АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-15705/2022

Дело № А65-20183/2020

г. Казань

01 ноября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Герасимовой Е.П., Гильмутдинова В.Р., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи        Мусиной Л.И.,

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 02.06.2020,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022

по делу № А65-20183/2020

по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности (вх.64760), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.09.2020 заявление ФИО5 о признании ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельной (банкротом) принято к производству.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.04.2021 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее имущества введена процедура реализации. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3 (далее – ФИО3).

03.11.2021 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление финансового управляющего ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО6 (далее –                ИП ФИО6, ответчик) о признании договора уступки прав (требования) от 01.10.2020 недействительным, применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2022 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено; признан недействительным договор уступки прав (требования) от 01.10.2020, заключенный между ФИО4 и            ИП ФИО6; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Молния СК» (далее – ООО «Молния СК») в размере 24 200 287, 17 рублей. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2022 в части применения последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» на сумму 24 200 287, 17 рублей отменено. В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ИП ФИО6 без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее –                               ИП ФИО1) обратилась с кассационной жалобой, в которой просит постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего в части применения последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к          ООО «Молния СК» на сумму 24 200 287, 17 рублей отменить; оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2022.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что непредставление первичных документов ИП ФИО6 при рассмотрении спора по включению в реестр требований кредиторов      ООО «Молния СК», не может являться поводом для отказа в применении последствий в виде восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» на сумму 24 200 287, 17 рублей; суд апелляционной инстанции посчитал мнимыми сделки, которые не оспаривались в рамках настоящего дела; суд апелляционной инстанции вышел за пределы доводов, указанных ИП ФИО6 в апелляционной жалобе.

Судебное заседание проведено с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание).

В судебном заседании представитель ФИО1       ФИО2 доводы кассационной жалобы поддержала.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Согласно тексту кассационной жалобы предметом обжалования является судебный акт апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего в применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» на сумму 24 200 287, 17 рублей. В остальной части судебный акт лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения судом норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции считает, что имеются основания для отмены постановления апелляционного суда в обжалуемой части и оставления в силе определения суда первой инстанции в силу следующего.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.10.2020 между ИП ФИО4 (цедент) и ИП ФИО6 (цессионарий) был заключен договор уступки прав (требования) № 01-20, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования основного долга, а также право требования процентов за пользование чужими денежными средствами, убытков цедента, а также все иные права к ООО «Молния СК» по договору уступки от 01.03.2017, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Меридиан Юг» (далее – ООО «Меридиан Юг») и       ИП ФИО4, а также договору уступки №8 от 08.04.2019, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Промэнергострой» (далее – ООО «Промэнергострой») и                          ИП ФИО4  

В соответствии с пунктом 1.3 оспариваемого договора уступки прав (требования) сумма основного долга ООО «Молния СК» перед должником составляет 24 200 287, 17 рублей.

Согласно пункту 2.4. договора цессионарий обязан уплатить за передачу права (требования) по настоящему договору денежные средства в размере и порядке, предусмотренном соглашением о договорной цене.

Полагая, что оспариваемый договор уступки прав (требования) № 01-20 от 01.10.2020 является недействительным на основании пункта 1 и 2 статьи 61.2, пункта 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также статей 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий обратился с настоящим заявлением в суд.

В рассматриваемом случае судами установлено, что дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4. возбуждено 01.09.2020, оспариваемая сделка совершена 01.10.2020, после принятия заявления о признании должника банкротом, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования финансового управляющего ФИО3 о признании недействительным договора уступки прав (требования) № 01-20 от 01.10.2020, исходил из того, что указанная сделка является недействительной в силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершена без намерения предоставить должнику равноценное встречное исполнение. 

Так, судом установлено, что согласно соглашению, заключенному между должником и ответчиком 01.10.2020, величина договорной цены по договору уступки права (требования) № 01-20 от 01.10.2020 составляет       1 000 000, 00 рублей. Оплата производится путем зачета взаимных обязательств до 03.10.2020.

Между тем, доказательств наличия на момент заключения спорного договора обязательства должника перед ответчиком суду не представлено.

Судом также указано, что в материалы дела не представлены доказательства аккумулирования ответчиком денежных средств в достаточном объеме, доказательства их фактического наличия на момент совершения сделки и доказательства реальности факта передачи денежных средств должнику.

Кроме того, отсутствие реального перехода прав требований по оспариваемому договору от первоначальных сторон сделок к конечному цессионарию, то есть к ИП ФИО6, отсутствие оплаты           ИП ФИО6 за уступку прав требования, а также отсутствие у ИП ФИО6 финансовой возможности такой оплаты, установлен постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022 по делу №А40-25106/2021, которым  ИП ФИО6 отказано в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов ООО «Молния СК» по обязательствам, указанным в оспариваемом договоре уступки (требования).

При этом, как отмечено судом, из указанного судебного акта следует, что сделка совершена с заинтересованным лицом, поскольку единственным учредителем ООО «Молния СК» является ФИО4; в материалы дела также представлены доверенности, согласно которым    ИП ФИО6 является представителем как ООО «Молния СК», так и должника ФИО4

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора уступки прав (требования) № 01-20 от 01.10.2020 недействительной сделкой.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии правовых оснований для признания спорной сделки недействительной. 

В указанной части судебные акты заявителем кассационной жалобы не оспариваются.

Проверяя законность судебного акта в части применения последствий недействительности сделки, суд кассационной инстанции приходит к следующему. 

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Статьей 61.6 Закона о банкротстве предусмотрены также специальные последствия недействительности сделки в условиях, когда одна из ее сторон является банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 385 ГК РФ кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право (требование), и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Суд первой инстанции, применяя последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к              ООО «Молния СК» в размере 24 200 287,17 рублей, исходил из отсутствия в материалах дела доказательств предоставления ООО «Молния СК» исполнения обязательства в пользу ИП ФИО6

Суд апелляционной инстанции принял новый судебный акт в части применения последствий недействительности сделки, которым отказал в применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» в размере 24 200 287,17 рублей.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции исходил из того, что по договору уступки прав требования (цессии) могут быть переданы только реально существующие требования, при этом материалами дела реальность передаваемого права требования должника к ООО «Молния СК» не подтверждается.

Так, судом отмечено, что в рамках дела №А40-25106/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Молния СК» ответчик обращался с заявлением о включении в реестр требований кредиторов                    ООО «Молния СК» на основании оспариваемого договора уступки, однако постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 15.07.2022, в удовлетворении заявления было отказано. При этом суд указал, что ИП ФИО6 в нарушение пунктов 2-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, не представлены доказательства реального перехода прав требований от первоначальных сторон сделок к конечному цессионарию, то есть           ИП ФИО6, доказательства оплаты за уступку прав требования, наличие финансовой возможности такой оплаты; как и не подтверждена оплата ИП ФИО4 по заключенным ей договорам цессии, а также финансовая возможность такой оплаты.

Вместе с тем, суд округа не может согласиться с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» в размере 24 200 287,17 рублей, поскольку он не соответствует установленным судами фактическим обстоятельствам и имеющимся в обособленном споре доказательствам.

Согласно статье 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции обоснованно отмечено отсутствие в материалах дела доказательств исполнения            ООО «Молния СК» своих обязательств перед ИП ФИО6

При этом в рамках настоящего обособленного спора рассматривалось заявление о недействительности сделки, заключенной 01.10.2020 между должником и ИП ФИО6; недействительность сделок – договора уступки от 01.03.2017, заключенного между ООО «Меридиан Юг» и должником, а также  договора уступки от 08.04.2019, заключенного между ООО «Промэнергострой» и должником, право требования по которым перешло ИП ФИО4, не было предметом рассмотрения.  

Вместе с тем, в рамках обособленного спора по рассмотрению требования ИП ФИО6 о включении требования в реестр требований ООО «Молния СК» по делу № А40-25106/2021 Девятым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 11.04.2022 сделан вывод о недоказанности именно кредитором ИП ФИО6 наличия права требования у ИП ФИО4 к ООО «Молния СК», в том числе в связи с непредоставлением договоров уступки от 01.03.2017 и 08.04.2019 и актов сверки по ним.

При этом в указанном постановлении апелляционным судом дана оценка недействительности только договору уступки, заключенному между ИП ФИО4 и ИП ФИО6, вопрос об обоснованности требований ИП ФИО4 к ООО «Молния СК» не являлся предметом рассмотрения.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П указал, что действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 АПК РФ). Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Преюдиция распространяется на содержащуюся в судебном акте, вступившим в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Таким образом, по смыслу статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение приобретают лишь фактические обстоятельства, установление которых судом по другому делу основано на оценке спорных правоотношений в определенном объеме.

При таких обстоятельствах вышеуказанные судебные акты по делу  А40-25106/2021 не являются преюдициальными для разрешения вопроса о наличии оснований для восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК».

При этом восстановление судом права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» не освобождает в дальнейшем кредитора от обязанности предоставления документов, удостоверяющих право требования к должнику, и подтверждения в порядке статьи 65 АПК РФ наличия и размера этого требования.

Таким образом, поскольку первоначальный кредитор (ФИО4) не выбыла из обязательственного правоотношения, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к ООО «Молния СК» в размере 24 200 287,17 рублей.

В связи с чем постановление арбитражного суда апелляционной инстанции в части не применения последствий недействительности сделки подлежит отмене с оставлением в силе определения арбитражного суда первой инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по делу № А65-20183/2020 в части отказа в применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «Молния СК» на сумму 24 200 287, 17 рублей отменить.

Оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2022. 

В остальной части постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2022 по делу № А65-20183/2020 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судьяП.П. Васильев

СудьиЕ.П. Герасимова

В.Р. Гильмутдинов