ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-46970/19-62-433

г. Москва

13 октября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 сентября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 13 октября 2020 года

Арбитражный суд в составе: судья Лаптев В. А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению):

ООО «АДМ» (ОГРН 

<

***>)

к ответчику: ФИО2

об исключении ФИО2 из ООО «МАНОР»

по встречному исковому заявлению:

ФИО2

к ООО «АДМ»

при участии третьих лиц: 1) ООО «МАНОР» (ОГРН 

<

***>), 2) финансовый управляющий ФИО2 - ФИО3, член Ассоциация СОАУ «Меркурий», 3) БАНК ВТБ (ПАО) (ИНН: 

<

***>).

при участии представителей: согласно протоколу заседания от 25.09.2020г.

УСТАНОВИЛ:

ООО "АДМ" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО2 об исключении ФИО2 из состава участников ООО "МАНОР" (далее - Общество).

Определением от 29.03.2019 в порядке ст.132 АПК РФ судом первой инстанции принято встречное исковое заявление ФИО2 к ООО "АДМ" об исключении ООО "АДМ" из состава участников ООО "МАНОР".

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО "МАНОР", 

Решением от 12.07.2019 Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении первоначального искового заявления в полном объеме, а также отказал в удовлетворении встречного искового заявления в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2019 решение оставлено без изменений.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ООО "АДМ" обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просило решение Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2019 отменить в части отказа в удовлетворении требований, принять по делу в данной части новый судебный акт об удовлетворении требований ООО "АДМ".

Поскольку ООО "АДМ" оспаривало обжалуемые судебные акты только в части отказа в удовлетворении требований об исключении ФИО2 из состава участников ООО "МАНОР", в силу ч. 1 ст. 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверял законность обжалуемых судебных актов только в указанной части.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.02.2020 решение Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2019 в обжалуемой части и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2019 по делу № А40-46970/2019 отменены, дело направлено в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя судебные акты нижестоящих инстанции в обжалуемой части судом кассационной инстанции указано на то, что судами не учтено, что в соответствии с абзац. 4 п. 1 ст. 67 ГК РФ участник общества вправе требовать исключения другого участника из общества в случае, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред обществу.

Следовательно, при рассмотрении спора об исключении участника из общества в связи с причинением участником обществу вреда, необходимо исследовать вопрос, насколько причиненный вред является существенным для общества.

Согласно обстоятельствам, установленных при рассмотрении дел №А40-395/18, №А40-36983/2017 в результате заключения признанных недействительными договоров займа на общую сумму 269 256 250 рублей Обществу причинены убытки.

Однако, при рассмотрении спора судами не дана оценка обстоятельству, являлись ли причиненные убытки, наличие которых подтверждено вступившими в силу судебными актами, для Общества существенными, в том числе с учетом возбужденного в отношении ООО "МАНОР" дела о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что судами в обжалуемой части не установлены все обстоятельства дела, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и необходимые для принятия законного и обоснованного судебного акта, нарушены нормы материального и процессуального права, в связи с чем, решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в обжалуемой части отменил с направлением дела в отмененной части на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Также суд округа обратил внимание на п. 7 и 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, согласно которым наличие корпоративного конфликта, а также равное распределение долей между сторонами корпоративного конфликта не являются основаниями для отказа в иске об исключении участника из общества.

Наличие корпоративного конфликта присуще любому спору об исключении участника, именно за его разрешением и обращаются в суд спорящие стороны, в связи с этим недопустим отказ судов рассматривать такой спор по существу со ссылкой на наличие корпоративного конфликта.

Кассационная инстанция указала на то, что Равное распределение долей между сторонами корпоративного конфликта также не является основанием для отказа в иске об исключении участника из общества.

По делам об исключении участников, где предъявлено встречное требование об исключении истца, и ситуация равного распределения долей между двумя участниками не является исключением, суд должен оценить наличие оснований для исключения в отношении каждого из участников спора в соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 67 ГК РФ.

Судом кассационной инстанции также указано на то, что при новом рассмотрении судам следует учесть обстоятельства, установленные при рассмотрении дела №А40-395/2018, проверить, являлись ли причиненные обществу убытки существенными, установить входящие в предмет доказывания по делу в обжалуемой части обстоятельства с учетом правовой позиции, изложенной в пункта 7, 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, в результате чего установленного принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

При новом рассмотрении дела к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: финансовый управляющий ФИО2 - ФИО3, член Ассоциация СОАУ «Меркурий» и БАНК ВТБ (ПАО).

В судебном заседании представитель истца (ООО «АДМ») требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика (ФИО2) и третьего лица (БАНК ВТБ ПАО) против требования возражал, просил в иске отказать. Третье лицо (финансовый управляющий ФИО3) оставил вопрос на разрешение по усмотрению суда. 

Изучив материалы дела с учетом указаний суда кассационной инстанции (постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.02.2020), оценив представленные по делу доказательства, выслушав лиц, участвующих в деле, суд считает исковые требования ООО "АДМ" об исключении ФИО2 подлежащим отклонению по следующим основаниям.

Как установлено судами ранее и следует из материалов дела, участниками ООО "Манор" являются ООО "АДМ" с долей в уставном капитале общества 51% и ФИО2 с долей в уставном капитале общества 49%.

ООО "АДМ" приобрело долю в уставном капитале ООО "МАНОР" у ФИО2 по ее предложению и в целях совместного участия в реализации инвестиционного проекта по строительству многофункционального гостиничного комплекса в районе Замоскворечье города Москвы.

Как указывает истец, ФИО2 в отношении ООО "МАНОР" были предприняты недобросовестные действия, причинившие Обществу значительный ущерб и направленные на отстранение ООО "АДМ" от участия в управлении им, а также на присвоение основного актива Общества посредством проведения в отношении Общества контролируемого банкротства.

ФИО2 и ФИО4 от имени ООО "МАНОР" в 2013 и 2014 годах заключены договоры займа, на основании которых в распоряжение ФИО2 были переданы денежные средства (перечислены с расчетного счета) ООО "МАНОР" на сумму в 269 256 250 рублей.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 06.08.2018 по делу № А40-395/2018 удовлетворены требования о признании указанных договоров займа недействительными и применении последствий их недействительности. При этом, судами при рассмотрении дела № А40-36983/2017 было установлено следующее:

- договоры займа, заключенные ФИО2 с ООО "МАНОР", не отвечают интересам ООО "МАНОР";

- денежные средства Общества на основании данных договоров предоставлялись ФИО2 в ущерб интересам Общества и в интересах самой ФИО2, поскольку условия данных договоров в худшую для Общества сторону отличались от условий, на которых при сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, а общество на срок предоставления займов утратило возможность использовать свои денежные средства для хозяйственной деятельности в том числе для обслуживания собственных заемных обязательств;

- неисполнение Обществом обязательств перед его кредиторами и возникновение вследствие этого у Общества убытков в размере по меньшей мере 160 822 765 рублей и 2 906 809 долларов США является прямым следствием действий ФИО2 и ФИО4, заключивших данные договоры займа;

- ФИО2 не могла не знать о необходимости одобрения данных договоров займа как сделок Общества с заинтересованностью и, как следствие, нарушении соответствующего порядка при их заключении.

Свои требования в рамках настоящего дела ООО "АДМ" также основывает на факте подписания ФИО2 с действовавшим в ее интересах бывшим генеральным директором Общества ряда дополнительных соглашений к инвестиционному договору № ИД 1 от 18 декабря 2013 года, которыми была создана фиктивная задолженность Общества перед ФИО2 на сумму свыше 3 млрд. рублей. Указанные дополнительные соглашения признаны недействительными вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2017 августа 2017 года по делу № А40-55840/2017.

По мнению истца (ООО АДМ), ФИО2, являясь участником ООО "МАНОР", последовательно действовала в ущерб обществу и в целях получения его денежных средств и имущества:

- сначала посредством заключения договоров займа,

- затем, путем подписания дополнительных соглашений, которые должны были создать у нее права требования к обществу в таком размере, что она могла бы не возвращать ему указанные денежные средства, а, напротив, обратить взыскание на его имущество по обусловленному такими дополнительными соглашениями фиктивному обязательству.

Истец указывает, что несмотря на перечисленные выше судебные акты и неоднократные обращения как ООО "АДМ" так и ООО "МАНОР" ФИО2 не возвратила ООО "МАНОР" полученные от него денежные средства в размере 269 256 250 рублей.

ООО "АДМ" полагает, что данные обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, свидетельствуют о наличии предусмотренных законом оснований для исключения ФИО2 из ООО "МАНОР".

Судами установлено, что в рамках дела N А40-121460/19-187-137"Б" ООО "МАНОР" обратилось в суд с требованием о признании несостоятельным ФИО4 и включении в реестр кредиторов задолженности в размере 160 822 765 руб. и 2 906 809 долларов США основного долга (взысканных вступившим в законную силу решением суда от 07.07.2017 по делу N А40-36983/2017), а также 46 153 137 руб. 07 коп. процентов по ст. 395 ГК РФ начисленных со дня вступления решения в законную силу.

Определением суда от 03.03.2020 по делу № А40-121460/19-187-137"Б" признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 требование ООО «МАНОР» в размере задолженности 328 156 132, 00 руб. – основного долга, 46 153 137, 07 руб. – проценты, с учетом ст. 137 Закона о банкротстве.

Решением суда от 07.07.2020 по делу № А40-121460/19-187-137"Б" ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО5

Также установлено, что ООО "МАНОР" в Арбитражный суд Калининградской области 03.07.2019 подано заявление о признании гражданки ФИО2 несостоятельной (банкротом), определением от 08.08.2019 в рамках дела № А21-8941/2019 заявление принято к производству, назначено судебное разбирательство по проверки его обоснованности.

Определением суда от 10.03.2020 требования ООО «Манор» включены в реестр требований кредиторов ФИО2 с суммой 360 843 958 руб. с очередностью их удовлетворения в третью очередь, при этом сумма 91 381 708 руб. учитывается в реестре отдельно.

Указанным определением также в отношении ФИО2 введена процедуру банкротства – реструктуризация долгов гражданина сроком до 10 августа 2020г.

В настоящее время ФИО2 решением суда от 13.08.2020 по делу № А21-8941/19 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедуру реализации имущества сроком до шести месяцев до 10 февраля 2021г., финансовым управляющим утвержден ФИО3

Определением суда от 17.08.2020 по делу № А21-8941/19 в реестр требований кредиторов должника включены требования Банка ВТБ (ПАО) на сумму 2 399 887 694 руб. 56 коп., как обеспеченных залогом.

В соответствии с п. 1 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

По смыслу части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Между истцом и ответчиком сложились корпоративные правоотношения, которые подлежат регулированию общими положениями ГК РФ о юридических лицах (гл.4) и специальным Законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ.

В соответствии с п. 1, и 3 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.05.2012 N 151 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью» Поскольку участник общества с ограниченной ответственностью несет обязанность не причинять вред обществу, то грубое нарушение этой обязанности может служить основанием для его исключения из общества.

Для решения вопроса об исключении участника не имеет значения, в каком качестве он совершал действия, причинившие значительный вред обществу.

Мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества.

При рассмотрении споров об исключении участника общества необходимо учитывать, что действия ответчика являлись грубым нарушением его обязанности как участника общества не причинять вред обществу, в том числе не совершать действий (бездействия), которые делают невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняют (статья 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Основанием для исключения участника из общества могут являться любые его действия, которые причинили обществу значительный вред и (или) существенно затруднили либо привели к невозможности осуществления его деятельности.

Согласно пункту 1 статьи 67 ГК РФ участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

К таким нарушениям, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

В соответствии с п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 90, Пленума ВАС РФ N 14 от 09.12.1999 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" при рассмотрении заявления участников общества об исключении из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет, необходимо иметь в виду, в том числе: при решении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо, в частности, принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий.

Согласно п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Понятия грубого нарушения участником общества своих обязанностей, равно как и осуществления участником действий (бездействий), в результате которых деятельность общества существенно затрудняется или делается невозможной, являются оценочными.

Доводы истца сводятся к тому, что в отношении ООО "МАНОР" были предприняты недобросовестные действия, причинившие Обществу значительный ущерб и направленные на отстранение ООО "АДМ" от участия в управлении им, а также на присвоение основного актива Общества посредством проведения в отношении Общества контролируемого банкротства путем заключения между ФИО2 и ФИО4 от имени ООО "МАНОР" в 2013 и 2014 годах договоров займа, на основании которых в распоряжение ФИО2 были переданы денежные средства (перечислены с расчетного счета) ООО "МАНОР" на сумму в 269 256 250 рублей., а также путем подписания ФИО2 с действовавшим в ее интересах бывшим генеральным директором Общества ряда дополнительных соглашений к инвестиционному договору N ИД 1 от 18 декабря 2013 года, которыми была создана фиктивная задолженность Общества перед ФИО2 на сумму свыше 3 млрд. рублей.

При настоящих обстоятельствах истцу надлежит доказать факт невозможности и (или) существенного затруднения деятельности общества в результате действий ответчика, как участника общества, выразившиеся в заключении сделок по выдаче займов и в подписании дополнительных соглашений к инвестиционному договору N ИД 1 от 18 декабря 2013 года в их причинно-следственной связи и наступившими для общества соответствующим последствиями.

В качестве обоснования причинно-следственной связи истец ссылается на вступившие в законную силу решения суда по делам:

- А40-36983/2017 по иску ООО «АДМ» к ФИО4 о взыскании убытков в размере 160 822 765 рублей 00 коп и 2 906 809 долларов США 00 центов США;

- А40-55840/2017 по иску ООО «АДМ» к ООО «МАНОР» и ФИО2 о признании Дополнительных соглашений № 1 от 18.12.2013г. и №3 от 11.03.2015г., недействительными;

- А40-395/2018 по иску ООО «АДМ» к ответчикам: ФИО2 и ООО "МАНОР" о признании недействительной сделки и применения последствий недействительности сделки, о взыскании денежных средств.

В ООО "АДМ" полагает, что данные обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, свидетельствуют о наличии предусмотренных законом оснований для исключения ФИО2 из ООО "МАНОР".

Согласно решению суда от 07.07.2017 по делу № А40-36983/2017 обществом в период осуществления ФИО4 полномочий единоличного исполнительного органа от третьих лиц получены денежные средства в размере 893.200.000 руб., в том числе:

- 101 200 000 рублей 00 коп. получено обществом от ООО «АДМ» по инвестиционному договору № ИД 2 от 19.12.2013 г.;

- 658.800.000 рублей 00 коп. получено обществом от ФИО2 по инвестиционному договору № ИД 1 от 18.12.2013 г.;

- 87 200 000 рублей 00 коп. получено обществом от ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ» по договорам займа № Ф/М/12-13 от 12.12.2013, № Ф/М/01-14 от 16.01.2014, № Ф/М/02-14 от 18.02.2014, № Ф/М/02-14-2 от 20.02.2014, № Ф/М/03-14 от 17.03.2014, № Ф/М/03-14-1 от 19.03.2014, № Ф/М/03-14-2 от 25.03.2014, № Ф/М/04-14 от 04.04.2014, № Ф/М/05-14 от 08.05.2014 и № Ф/М/05-14-1 от 15.05.2014;

- 112 000 000 рублей 00 коп. получено обществом от ООО «Реал-сервис» по договорам займа № Р/М/06-14 от 10.06.2014, № Р/М/06-14-1 от 17.06.2014, № РС/М/06-14-2 от 25.06.2014 и № РС/М/07-14 от 08.07.2014;

- 25 000 000 рублей 00 коп. получено обществом от ООО «К-Регион» по Договорам займа № КР/М/04-14 от 23.04.2014 и № КР/М/04-14-1 от 28.04.2014;

- Кроме того, из вступивших в законную силу решений Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 08.11.2016 г. по делу № 02-7218/2016 и от 08.11.2016 г. по делу № 02-7215/2016, обществом в этот период также были получены денежные средства на общую сумму в 13 200 000 долларов США: 4 807 280 долларов США по договору № 02-20/3 от 20.06.2013г. с ФИО6; 3 725 360 долларов США по договору № 01-20/3 от 20.06.2013г. с ФИО7 и 4 667 360 долларов США по договору № 03-20/3 от 20.06.2013г. с ФИО8

В рамках указанного дела оспаривались следующие договоры:

- от 08.07.2013 г. (на сумму в 154.559.000 руб.), от 15.07.2013 г. (на сумму в 15.000.000 руб.), от 23.07.2013 г. (на сумму в 137.544.000 руб.) – с заемщиком ФИО9;

- от 17.10.2013 г. (на сумму в 50 000 000 руб.), от 17.01.2014 г. (на сумму в 33 000 000 руб.), от 28.01.2014 г. (на сумму в 6 516 250 руб.), от 19.02.2014 г. (на сумму в 15 840 000 руб.), от 24.02.2014 г. (на сумму в 4 780 000 руб.), от 03.03.2014 г. (на сумму в 4 000 000 руб.), от 11.03.2014 г. (на сумму в 3 500 000 руб.), от 14.03.2014 г. (на сумму в 3 700 000 руб.), № М/МЕТ/03-14 от 17.03.2014 г. (на сумму в 31 900 000 руб.), от 17.03.2014 г. (на сумму в 1 020 000 руб.), от 23.04.2014 г. (на сумму в 15 000 000 руб.), от 10.06.2014 г. (на сумму в 100 000 000 руб.) – с заемщиком ФИО2

Также судом установлено факт перечисление обществом 23.12.2013 г. в пользу Компании «БИРГЕРО ЭНТЕРПРАЙСИЗ ЛИМИТЕД» денежных средства в размере 22 446 856 долларов США, что составило 740 297 310 руб. 88 коп. по официальному обменному курсу по состоянию на 23.12.2013 г.

Судом установлено, что полученные обществом в рассматриваемый период денежные средства по указанным выше инвестиционным договорам от 18.12.2013г., 19.12.2013г., договорам займа от 20.06.2013г., договорам займа, заключенным с ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ», ООО «Реал-сервис», ООО «К-Регион», в полном объеме перечислены ответчиком в пользу ФИО9 и ФИО2 на основании договоров займа, а также Компании БИРГЕРО ЭНТЕРПРАЙЗИС ЛИМИТЕД.

Так, денежные средства в сумме 22.446.856 долл. США (740.297.310 руб. 88 коп.) перечислены обществом в пользу Компании БИРГЕРО ЭНТЕРПРАЙЗИС ЛИМИТЕД, и 575.789.250 руб. передано обществом по договорам займа ФИО9 и ФИО2

Судом сделан вывод о том, что предоставляя денежные средства общества на основании данных договоров займа, ответчик действовал в ущерб интересам общества и в интересах заемщиков ФИО9 и ФИО2, поскольку условия предоставления займов в худшую для общества сторону отличались от условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, обязательства заемщиков не обеспечены, а общество утратило на срок предоставления займов возможность использовать данные денежные средства для хозяйственной деятельности, в том числе обслуживанию собственных заемных обязательств.

Судом установлено совершение обжалуемых сделок без проведения корпоративной процедуры по одобрению крупных сделок и сделок с заинтересованностью.

Решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы по делу № 02-7218/2016 от 08.11.2016 г. с ООО «Манор» в пользу ФИО6 взыскана задолженность по договору займа № 2-20/3 от 20.06.2013 г., а также 464.303 долл. США процентов за пользование займом и неустойка (пени) в размере 691.339 долл. США.

Решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы по делу № 02-7215 от 08.11.2016 г. с ООО «Манор» в пользу ФИО8 взыскана задолженность по договору займа № 03-2/3, а также 385.000 долл. США процентов и 693.927 долл. США неустойки.

При этом судами установлен факт невыполнения обществом обязательств по возврату полученной суммы займа в установленный договорами срок - 15.11.2014 г.

Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-115021/2014 от 23.09.2014 г. с ООО «Манор» в пользу Департамента городского имущества г. Москвы взыскана неустойка по договору аренды от 26.10.2010 г. № М-01-034995 земельного участка площадью 4815 кв.м. из состава земель населенных пунктов, кадастровый номер 77:01:0006018:1002, имеющий адресный ориентир: 

<

...> вл.15, стр.2,4,7,8, в размере 15.323.691,19 руб. Вступившим в законную силу решением установлено, что общество в период с 06.07.2012 г. по 22.09.2014 г. не исполняло надлежащим образом обязанности по внесению арендной платы за пользование данным земельным участком, в связи с чем Департамент городского имущества г. Москвы предъявил требование об уплате неустойки.

Доказательства исполнения обществом в период исполнения ответчиком функций единоличного исполнительного органа общества обязательств перед ООО «К-РЕГИОН» по договорам займа № КР/М/04-14 от 23.04.2014 и № КР/М/04-14-1 от 28.04.2014 и перед ООО «Реал-сервис» по Договору займа № Р/М/06-14 от 10.06.2014, Договору займа № Р/М/06-14-1 от 17.06.2014, Договору займа № РС/М/06-14-2 от 25.06.2014, Договору займа № РС/М/07-14 от 08.07.2014 ответчиком в предусмотренный ими срок - 31.12.2014 г. не представлено.

Решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-12439/17-97-91 от 06.04.2017г. с общества в пользу ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ» взысканы проценты за пользование займом по договорам займа от 12.12.2013г. № Ф/М/12-13, от 16.01.2014г. № Ф/М/01-14, от 18.02.2014г. № Ф/М/02-14, от 20.02.2014г. № Ф/М/02-14-2, от 17.03.2014г. № Ф/М/03-14, от 19.03.2014г. № Ф/М/03-14-1, от 25.03.2014г. Ф/М/03-14-2, от 04.04.2014г. № Ф/М/04-14, от 08.05.2014г. № Ф/М/05-14, от 15.05.2014г. № Ф/М/05-14-1 в размере 21.467.549 руб. 70 коп и неустойка в размере 32.307.600 руб. 00 коп. Решением установлен факт невыполнения обществом обязанности по возврату суммы займа ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ» по данным договорам в предусмотренный договорами срок - до 31.12.2014 г.

Таким образом, судом установлено, что ответчиком при наличии у общества достаточных денежных средств не исполнялись обязательства общества перед ФИО6, ФИО8, Департаментом городского имущества г. Москвы, ООО «К-РЕГИОН», ООО «Реал-сервис», ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ». Исполнение договоров, заключенных с перечисленными лицами, ответчиком не производилось, в ущерб интересам общества денежные средства перечислены иным лицам - Компании БИРГЕРО ЭНТЕРПРАЙЗИС ЛИМИТЕД, ФИО2 и ФИО9, что повлекло для общества неблагоприятные последствия в виде взыскания с общества в судебном порядке задолженности, процентов за пользование денежными средствами и неустоек.

Неисполнение принятых обществом обязательств является прямым следствием недобросовестных действий ФИО4, заключившего необеспеченные договоры займа с ФИО9, ФИО2 с нарушением порядка одобрения сделки с заинтересованностью, на невыгодных условиях, и перечислившего денежные средства в пользу Компании БИРГЕРО ЭНТЕРПРАЙЗИС ЛИМИТЕД также с нарушением установленного законом порядка.

Поскольку неисполнение обществом обязательств перед Департаментом г. Москвы, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ», ООО «КРЕГИОН» и ООО «Реал-сервис» являлось следствием недобросовестных действий ФИО4 по расходованию денежных средств общества на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью общества, в ущерб исполнению обязательств общества перед указанными лицами, возникновение неблагоприятных последствий для общества вследствие неисполнения данных обязательств также находится в прямой причинно-следственной связи с недобросовестными действиями ответчика.

Таким образом, судом сделаны выводы о недобросовестности относительно действий и бездействий ФИО10, какие-либо выводы в отношение поведения ФИО2 судом не сделаны и факты ее недобросовестного поведения установлены не были.

Решением суда от 04.08.2017 по делу № А40- 55840/17-159-505 установлено, что в 2013 году ФИО2 обратилась к ООО «АДМ» с предложением о реализации путём совместного участия в ООО «МАНОР» инвестиционного проекта по строительству ряда объектов недвижимости на территории земельных участков, расположенных в городе Москве на улице Кожевническая и Шлюзовой набережной, один из которых уже принадлежал ООО «МАНОР» на праве аренды, а второй, соседний, для этих целей было необходимо приобрести.

Для совместной реализации данного проекта ФИО2 предложила ООО «АДМ» приобрести долю в уставном капитале ООО «МАНОР» в размере 51%.

19 декабря 2013 года между ФИО2 и Обществом с ограниченной ответственностью «АДМ» был заключен договор купли-продажи доли в размере 51% в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «МАНОР» по цене 658 800 000 рублей.

Обязательства по оплате цены указанной доли ООО «АДМ» выполнило надлежащим образом и в полном объёме. Сведения о переходе к ООО «АДМ» прав на соответствующую долю от ФИО2 были внесены в Единый государственный реестр юридических лиц Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 46 по городу Москве 26 декабря 2013 года.

По состоянию на 19 декабря 2013 года лицом, осуществляющим полномочия единоличного исполнительного органа ООО «МАНОР» являлся ФИО4, наделённый соответствующими полномочиями решением ФИО2 от 28 сентября 2010 года.

В целях дополнительного финансирования деятельности ООО «МАНОР», исполнения им текущих обязательств перед третьими лицами и в соответствии с достигнутыми договорённостями 19 декабря 2013 года между ООО «МАНОР» и ООО «АДМ» был заключен Инвестиционный договор № ИД 2, согласно которому ООО «АДМ» как Инвестор обязалось предоставить ООО «МАНОР» на условиях целевого финансирования денежные средства в размере 101 200 000 рублей.

Целью финансирования по данному Инвестиционному договору было строительство многофункционального комплекса объектов, состоящих из помещений, объектов инфраструктуры, инженерных сетей и сооружений, расположенных на земельном участке по адресу по адресу 

<

...>, 7, 8, площадью 4 815 кв. м., под кадастровым номером 77:01:0006018:1002 (далее также «Земельный участок 1») и земельном участке площадью 5 058 кв. м., расположенном по адресу 

<

...> стр. 1,2,3,5,6,7,9,10,12, под кадастровым номером 77:01:0006018:85 (далее также «Земельный участок 2»).

В соответствии с пунктом 4.3.1 данного Инвестиционного договора на полученные денежные средства ООО «МАНОР» было обязано приобрести права на Земельный участок 2, а также обеспечить подготовку необходимой для застройки Земельного участка 1 и Земельного участка 2 разрешительной и проектной документации в срок до 31 марта 2014 года.

ООО «АДМ» в полном объёме выполнило все обязательства перед ООО «МАНОР» по перечислению денежных средств в соответствии с данным инвестиционным договором, 20 декабря 2013 года перечислив указанную сумму на расчётный счёт ООО «МАНОР».

18 августа 2014 года ООО «АДМ», однако, было получено письмо ФИО4 от 13 августа 2014 года, из которого следовало, что между ООО «МАНОР» и ФИО2 был заключён Инвестиционный договор № ИД 1 от 18 декабря 2013 года (далее также «Инвестиционный договор ИД 1» ) по своим условиям полностью тождественный Инвестиционному договору № ИД 2, заключённому 19 декабря 2013 года ООО «МАНОР» с ООО «АДМ».

Предметом данного договора также являлась реализация инвестиционного проекта по строительству объектов недвижимости на Земельном участке 1 и Земельном участке 2.

В то же время, по данному Инвестиционному договору ООО «МАНОР» должно было получить от ФИО2 как от Инвестора денежные средства уже в размере 658 800 000 рублей, то есть сумму, равную сумме, уплаченной ООО «АДМ» ФИО2 за долю в уставном капитале ООО «МАНОР».

Данные денежные средства в рублях были перечислены ФИО2 в пользу ООО «МАНОР» платёжным поручением № 606 от 20 декабря 2013 года, т.е., фактически, после получения их от ООО «АДМ».

ООО «МАНОР» было получено письмо от ФИО2 от 16 июля 2014 года об отказе от Инвестиционного договора по основаниям неисполнения обязательств ООО «МАНОР» по данному договору. В связи с этим ФИО2 потребовала у ООО «МАНОР» возврата 658 800 000 рублей, переданных ею во исполнение такого договора.

В дальнейшем, в январе 2015 года ООО «АДМ» было привлечено Арбитражным судом города Москвы в качестве третьего лица к участию в деле А40-168096/14, в рамках которого рассматривалось исковое заявление ФИО2 к ООО «МАНОР» о взыскании денежных средств в размере 821 196 566 рублей.

Из материалов данного дела ООО «АДМ» также стало известно следующее:

С соответствующим исковым заявлением Метельская. Э. В. обратилась в Арбитражный суд 15 октября 2014 года.

Между ФИО2 и ООО «МАНОР» заключено Дополнительное соглашение № 1 к Инвестиционному договору от «18» декабря 2013 года (далее по тексту «Дополнительное соглашение № 1»), в соответствии с которым:

- сумма Инвестиций по Инвестиционному договору исчисляется в долларах США и составляет 20 000 000 долларов США (в соответствии с текстом самого инвестиционного договора сумма инвестиций определялась в российских рублях);

- возврат денежных средств, переданных ФИО2 во исполнение Инвестиционного договора, осуществляется в российских рублях по курсу на дату возврата денежных средств в полном объёме.

На этом основании ФИО2 требовала от ООО «МАНОР» уплаты не 658 800 000 рублей, т.е. суммы, которая была фактически передана ею ООО «МАНОР» 20 декабря 2013 года, а уже 821 196 566 рублей - т.е. суммы в рублях по официальному обменному курсу, эквивалентной 20 000 000 долларов США на дату предъявления ею соответствующего требования.

12 марта 2015 года производство по данному делу, однако, было прекращено, ввиду отказа ФИО2 от заявленных исковых требований.

Как следовало из заявления ФИО2 об отказе от исковых требований, причиной такого отказа стало заключение между ФИО2 и ООО «МАНОР» Дополнительного соглашения № 2 от 11 марта 2015 года к Инвестиционному договору, в соответствии с которым, срок исполнения ООО «МАНОР» обязательств по Инвестиционному договору был продлён до 01 мая 2015 года.

В сентябре 2016 года ООО «АДМ» было привлечено Замоскворецким районным судом к делу № 02-6694/2016 по иску ФИО2 к ООО «МАНОР» о взыскании суммы денежных средств уже в размере 45 800 000 долларов США за неисполнение обязательств ООО «МАНОР» по Инвестиционному договору.

В сентябре 2016 года ООО «АДМ» было привлечено Замоскворецким районным судом к делу № 02-6694/2016 по иску ФИО2 к ООО «МАНОР» о взыскании суммы денежных средств уже в размере 45 800 000 долларов США за неисполнение обязательств ООО «МАНОР» по Инвестиционному договору.

С соответствующим исковым заявлением ФИО2 обратилась в Замоскворецкий районный суд города Москвы 25 апреля 2016 года.

Между ФИО2 и ООО «МАНОР» заключено Дополнительное соглашение № 3 от «11» марта 2015 года к Инвестиционному договору, (далее по тексту также «Дополнительное соглашение № 3»), в соответствии с которым было установлено, что в случае просрочки выполнения ООО «МАНОР» своих обязательств ФИО2 имеет право требовать с ООО «МАНОР» уплаты неустойки в размере 0,3 % от общей суммы Инвестиционного договора за каждый день просрочки ООО «МАНОР» исполнения обязательств.

26 февраля 2016 года ФИО2 вновь заявила об отказе от Инвестиционного договора, известив об этом ООО «МАНОР».

После, однако, привлечения ООО «АДМ» к участию в данном деле и заявления им своих возражений против данных требований, производство по данному делу было прекращено Замоскворецким районным судом города Москвы в связи, с установленной им неподведомственностью данного спора судами общей юрисдикции.

ООО «АДМ», являясь участником ООО «МАНОР», полагая, что Дополнительное соглашение № 1 и Дополнительное соглашение № 3 к Инвестиционному договору между ООО «МАНОР» и ФИО2 были заключены с нарушением требований закона, что повлекло нарушение прав и законных интересов ООО «АДМ».

Судом установлено и сделан вывод о том, что Дополнительное соглашение №1 не могло быть подписано 18 декабря 2013 года, а, фактически, было подписано в период с 13 августа 2014 года по 15 октября 2014 года. Данное дополнительное соглашение было представлено ФИО2 в материалы дела № А40-168096/14, производство по которому было возбуждено на основании её искового заявления от 15 октября 2016 года.

При этом, однако, данное Дополнительное соглашение не было упомянуто:

- в перечне всех существующих обязательств ООО «МАНОР», приведённом в Приложении № 1 к Договору купли-продажи доли в уставном капитале ООО «МАНОР», заключённом между ФИО2 и ООО «АДМ» 19 декабря 2013 года.;

- в перечне обязательств и договоров ООО «МАНОР», приведённом в гарантийном письме Генерального директора ООО «МАНОР» ФИО4 от 19 декабря 2013 года;

- в письме ФИО4 в адрес ООО «АДМ» от 13 августа 2014;

- приложенном к нему письме ФИО2 в адрес ООО «МАНОР» от 16 июля 2014 года.

Данные документы были подписаны ФИО4 и ФИО2 собственноручно, а письмо ФИО4 от 13 августа 2014 года в адрес ООО «АДМ» и приложенное к нему письмо ФИО2 от 16 июля 2014 года в адрес ООО «МАНОР» непосредственно касались исполнения Инвестиционного договора.

При этом в своём письме от 16 июля 2014 года Метельская Э, В. требовала от ООО «МАНОР» уплаты денежных средств в размере 658 800 000 рублей, а не 20 000 000 долларов, как то должно было быть предусмотрено к тому моменту Дополнительным соглашением № 1.

Кроме того, данное Дополнительное соглашение датировано 18 декабря 2013 года, т.е. тем же днём, что и сам Инвестиционный договор. В то же время, если бы стороны данного Инвестиционного договора имели изначальное намерение заключить его на условиях предоставления инвестиций в долларах США, у них отсутствовала бы необходимость подписывать в один день (18 декабря 2013 года) как сам данный инвестиционный договор, в котором размер инвестиций номинировался бы в рублях, так и дополнительное соглашение к нему, которое бы предусматривало номинирование размера инвестиций в долларах США (условие о номинировании суммы инвестиций в долларах США в таком случае могло быть включено прямо в текст инвестиционного договора).

Таким образом, Дополнительное соглашение № 1 не упоминалось в документах, направлявшихся ООО «МАНОР» и ФИО2 друг другу, а также в адрес ООО «АДМ», вплоть до 13 августа 2014 года, когда ФИО4 известил ООО «АДМ» о факте отказа ФИО2 от Инвестиционного договора.

В то же время, данное Дополнительное соглашение было представлено ФИО2 в Арбитражный суд города Москвы при обращении с иском к ООО «МАНОР» 15 октября 2014 года.

В свою очередь, Дополнительным соглашением № 3 к Инвестиционному договору было предусмотрено, что в случае просрочки исполнения ООО «МАНОР» обязательств, предусмотренных пунктом 4.3.1 Инвестиционного договора более чем на 30 календарных дней, ФИО2 вправе потребовать от ООО «МАНОР» выплаты неустойки в размере 0,3% (109.5% годовых) от общей суммы инвестиций за каждый день просрочки исполнения обязательства.

Данное Дополнительное соглашение, как то указано в его тексте, якобы было составлено и подписано 11 марта 2015 года.

Дополнительное соглашение № 3, однако, не могло быть составлено и подписано 11 марта 2015 года, а в действительности было изготовлено в период с 26 февраля 2016 года по 26 апреля 2016 года, поскольку, 11 марта 2015 года ФИО2 и ФИО4 от имени ООО «МАНОР» было подписано дополнительное соглашение № 2 к Инвестиционному договору, которым предусматривалось продление срока исполнения обязательств ООО «МАНОР» по Инвестиционному договору, а также, как указывает ФИО2, Соглашение об урегулировании разногласий и сотрудничестве по Инвестиционному договору.

Условие о неустойке, предусмотренной Дополнительным соглашением № 3, могло быть включено непосредственно в один из данных документов, если бы соглашение о её установлении было достигнуто сторонами уже 11 марта 2015 года.

Письмо ФИО2 от 26 февраля 2016 года в адрес ООО «МАНОР», которым ФИО2 повторно заявляла о своём отказе от Инвестиционного договора, не содержало указания на факт заключения Дополнительного соглашения № 3.

Впервые о Дополнительном соглашении № 3 истцу стало известно только в связи с представлением его ФИО2 22 апреля 2016 года в материалы дела № 02-6694/2016 по её иску к ООО «МАНОР» о взыскании 45 800 000 долларов США. В целях подтверждения факта подписания Дополнительного соглашения № 1 и Дополнительного соглашения № 3 в даты, отличные от указанных в их тексте, а также установления принадлежности проставленных на данных документах подписей ФИО2 и ФИО4, ООО «АДМ» при рассмотрении настоящего дела заявило ходатайство о назначении и проведении по делу комплексной судебно-технической и почерковедческой экспертизы.

Для проведения данных экспертных исследований, однако, являлось необходимым предоставление в распоряжение суда и экспертов подлинников Дополнительного соглашения № 1 и Дополнительного соглашения № 3, а также образцов подписей ФИО2 и ФИО4

Так, Определением Арбитражного суда города Москвы от 03 июля 2017 года по настоящему делу подлинники Дополнительного соглашения № 1 и Дополнительного соглашения № 3 были истребованы у ФИО2 и ФИО4

Данное Определение не было исполнено ФИО2 и ФИО4

В связи с этим Определением Арбитражного суда города Москвы от 21 июля 2017 года у данных лиц вновь были истребованы подлинные экземпляры подлежащих исследованию документов, а сами они были обязаны лично явиться в судебное заседание по настоящему делу с целью отбора экспериментальных образцов подписей для проведения почерковедческой экспертизы. Данное Определение, так же, не было исполнено указанными лицами.

При этом сведений о каких-либо обстоятельствах, которые бы объективно препятствовали ФИО2 и ФИО4 представить в распоряжение суда указанные документы и материалы, ими суду представлено также не было, что свидетельствует о недобросовестном уклонении ими от исполнения указанного Определения и воспрепятствовании ими проведению экспертизы по делу.

Таким образом, суд в рамках указанного дела признал установленными следующие обстоятельства:

- подписание Дополнительного соглашения № 1 к Инвестиционному договору № ИД 1 от 18 декабря 2013 года между ФИО2 и ООО «МАНОР» в период с 13 августа по 15 октября 2014 года;

- подписание Дополнительного соглашения № 3 к Инвестиционному договору № ИД 1 от 18 декабря 2013 года между ФИО2 и ООО «МАНОР» в период с 26 февраля по 26 апреля 2016 года.

Таким образом, момент фактического подписания Дополнительного соглашения № 1 являлось для ООО «МАНОР» сделкой с заинтересованностью и требовало одобрения со стороны ООО «АДМ».

Так, с 19 декабря 2013 года ООО «АДМ» является участником ООО «МАНОР» и владеет долей в размере 51% в его уставном капитале.

ФИО2, при этом, является вторым участником ООО «МАНОР», владея долей в размере 49% в его уставном капитале.

Дополнительное соглашение № 1, при этом, было заключено между ООО «МАНОР» и ФИО2 и к Инвестиционному договору, действующему между ними.

Таким образом, поскольку, с учётом изложенного выше, данное дополнительное соглашение было фактически изготовлено и подписано после 19 декабря 2013 года, а именно в период с 13 августа по 15 октября 2014 года, то данное дополнительное соглашение являлось для ООО «МАНОР» сделкой с заинтересованностью.

В связи с этим, заключение Дополнительного соглашения № 1, фактически, подлежало одобрению решением ООО «АДМ» как единственного участника ООО «МАНОР», не заинтересованного в совершении соответствующей сделки.

Генеральным директором ООО «МАНОР», по изложенным выше причинам, однако, внеочередное общее собрание участников Общества с соответствующим вопросом повестки дня не созывалось, ООО «АДМ» о таковом не извещалось и соответствующего решения, поэтому, не принимало. Доказательств обратного суду не представлено.

Суд согласился с доводами ООО «АДМ» о том, что подписание данного документа в указанный период свидетельствует о том, что он мог быть направлен исключительно на причинение ущерба ООО «МАНОР», ООО «АДМ» как его участнику, а также третьим лицам-кредиторами ООО «МАНОР».

31 марта 2014 года истёк предусмотренный пунктом 4.3.1 Инвестиционного договора между ФИО2 и ООО «МАНОР» срок, в течение которого последнее было обязано приобрести Земельный участок 2 и разработать проектную документацию на строительство в его пределах.

ФИО2 уже 16 июля 2014 года заявила о своём отказе от данного Инвестиционного договора, в связи с чем в соответствии с пунктом 5.4. данного договора потребовала от ООО «МАНОР» возврата переданных на его основании денежных средств.

Однако, к моменту фактического подписания Дополнительного соглашения № 1 официальный обменный курс доллара США существенно увеличился по сравнению с 18 декабря 2013 года, когда заключался Инвестиционный договор, о чём также не могли не знать ФИО4 и ФИО2 (32 рубля 86 копеек по состоянию на 18 декабря 2013 года и 40 рублей 53 копейки по состоянию на 15 октября 2014 года). Следовательно, ФИО4 и ФИО2 должны были осознавать, что единственным последствием заключения Дополнительного соглашения № 1 является причинение ущерба ООО «МАНОР» путём создания у общества перед ФИО2 задолженности в значительно большем размере - ещё до момента фактического подписания Дополнительного соглашения № 1 ФИО2 уже требовала от ООО «МАНОР» возвратить денежные средства в сумме 658 800 000 рублей, обусловленной первоначальной редакций Инвестиционного договора (письмо ФИО2 в адрес ООО «МАНОР» от 16 июля 2014 года - лист 87 дела). Подписание Дополнительного соглашения № 1 создало для ФИО2 формальные основания требовать от ООО «МАНОР» уплаты уже 821 196 566 рублей (соответствующие требования заявлены ею в деле № А40-196068/2014 15 октября 2014 года - лист дела 96).

Единственным же последствием заключения Дополнительного соглашения № 1 к Инвестиционному договору в таких условиях стало создание у ФИО2 формальных оснований требовать от ООО «МАНОР» в связи с расторжением Инвестиционного договора не фактически полученную последним от неё сумму в 658 800 000 рублей, а значительно большую сумму с учётом произошедшего существенного изменения официального обменного курса.

Какого-либо встречного представления со стороны ФИО2 данное Дополнительное соглашение не предусматривало.

Как ФИО2, так и ФИО4, действовавший от имени ООО «МАНОР» при подписании Дополнительного соглашения № 1, обладали сведениями о составе кредиторов Общества и размере их требований - перечень кредиторов Общества, состав и размер их требований были приведены ими в упомянутых выше Договоре купли-продажи доли в уставном капитале Общества и Гарантийном письме от 19 декабря 2013 года. При этом они гарантировали ООО «АДМ» соответствие данных сведений действительности.

В то же время, размер требований самой ФИО2 к ООО «МАНОР», обусловленных Инвестиционным договором от 18 декабря 2013 года, в связи с заключением Дополнительного соглашения № 1 к нему значительно превзошёл размер требований всех иных его кредиторов вместе взятых.

Таким образом, данные действия были направлены и на причинение ущерба как второму участнику Общества - ООО «АДМ» (Истцу), так и кредиторам Общества, о составе и размере требований которых было известно как ФИО4, так и ФИО2 (перечень кредиторов общества по состоянию на 19 декабря 2013 года был включён в Договор купли-продажи доли от 19 декабря 2013 года между ФИО2 и ООО «АДМ», а также гарантийное письмо ФИО4 А, от 19 декабря 2013 года).

Между тем, к моменту фактического подписания Дополнительного соглашения № 1 Инвестиционный договор прекратил своё действие, в связи с чем внесение в него изменений было невозможно.

Данные обстоятельства свидетельствуют о ничтожности Дополнительного соглашения № 1 как сделки совершённой при злоупотреблении правом.

Как же следует из изложенного выше, Дополнительное соглашение № 1 представляет собой сделку, совершённую между участником ООО «МАНОР» ФИО2 и ООО «МАНОР» в лице ФИО4, действовавшего в интересах самой ФИО2 и направленную исключительно на причинение ущерба самому ООО «МАНОР», а также третьим лицам - его второму участнику ООО «АДМ» и кредиторам Общества, причём сам документ, которым данная сделка была оформлена, был сфальсифицирован в целях уклонения от соблюдения процедуры одобрения данной сделки как сделки Общества с заинтересованностью.

Исходя из этого Дополнительное соглашение № 1 судом признано недействительным.

Относительно Дополнительного соглашения № 3 судом установлено следующее.

По обстоятельствам указанным выше, данное Дополнительное соглашение было фактически изготовлено и подписано сторонами не 11 марта 2015 года, как указано в его тексте, а значительно позднее - в период с 26 февраля 2016 года по 22 апреля 2016 года, что подтверждается следующим.

К моменту фактического подписания Дополнительного соглашения № 3 ФИО2 26 февраля 2016 года (л.д. 111) уже вновь заявила о своём отказе от Инвестиционного договора, о чём также не могло быть неизвестно ФИО4 и ФИО2 Кроме того, срок исполнения ООО «МАНОР» обязательств по Инвестиционному договору, установленный дополнительным соглашением № 2 к нему от 11 марта 2015 года - 01 мая 2015 года к этому моменту также истёк.

12 марта 2015 года ФИО2 заявила о своём отказе от исковых требований к ООО «МАНОР» в рамках дела № А40-168096/2014, в связи с чем производство по данному делу было прекращено.

Данный отказ был мотивирован тем обстоятельством, что 11 марта 2015 года между ней ООО «МАНОР» было заключено Дополнительное соглашение № 2 к Инвестиционному договору № ИД 1 между ними, в соответствии с которым срок выполнения обязательств ООО «МАНОР» по данному инвестиционному договору был продлён до 01 мая 2015 года.

В материалы дела № 02-6694/2016, засматривавшегося Замоскворецким районным судом города Москвы ФИО2 также было представлено Соглашение от 11 августа 2015 года «об урегулировании разногласий и сотрудничестве» между ФИО2 и ООО «МАНОР» в лице ФИО4 к Инвестиционному договору, действующему между ними.

Данным соглашением, как следует из его текста, его стороны предусмотрели, что инвестиционный договор сохраняет своё действие, в связи с чем ФИО2 будет заявлено об отказе от иска в рамках дела № А40- 168096/2014, а срок исполнения ООО «МАНОР» своих обязательств по Инвестиционному договору будет продлён.

При этом, ни в ходе судебного заседания по делу № А40-168096/2014, в рамках которого ФИО2 заявила о своём отказе от иска, ни в тексте своего соответствующего заявления, ни в Дополнительном соглашении № 2 от 11 марта 2015 года к Инвестиционному договору, ни в Соглашении от 11 марта 2015 года «Об урегулировании разногласий и сотрудничестве», не указывалось на факт заключения также и Дополнительного соглашения № 3 об установлении по Инвестиционному договору неустойки в размере 0,3% за каждый день просрочки исполнения ООО «МАНОР» обязательств.

26 февраля 2016 года ФИО2 вручила ООО «МАНОР» в лице ФИО4 уведомление о своём повторном отказе от Инвестиционного договора.

В данном уведомлении, однако, также не указывается на наличие Дополнительного соглашения № 3 к Инвестиционному договору и не содержится требования ФИО2 об уплате неустойки, им предусмотренной.

На существование данного Дополнительного соглашения ФИО2 было впервые указано только при её обращении 22 апреля 2015 года в Замоскворецкий районный суд города Москвы с иском, рассмотренным данным судом в деле № 02-6694/2016.

Таким образом, заключая в указанный период Дополнительное соглашение № 3, ФИО2 и ФИО4, действовавший от имени ООО «МАНОР» не могли не сознавать, что заключение данного соглашения создаёт единственное последствие в виде возникновения у ФИО2 формальных оснований требовать от ООО «МАНОР» платы неустойки по Инвестиционному договору в размере 0,3% (или 109,5% годовых) за каждый день просрочки исполнения предусмотренного им обязательства.

В соответствии с данным Дополнительным соглашением, только по состоянию на 26 Февраля 2016 года такая неустойка (с учётом Дополнительного соглашения № 1 к Инвестиционному договору) составила бы 16 260 000 долларов США и подлежала уплате в пользу ФИО2 без какого-либо изменения условий Инвестиционного договора в интересах ООО «МАНОР» (как, например, очередное продление срока исполнения ООО МАНОР» обязательств) либо дополнительного встречного представления со стороны ФИО2

При таких обстоятельствах заключение Дополнительного соглашения № 3, предполагающего уплату ООО «МАНОР» в пользу ФИО2 неустойки в размере 109.5% годовых от суммы инвестиций в 658 800 000 рублей РФ (или, с учётом Дополнительного соглашения № 1 - 20 000 000 долларов США) за период с 01 июня 2015 года не могло иметь иных последствий кроме увеличения размера прав требования ФИО2 к ООО «МАНОР».

В этой связи заключение Дополнительного соглашения № 3 было направлено на причинение ущерба как самому ООО «МАНОР» и его участнику ООО «АДМ» (Истцу), а также третьим лицами - кредиторам Общества, посредством недопущения получения ими удовлетворения собственных требований к ООО «МАНОР».

При этом Дополнительное соглашение № 3 являлось для ООО «МАНОР» сделкой с заинтересованностью в её совершении ФИО2 , которая, однако, не была одобрена в установленном законом порядке решением ООО «АДМ» как единственного незаинтересованного в её совершении участника ООО «МАНОР».

ФИО2, при этом была осведомлена о нарушении установленного законом порядка одобрения данной сделки, так как являлась участником ООО «МАНОР», однако общего собрания участников Общества с повесткой дня, которая бы содержала вопрос об одобрении соответствующей сделки, не созывалось.

Судом принято во внимание и признаны обоснованными доводы истца о том, что заключение Дополнительного соглашения № 3 во всяком случае повлекло для ООО «МАНОР» и его участника ООО «АДМ» возникновение неблагоприятных последствий, поскольку, первоначальной редакцией Инвестиционного договора, заключённого между ФИО2 и ООО «МАНОР», не предусматривалось обязательства ООО «МАНОР» уплачивать ФИО2 неустойку за невыполнение каких-либо своих обязательств по данному договору (статья 5 Инвестиционного договора).

Между тем Дополнительным соглашением № 3, как уже указывалось выше, в Инвестиционный договор вносились изменения, в соответствии с которыми такая неустойка была предусмотрена, что ухудшило положение ООО «МАНОР» в рамках Инвестиционного договора по сравнению с его первоначальной редакцией.

Условия Инвестиционного договора с учётом Дополнительного соглашения № 3 возлагают на ООО «МАНОР» обязанность уплачивать в пользу ФИО2 неустойку значительного размера, что может повлечь за собой причинение ООО «МАНОР» и ООО «АДМ» как его участнику убытков, поскольку Общество может лишиться принадлежащего ему имущества вследствие обращения на него взыскания по данному требованию ФИО2, а ООО «АДМ» вследствие этого утратит возможность получения прибыли от участия в управлении ООО «МАНОР» после обращения взыскания на его основные средства.

Такое ухудшение его положения с учётом размера предусмотренной Дополнительным соглашением № 3 неустойки (109.5% годовых) является существенным и само по себе представляет собой неблагоприятное последствие заключения данного дополнительного соглашения.

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии основании для признания Дополнительного соглашения № 3 недействительным как сделки общества с заинтересованностью, совершённой без необходимого одобрения и повлёкшей для общества неблагоприятные последствия.

ФИО2, заключив с ООО «МАНОР» в лице ФИО4 Инвестиционный договор, 20 декабря 2013 года перечислила в его пользу денежные средства, полученные от ООО «АДМ», в размере 658 800 000 рублей.

ФИО4 данные денежные средства вместе с полученными от ООО «АДМ» денежными средствами в размере 101 200 000 рублей уже 23 декабря 2013 года перечислил в пользу зарегистрированной на территории Республики Кипр Компании Birgero Enterprises Limited (Биргеро Энтерпрайзис Лимитед).

Данное обстоятельство подтверждается выпиской по счёту № 40702840000000004150, открытому ООО «МАНОР» в ПАО «Промсвязьбанк», за период с 18 декабря 2013 года по 19 мая 2017 года.

Как видно, ООО «МАНОР» было лишено возможности пользоваться данными денежными средствами в своей хозяйственной деятельности, для расчётов с кредиторами и ведения строительства в пределах принадлежащих Обществу земельных участков, поскольку незамедлительно после их получения ФИО4 направил их в пользу указанной иностранной компании.

Данная сделка, являвшаяся крупной для ООО «МАНОР» в соответствии со статьёй 46 ФЗ «Об ООО», однако, не одобрялась в установленном порядке, а ООО «АДМ» о её совершении не извещалось.

Какой-либо прибыли, а равно иного полезного результата от совершения данной сделки Обществом получено не было.

Кроме того, как также следует из выписки по расчётному счёту № 

<

***>, открытому ООО «МАНОР» в ПАО «Промсвязьбанк» в течение января- июля 2014 года денежные средства, которые ООО «МАНОР» получало от ООО «ФРИЗ- ИНВЕСТ», ООО «Реал-сервис» и ООО «К-Регион» передавались ФИО4 по договорам займа в пользу ФИО2

За данный период ФИО4 в пользу ФИО2 были переданы денежные средства ООО «МАНОР» на общую сумму 269 256 250 рублей.

ФИО4 вплоть до прекращения своих полномочий каких-либо действий по взысканию с неё данных денежных средств также не предпринимал.

В связи же с тем, что денежные средства ООО «МАНОР» были растрачены указанным выше образом, Общество лишилось возможности исполнять свои обязательства перед третьими лицами, а, в том числе, и перед кредиторами ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ», ООО «К-Регион» и ООО «Реал-сервис».

Соответствующие обстоятельства были установлены Арбитражным судом города Москвы в деле № А40-36983/2016, который своим Решением от 07 июля 2017 года по иску ООО «АДМ» взыскал с ФИО4 в пользу ООО «МАНОР» в порядке возмещения убытков, причинённых Обществу вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязанностей генерального директора 160 822 765 рублей и 2 906 809 долларов США.

Таким образом, как видно из изложенного выше, с момента приобретения ООО «АДМ» 19 декабря 2013 года доли в уставном капитале ООО «МАНОР» ФИО2 и действующий в её интересах ФИО4 последовательно обеспечивали заключение между Обществом и ФИО2 договоров и соглашений, направленных исключительно на изъятие у Общества без какого-либо встречного представления денежных средств и имущества - подлежащих застройке земельных участков.

При этом также необходимо отметить, что ФИО2 на основании оспариваемых Дополнительных соглашений не только приобрела формальные основания требовать от ООО «МАНОР» уплаты денежных средств, но и на протяжении 2014-2016 годов последовательно предпринимает попытки взыскать соответствующие денежные средства с Общества.

15 октября 2014 года ФИО2 обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском о взыскании с ООО «МАНОР» 810 608 000 рублей (дело № А40- 168096/2014 - производство прекращено 12 марта 2015 года после привлечения к участию в деле ООО «АДМ» и отказа ФИО2 от своих исковых требований в связи с заключением Дополнительного соглашения № 2 к Инвестиционному договору).

22 апреля 2016 года ФИО2 обратилась в Замоскворецкий районный суд города Москвы с иском о взыскании с ООО «МАНОР» 45 800 000 рублей (дело № 02- 6694/2016 - производство прекращено 16 декабря 2016 года в связи с неподведомственностью дела суду общей юрисдикции).

08 марта 2017 года ФИО2 направила в Арбитражный суд города Москвы заявление о включении её требований в размере 2 438 710 512 рублей в реестр требований кредиторов ООО «МАНОР» (дело № А40-244422/2016 - производство прекращено Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 июля 2017 года в связи с вынесением Арбитражным судом города Москвы Определения от 03 марта 2017 года о введении в отношении ООО «МАНОР» процедуры наблюдения в отсутствие ненадлежащим образом извещённого о дате и месте судебного заседания ООО «МАНОР»).

В рамках дела № А40-244422/2016, кроме того, ФИО2 была первым кредитором, который обратился в суд с соответствующим заявлением после введения Определением Арбитражного суда города Москвы от 03 марта 2017 года процедуры наблюдения в отношении ООО «МАНОР».

Таким образом, судом сделан вывод о том, что совокупность изложенных выше обстоятельств очевидно свидетельствует о том, что с момента приобретения ООО «АДМ» доли в уставном капитале ООО «МАНОР» 19 декабря 2013 года, действия ФИО2 и ФИО4 направлены исключительно на безвозмездное получение денежных средств и имущества ООО «АДМ» и третьих лиц и уклонение от исполнения каких-либо собственных обязательств перед ними.

При этом, в рамках вышеуказанного дела предметом спора не являлся вопрос об исключении ФИО2 из состава участников общества и указанные выше выводы сделаны без учёта особенностей при рассмотрении споров, связанных с исключением участника ООО из общества, в связи с чем суд отклоняет ссылку истца на выше установленные обстоятельства, как в качестве доказательств причинно-следственной связи с наступившими для общества последствия в виде приостановления деятельности общества и (или) существенного затруднения деятельности общества.

Решением арбитражного суда от 06.08.2018 по делу № А40-395/2018 установлено следующее.

За период с 17.10.2013 по 10.06.2014 между ООО «МАНОР» (Займодавец), в лице генерального директора ФИО4 и ФИО2 (Заемщик) были заключены: Договор займа от 17.10.2013, согласно которого заем предоставляется на сумму 50 000 000 руб. со сроком возврата до 01.11.2020, под 5,5% годовых; Договор денежного займа от 17.01.2014 №М/МЕТ/01-14, согласно которого заем предоставляется на сумму 33 000 000 руб. со сроком возврата до 31.12.2014, под 9% годовых; Договор займа от 28.01.2014, согласно которого заем предоставляется на сумму 6 516 250 руб. со сроком возврата до 01.02.2017 под 5,5% годовых; Договор денежного займа от 19.02.2014 №М/МЕТ/02-14, согласно которого заем предоставляется на сумму 15 840 000 руб. со сроком возврата до 31.12.2014 под 9% годовых; Договор займа от 24.02.2014, согласно которого заем предоставляется на сумму 4 780 000 руб. со сроком возврата до 01.02.2017 под 5,5% годовых; Договор займа от 03.03.2014, согласно которого заем предоставляется на сумму 4 000 000 руб. со сроком возврата до 01.02.2017 под 5,5% годовых; Договор займа от 11.03.2014, согласно которого заем предоставляется на сумму 3 500 000руб. со сроком возврата до 01.02.2017 под 5,5% годовых; Договор займа от 14.03.2014, согласно которого заем предоставляется на сумму 3 700 000руб. со сроком возврата до 01.02.2017 под 5,5% годовых; Договор денежного займа от 17.03.2014 №М/МЕТ/03-14, согласно которого заем предоставляется на сумму 31 900 000руб. со сроком возврата до 31.12.2014 под 9% годовых; Договор денежного займа от 17.03.2014, согласно которого заем предоставляется на сумму 1 020 000 руб. со сроком возврата до 01.02.2017 под 5,5% годовых; Договор денежного займа от 23.04.2014 №М/МЕТ/04-14, согласно которого заем предоставляется на сумму 15 000 000 руб. со сроком возврата до 31.12.2014 под 8,5% годовых; Договор денежного займа от 10.06.2014 №М/МЕТ/05-14, согласно которого заем предоставляется на сумму 100 000 000руб. со сроком возврата до 31.12.2014 под 8,5% годовых.

ООО «МАНОР» по указанным договорам предоставило ФИО2 денежные средства на общую сумму 269 256 250 руб.

Суд счел, что спорные договоры имеют признаки заинтересованности, так как ФИО2 обладает 49% доли уставного капитала ООО «МАНОР».

Как ФИО4, действовавший от имени ООО «МАНОР», так и ФИО2 не могли не знать о данном обстоятельстве, но проигнорировали необходимость соблюдения порядка одобрения сделок, не проинформировали ООО «АДМ» - второго незаинтересованного участника об их совершении ни до заключения оспариваемых договоров, ни после (абз. 2 п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2017 по делу № А40-36983/17-58-328 по иску ООО «АДМ» к ФИО4 при участии третьих лиц ФИО2, ООО «МАНОР» о взыскании денежных средств установлено, что сделки подлежали одобрению в порядке, предусмотренном ст. 45 Закона № 14-ФЗ, так как являлись сделками с заинтересованностью в отношении ФИО2

Данным решением также установлено, что условия указанных договоров займа, при этом, были явно невыгодны для ООО «МАНОР», поскольку:

а) денежные средства представлялись в заём ФИО2 без какого-либо обеспечения исполнения её обязательств,

б) ставка процента за пользование займом установлена в размере существенно меньшем (5-9% годовых) нежели в указанный период составляла средневзвешенная ставка по кредитам физическим лицам (21-22% годовых), сведения о которой публикуются Центральным Банком Российской Федерации на его официальном сайте (https://www.cbr.ru).

в) проценты за пользование займом подлежали уплате ФИО2 только в момент возврата суммы займа.

При этом, несмотря на то, что заемные средства, предоставляемые на основании договоров на срок до 31.12.2014 и 01.02.2017, ФИО2 данные заёмные денежные средства ООО «МАНОР» до настоящего момента не возвратила.

ФИО4 до прекращения своих полномочий каких-либо действий по взысканию с неё данных денежных средств также не предпринимал.

Поскольку денежные средства ООО «МАНОР» были распределены указанным выше образом, общество лишилось возможности исполнять свои обязательства перед третьими лицами, в том числе, и перед кредиторами ООО «ФРИЗ-ИНВЕСТ», ООО «КРегион» и ООО «Реал-сервис».

Заключая оспариваемые договоры, ФИО2 не могла не знать о явной невыгодности условий договоров, поскольку являясь участником общества была осведомлена о составе и размере обязательств последнего перед кредиторами.

Указанным решением по делу № А40-36983/17-58-328 также установлено, что перечисленные сделки в установленном порядке не одобрялись и ФИО2 как участник общества не могла не знать о необходимости одобрения указанных договоров до их заключения, а также невыгодности их условий для общества.

Общее собрание участников ООО «МАНОР» с включением в повестку дня вопроса об одобрении спорных договоров займа как сделок с заинтересованностью в установленном законом порядке не созывалось и не проводилось. Данный факт ответчиком также не оспаривается.

Оспариваемые сделки, являясь для ООО «МАНОР» сделками с заинтересованностью, не были одобрены незаинтересованным участником общества «АДМ» - истцом, то есть, совершены с нарушением установленного законом порядка, предусмотренного ст. 45 Закона № 14-ФЗ.

ФИО2 как участник общества не могла не знать о необходимости одобрения указанных договоров до их заключения и об отсутствии такого одобрения, а также о невыгодности их условий для общества.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2017 по делу № А40-36983/17-58-328 по иску ООО «АДМ» к ФИО4 при участии третьих лиц ФИО2, ООО «МАНОР» о взыскании денежных средств установлено, что спорными сделками ООО «МАНОР» причинены убытки.

Таким образом, на основании выше установленных обстоятельств и со ссылкой на решение суда по делу № А40-36983/17-58-328 судом, по делу № А40-395/2018 признаны недействительными договоры займа между ООО "МАНОР" и ФИО2, а именно: договоры денежного займа от 17.01.2014 №М/МЕТ/01-14, от 28.01.2014, от 19.02.2014 №М/МЕТ/02-14, от 24.02.2014, от 03.03.2014, от 11.03.2014, от 14.03.2014, от 17.03.2014 №М/МЕТ/03-14, от 17.03.2014, от 23.04.2014 №М/МЕТ/04-14, от 10.06.2014 №М/МЕТ/05-14, от 17.10.2013. Применены последствия недействительности сделок, взыскав с ФИО2 в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНОР" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) денежные средства в размере 269 256 250 рублей 00 коп., а также взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 91 381 708 рублей 00 коп.

Суд, следуя указаниям кассационной инстанции, также учитывает положения п. 7 и 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, согласно которым наличие корпоративного конфликта, а также равное распределение долей между сторонами корпоративного конфликта не являются основаниями для отказа в иске об исключении участника из общества.

Наличие корпоративного конфликта присуще любому спору об исключении участника, именно за его разрешением и обращаются в суд спорящие стороны, в связи с этим недопустим отказ судов рассматривать такой спор по существу со ссылкой на наличие корпоративного конфликта.

Равное распределение долей между сторонами корпоративного конфликта также не является основанием для отказа в иске об исключении участника из общества.

По делам об исключении участников, где предъявлено встречное требование об исключении истца, и ситуация равного распределения долей между двумя участниками не является исключением, суд должен оценить наличие оснований для исключения в отношении каждого из участников спора в соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 67 ГК РФ.

Также судом учтены указания суда кассационной инстанции на то, что при новом рассмотрении следует учесть обстоятельства, установленные при рассмотрении дела №А40-395/2018 и проверить, являлись ли причиненные обществу убытки существенными, установить входящие в предмет доказывания по делу в обжалуемой части обстоятельства с учетом правовой позиции, изложенной в пункта 7, 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019.

Таким образом, на основании вышеуказанного в совокупности судами сделаны выводы о недобросовестности относительно действий и бездействий ФИО10, какие-либо выводы в отношение ФИО2 судом в рамках дела № А40-36983/2017 не сделаны и не установлены факты недобросовестности.

Судом, в рамках дела № А40-55840/2017 сделан вывод о том, что совокупность изложенных выше обстоятельств очевидно свидетельствует о том, что с момента приобретения ООО «АДМ» доли в уставном капитале ООО «МАНОР» 19 декабря 2013 года, действия ФИО2 и ФИО4 направлены исключительно на безвозмездное получение денежных средств и имущества ООО «АДМ» и третьих лиц и уклонение от исполнения каких-либо собственных обязательств перед ними.

При этом, в рамках дела № А40-55840/2017 и № А40-395/2018 предметом спора не являлся вопрос об исключении ФИО2 из состава участников общества и указанные выше выводы сделаны без учёта особенностей при рассмотрении споров, связанных с исключением участника ООО из общества, в связи с чем суд отклоняет ссылку истца на выше установленные обстоятельства, как в качестве доказательств причинно-следственной связи с наступившими для общества последствия в виде приостановления деятельности общества и (или) существенного затруднения деятельности общества.

Суд считает доказанными и установленными в силу ч. 2 ст. 69 именно факты злоупотребления ФИО2 своими правами путем заключения обжалованных и признанных сделок, в результате чего обществу были причинены убытки на сумму 360 843 958 рублей 00 коп. требования которых, как указано выше определением суда от 10.03.2020 по делу о банкротстве ФИО2 включены в реестр требований кредиторов с суммой 360 843 958 рублей 00 коп. с очередностью их удовлетворения в третью очередь, при этом сумма 91 381 708 руб. учитывается в реестре отдельно.

В настоящее время ФИО2 решением суда от 13.08.2020 по делу № А21-8941/19 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедуру реализации имущества сроком до шести месяцев до 10 февраля 2021г., финансовым управляющим утвержден ФИО3

Определением суда от 17.08.2020 по делу № А21-8941/19 в реестр требований кредиторов должника включены также требования Банка ВТБ (ПАО) на сумму 2 399 887 694 руб. 56 коп., как обеспеченных залогом.

Вместе с этим, несение обществом убытков в результате недобросовестных действий участника общества не является самостоятельным и единственным основанием для исключения из общества, для этого, как указано выше также необходимо доказать существенное затруднение деятельности общества в результате причинения существенного вреда обществу при настоящих обстоятельствах и с учетом п. 7 и 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019.

Оценивая категорию существенности причиненного вреда, необходимо давать правовую оценку существенности произведенным ответчиком манипуляциям с активами общества, а именно сопоставить размер потерь от невыгодных сделок с реальной угрозой приостановления деятельности общества и (или) существенным затруднением его деятельности.

Как установлено судом выше, факты злоупотребления ФИО2 своими правами путем заключения обжалованных и признанных сделок, в результате чего обществу были причинены убытки на сумму 360 843 958 рублей 00 коп. требования которых, как указано выше определением суда от 10.03.2020 по делу о банкротстве ФИО2 включены в реестр требований кредиторов с суммой 360 843 958 рублей 00 коп. с очередностью их удовлетворения в третью очередь, при этом сумма 91 381 708 руб. учитывается в реестре отдельно.

В соответствии с абз.2 п.1 ст.67 ГК РФ установлено, что участники общества вправе требовать исключения другого участника из общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами общества. 

При недоказанности одного из этих обстоятельств, иск об исключении участника Общества не подлежит удовлетворении.

Согласно п.35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указывается, что основанием для исключения участника из общества являются лишь такие действия, в том числе совершение сделок в ущерб интересам общества, которые причинили обществу существенный вред. При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей. 

Согласно ст. 10 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», указано, что может быть исключен из общества участник, который своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет. 

Таким образом, исходя из приведенных норм, следует, что критерием существенности причиненного вреда является то, что причиненный вред должен приводить к затруднению деятельности общества либо ее невозможности.

Однако, в рассматриваемом споре отсутствуют какие-либо безусловные доказательства причинения существенного вреда обществу либо затруднения или невозможности деятельности общества.

В материалах дела, содержатся доказательства, подтверждающие, что 20.12.2013 в рамках инвестиционного договора № ИД 1 от 18 декабря 2013г. ФИО2 перечислила на счет ООО «Манор» сумму в размере 658 800 000 рублей. (том 2, л.д. 18).

По условиям инвестиционного договора ООО «МАНОР» обязалось получить разрешительную и проектную документацию для осуществления застройки земельных участков с кадастровыми номерами 77:01:0006018:85, 77:01:006018:1002 в срок до 01.05.2015, используя инвестиции, а также обеспечить проектирование и строительство объекта недвижимости на указанных земельных участках. Однако ООО «МАНОР» свои обязательства так и не исполнило.

В связи с вышеизложенным, в настоящее время ООО «МАНОР» имеет перед ФИО2 неисполненные обязательства в размере более 800 млн. рублей, что существенно превышает размер обязательств ФИО2 перед ООО «МАНОР».

В связи с вышеизложенным, при наличии долга ООО «МАНОР» перед ФИО2, являются несостоятельными доводы ООО «АДМ» о наличии ущерба у ООО «МАНОР» ввиду неисполненных обязательств ФИО2 перед ООО «МАНОР» при существенно меньшем размере.

Суд также соглашается со следующими доводами третьего лица - Банк ВТБ (ПАО). Так, решением Арбитражного суда Калининградской области от 13.08.2020 по делу № А21-8941/2019 ФИО2 была признана несостоятельным (банкротом). В отношении нее введена процедура реализации имущества.

В соответствии с п. 11 ст. 213.9 Закона о банкротстве установлена возможность финансового управляющего отказаться от исполнения договоров и иных сделок гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 102 Закона о банкротстве. Согласно п. 2 ст. 102 Закона о банкротстве отказ от исполнения договоров и иных сделок должника может быть заявлен в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, если такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника.

На основании вышеуказанных норм, кредитор ФИО2 – Банк ВТБ (ПАО) обратился с требованием к финансовому управляющему ФИО2 - ФИО3 об обязании расторгнуть инвестиционный договор № ИД 1 от 18.12.2013 с целью возврата в конкурсную массу ФИО2 задолженности ООО «МАНОР» перед ФИО2 в сумме более 800 миллионов рублей.

В результате отказа от инвестиционного договора у ФИО2 появится реальная возможность выплатить задолженность в пользу ООО «МАНОР».

Исключение ФИО2 из участия в капитале ООО «МАНОР» нарушает права Банка ВТБ (ПАО) как кредитора Метельской.

Согласно п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.

В соответствии с положениями ст.213. 26 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан оценить имущество должника по его рыночной стоимости и выставить на реализацию. Именно в ходе торгов по продаже имущества должника устанавливается рыночная стоимость этого имущества.

При этом, п. 4 ст. 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что общество обязано выплатить исключенному участнику общества действительную стоимость его доли, которая определяется по данным бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате вступления в законную силу решения суда об исключении, или с согласия исключенного участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости.

Исходя из имеющейся информации об имуществе ООО «МАНОР» можно сделать вывод, один имеющихся земельных участков с кадастровым номером 77:01:006018:1002 находится в аренде у ООО «МАНОР», застройка земельных участков еще не начиналась. Никакого иного имущества у ООО «МАНОР» нет, имеются только обязательства из различных договоров.

Таким образом, очевидно, что рыночная стоимость доли в Обществе должна определяться с учетом будущей возможности получить финансовый результат от застройки земельных участков. При этом, указанный финансовый результат никак не может быть учтен при расчете действительной стоимости доли Метельской. Следовательно, интересам кредиторов отвечает только прозрачная процедура определения рыночной стоимости доли на торгах.

Действия ООО «АДМ», направленные на получение права на долю, принадлежащую ФИО2, путем ее исключения из состава участников и выплаты ей и ее кредиторам заведомо заниженной действительной стоимости доли, прямо нарушают права Банка ВТБ (ПАО) как основного кредитора ФИО2, а также права иных кредиторов.

Судом также принимается во внимание решение арбитражного суда от 16.12.2019 по делу № А40- 60277/19-23-475, вступившего в законную силу, в котором суд пришел к выводу о том, что в настоящее время сохраняется возможность создания объекта недвижимости по инвестиционному договору № ИД 1 от 18.12.2013, в соответствии с п. 1.2 которого, инвестиционным объектом является многофункциональный комплекс объектов, состоящий из помещений, объектов инфраструктуры, инженерных сетей и сооружений.

Согласно п. 3.1 договора, заказчик получает 95,21 % инвестиционного объекта, инвестор 4,79 % инвестиционного объекта.

Платежным поручением № 600 от 20.12.2013 ФИО2 перечислила денежные средства в сумме 658 800 000 руб.

Пунктом 7.1 договора установлено, что договор вступает в силу с даты его подписания и действует до полного исполнения обязательств по договору.

Обществом получено разрешение на строительство № RU77130000-007259 от 13.09.2012 сроком действия 29.08.2014 и затем разрешение на строительство № 77- 130000-017331-2018 от 15.06.2018 сроком действия до 15.01.2021.

Земельный участок с кадастровым номером 77:01:0006018:1002 с адресным ориентиром: 

<

...>, 7, 8 находится во владении и пользовании общества на основании договора аренды № М-01-034995 от 26.10.2010 сроком действия до 18.06.2058.

Земельный участок с кадастровым номером 77:01:0006018:85 с адресным ориентиром 

<

...>, 3, 5, 6, 7, 9, 10, 12 приобретен обществом в собственность на основании договора купли-продажи № 1/14 от 20.02.2014, заключенному с ООО «Даймонт Коммершнэл Рус».

Указанные земельные участки поименованы в инвестиционном договоре как земельный участок 1 и земельный участок 2.

Согласно представленному в материалы дела бухгалтерскому балансу общества за 2017, 2018 и 2019 годы, баланс общества с 2017 года остается положительным и прибыль общества выросла в отличии от 2017 и 2018 года в 2019 году.

С учетом указаний кассационной инстанции, а также в силу п. 7 и 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019, суд принимает во внимание тот факт, что действия ФИО2 по заключению фиктивных договоров займа, повлекли за собой взыскание с нее в рамках № А40-395/2018 суммы 269 256 250 руб. 00 коп. Однако взыскание данной суммы не привело бы к приостановлению деятельности общества, равно как и не затруднила ее. Доказательств обратного стороной не представлено.

Как указано выше, основные активы общества – земельные участки с кадастровым номером 77:01:0006018:1002 и с кадастровым номером 77:01:0006018:85, вложения ФИО2 в инвестиционный проект, который в настоящее время реализуется и находятся в обороте у общества.

Кроме того, согласно бухгалтерской отчетности за 2016, 2017, 2018 и 2019 годы деятельность общества «МАНОР» является прибыльной и динамично развивающейся. Валюта баланса ООО «МАНОР» (строка 1700)  за 2016 г. составила 2,098 млрд. рублей; за 2017 г. - 2,223 млрд. рублей; 2018 г. – 2,320 млрд.; за 2019 г. – 2,381 млрд. рублей. 

Требования ООО «МАНОР» к ФИО2 (269 млн.руб.) составляют около 11 % валюты баланса общества на 2019 год, в то время, как требования ФИО2 (инвестиции – 658 млн. руб., без учета доходной части) – более 27 % валюты баланса общества на 2019 год.

Дополнительно суд также учитывает, что последствия исключения  ФИО2 из состава участников общества в настоящее время с учетом валюты баланса общества на 2019 год без реализации инвестиционного договора ставит в неравное экономическое положение участников общества, при котором доход от возможной реализации обществом инвестиционного контракта получит оставшийся единственный участник общества – истец по первоначальному иску (ст.10 ГК РФ). Указанное обстоятельства также очевидно приведет к нарушению интересов кредиторов ФИО2 (дело № А21-8941/2019).

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно ст. 10 АПК РФ арбитражный суд при разбирательстве дела обязан непосредственно исследовать все доказательства по делу.

Согласно п. 1 ст. 65, п. 1 ст. 66 и ст. 68 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 АПК РФ, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с п. 1 ст. 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Исходя из вышеприведенных норм права, указаний суда кассационной инстанции, установленных при новом рассмотрении дела по существу фактических обстоятельств дела и разъяснений ВС РФ и ВАС РФ суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в части исключения ФИО2 из состава участников общества при настоящих обстоятельствах.

В материалы дела не представлены достаточные и относимые к спорным обстоятельствам доказательства существенности вреда, повлекшего за собой существенное затруднение деятельности общества либо его прекращения (ст.10 Закона об ООО).

Учитывая вышеизложенное, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 АПК РФ и другие положения Кодекса, исковые требования об исключении ФИО2 из состава участников общества подлежат отклонению в полном объеме.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 64, 65, 71, 75, 110, 123, 156, 167 -170, 176 АПК РФ 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ООО «АДМ» отказать. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

                                                                                    В. А. Лаптев