ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-17486/2021

05 апреля 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     28 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  05 апреля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Слобожаниной В.Б., Черемошкиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:  

от истца: ФИО2, представитель по доверенности от 20.12.2021; ФИО3, представитель по доверенности от 20.12.2021;

от ответчика: ФИО4, представитель по доверенности от 07.06.2021;

от 3-го лица: 1. ФИО5, представитель по доверенности от 10.01.2022; 2. ФИО6, представитель по доверенности от 14.01.2020; 3. не явился (извещен);  4. не явился (извещен); 5. не явился (извещен), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-3980/2022)  (заявление)  обществу с ограниченной ответственностью "Казанский мост" на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.01.2022 по делу № А56-17486/2021 (судья Горбатовская О.В.), принятое в рамках дела 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Петербургское агентство недвижимости» в интересах закрытого акционерного общества «Зингер» 

к обществу с ограниченной ответственностью "Казанский мост" 

третьи лица: 1. Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга; 2. акционерное общество "Торговая фирма "Санкт-Петербургский Дом книги"; 3. общество с ограниченной ответственностью "Полянка"; 4. общество с ограниченной ответственностью "В Контакте"; 5. общество с ограниченной ответственностью "Мойка 22" 

о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделок, 

установил:

закрытое акционерное общество "Зингер" (далее – ЗАО "Зингер")  в лице акционера общества с ограниченной ответственностью «Петербургское агентство недвижимости» (далее – ООО «ПАН») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к  обществу с ограниченной ответственностью "Казанский мост" (далее – ответчик,  ООО "Казанский мост") о признании недействительными договора субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16, дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 4, договора субаренды от 28.10.2016 №0668/ДСА-16, дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 3, договора субаренды от 01.11.2016 №0672/ДСА-16, дополнительного соглашения от 10.07.2020 №3, договора субаренды от 2009.2016 №0650/ДСА-16, договора субаренды от 06.09.2016 №0631/ДСА16, договора субаренды от 06.09.2016 №0632/ДСА-16, договора субаренды от 01.11.2016 №0671/ДСА-16 и применении последствий недействительности сделок.

Определением суда от 15.03.2021 привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга (далее – Комитет), общество с ограниченной ответственностью "Мойка 22", общество с ограниченной ответственностью "Полянка", общество с ограниченной ответственностью "В Контакте", акционерное общество "Торговая фирма "Санкт-Петербургский Дом книги" (далее – АО «ТФ «Санкт-Петербургский Дом книги»).

Определением суда от 09.09.2021 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято уточнение исковых требований, истец просил признать недействительными договор субаренды от 01.11.2016  № 0648/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 4 к нему, договор субаренды от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3 к нему, договор субаренды от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3 к нему, договор субаренды от 2009.2016 №0650/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3 к нему, договор субаренды от 06.09.2016 № 0631/ДСА16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020  № 3 к нему, договор субаренды от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3 к нему, договор субаренды от 01.11.2016 № 0671/ДСА-1 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 к нему, применении последствий недействительности сделок.

Решением от 08.01.2022 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области удовлетворил заявленные требования, в частности:

- признал недействительным договор субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 4;

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, часть помещения 14-Н площадью 800,7 кв.м., часть помещения Л-2ЛК площадью 46,2 кв.м., часть помещения Л-3ЛК площадью 36 кв.м.;

- признал недействительным договор субаренды от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3; 

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, помещение 9-Н площадью 200,3 кв.м., часть помещения Л-3ЛК площадью 36 кв.м.;

- признал недействительным договор субаренды от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3;

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, помещение 18-Н площадью 529,7 кв.м., часть помещения Л-2ЛК площадью 16,2 кв.м.;

- признал недействительным договор субаренды от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3;

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, помещение 16-Н площадью 848,6 кв.м., помещение 17-Н площадью 83,7 кв.м., помещение Л-2ЛК площадью 16,2 кв.м., помещение Л-3ЛК площадью 36 кв.м.;

- признал недействительным договор субаренды от 06.09.2016 № 0631/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3;

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, часть помещения 6-Н площадью 235 кв.м., помещение 5-Н площадью 10,77 кв.м., помещение 3-Н площадью 2,1 кв.м., помещение 4-Н площадью 3,6 кв.м., часть помещения 1-Н площадью 27,3 и 21,6 кв.м., помещение Л-1ЛК площадью 328,3 кв.м.;

- признал недействительным договор субаренды от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16 и дополнительное соглашение от 10.07.2020 № 3;

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, часть помещения 10-Н площадью 141,8 кв.м.;

- признал недействительным договор субаренды от 06.09.2016 № 0671/ДСА-16;

- применил последствия недействительности сделки – обязать общество с ограниченной ответственностью «Казанский мост» возвратить закрытому акционерному обществу «Зингер» нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., д. 28, лит. А, помещение 13-Н площадью 69,3 кв.м., часть помещения 10-Н площадью 68 кв.м., часть помещения 3-3ЛК площадью 72 кв.м.;

- взыскал с общества с ограниченной ответственностью «Казанский мост» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Петербургское агентство недвижимости» 42 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины;

- возвратил обществу с ограниченной ответственностью «Петербургское агентство недвижимости» из федерального бюджета 42 000 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 19.02.2021 № 64.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ООО «Казанский мост» указал, что суд первой инстанции не применил подлежащие применению положения пунктов 2, 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых ЗАО «Зингер», однозначно выразившее волю на сохранение договоров субаренды, лишилось права на их оспаривание.

Вывод суда о том, что с настоящим иском, предъявленным спустя 4 года после заключения оспариваемых сделок, истец обратился в пределах установленного годичного срока исковой давности, как полагает ответчик, не основан на нормах действующего законодательства и противоречит фактическим обстоятельствам настоящего дела.

Срок исковой давности по требованию о признании сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ начал течь с момента, когда о нарушении своих прав узнала сторона оспариваемых сделок, в частности ЗАО «Зингер» в лице его генеральных директоров ФИО7 и ФИО8, и по состоянию на декабрь 2019 года в любом случае истек, в то время как настоящий иск был подан лишь в 2021 году.

Ответчик указал, что вопреки выводам суда единственному акционеру ЗАО «Зингер» - ООО «ПАН» о предполагаемом нарушении оспариваемыми сделками прав ЗАО «Зингер» должно было стать известно не позднее ноября 2017 года (после назначения конкурсным управляющим ООО «ПАН» ФИО9).

ООО «Казанский мост» считает, что вывод суда о том, что срок исковой давности подлежит исчислению с февраля 2021 года, поскольку именно в феврале 2021 года ЗАО «Зингер» в лице своего нового генерального директора ФИО10 получило спорные договоры субаренды из материалов уголовного дела, не основан на имеющихся в деле доказательствах. Ответчик указал, что в рамках уголовного дела № 12102400022000001, на которое сослался суд первой инстанции, договоры субаренды ЗАО «Зингер» не передавались.

По мнению подателя жалобы, признавая спорные сделки недействительными на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, суд пришел к ошибочному выводу о том, что договоры субаренды носили для ЗАО «Зингер» убыточный характер и причиняли обществу вред. Признавая сделки недействительными по первому основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 174 ГК РФ, суд ошибочно избрал в качестве критерия причинения явного ущерба ЗАО «Зингер» саму по себе разницу в арендных ставках между договорами, заключенными ЗАО «Зингер» с ООО «В контакте», ООО «Мойка 22» и ООО «Нобель Биокар Раша», и договорами, заключенными с ответчиком, проигнорировав рыночные значения соответствующих ставок.

Ответчик считает, что вывод суда о том, что договоры субаренды причиняли явный ущерб ЗАО «Зингер», прямо противоречит обстоятельствам настоящего дела, поскольку ни по одному из договоров субаренды ставки арендной платы не отличались в несколько раз ни от их рыночных значений, ни от условий ранее заключенных договоров субаренды.

По мнению ООО «Казанский мост», вывод суда о том, что оспариваемые договоры являются недействительными сделками по второму основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 174 ГК РФ (сговор между представителем юридического лица и контрагентом), не подкреплен ни одним доказательством и не основан на установленных судом фактических обстоятельствах дела.

При оценке действительности дополнительных соглашений к спорным договорам субаренды судом необоснованно не были приняты во внимание доводы ответчика о том, что необходимость их заключения была обусловлена экономической ситуацией, сложившейся в 2020 году.

ООО «Казанский мост» считает, что суд не применил подлежащие применению положения статьи 8 Федерального закона РФ от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее - Закон об арбитраже), подпункта 5 части 1 статьи 148 АПК РФ, в соответствии с которыми иск по настоящему делу подлежал оставлению без рассмотрения в связи с заключенными сторонами арбитражными соглашениями.

В судебном заседании 28.03.2022 представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме; ходатайствовал о вызове в суд для допроса в качестве свидетеля ФИО8.

По смыслу статьи 88 АПК РФ вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда, и обуславливается предметом доказывания и необходимостью в получении определенного доказательственного материала (относимого и допустимого) в подтверждение наличия какого-либо юридического факта.

В силу части 1 статьи 56 АПК РФ свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

Вместе с тем в силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Обстоятельства, которые входят в предмет доказывания по настоящему делу подлежат доказыванию письменными доказательствами с учетом требований относимости, допустимости и достаточности. Суд апелляционной инстанции полагает, что в рассматриваемой ситуации пояснения свидетеля не могут опровергнуть доводы истца, так как не будут отвечать вышеуказанным требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представители ЗАО «Зингер» и ООО «ПАН» против удовлетворения апелляционной жалобы возражали по основаниям, изложенным в отзывах.

Представители Комитета и ООО «Торговая фирма «Санкт-Петербургский Дом Книги» поддержали позицию истца.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, в связи с чем, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «ПАН» принадлежит 100% акций ЗАО «Зингер».

ЗАО «Зингер» на основании договора от 22.06.1999 № 00-(А)003931(10), заключенного с Комитетом (арендодатель), для проведения капитального ремонта и реконструкции с дальнейшим использованием под нежилые цели во временное владение и пользование (на срок 49 лет) предоставлен объект нежилого фонда - здание - памятник истории и культуры федерального значения, расположенное по адресу: Санкт-Петербург, Невский пр., 28, лит. А (далее - Здание, Дом Зингера), представляющее собой торгово-офисный центр общей площадью свыше 8000 м².

С 2013 года по причине корпоративного конфликта собственниками ООО «ПАН» был утрачен контроль над деятельностью как ООО «ПАН», так и его дочернего общества ЗАО «Зингер».

Лицом, под контролем которого находились ЗАО «Зингер» и ООО «ПАН» с 2013 года по июль 2020 года являлся ФИО11

В указанный период ООО «ПАН» был совершен ряд сделок по отчуждению имущества. Кроме того, в 2016 году в отношении ООО «ПАН» была инициирована процедура банкротства (дело А56-91226/2016), которая продолжалась вплоть до июля 2020 года. 

По факту совершения сделок с имуществом ООО «ПАН» и неправомерных действий в ходе процедуры банкротства возбужден ряд уголовных дел на основании заявлений собственников ООО «ПАН» и Комитета.

По делу № 515619, в рамках которого расследуется хищение недвижимого имущества ООО «ПАН» и акций ЗАО «Зингер», ФИО11 в декабре 2018 года предъявлено заочно обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, обвиняемый объявлен в международный розыск.

17.07.2020 в связи с погашением третьим лицом всех требований кредиторов, прекращено производство по делу о банкротстве ООО «ПАН», что позволило его собственникам восстановить корпоративный контроль над ООО «ПАН», и как следствие, над ЗАО «Зингер». 

После восстановления корпоративного контроля над деятельностью ЗАО «Зингер», ЗАО «Зингер» и ООО «ПАН» в лице их действующего руководства были предприняты необходимые меры для проведения аудита деятельности ЗАО «Зингер».

Из полученных в ноябре 2020 года выписок из ЕГРН было установлено, что в отношении помещений Дома Зингера зарегистрированы многочисленные обременения прав в пользу третьих лиц (помимо ЗАО «Зингер»), в частности, в пользу ООО «Книжный магазин №1», ООО «Казанский Мост», ООО «СПб ДК», ООО «Мойка 22». При этом, каких-либо денежных поступлений в пользу истца от указанных организаций с августа 2020 года не осуществлялось. Анализ банковских выписок за предыдущие периоды позволил сделать вывод, что между ЗАО «Зингер», ООО «Книжный магазин №1» и ООО «Казанский Мост» имеются арендные правоотношения.

Для выяснения характера правоотношений и их условий в адрес указанных обществ были направлены уведомления о смене руководителя ЗАО «Зингер», содержащие просьбу предоставить документы, на основании которых помещения в Доме Зингера находятся во владении ООО «Казанский Мост» и ООО «Книжный магазин №1». Данные письма были проигнорированы субарендаторами. Получить копии соответствующих договоров из материалов регистрационных дел истцу также не удалось в связи с тем, что в регистрационные дела в отношении помещений в ЗАО «Зингер» были изъяты правоохранительными органами.

В феврале 2021 года генеральный директор ЗАО «Зингер» был вызван в Следственный комитет РФ по Санкт-Петербургу для проведения осмотра документов, изъятых в ходе обыска в офисе группы компаний ПАН, принадлежащих ФИО11 Среди изъятых документов находилось несколько коробок с документами ЗАО «Зингер» и ООО «ПАН», которые по ходатайству руководителей организаций были возвращены ЗАО «Зингер» и ООО «ПАН» по принадлежности.

На основании договоров субаренды от 01.11.2016  № 0648/ДСА-16, от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16, от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16, от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16, от 06.09.2016 № 0631/ДСА16, от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16, от 01.11.2016 № 0671/ДСА-1, часть помещений в Доме Зингера были переданы ООО «Полянка» (правопредшественник ООО "Казанский мост").

Ссылаясь на убыточный характер указанных сделок, полагая, что заключение указанных договоров субаренды не являлось экономически целесообразным для ЗАО «Зингер», основной целью их заключения являлось перенаправление денежных потоков в виде доходов от субаренды в пользу ООО "Казанский мост", в ущерб интересам ЗАО «Зингер» и его собственника ООО «ПАН», истец обратился в суд с настоящим иском.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ и проанализировав условия оспариваемых сделок в совокупности с обстоятельствами их заключения, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии предусмотренных законом оснований для признания договоров субаренды недействительными сделками.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Способы защиты гражданских прав предусмотрены статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой недействительными могут быть признаны сделки, а также акты государственных органов или органов местного самоуправления.

Абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 102 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В соответствии с частью 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Таким образом, обязательным условием признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 174 ГК РФ является наличие ущерба для интересов юридического лица, совершающего сделку.

В силу п. 93 постановления пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Оценивая доводы сторон, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

На основании договора субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 117-121) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы на срок 20 лет в Здании часть нежилого помещения 14-Н площадью 800,7 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1023 (5 этаж), часть нежилого помещения Л-2ЛК площадью 46,2 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1044 (3, 4, 5 этажи), часть нежилого помещения Л-3ЛК площадью 36 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1045 (5 этаж). Общая площадь арендуемых помещений составляет 882,9 кв.м.

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16 арендная плата составляет 1 088 200 руб. в месяц, что соответствует ставке 1232,5 руб. за 1 кв.м.

На основании дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 4 (том дела 1, л.д. 172) изменена ставка арендной платы, за пользование помещениями установлена ставка в период с 01.04.2020 по 15.07.2020 в размере 20 154 руб. 33 коп. (136,9 руб. за 1 кв.м.), в период с 16.07.2020 по 31.12.2020  - 483 703 руб. 94 коп. (547,8 руб. за 1 кв.м.).

На основании договора субаренды от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 157-166) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы в Здании часть нежилого помещения 9-Н площадью 200,3 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1040 (7 этаж), часть нежилого помещения Л-3ЛК площадью 36 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1045 (7 этаж). Общая площадь арендуемых помещений составляет 236,3 кв.м.

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16 арендная плата составляет 270 400 руб. в месяц, что соответствует ставке 1 144,3 руб. за 1 кв.м.

На основании дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 3 (том дела 1, л.д. 173) изменена ставка арендной платы, за пользование помещениями установлена ставка в период с 01.04.2020 по 15.07.2020 в размере 30 048 руб. 14 коп. (127,1 руб. за 1 кв.м.), в период с 16.07.2020 по 31.12.2020  - 120 192 руб. 56 коп. (508,6 руб. за 1 кв.м.).

На основании договора субаренды от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 167-171) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы на срок 20 лет в Здании нежилое помещение 18-Н площадью 529,7 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1027 (мансарда), часть нежилого помещения Л-2ЛК площадью 16,2 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1044 (мансарда). Общая площадь арендуемых помещений составляет 545,9 кв.м.

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16 арендная плата составляет 890 900 руб. в месяц, что соответствует ставке 1631,9 руб. за 1 кв.м.

На основании дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 3 (том дела 1, л.д. 174) изменена ставка арендной платы, за пользование помещениями установлена ставка в период с 01.04.2020 по 15.07.2020 в размере 99 000 руб. 57 коп. (181,35 руб. за 1 кв.м.), в период с 16.07.2020 по 31.12.2020 - 396 002 руб. 29 коп. (725,4 руб. за 1 кв.м.).

На основании договора субаренды от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 122-130) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование сроком на 20 лет ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы в Здании нежилое помещение 16-Н площадью 848,6 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1025 (6 этаж), нежилое помещение 17-Н площадью 83,7 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1026 (6 этаж), часть нежилого помещения Л-2ЛК площадью 16,2 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1044 (6 этаж), часть нежилого помещения Л-3ЛК площадью 36 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1045 (6 этаж). Общая площадь арендуемых помещений составляет 984,5 кв.м.

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 арендная плата составляет 1 212 900 руб. в месяц, что соответствует ставке 1231,99 руб. за 1 кв.м.

На основании дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 3 (том дела 5) изменена ставка арендной платы, за пользование помещениями установлена ставка в период с 01.04.2020 по 15.07.2020 в размере 134 783,25 руб. в месяц (136,9 руб. за 1 кв.м.), в период с 16.07.2020 по 31.12.2020  - 539132 руб. 98 коп. (547,62 руб. за 1 кв.м.).

Всего по договорам субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16, от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16, от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16, от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 ответчику передано помещений в Доме Зингера площадью 2649,6 кв.м.

Арендуемые у ЗАО «Зингер» помещения № 9-Н, 14-Н, 16-Н, 17-Н, 18-Н по договорам субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16, от 28.10.2016  № 0668/ДСА-16, от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16, от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 переданы ООО «Казанский мост» во временное владение и пользование ООО «В Контакте» на основании договора от 15.08.2018 № 0929/ДСА-18. Согласно пункту 2.1 договора от 15.08.2018 № 0929/ДСА-18 общая площадь помещений, переданных ООО «В Контакте» в аренду, составила 2659,48 кв.м. (дополнительным соглашением от 25.12.2019 арендуемая площадь увеличена до 2572 кв.м.). 

Согласно пункту 5.1.1 договора от 15.08.2018 № 0929/ДСА-18, заключенного между ООО «Казанский мост» и ООО «В Контакте» (субарендатор), ставка арендной платы составила 2333,03 руб. за 1 кв.м., что существенно превышает ставку арендной платы, по которой спорные помещения получены ООО «Казанский мост» во временное владение и пользование от ЗАО «Зингер» по договорам субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16, от 28.10.2016 № 0668/ДСА-16, от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16, от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 (от 1 144,3 руб. до 1631,9 руб. за 1 кв.м.). 

При этом как следует из представленных в материалы дела доказательств, до момента передачи указанных помещений ООО «Казанский мост», между ЗАО «Зингер» и ООО «В Контакте» действовали прямые договоры субаренды от 01.11.2016 № 0670/ДСА-16 (арендная ставка 2102,78 руб. за 1 кв.м.), 01.10.2017 № 0798/ДСА-17 (арендная ставка 2186,89 руб. за 1 кв.м.), 01.10.2017 0802/ДСА-17 (арендная ставка 2200 руб. за 1 кв.м.; том дела 1, л.д. 131-146, 184-193).

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, условия спорных договоров субаренды от 01.11.2016 № 0648/ДСА-16, от 28.10.2016  № 0668/ДСА-16, от 01.11.2016 № 0672/ДСА-16, от 20.09.2016 № 0650/ДСА-16 в худшую сторону отклоняются от условий, на которых помещения ранее сдавались в аренду субарендаторам, следовательно сделки являлись заведомо убыточными для ЗАО «Зингер».

Доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств, позволяющих считать заключенные сделки экономически оправданными, в материалы дела не представлено.

Обоснований экономической целесообразности ЗАО «Зингер» передавать в аренду помещения сначала ООО «Казанский мост», а в дальнейшем конечным субарендаторам, в частности ООО «В Контакте», при наличии действующих прямых договоров между ЗАО «Зингер» и ООО «В Контакте» на более выгодных условиях для ЗАО «Зингер», ответчиком не приведено.

Согласно пояснениям представителя ООО «В Контакте», данным в ходе рассмотрения дела, а также изложенным в отзыве на иск, ООО «В Контакте» на протяжении длительного времени занимает значительную часть помещений, расположенных в Доме Зингера; в период с 2010 по 2018 годы ООО «В Контакте» пользовалось указанными помещениями на основании договоров субаренды, заключенных с ЗАО «Зингер», которые регулярно пролонгировались; начиная с 2015 года от представителя арендодателя со ссылкой на внутренние корпоративные связи и оптимизации на стороне арендодателя начали поступать просьбы о перезаключении договоров субаренды на последующие периоды с ООО «Книжный магазин №1» и ООО «Полянка»; при этом, ООО «В Контакте» не было уведомлено об основаниях, по которым право пользования занимаемыми помещениями будет закреплено за указанными организациями; наряду с указанным, ООО «В Контакте» не уведомлялось и о предстоящем проведении торгов; в результате данных переговоров, с учетом того, что: арендная ставка по сравнению с действующими договорами для ООО «В Контакте» не менялась; и вопрос о проведении торгов на право заключения договоров субаренды в отношении занимаемых нами помещений не ставился, ООО «В Контакте» пошло на встречу арендодателю и дало согласие на заключение договоров с ответчиком в отношении части занимаемых помещений; в связи с чем, в августе 2018 года, т.е. в тот период, когда действовали прямые договоры субаренды с ЗАО «Зингер», между ООО «В Контакте» и ответчиком был заключен договор субаренды от 15.08.20180929/ДСА-18, в отношении помещений, занимаемых по договорам, заключенным с ЗАО «Зингер» №№ 0798/ДСА-17 и 0802/ДСА-17 от 01.10.2017, который предусматривал передачу помещений новым арендодателем 01.10.2018, то есть после истечения срока действия договоров, заключенных с ЗАО «Зингер»; переговоры, связанные с заключением, изменением, пролонгацией и прекращением договоров субаренды с ЗАО «Зингер» и заключением новых договоров субаренды с ответчиком, велись на стороне арендодателей одними и теми же представителями, что, наряду с иными обстоятельствами перезаключения договоров, давало основания полагать, что изменения касаются только формальной стороны оформления арендных правоотношений; арендная ставка по прямым договорам заключенным с ЗАО «Зингер» составляла от 2102,78 руб./ кв.м. до 2186,89 руб./кв.м.; по договорам с ООО «Казанский мост» - 2333,03 руб./кв.м.; для ООО «В Контакте» арендная ставка в связи с заключением действующих договоров субаренды с ООО «Казанский Мост» выросла исключительно в результате индексации; помимо договоров субаренды, заключённых между ООО «Зингер» и ООО «Казанский Мост», Истцом также оспариваются и дополнительные соглашения к ним от 10.07.2020г., в соответствии с которыми арендные ставки по оспариваемым договорам были снижены до 120-180 руб./кв.м (на срок с 01.04.2020г. по 15.07.2020) и до 500-725 руб/кв.м. (на срок с 16.12.2020 по 31.12.2020г.); ответчиком не заключалось подобных соглашений с ООО «В Контакте»; ООО «В Контакте» продолжало выполнять свои обязательства по оплате арендных платежей на прежних условиях, предусмотренных договорами субаренды, перед ООО «Казанский Мост».

На основании договора субаренды от 06.09.2016 № 0631/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 103-110) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы в Здании часть нежилого помещения 6-Н площадью 235 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1039 (2 этаж), нежилое помещение 3-Н площадью 2,1 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1036 (этаж 1), нежилое помещение 4-Н площадью 3,6 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1037 (1 этаж), нежилое помещение Л-1ЛК площадью 328,3 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1043, нежилое помещение 5-Н площадью 10,7 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1038, часть площадью 27,3 кв.м. и 21,6 кв.м. в помещении 1-Н с кадастровым номером 78:31:0001289:1018. Общая площадь арендуемых помещений составляет 628,6 кв.м.

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 06.09.2016 № 0631/ДСА-16 арендная плата составляет 509 700 руб. в месяц, что соответствует ставке 810,8 руб. за 1 кв.м.

На основании дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 3 (том дела 5) изменена ставка арендной платы, за пользование помещениями установлена ставка в период с 01.04.2020 по 15.07.2020 в размере 58339,5 руб. в месяц (92,80 руб. за 1 кв.м.), в период с 16.07.2020 по 31.12.2020  - 233 358 руб. 02 коп. (371,23 руб. за 1 кв.м.).

На основании договора субаренды от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 111-116) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы в Здании часть нежилого помещения 10-Н площадью 141,8 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1019 (3 этаж). 

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16 арендная плата составляет 185 500 руб. в месяц, что соответствует ставке 1308,18 руб. за 1 кв.м.

На основании дополнительного соглашения от 10.07.2020 № 3 (том дела 5) изменена ставка арендной платы, за пользование помещениями установлена ставка в период с 01.04.2020 по 15.07.2020 в размере 21 232 руб. 06 коп. в месяц (149,73 руб. за 1 кв.м.), в период с 16.07.2020 по 31.12.2020  - 84928 руб. 22 коп. (598,93 руб. за 1 кв.м.).

На основании договора субаренды от 06.09.2016 № 0671/ДСА-16 (том дела 1, л.д. 162-166) ЗАО «Зингер» (арендатор) во временное владение и пользование на 20 лет ООО «Полянка» (субарендатор; правопредшественник ООО «Казанский мост») переданы в Здании часть нежилого помещения 10-Н площадью 68,1 кв.м. с кадастровым номером 78:31:0001289:1019, помещение 13-Н площадью 69,3 кв.м., часть помещения 3-3ЛК площадью 72 кв.м. Общая площадь арендуемых помещений составляет 209,3 кв.м.

Согласно пункту 5.1.1 договора субаренды от 06.09.2016 № 0671/ДСА-16 арендная плата составляет 270 400 руб. в месяц, что соответствует ставке 1291,9 руб. за 1 кв.м.

Арендуемая у ЗАО «Зингер» часть помещения 6-Н передана ООО «Мойка 22» на основании договора субаренды от 06.09.2016 № 0661/ДСА-16 по ставке 7121 руб./кв.м.

Ранее между ЗАО «Зингер» и ООО «Мойка 22» действовал прямой договор субаренды по ставке арендной платы – 7 210,32 кв.м.

Аналогичная ситуация и с помещением 10-Н площадью 141,8 кв.м, переданным по договору субаренды от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16 . Данное помещение изначально сдавалось в субаренду ООО «Нобель Биокар Раша» на основании договора от 23.12.2009 № 141-ДСА-09, заключенного непосредственно с ЗАО «Зингер». Аредная ставка по указанному договору по состоянию на январь 2013 года составляла 2234 руб./ кв.м., на январь 2016 года – 4388,71 руб./кв.м. 

19.08.2016 в отношении указанного помещения заключен договор № 0597/ДСА-16 между ООО «Полянка» и ООО «Эдван Нетворк» со ставкой арендной платы – 3732,51 руб./кв.м.

Однако в сентябре 2016 года спорное помещение было передано ООО «Казанский мост» по договору субаренды от 06.09.2016 № 0632/ДСА-16 по ставке арендной платы – 1308,18 руб./кв.м.

Суд верно указал, что из изложенного следует, что на момент заключения оспариваемых сделок ЗАО «Зингер» сдавало в аренду помещения на выгодных для себя условиях, в результате передачи помещений ответчику доход от сдачи имущества в субаренду сократился почти в два раза, при этом заключение оспариваемых договоров не имело экономического обоснования, о чем свидетельствует в том числе то обстоятельство, что состав конечных субарендаторов, фактически занимающих помещение в Доме Зингера, не изменился.

Ответчику по спорным договорам были переданы в субаренду помещения и их части технического назначения: подсобные помещения, с/у, части лестничных площадок, которые между собой никак не связаны, располагаются на разных этажах, не предназначены для коммерческого использования и сдачи в субаренду.

В частности, по договору от 06.09.2016 № 0631/ДСА-16 переданы в субаренду помимо части помещения 6-Н на 2 этаже также и технические помещения, располагающиеся на 1 этаже, не связанные между собой и не предназначенные для коммерческого использования.

Совокупность указанных обстоятельств подтверждает, что заключение оспариваемых сделок для их сторон являлось формальностью и не преследовало экономической цели, направленной на извлечение прибыли. Сделки заключены в ущерб интересам ЗАО «Зингер». 

Доводы истца о том, что целью передачи помещений в субаренду ответчику являлось перевод денежного потока от сдачи помещений в субаренду с ЗАО «Зингер» на ООО «Казанский мост» и закрепление за данным обществом право пользования помещениями на длительный срок (договоры заключены на 20 лет), не опровергнуты ответчиком, соотносятся с установленными обстоятельствами по делу, признаны судом обоснованными.

Совокупность представленных в материалы дела доказательств позволила суду первой инстанции признать, что оспариваемые сделки являлись для ЗАО «Зингер» убыточными, совершенными в ущерб интересам ЗАО «Зингер» и его участника – ООО «ПАН».

О причинении ущерба в связи с заключением оспариваемых сделок не могло не быть очевидным для ООО «Полянка» (ООО «Казанский мост»), которое приобрело права аренды на недвижимое имущество, являющееся единственным активом ЗАО «Зингер», с целью последующей его сдачи в аренду по цене значительно превышающей арендную плату, указанную в оспариваемых договорах.

Таким образом, на основании изложенного суд пришел к верному выводу о том, что оспариваемые сделки были совершены в ущерб интересам ЗАО «Зингер» на заранее известных обеими сторонами невыгодных условиях о цене.

Как верно указал суд первой инстанции, доводы ответчика о том, что арендная плата, указанная в оспариваемых договорах, соответствовала рыночной стоимости арендной платы, что подтверждается отчетом ООО «ФК-Юридические услуги» от 27.09.2021 № 117/07-21 (том дела 4), не имеют правового значения при рассмотрении настоящего дела, с учетом установленных обстоятельств по делу, в части обстоятельств, свидетельствующих о наличии действующих на момент заключения спорных договоров сделок, по которым помещения в Здании использовались на праве аренды на более выгодных для ЗАО «Зингер» условиях, при этом состав конечных арендаторов в результате заключения оспариваемых сделок фактически не изменился, целесообразность сдачи в аренду помещений ЗАО «Зингер» через  ООО «Казанский мост», а не по прямым договорам с ЗАО «Зингер», не доказана.

Факт соответствия арендной платы рыночной в данном случае не опровергает доводы истца об убыточном характере оспариваемых сделок.

По данным основаниям судом не установлено оснований для назначения судебной экспертизы по определению рыночной стоимости арендной платы, ходатайство ответчика о назначении экспертизы было отклонено.

Доводы ответчика о том, что арендная ставка по оспариваемым дополнительным соглашениям снижена ввиду нестабильной экономической ситуации, сложившейся в результате распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19, отклонены судом первой инстанции, поскольку из материалов дела следует, что ответчик не предоставлял каких-либо льгот и отсрочек по оплате арендных платежей конечным субарендаторам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций», постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434 «Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции», постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 «Об установлении требований к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества» были установлены основания и условия для предоставления арендаторам отсрочки уплаты арендных платежей.

В отношении организаций, имеющих право на получение соответствующей отсрочки, условия для ее предоставления считались наступившими независимо от заключения каких-либо дополнительных соглашений к договорам аренды. При этом меры, утвержденные Правительством, не предусматривали снижения размера арендных платежей. 

В материалы дела не представлено доказательств того, что ответчик является организацией, осуществляющей деятельность в отраслях экономики, особо пострадавших от коронавирусной инфекции. 

Учитывая изложенное, суд счел доказанной позицию истца о наличии сговора (совместных действий) контролирующих сторон оспариваемых сделок лиц в ущерб интересам ЗАО «Зингер», поскольку целью и результатом заключения оспариваемых сделок являлись фактическая утрата ЗАО «Зингер» контроля над имуществом, переданным ему в долгосрочную аренду, перенаправление денежных потоков в виде дохода от субаренды с ЗАО «Зингер» на ООО «Казанский мост» с закреплением за указанным обществом права пользованиями арендуемыми помещениями на длительный срок.

Таким образом, оспариваемы сделки являются недействительными по первому основанию пункта 2 статьи 174 ГК РФ, в связи с доказанностью наличия явного ущерба ЗАО «Зингер».

Заключение новых договоров субаренды через ООО «Казанский мост» при наличии возможности сдачи в субаренду помещений непосредственно ЗАО «Зингер» на более выгодных условиях, свидетельствует о совершении сделок на заведомо и значительно невыгодных для ЗАО «Зингер» условиях.

Осведомленность ООО «Казанский мост» о явном ущербе для  ЗАО «Зингер» предполагается. 

Также, оспариваемые сделки являются недействительными и по второму основанию пункта 2 статьи 174 ГК РФ, ввиду сговора.

Как верно установил суд первой инстанции, о сговоре в совокупности свидетельствуют следующие обстоятельства: явный ущерб от сделок, отсутствие экономического обоснования для сдачи помещений в субаренду конечным субарендаторам через ООО «Казанский мост», а также заключение оспариваемых сделок в период корпоративного конфликта.

Ответчик полагает, что оспариваемые сделки не подпадают под критерии недействительности, предусмотренные п.2 ст. 174 ГК РФ, поскольку не являлись убыточными для ЗАО «Зингер», а также не доказано их совершение при наличии злонамеренного соглашения представителя ЗАО «Зингер» с ответчиком. Указанные выводы сделаны ответчиком при неправильном применении норм материального права. Кроме того, в данной части позиция ответчика противоречит обстоятельствам, установленным материалами дела.

Утверждение подателя апелляционной жалобы относительно ненадлежащей оценки судом ряда доказательств не принимается судом апелляционной инстанции в качестве основания для отмены обжалуемых судебных актов. Доводы апелляционной жалобы, которые в данном случае заключаются лишь в иной оценке того, что судом первой инстанции было исследовано, не влекут ее удовлетворение.

Ссылка ответчика на истечение срока исковой давности правомерно отклонена судом по следующим основаниям. При этом, апелляционная коллегия не соглашается с выводом суда первой инстанции относительно даты начала его течения.

В соответствии с пунктом  2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Участник хозяйственного общества и член совета директоров, оспаривающие сделку общества, действуют от имени общества (абзац шестой пункта 1 статьи 65.2, пункт 4 статьи 65.3 ГК РФ).

В абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В постановлении от 10.12.2013 № 8194/13 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что данная правовая позиция применима и при оспаривании сделок юридического лица в случае, если соответствующие органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании.

Материалами настоящего дела установлено, что оспариваемые сделки совершены при наличии обстоятельств, свидетельствующих о совместных действиях директоров ЗАО «Зингер» - ФИО7 и ФИО8, действующих по указанию ФИО11, с другой стороной сделок – ООО «Книжный магазин №1», также подконтрольной ФИО11, в ущерб интересам ЗАО «Зингер». Руководители ЗАО «Зингер» осознавали убыточность сделок для общества при их совершении, однако действовали по прямому указанию лица, контролировавшего деятельность сторон сделок, и не имели заинтересованности в их оспаривании. 

ФИО7, допрошенная в качестве свидетеля по настоящему делу, не отрицала того, что в период занятия ею должности директора ЗАО «Зингер» действовала по указанию ФИО11, который воспринимался ею как собственник ООО «ПАН», ЗАО «Зингер», а также ООО «Книжный магазин №1» и ООО «Санкт-Петербургский Дом книги». 

Из материалов настоящего дела следует, что определением  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.07.2020 по делу № А56-91226/2016, резолютивная часть которого оглашена 09.07.2020, прекращено производство по делу о банкротстве ООО «ПАН» в связи с удовлетворением требований всех кредиторов общества. 

03.08.2020 ООО «ПАН» в лице нового генерального директора были прекращены полномочия ФИО8 в качестве генерального директора ЗАО «Зингер», на указанную должность назначен ФИО10

09.11.2020 генеральным директором ЗАО «Зингер» ФИО10 получены выписки из Единого государственного реестра недвижимости, из которых следовало, что в отношении помещений Дома Зингера зарегистрированы многочисленные обременения прав в пользу третьих лиц (помимо ЗАО «Зингер»), в частности, в пользу ООО «Книжный магазин №1», ООО «Казанский Мост», ООО «СПб ДК», ООО «Мойка 22». 

Таким образом, о наличии долгосрочных договоров субаренды, заключенных между ЗАО «Зингер» и ответчиком, истцу стало известно не ранее 09.11.2020.

При этом, полученные ЗАО «Зингер» выписки из ЕГРН в отношении помещений в Доме Зингера, не позволяли сделать вывод об убыточности сделок для общества, поскольку содержали лишь сведения о наличии обременений и лицах, в пользу которых обременения были установлены. Сделать вывод об убыточности сделок для ЗАО «Зингер» стало возможным лишь после получения копий действующих и предшествующих договоров субаренды и сопоставления их условий.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно полагает, что для ООО «ПАН» срок исковой давности на оспаривание сделок начал течь с момента получения обществом сведений из материалов уголовного дела №515619 и выбора в качестве единоличного исполнительного органа лица, не подконтрольного ФИО11, что позволило ООО «ПАН» в лице действующего в интересах общества генерального директора сделать вывод о совершении сделок при наличии сговора сторон в ущерб интересам ЗАО «Зингер» и оспаривать по этим основаниям сделки в судебном порядке.  

Данные обстоятельства наступили для ООО «ПАН» не ранее июля 2020 года, и поскольку с настоящим иском истец обратился в марте 2021 года, то срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 ГК РФ, нельзя признать пропущенным.

Позиция ответчика относительно необходимости исчисления срока исковой давности с момента, когда о нарушении прав стало известно ЗАО «Зингер», а не ООО «ПАН», не может быть признана обоснованной.

В соответствии с определением Конституционного Суда РФ от 23.04.2020 N 924-О нормы пункта 2 статьи 181 и пункта 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, устанавливающие срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, а также положения о начале течения срока исковой давности сформулированы таким образом, что наделяют суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

Определение Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 N 418-О: в соответствии с формулировкой п. 2 ст. 181 ГК РФ суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 10 апреля 2003 г. N 5-П указано, что исходя из предназначения и принципов института исковой давности течение этого срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о пороках указанной сделки (в конкретном случае, рассмотренном КС РФ, речь шла о об отсутствии одобрения сделки, совершенной с заинтересованностью сторон, однако, полагаем, указанная позиция в равной степени распространяется и на иные пороки недействительных сделок) .

Применяя указанную позицию, ВАС РФ уточнил, что для определения начала течения срока исковой давности подлежит учету момент, когда узнать о нарушении мог именно акционер, оспаривающий сделку, а не само общество (Постановление Президиума ВАС РФ от 21 мая 2013 г. N 17137/12).

Определение КЭС ВС РФ от 26 августа 2016 г. N 305-ЭС16-3884 подтвердило этот подход. В указанном определении ВС РФ указал, что участник корпорации, предъявляя соответствующие требования, действует не только в интересах корпорации как ее представитель, но и преследует свой опосредованный (косвенный) интерес (а поэтому, по сути, является косвенным истцом).

Объект защиты по косвенному иску не может определяться как категоричный выбор либо в пользу защиты субъективного права юридического лица, либо в пользу защиты интересов участников юридического лица.

Интерес юридического лица, который обеспечивается защитой субъективного права, в данном случае производен от интересов его участников, так как интересы общества не просто неразрывно связаны с интересами участников, они предопределяются ими, и, следовательно, удовлетворение интересов компании обеспечивает удовлетворение интереса ее участников.

Поэтому для исчисления срока исковой давности по такому требованию имеет существенное значение момент, когда обладатель нарушенного права (участник) узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении.

Суд первой инстанции верно установил, что об обстоятельствах. Послуживших основаниями для обращения в суд с иском о признании сделок недействительными, ООО «ПАН» стало известно только из материалов уголовных дел.

Доводы ответчика о том, что об обстоятельствах, послуживших основанием для обращения ООО «ПАН» в суд с настоящим иском, должно было быть известно конкурсному управляющему ООО «ПАН» ФИО9, назначенным конкурсным управляющим решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.11.2017 по делу № А56-91226/2016, носят предположительный характер, не подтверждены доказательствами, в связи с чем отклоняются судом. 

С исковым заявлением по настоящему делу истец обратился в марте 2021 года, то есть в пределах срока исковой давности.

Апелляционная коллегия также отмечает, что действительно, показания, данные лицами, привлеченными в качестве свидетелей в рамках уголовного дела, не являются по смыслу статьи 88 АПК РФ свидетельскими показаниями в деле, рассматриваемом арбитражным судом. Между тем, вопреки доводам подателя жалобы, это также не препятствует приобщению протоколов допроса свидетелей в материалы настоящего дела и их оценке в соответствии со статьей 75 АПК РФ как письменного доказательства.

В материалах дела отсутствуют документы, позволяющие сделать вывод о том, что представленные в дело вышеуказанные доказательства получены с нарушением федерального закона.

Таким образом, указанные письменные доказательства обоснованно приобщены к материалам дела и оценены судом первой инстанции в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности с иными представленными в дело доказательствами.

Также в обоснование позиции о пропуске срока исковой давности ответчик, ссылаясь на п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", указывает на то, что срок исковой давности на оспаривание сделок должен исчисляться с даты назначения на должность генерального директора ЗАО «Зингер» - ФИО8

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", разъяснено, что в случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку.

Также, следует обратить внимание на подход, закрепленный в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", согласно которому при срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Материалами дела подтверждаются доводы истца о том, что оспариваемые сделки были совершены при наличии злонамеренного соглашения сторон, действующих по прямому указанию ФИО11, контролировавшего деятельность данных обществ. Руководитель ЗАО «Зингер» - Н.А. Тымчук, заключавшая сделки от имени общества, обладавшая достоверной информацией о наличии в указанных сделках пороков, не имела заинтересованности в их оспаривании.

При этом, ответчиком не представлено доказательств того, что ФИО8 располагал сведениями о пороках оспариваемых сделок, в том числе сведениями об аффилированности их сторон и о том, что ФИО7, заключая сделки от лица ЗАО «Зингер», действовала по прямому указанию ФИО11, у которого находилась в прямом подчинении.

Как указывалось выше, осведомленность лица, наделенного правом на оспаривание сделок общества, о факте совершения сделок, сама по себе не определяет момент начала течения срока исковой давности.

При указанных обстоятельствах отсутствуют правовые основания для исчисления срока исковой давности с даты назначения ФИО8 на должность генерального директора ЗАО «Зингер».

В соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения; при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Учитывая изложенное, суд признал требования истца подлежащими удовлетворению с применением последствий недействительности сделок в виде возврата имущества, переданного ответчику по спорным сделкам.

Выводы суда являются верными. Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Апелляционная коллегия полагаем, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для оставления искового заявления без рассмотрения в связи с наличием арбитражного соглашения, заключенного между сторонами оспариваемых сделок, в силу следующего.

Рассматриваемый иск подан ООО «ПАН» как участником ЗАО «Зингер» в защиту собственных корпоративных прав и в интересах представляемой им организации, связан с участием истца в уставном капитале хозяйственного общества. Требование заявлено в пределах установленных статьей 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) полномочий, обосновано ссылками на нормы корпоративного законодательства.

Дополнительные соглашения, содержащие арбитражную оговору, подписаны ЗАО «Зингер» и ответчиком. ООО «ПАН» стороной данных соглашений не являлось, что в силу прямого указания ст. 225.1 АПК РФ исключает возможность рассмотрения настоящего корпоративного спора третейским судом.

Пунктом 3 части 1 статьи 225.1. АПК РФ предусмотрено, что арбитражные суды рассматривают дела по корпоративным спорам по искам учредителей, участников, членов юридического лица (далее - участники юридического лица) о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

Согласно части 3 ст. 225.1 АПК РФ споры, указанные, в том числе в пункте 3 части 1 ст. 225.1 АПК РФ статьи, могут быть переданы на рассмотрение третейского суда в соответствии с частью 1 статьи 33 настоящего Кодекса только в случае, если юридическое лицо, все участники юридического лица, а также иные лица, которые являются истцами или ответчиками в таких спорах, заключили третейское соглашение о передаче таких споров в третейский суд.

Сложившаяся правоприменительная практика исходит из недопустимости рассмотрения третейскими судами корпоративных споров, в случае, если субъектный состав лиц, подписавших третейское соглашение, не соответствует требованиям ч.3 ст. 225.1 АПК РФ (Определение Верховного Суда РФ от 04.07.2018 N 308-ЭС18-8832 по делу N А63-16826/2016; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.12.2018 N Ф07-13912/2018 по делу N А5653771/2017).

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что довод ответчика о том, что ЗАО «Зингер» подтвердило действительность сделок, получая исполнение по ним, несостоятелен.

Признание недействительными договоров субаренды, как и обращение с соответствующим исковым заявлением, не является основанием для освобождения субарендатора от платы за фактическое пользование помещениями, полученными по недействительным сделкам, и не влечет обязанности по возврату арендодателем полученных по недействительным сделкам арендных платежей.

В соответствии с п.2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 82 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 в случае недействительности договора, по которому сторона получила во временное возмездное пользование индивидуально-определенную вещь, эта сторона возмещает стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено ранее. Переданная вещь также подлежит возврату.

С исковыми требованиями о признании оспариваемых договоров недействительными обратилось ООО «ПАН», а не само ЗАО «Зингер».

При этом направление руководителем ЗАО «Зингер» письма в адрес ответчика с требованием погасить задолженность преследовало нормальный экономический интерес. На дату подачи искового заявления об оспаривании сделок, от ответчика не поступало каких-либо платежей, при том, что после получения в феврале 2021 сведений об условиях имеющихся договоров субаренды, ЗАО «Зингер» было обязано исчислять и уплачивать налог от предполагаемой прибыли по данным договорам, независимо от того, поступают ли в пользу общества арендные платежи. Доказательств обратного в материалы дела не предтавлено.

Кроме того, истец несет обязанности по содержанию «Дома Зингера» и не имеет иных источников дохода, кроме дохода от аренды.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют. 

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 08.01.2022 по делу №  А56-17486/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Казанский мост" - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

С.М. Кротов

 

Судьи

В.Б. Слобожанина

 В.В. Черемошкина