ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-53201/2023

Дело № А40-180950/20

г. Москва

27 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.А. Комарова,

судей С.А. Назаровой, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу к/у должника на определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2023 по делу № А40-180950/20, о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЗАО «Арт энд Констракшн», о приостановлении рассмотрения заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Арт энд Констракшн» ФИО2 в части взыскания размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами, об отказе в удовлетворения остальной части заявления, по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Арт энд Констракшн»,

при участии в судебном заседании: 

от к/у должника – ФИО3, по дов. от 09.11.2022,

от ФИО4 – ФИО5, по дов. от 10.06.2022,

от Олейника Е.В. – ФИО6, по дов. от 06.03.2023

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.11.2021 ЗАО «Арт энд Констракшн» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7, о чем опубликованы сведения в Газете "Коммерсантъ" №194(7156) от 23.10.2021 г. 

В Арбитражный суд города Москвы 24.03.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, ФИО2, ФИО8, Олейника Е.В., ФИО9, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 209 368 189,23 руб. 

Представитель конкурсного управляющего представил дополнительные документы, поддержал поданное заявление. 

Представитель ФИО4 возражал относительно удовлетворения заявления конкурсного управляющего. 

Представитель ФИО12 возражал относительно удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2023 г. заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Приостановлено рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в части взыскания размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворения остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, к/у ЗАО «Арт энд Констракшн» - ФИО7 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2023 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение. 

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В соответствии с ч. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Согласно ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В своем заявлении конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности: 

1. ФИО13 (генеральный директор с 27.05.2009г. по 12.04.2010г.) по основаниям пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу бухгалтерской и учредительной документации, на основании пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не опубликование сведений о фактах деятельности юридического лица, сведений о финансовой и бухгалтерской отчетности; 

2. ФИО8 (участник 100% долей владения с 31.03.2010г. по 08.06.2011г., генеральный директор с 12.04.2010г. по 06.06.2011г.) по основаниям пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу бухгалтерской и учредительной документации, на основании пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не опубликование сведений о фактах деятельности юридического лица, сведений о финансовой и бухгалтерской отчетности, на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве в суд в срок не позднее 06.05.2011 и не исполнение обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявление о банкротстве не позднее 30.04.2010г.; 

3. ФИО12 (участник 100% долей владения с 08.06.2011г. по 03.10.2011г., участник 99% долей владения с 03.10.2011г. по 11.11.2016г., генеральный директор с 06.06.2011г. по 19.11.2015г.) по основаниям пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу бухгалтерской и учредительной документации, на основании пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не опубликование сведений о фактах деятельности юридического лица, сведений о финансовой и бухгалтерской отчетности, на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве в суд в срок не позднее 06.07.2011 и не исполнение обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявление о банкротстве не позднее 08.07.2011г.; 

4. ФИО9 (участник 99% долей владения с 11.11.2015г. по 05.07.2017г., генеральный директор с 19.11.2015г. по 20.01.2016г.) по основаниям пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу бухгалтерской и учредительной документации, на основании пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не опубликование сведений о фактах деятельности юридического лица, сведений о финансовой и бухгалтерской отчетности, на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве в суд в срок не позднее 19.12.2015г. и не исполнение обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявление о банкротстве не позднее 11.12.2015г.; 

5. ФИО2 (генеральный директор с 20.01.2016 по настоящее время) по основаниям пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу бухгалтерской и учредительной документации, на основании пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не опубликование сведений о фактах деятельности юридического лица, сведений о финансовой и бухгалтерской отчетности, на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве в суд в срок не позднее 20.02.2016г.; 

6. ФИО10 (участник 1% долей владения с 03.10.2011г. по настоящее время) на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявление о банкротстве не позднее 03.11.2011г.; 

7. ФИО11 (участник 99% долей владения с 05.07.2017г. по настоящее время) на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявление о банкротстве не позднее 03.11.2011г. 

Из материалов дела следует, что указанные лица обладают статусом контролирующих должника лиц, поскольку являлись директорами, учредителями должника, доказательств в опровержение установленной ч. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве презумпции не представлено. 

Конкурсный управляющий указал, что руководителями, учредителями должника не была исполнена обязанность по передаче бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника за время проведения процедуры банкротства. 

В соответствии с ч. 2 ст. 126 ФЗ РФ "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Как указал конкурсный управляющий, решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.11.2021 в части обязания бывшего руководителя должника ЗАО «Арт энд Констракшн» в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему не исполнено. 

Более того, определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.12.2021г. суд обязал руководителя должника ЗАО «АРТ ЭНД КОНСТРАКШН» ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО7 заверенные копии документов и информацию в отношении должника. 

Однако, как указал конкурсный управляющий, данная обязанность исполнена не была, документация не передана, доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

При этом, конкурсный управляющий сослался на то, что неисполнение указанной выше обязанности привело к невозможности формирования конкурсной массы за счет финансовых вложений, невозможности идентифицировать имущество для целей его включения в конкурсную массу должника. 

В силу части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. 

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации. 

В настоящее время действует презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя. 

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. 

Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. 

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. 

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов. 

В соответствии с заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности по указанным основаниям следующих лиц: ФИО4, ФИО8, Олейника Е.В., ФИО9, ФИО2 

Конкурсный управляющий указал, что данные лица не исполнили обязанность по передачи документации друг другу и впоследствии конкурсному управляющему, при этом, указанными лицами не были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передачи документации в полном объеме. 

Предмет судебного рассмотрения при разрешении вопроса о возможности привлечения лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности составляет установление обстоятельств, подтверждающих: наличие непосредственно у привлекаемого лица статуса лица, контролирующего должника; наличие вреда (ущерба) и его размер, наличия вины, а также причинно-следственной связи между действием (бездействием) и возникновением такого ущерба. 

Подразумевается, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций и иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ). 

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. 

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

Вместе с тем, из материалов дела не следует на основании каких доказательств конкурсный управляющий пришел к выводу о том, что обязанность по передаче документации носила систематический характер, учитывая, что в материалах обособленного спора имеются сведения о сдачи бухгалтерской отчетности должником, акт приема-передачи информации и документов от 30.09.2014г., из которого следует, что ЗАО ВТБ Регистратор были переданы копии имеющихся документов в отношении деятельности должника. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что доказательств как прямых, так и косвенных, свидетельствующих о наличии в действиях руководителей должника противоправного интереса, направленного на последовательное сокрытие и непередачу документации не представлено. 

На основании изложенного суд пришел к выводу, что ФИО4, ФИО8, ФИО12, ФИО9, занимавшие должность генерального директора должника в период с 27.05.2009г. по 20.01.2016г. не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по основаниям пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не передачу бухгалтерской и учредительной документации. 

Когда передача документации становится невозможной ввиду объективных факторов, находящихся вне сферы контроля директора, соответствующая презумпция применена быть не может. 

Вместе с тем, доказательств наличия объективных причин, по которым передача документации последним генеральным директором должника – ФИО2 была бы невозможна в материалы дела не представлено. 

Доказательства отсутствия вины в непередаче документов временному управляющему, а затем конкурсному управляющему, то есть принятия мер по исполнению обязанности в полном объеме, либо доказательства невозможности исполнить данную обязанность по объективным причинам, ответчиками в материалы дела не представлены. 

Доказательств того, что не представление документации не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказательств отсутствия вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтверждений, что последним руководителем должника, занимавшим указанную должность в период с 20.01.2016 по настоящее время, приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требуется в материалы дела от ответчиков не поступало. 

В связи чем, в рассматриваемом случае судом применяется презумпция наличия причинно-следственной связи между бездействием руководителя должника относительно непередачи документации и невозможностью погашения требований кредиторов. 

Так, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 N 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Арт энд Констракшн» в связи с неисполнением обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, учитывая при этом наличие судебного акта, обязывающего ФИО2 передать соответствующие документы конкурсному управляющему. 

Относительно заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, ФИО8, Олейника Е.В., ФИО9, ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пп. 5 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за не опубликование сведений о фактах деятельности юридического лица, сведений о финансовой и бухгалтерской отчетности, суд пришел к следующим выводам. 

В соответствии с п. 5 чт. 2 ст. 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо. 

Конкурсный управляющий указал, что должник, являясь закрытым акционерным обществом в силу п. 3 ст. 88 ФЗ "Об акционерных обществах" обязан был привлекать для ежегодного аудита годовой бухгалтерской отчетности аудиторскую организацию. 

При этом, конкурсный управляющий указал, что в соответствии с п. 6 ст. 5 ФЗ "Об аудиторской деятельности" сведения о результатах обязательного аудита подлежат внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц, такие же положения также закреплены п. 7 ст. 7.1. ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", ст. 5 ФЗ "Об обязательном аудите". 

На основании указанных норм, конкурсный управляющий пришел к выводу, что в период с 2009 г. по 2020г. должна была проводиться обязательная аудиторская проверка, сведения о которой должны были быть опубликованы, что привело к негативным последствиям и банкротству должника. 

Вместе с тем, в соответствии со ст. 12 Федеральным законом от 03.07.2016 N 360-ФЗ (ред. от 30.11.2016) "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" статья 5 Федерального закона от 30 декабря 2008 года N 307-ФЗ "Об аудиторской деятельности" дополнена частью 6, согласно которой сведения о результатах обязательного аудита подлежат внесению в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц заказчиком аудита. 

Положениями ст. 21 Федерального закона от 03.07.2016 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрено, что статьи 5, 6, 10 - 12 настоящего Федерального закона вступают в силу с 1 октября 2016 года. 

Таким образом, руководителями должника, обязанность по опубликованию сведений об обязательном аудите не могла быть нарушена ранее даты введения указанной нормы, то есть 01.10.2016г., в связи с чем ФИО4, ФИО8, ФИО12, ФИО9, занимавшие должность генерального директора должника в период с 27.05.2009г. по 20.01.2016г. не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по не опубликованию подлежащих обязательному опубликованию сведений, ввиду отсутствия соответствующей обязанности в период занятия ими соответствующей должности. 

В соответствии с п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства. 

В отношении ФИО2, занимавшего должность генерального директора с 20.01.2016 по настоящее время, суд пришел к выводу, что материалы дела не содержат доказательств, однозначно свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между неисполнением руководителем должника предусмотренной обязанности и наступлением негативных последствий. 

При этом суд учел, что в соответствии с ответом из АО ВТБ Регистратор от 11.08.2022г., датой окончания ведения реестра владельцев ценных бумаг является 20.05.2019г., в связи с неисполнением должника обязательств по договору. 

Из ответа налогового органа следует, что 15.10.2018г. было принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, в связи с наличием признаков недействующего юридического лица, при этом в дальнейшем уполномоченным органом неоднократно принимались указанные решения, о чем также были опубликованы сведения в ЕФРСДЮЛ. 

Кроме того, суд принял во внимание, что доказательств, свидетельствующих о том, что проведение аудита в обществе, по мнению налогового органа, обладающего признаками отсутствующего с 2018г., существенным образом повлияло бы на возможность конкурсного управляющего определить факт достоверности бухгалтерской отчетности, выявления контрагентов должника и иных обстоятельств, не представлено. 

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что указанные лица не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по названному основанию. 

Конкурсный управляющий указал, что 30.06.2010г. между должником и его единственным кредитором был заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым должнику были выданы кредитные денежные средства, обеспеченные договором ипотеки судна №1039/3-И. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.02.2021г. в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование «Интерактивный Банк» (ООО) в общем размере 184 750 999,87 руб., из которых: основной долг - 19 000 000 руб.; проценты - 36 421 450,50 руб.; неустойка за нарушение сроков погашения основного долга - 51 794 000 руб.; неустойка за нарушение сроков уплаты процентов - 77 535 549,37 руб., из которых требования в размере 24 617 189 руб. 36 коп., как обеспеченные залогом имущества ЗАО «Арт энд Констракшн». 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 31.03.2022г. требование ИФНС России № 23 по г. Москве к ЗАО «Арт энд Констракшн» признано обоснованным в размере 11 743,89 руб. – основной долг, однако ИФНС России № 23 по г. Москве отказано во включении в реестр требований кредиторов должника требования в указанном размере, признав их подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, представленных в установленный срок и включенных в реестр требований кредиторов ЗАО «Арт энд Констракшн». 

Таким образом, в настоящее время в реестр требований кредиторов должника включено требование только одного кредитора на указанном конкурсным управляющим кредитном договоре. 

При этом, конкурсный управляющий указал, что должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку в период с 2010г. по 2020г. не исполнял обязательство по погашению задолженности перед «Интерактивный Банк» (ООО), тогда как заявление о банкротстве со стороны должника в суд подано не было. 

Относительно заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности акционеров должника ФИО8, Олейника Е.В., ФИО9, ФИО10, ФИО11 за неисполнение обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявление о банкротстве суд пришел к следующим выводам. 

Конкурсный управляющий указал, что обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве возникла у ФИО8 – 30.04.2010г., Олейника Е.В. – 08.07.2011г., ФИО9 – 11.12.2015г., ФИО10 – 03.11.2011г., ФИО11 – 05.08.2017г. 

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ. 

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано в суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ. 

Вместе с тем, порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом. 

Приведенные в заявлении конкурсного управляющего обстоятельства, с которыми он связывает основания для привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе возникли до появления в Законе о банкротстве главы III.2, в период, когда порядок привлечения к субсидиарной ответственности регламентировался статьей 10 Закона о банкротстве. 

Таким образом, при рассмотрении настоящего обособленного спора подлежат применению нормы материального права, предусмотренные редакцией закона, действующей на дату вменяемого деликта, и процессуальные нормы, действующие на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Согласно пункту 2 стать 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №186-ФЗ, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона. 

Как следует из заявления конкурсного управляющего он указал, что у акционеров должника обязанность по принятию решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве возникла: 30.04.2010г., 08.07.2011г., 11.12.2015г., 03.11.2011г., 05.08.2017г., таким образом, в период владения акциями ФИО8, Олейником Е.В., ФИО9, ФИО10 Закон о банкротств не предусматривал такой обязанности для участников общества, вменяемой указанным лицам в рамках настоящего заявления конкурсным управляющим. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве). 

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения. 

В свою очередь, доказательств, подтверждающих наличие совокупности указанных обстоятельств для действующих акционеров должника - ФИО10 (участник с 1% долей), ФИО11 (участник с 99% долей) не представлено, при этом суд учел, что Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом для установления размера субсидиарной ответственности, при этом отсутствие обязательств, возникших после указанной даты, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. 

При этом, суд отметил, что фактически датой неплатежеспособности должника конкурсным управляющим определена дата заключения договора с единственным кредитором должника, включенным в реестр требований кредиторов, срок исполнения обязательств которого установлен до 2016г., а само обязательство обеспечено залогом имущества. 

Таким образом, конкурсным управляющим не раскрыта причинно-следственная связь между неподачей заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) акционерами должника и наличием обязательств, возникших после такой даты. 

Как следует из заявления конкурсного управляющего, на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве в суд в сроки, установленные законом, привлечению к субсидиарной ответственности подлежат лица, замещающие должность генерального директора, а именно: ФИО8, ФИО12, ФИО9, ФИО2 

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

В силу норм пунктов 1 - 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом для установления размера субсидиарной ответственности, при этом отсутствие обязательств, возникших после указанной даты, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. 

Соответственно, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. 

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве). 

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя общества к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, был обязан доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. 

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления. 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Принципиальным для привлечения к субсидиарной ответственности является объективное банкротство, под которым понимается критический момент, в который должник из-за снижения стоимости активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу N 305-ЭС20-11412). 

Вместе с тем, момент наступления неплатежеспособности должника надлежащим образом конкурсным управляющим не подтвержден, перед судом не раскрыто оснований, по которым датой неплатежеспособности признана дата заключения должником кредитного договора. 

При этом суд учел, что срок исполнения обязательств по кредитному договору, в соответствии с дополнительными соглашениями, установлен до 23.12.2016г., более того из представленных в материалы дела выписок по счетам должника следует, что погашение задолженности осуществлялось вплоть до 2016г., включительно. 

В свою очередь, само по себе наличие у должника кредиторской задолженности не свидетельствует о неплатежеспособности общества, возникновение же у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника новых неисполненных обязательств в материалы дела не представлено. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что конкурсным управляющим надлежащих доказательств, свидетельствующих об обоснованности привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8, Олейника Е.В., ФИО9, ФИО2 по основаниям неподачи заявления о признании должника несостоятельным в материалы дела не представлено. 

Из материалов дела следует, что ФИО4 (генеральный директор с 27.05.2009г. по 12.04.2010г.) и ФИО8 (участник 100% долей владения с 31.03.2010г. по 08.06.2011г., генеральный директор с 12.04.2010г. по 06.06.2011г.) заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока для подачи заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности. 

Согласно ч. 5 ст. 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. 

В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта. 

На основании изложенного, учитывая дату обращения конкурсного управляющего в суд с настоящим заявлением, а именно 24.03.2022г. и отсутствие доказательств уважительности причин пропуска срока, суд пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим предельного десятилетнего срока на подачу заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО8, являющегося контролирующими должника лицами до 23.03.2012г. 

В пункте 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, указано, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности. 

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. 

Такой судебный акт как в части вывода о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, так и в части приостановления производства по спору может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ. 

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу, что мероприятия по формированию конкурсной массы и проведению всех необходимых мероприятий в рамках дела о банкротстве не завершены, с учетом изложенного, суд приостановил производство по рассмотрению настоящего заявления в части взыскания размера субсидиарной ответственности с ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам Закрытого акционерного общества «Арт энд Констракшн» удовлетворил в части. Привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закрытого акционерного общества «Арт энд Констракшн». Приостановил рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам закрытого акционерного общества «Арт энд Констракшн» ФИО2 в части взыскания размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворения остальной части заявления отказал. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона).

В соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

По правилам пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих, в том числе, если: 

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. 

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.). 

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства. 

Смысл презумпций, закрепленных в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020).

В соответствии с пп. 2 п. 2 ст. 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу п. 3.2 ст. 64, абз. 4 п. 1 ст. 94, абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ. Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Как следует из мотивировочной части апелляционной жалобы, конкурсный управляющий обжалует судебный акт в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности генеральных директоров: Олейника Е.В., ФИО9, в связи с непередачей бывшими руководителями должника бухгалтерской и иной документацией, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника за время их управления деятельностью общества на основании пп.2, 4 п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве, и неподачу заявления о банкротстве на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, а также учредителя с 99% долей владения – ФИО11 за неподачу заявления о банкротстве на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Материалами дела опровергаются доводы апеллянта относительно систематического характера не передачи документации.

Так, в материалы дела по запросу суда был приобщен ответ ЗАО ВТБ Регистратор (т. 4 л.д.47- 62), согласно которому ЗАО ВТБ Регистратор осуществлял ведение реестра владельцев ценных бумаг ЗАО «Арт энд Констракшн» с 01.10.2014г. по 20.05.2019г. В соответствии с актом приема-передачи информации и документов от 30.09.2014г. регистратором были получены все необходимые документы, составляющие систему ведения реестра владельцев ценных бумаг ЗАО «Арт энд Констракшн».

В реестр требований кредиторов должника включено требование только одного кредитора – «Интерактивный Банк» (ООО), который в соответствии с нормативными актами Банка России полностью контролировал финансово-хозяйственную деятельность заемщика и был осведомлен о его финансовом состоянии.

В период своей деятельности, согласно выписке по банковскому счету открытого в «Интерактивный Банк» (ООО) (т.9 л.д.2-28), Должником были осуществлены всего три сделки: 

1. получение кредита по договору о предоставлении кредита в российских рублях № 1039/КР от 30.06.2010г., заключенного с «Интерактивный Банк» (ООО);

2. приобретение судна по договору купли-продажи от 17.06.2010г., заключенного с ООО «Морской клуб Адмирал» (т.9 л.д. 113-115, 89-92);

3. передача судна в аренду по договору аренды № 15 от 30.06.2010г., заключенного с ООО «Адмирал Бич отель».

Материалами дела подтверждается, что имеющиеся у Конкурсного управляющего информация и документы позволили ему сформировать конкурсную массу, провести инвентаризацию, установить дебиторскую задолженность, установить перечень имущества Должника и организовать проведение торгов имуществом Должника.

По результатам проведенных торгов, имущество Должника, которое находилось в залоге (т.9 л.д. 61-82) у единственного кредитора было успешно реализовано. Впоследствии Конкурсный управляющий осуществил погашение части требований залогового кредитора – «Интерактивный банк» (ООО).

Пункт 1 ст. 61.2, пункты 1, 2 ст. 9 Закона о банкротстве предусматривают установление временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом. При этом отсутствие обязательств, возникших после указанной даты, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Доводы Конкурсного управляющего о неисполнение Должником в период с 23.03.2012г. по 19.11.2015г. своих обязательств перед «Интерактивный Банк» (ООО) противоречат материалам дела.

Согласно материалам дела: датой наступления обязательств по возврату кредитных средств является 23.12.2016., что подтверждается последовательно заключенным дополнительным соглашениям к договору о предоставлении кредита в российских рублях № 1039/К-Р от 30.06.2010г. (т.9 л.д.43-49).

Именно указанная дата (23.12.2016г.) является датой наступления обязательств Должника перед «Интерактивный Банк» (ООО); неисполнение Должником обязательств по оплате процентов за пользование кредитом возникло только в июне 2016г., что подтверждается расчетом задолженности ЗАО «Арт энд Констракшн» по Договору о предоставлении кредита в российских рублях № 1039/К-Р от 30.06.2010г. по состоянию на 16.09.2020г. (т.8 л.д. 50-53); Должник перестал исполнять свои обязательства только 30.06.2016г. (наступление просрочки по уплате процентов за пользование кредитом).

Таким образом, Конкурсный управляющий не предоставил в суд первой инстанции доказательств, подтверждающих как размер обязательств перед кредиторами, возникших в период с момента возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве, так и не подтвердил, что дата заключения кредитного договора является датой наступления объективного банкротства.

Материалами дела (выписка по банковскому счету) подтверждается, что Должник вплоть до июня 2016г. исполнял свои обязательства перед единственным кредитором – «Интерактивный Банк» (ООО).

Конкурсным управляющим не указана дата объективного банкротства должника, после наступления которой бывшие руководители должны были обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника. При этом каких-либо документальных доказательств в обоснование данного требования в материалы дела также не представлено.

Кроме того, новые обязательства после возникновения обязательств перед «Интерактивный Банк» (ООО) у Должника не возникли.

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий: это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.; оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности; данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения; оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения. 

В свою очередь, доказательств, подтверждающих наличие совокупности указанных обстоятельств для действующих акционеров должника - ФИО10 (участник с 1% долей), ФИО11 (участник с 99% долей) не представлено, при этом суд учел, что Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом для установления размера субсидиарной ответственности, при этом отсутствие обязательств, возникших после указанной даты, свидетельствует об отсутствии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом. 

Доводов в части требований к ФИО4 апелляционная жалоба не содержит. 

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2023 по делу № А40- 180950/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу к/у должника - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     А.А. Комаров 

Судьи:                                                                                                          С.А. Назарова

Ж.Ц. Бальжинимаева