в размере 110 000 руб.

 

Согласно статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

По убеждению апелляционного суда представленные ответчиком документы и доводы не являются надлежащими доказательствами по делу, подтверждающими наличие у ФИО2 возможности оплатить спорное транспортное средство. 

Во-первых, какие-либо доказательства подтверждающие накопление ФИО2 денежных средств, достаточных для приобретения транспортного средства, в материалы дела не представлены.

Факт получения ответчиком денежных средств в 2016-2019 годах, задолго до осуществления платежей по сделке, однозначно не подтверждает наличие у ФИО2 денежных средств в указанном размере по состоянию на 01.02.2019, 01.04.2019, 01.05.2019 учитывая повышенный стандарт по делам о банкротстве. 

Во-вторых, финансовая возможность предоставления ФИО6 денежных средств ФИО2 в размере 510 000 руб. не подтверждена надлежащими доказательствами, поскольку, в материалы дела не представлены доказательства накопления ФИО6 в наличной или безналичной форме денежных средств, снятия ею со счетов денежных средств в сумме 510 000 руб. для их передачи ФИО2

Факт получения ФИО6 дохода в 2016-2018 гг. не свидетельствует о том, что спустя значительный промежуток времени денежные средства в достаточном размере имелись у ФИО6 в натуре.

Доказательства снятия денежных средств ФИО2 со счета накануне совершения оспариваемой сделки в размере, достаточном для расчетов с должником, суду представлено не было (статья 65, пункт 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, выписки по счетам ФИО2 содержат сведения о поступлении и снятии со счетов денежных сумм различных размеров. Снятие денежных средств в суммах, соответствующих цене договора, ни в даты совершения платежей, ни в предшествующий период ФИО2 не осуществлялось. Также не осуществлялось снятие денежных средств в размере, превышающем 200 000 руб., единовременно. 

Нет расходных операций, которые бы свидетельствовали об аккумулировании нескольких сумм, составляющих верхний предел ежедневного снятия с карточки, в целях последующего расчета. 

Таким образом, данные выписки подтверждают внесение ФИО2 денежных средств на счета, но не их снятие для расчета по спорному договору.

Представленный договор возмездного оказания услуг от 01.08.2018 обоснованно критически оценен судом первой инстанции ввиду его составления между физическими лицами и отсутствия доказательств исполнения, перечисления денежных средств.

Само по себе получение ФИО2 неофициального дохода не может являться основанием для признания факта отсутствия у него финансовой возможности по оплате цены сделки, однако надлежащих доказательств получения такого дохода апеллянтом в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии у должника на дату совершения сделки финансовой возможности по оплате стоимости спорного автомобиля, из чего следует, что спорная сделка совершена в отсутствие равноценного встречного исполнения, что само по себе свидетельствует о наличии у сторон такой сделки цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Суд учитывает, что согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2018 объем основных средств в структуре активов предприятия составлял 482 000 руб. Как следует из ответов государственных органов конкурсному управляющему, должник в 2018 году не имел в собственности имущества, кроме автомобиля ГАЗ 330232.

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки был реализовано единственное основное средство ООО «СЭК». 

Согласно данным официального сайта ФССП России на момент совершения оспариваемой сделки в отношении должника за период с 02.08.2018 по 09.10.2018 было возбуждено 47 исполнительных производств. На дату совершения сделки должник перестал производить оплату по имеющейся задолженности.

Задолженность по исполнительным производствам (уплата госпошлины), имевшаяся на дату оспариваемой сделки, не была погашена и включена в дальнейшем в реестр требований кредиторов. 

Также, по состоянию на 31.12.2018 у ООО «СЭК» имелась задолженность в размере 1 213 971 руб. по уплате налога на добавленную стоимость, 2 647 руб. по налогу на прибыль, 22 351 руб. по налогу на прибыль, 4 013 руб. по налогу на доходы физических лиц, 708 руб. по налогу на имущество. Впоследствии данная задолженность также была включена в реестр требований кредиторов ООО «СЭК».

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии у должника на момент заключения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности (в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3)).

На основании выше изложенного, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО2, действуя разумно и добросовестно, должен был знать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для ООО «СЭК» условиях, цели причинения вреда имущественным правам его кредиторов, в связи с чем не может быть признан добросовестным приобретателем транспортного средства.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу о доказанности оснований, предусмотренными статьей 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемого договора купли-продажи транспортного средства недействительной сделкой.

Кроме того, судом верно применены последствия недействительности сделки.

Доводы апеллянта выводы суда не опровергают, по существу сводятся лишь к несогласию с установленными судом по делу обстоятельствами, в отсутствие надлежащих доказательств, подтверждающих его позицию, основаны на неверном толковании норм права, в связи с чем отклоняются апелляционным судом за необоснованностью.

На основании выше изложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы подлежат распределению в порядке статьи 110 АПК РФ с учетом вынесения настоящего постановления не в пользу апеллянтов.

           Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 12.10.2021 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-2385/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в  порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его законную силу, путем подачи кассационной жалобы через  Арбитражный суд Томской области.               

 

Председательствующий                                                                             А.П. Иващенко

Судьи                                                                                                           О.А. Иванов

                                                                                                                      ФИО1