Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                            Дело № А70-9405/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 20 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Доронина С.А.,

судей                                                         Хвостунцева А.М.,

ФИО1 -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 304720330300827; далее - предприниматель) на определение от 17.10.2023 Арбитражного суда Тюменской области (судья Целых М.П.) и постановление от 26.12.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Аристова Е.В., Дубок О.В., Сафронов М.М.) по делу № А70-9405/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Анпол» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее - общество, должник), принятые по результату рассмотрения вопроса об определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В заседании приняли участие ФИО3 представитель предпринимателя по доверенности от 01.06.2023, ФИО4 представитель ФИО5 по доверенности от 16.05.2023.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о ФИО6, Устьянцева Василия Павловича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 16.07.2019, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 09.10.2019 и суда округа от 19.12.2019, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих должника лица (статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)), производство по заявлению конкурсного управляющего в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Определением суда от 02.07.2020 произведена замена лица, привлечённого к субсидиарной ответственности, путём замены ФИО6 его процессуальным правопреемником - ФИО5

Впоследствии конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о возобновлении производства по обособленному спору, установлении размера субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО8 в сумме 7 391 521,25 руб. подлежащей взысканию в пользу предпринимателя, как лица выбравшего уступку права требования в качестве способа распоряжением правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности (статья 61.17 Закона о банкротстве).

Определением суда от 17.10.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 26.12.2023, в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно с ФИО5, ФИО8 в пользу предпринимателя взыскано 2 668 469,46 руб.

В кассационной жалобе предприниматель просит определение суда от 17.10.2023 и постановление апелляционного суда от 26.12.2023 отменить, принять новый судебный акт о взыскании с субсидиарных ответчиков денежных средств в общем размере 7 391 521,25 руб., из которых 4 580 000 руб. солидарно, 2 811 521,25 руб. с ФИО8

Доводы кассационной жалобы сводятся к неправомерному уменьшению судами первой и апелляционной инстанций размера субсидиарной ответственности. С позиции кассатора, общий размер имущественного вреда, причинённого предпринимателю обществом (12 508 681,09 руб.), установлен вступившим в законную силу решением суда от 07.12.20l7 по делу № А70-11599/2014, эта же сумма включена в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем именно столько необходимо было взыскать с ответчиков в порядке привлечения их к субсидиарной ответственности для восстановления нарушенного права.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Материалами обособленного спора подтверждается, что по данным бухгалтерского баланса за 2014 год деятельность общества являлась нерентабельной, денежные средства, поступившие в 2014, 2015 годы, направлены на выплату заработной платы, погашение текущих расходов.

В результате пожара, произошедшего 15.08.2014 на территории производственно-технической базы, расположенной по адресу: 

<

...> строение 10, принадлежащей должнику, уничтожено имущество, принадлежащее предпринимателю.

Решением суда от 20.11.2015 по делу № А70-11599/2014, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 28.03.2016 и суда округа от 21.07.2016, с общества в пользу предпринимателя взыскано 12 431 000 руб. в возмещение ущерба. Неисполнение данных судебных актов являлось основанием для возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве.

В ходе рассмотрения настоящего дела судами установлено, что за 2015 год выручка должника составила 1 083 000 руб., (733 000 руб. составила выручка от реализации основных средств), предприятие получило убыток в сумме 110 000 руб., обусловленный повышением цен на материалы, услуги организаций, а также с изменениями, касающимися начисления налога на землю, который увеличился в 2,2 раза.

Между обществом (продавец) и ФИО9 (покупатель) заключён договор купли-продажи от 20.01.2015, по условиям которого должник продал ФИО9 принадлежащие ему земельный участок (кадастровый номер 72:23:0103001:409), с расположенными на нём котельной (кадастровый номер 72:23:0103001:448) и складом (кадастровый номер 72:23:0103001:453) по цене 865 000 руб. Впоследствии названное имущество реализовано ФИО9 в пользу ФИО10, по договору купли-продажи от 15.07.2017, а ФИО10 в пользу ФИО11 договору купли-продажи от 11.09.2017.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2016 год, общество владело активами в размере 212 000 руб.

Впоследствии вступившим в законную силу определением суда от 22.03.2019 по настоящему делу договоры купли-продажи от 20.01.2015, 15.07.2017, 11.09.2017 признаны недействительными, применены последствия их недействительности в виде возврата недвижимого имущества в конкурсную массу.

Мотивами признания указанных сделок недействительными являлось их заключение должником в отсутствие встречного исполнения с аффилированными по отношению к нему лицами в целях причинения имущественного вреда (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Вынесение определения суда от 22.03.2019 и оценка договора купли-продажи от 20.01.2015 в качестве существенно убыточной сделки применительно к масштабам деятельности должника впоследствии положено судами трёх инстанций в качестве мотива для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (определение суда от 16.07.2019, постановления апелляционного суда от 09.10.2019 и суда округа от 19.12.2019).

В частности, судами установлено, что ориентировочный (согласно заключению экспертизы от 30.10.2018) объём имущественного вреда, причинённого в денежном выражении в результате продажи единственного ликвидного имущества должника по состоянию на 20.01.2015 (дата заключения первой сделки), составил 8 298 000 руб., а по состоянию на 11.09.2017 (дата заключения последней сделки) - 7 943 000 руб., то есть более 60 % от имеющейся уже на момент заключения сделки задолженности перед предпринимателем (12 431 000 руб.).

После возвращения в конкурсную массу имущества, отчуждённого по договору купли-продажи от 20.01.2015, конкурсным управляющим осуществлены действия по его реализации в установленном законом порядке. Единственным участников торгов по продажи земельного участка, котельной и склада являлся предприниматель (протокол от 19.08.2019 № СТП-3784/1), с которым 19.08.2019 заключён договор купли-продажи названного имущества по цене 7 600 000 руб.

В ходе конкурсного производства требования единственного кредитора (предпринимателя) удовлетворены частично на сумму 6 552 504,56 руб. (12 508 681,09 руб. – 6 552 504,56 руб. (6 000 000 руб. + 500 000 руб., 52 504,56 руб.), непогашенными составили требования в размере 5 956 176,53 руб.

Кроме того, определением суда от 25.09.2023 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счёт имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, требование предпринимателя к должнику в размере 1 435 344,71 руб. являющееся индексацией суммы, ранее присуждённой в рамках дела № А70-11599/2014.

Разрешая вопрос о размере субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций, исходя из конкретных обстоятельств дела (наличие потенциальной возможности погасить требование кредитора на сумму равную 60 % от изначального размера задолженности), сочли возможным уменьшить общий размер субсидиарной ответственностью до 9 220 974,01 руб. (размер стоимости реализованного имущества, текущие расходы и размер индексации), из которых 6 552 504,56 руб. получено кредитор от возврата имущества в конкурсную массу и его реализации в рамках дела о банкротстве.

С учётом этого, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что в размер субсидиарной ответственности подлежит включению 1 233 124,74 руб. текущих расходов, которые возмещены за счёт конкурсной массы, но данная сумма могла быть получена предпринимателем в случае добровольного удовлетворения требований за счёт имущества должника, а также 1 435 344,71 руб. индексации, поскольку совершение договоров купли-продажи от 20.01.2015, 15.07.2017, 11.09.2017 привело к затягиванию процедуры удовлетворения требований кредитора.

Суд округа считает выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), изложенный в резолютивной части определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, является общеобязательным (статья 16 АПК РФ), что исключает его повторную проверку после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

В резолютивной части определения об определении размера субсидиарной ответственности указывается общая сумма, подлежащая взысканию с контролирующего должника лица, привлечённого к ответственности, в том числе в пользу каждого из кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и в пользу должника - в оставшейся части (пункт 45 Постановления № 53).

По общему правилу, предусмотренному в абзаце десятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причинённого имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счёт этого лица (абзац одиннадцатый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Аналогичные правила закреплены в действующей в настоящее время редакции Закона о банкротстве (абзацы первый и второй пункта 11 статьи 61.11).

Так, в пункте 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено дискреционное полномочие суда уменьшить либо полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, в случае, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 19 Постановления № 53, если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведённой должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций, установив то, что невозможность полного погашения требований кредиторов обусловлена по большей части внешними факторами (пожар, увеличение цен на производственную деятельность общества), а не действиями контролирующих должника лица, в случае несовершенные контролирующими должника лицами существенно убыточной сделки требования единственного кредитора общества могли быть погашены на 60 % пришли к обоснованному выводу о необходимости уменьшения общего размера субсидиарной ответственностью до 9 220 974,01 руб.

При определении суммы, подлежащей взысканию в предпринимателя в порядке субсидиарной ответственности, суды двух инстанций, с учётом конкретных обстоятельств дела (возврата имущества в конкурную массу, его реализации конкурсным управляющим в пользу предпринимателя в установленном законом порядке, получения последним практически всей выручки от продажи активов должника), правомерно указали на то, что общий объём имущественных потерь предпринимателя от неправомерных действий субсидиарных ответчиков составляет в общем размере 2 668 469,45 руб., их которых 1 233 124,74 руб. текущих расходов, погашенных за счёт конкурсной массы, в ущерб интересам предпринимателя, и 1 435 344,71 руб. индексации, начисление которой обусловлено длительностью процедуры банкротства и непогашением задолженности в добровольном порядке.

Учитывая изложенное, выводы судов о сумме подлежащей взысканию с ответчиков в пользу предпринимателя в порядке субсидиарной ответственности, равной 2 668 469,45 руб., соответствуют нормам права, представленным доказательствам, приняты с учётом возникновения объективных обстоятельств возникновения убытков, процессуальных действий сторон в ходе дела о банкротстве должника.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 АПК РФ, обособленный спор разрешён верно.

По сути позиция кассатора сводится к необходимости возложения на собственников бизнеса всех долгов подконтрольного им предприятия вне зависимости от существа их действий и привнесённых в связи с ними негативных последний для предпринимателя как конкурного кредитора. Вместе с тем, такая позиция противоречит гражданско-правовой природе субсидиарной ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)), смыслу разъяснений пункта 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Доводы, приведённые кассатором в жалобе, касающиеся неправильного определения судами размера субсидиарной ответственности, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено, в связи с чем кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 17.10.2023 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 26.12.2023 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-9405/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   С.А. Доронин

 

Судьи                                                                                                                 А.М. Хвостунцев

 

ФИО1