﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9249/2018(2)-АК

Дело № А50-13698/2017

31 мая 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 мая 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего	Чухманцева М.А.,

судей	 Мухаметдиновой Г.Н., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф.,

при участии:

финансового управляющего Русалина Е.В., паспорт,

представителя ответчика – Солозобова Е.И.: Сотниковой О.Н., паспорт, доверенность от 17.11.2020,

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Русалина Евгения Владимировича

на определение Арбитражного суда Пермского края

от 11 марта 2021 года

об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего о признании заключенного 29.10.2015 Солозобовым Дмитрием Евгеньевичем с Солозобовым Евгением Ивановичем договора дарения ¼ доли в праве собственности на 2-комнатную квартиру c кадастровым номером 59-59-09/060/2006-382, расположенную по адресу: г. Кунгур, ул. Степана Разина, д. 54, кв. 18, недействительной сделкой,

вынесенное в рамках дела № А50-13698/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ИП Солобозова Дмитрия Евгеньевича (ИНН 591705173164, ОГРНИП 311591713100028),

установил:

определением суда от 16.08.2017 (резолютивная часть определения от 09.08.2017) в отношении индивидуального предпринимателя Солобозова Дмитрия Евгеньевича (далее – должник, Солозобов Д.Е.) введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Финансовым управляющим для участия в процедуре реструктуризации долгов утвержден Русалин Евгений Валериевич, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

В порядке, установленном статьей 28 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в официальном издании, осуществляющем опубликование сведений, предусмотренных Законом о банкротстве, – газете «Коммерсантъ» (выпуск за 23.09.2017), на сайте ЕФРСБ 04.09.2017.

Решением суда от 15.08.2019 (резолютивная часть от 09.08.2019) Солозобов Д.Е. признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев.

Финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий Русалин Е.В.

В порядке, установленном статьей 28 Закона о банкротстве, сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликованы в официальном издании, осуществляющем опубликование сведений, предусмотренных Законом о банкротстве – Газета "Коммерсантъ" № 162 от 07.09.2019.

Финансовый управляющий Русалин Е.В. 14.08.2020 обратился в суд с заявлением о признании заключенного 29.10.2015 должником с Солозобовым  Е.И. договора дарения ¼ доли в праве собственности на 2-комнатную квартиру c кадастровым номером 59-59-09/060/2006-382, расположенную по адресу: г. Кунгур, ул. Степана Разина, д. 54, кв. 18, недействительной сделкой.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.03.2021 (резолютивная часть от 04.03.2021) в удовлетворении заявления финансового управляющего Русалина Е.В. отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий Русалин Е.В. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, требования управляющего удовлетворить, ссылаясь на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, также судом были нарушены нормы материального права. 

По мнению финансового управляющего, имеется все основания для признания оспариваемой сделки ничтожной в силу мнимости, и совершенной со злоупотреблением правом, что свидетельствует о ее недействительности, также имеются основания для признания сделки недействительной и по ст. 170 ГК РФ. Отмечает, что подаренное имущество фактически не выбыло из владения и пользования Солозобова Д.Е. Полагает, что заявление о признании сделки недействительной подано в арбитражный суд 14.08.2020, то есть в пределах трехгодичного срока исковой давности, окончание которого относится на 02.03.2021. 

До судебного заседания от Солозобова Е.И. поступил письменный отзыв, в котором просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

В судебном заседании финансовый управляющий Русалина Е.В. доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель ответчика, Солозобова Е.И. возражал против удовлетворения жалобы, по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Солозобов Д.Е. (даритель) и Солозобов Е.И. (одаряемый) заключили договор дарения от 29.10.2015, по условиям которого даритель подарил, а одаряемый принял в собственность ¼ доли в праве собственности на двухкомнатную квартиру c кадастровым номером  59-59-09/060/2006-382, расположенную по адресу: г. Кунгур, ул. Степана Разина, д. 54, кв. 18.

Регистрация прекращения права собственности должника на соответствующее имущество произведена 10.11.2015, что следует из представленной выписки из ЕГРН.

Полагая, что указанная безвозмездная сделка не имела цели создать реальные последствия, соответствующие ее правовой природе, а заключена исключительно с целью смены титульного собственника имущества и препятствования, тем самым возможности обращения взыскания на него, в частности по задолженности, возникшей на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 31.03.2015 № 09-22/02282дсп, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Во избежание нарушения имущественных прав и законных интересов конкурсных кредиторов Законом о банкротстве закреплен правовой механизм оспаривания сделок, в частности совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (статья 61.2).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», далее – постановление Пленума ВАС РФ № 63).

При этом следует учитывать, что в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Кроме того, как указано в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ № 25), при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что само по себе осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Судом установлено, что квартира, расположенная по адресу: г. Кунгур, ул. Степана Разина, д. 54, кв. 18, изначально приобретена в долевую собственность Солозобовым Д.Е. и членами его семьи, включая ответчика Солозобова Е.И., в порядке приватизации.

Должник и ответчик фактически проживали по указанному адресу.

Последующее отчуждение своей ¼ доли в праве собственности на данный объект недвижимости произведено Солозобовым Д.Е. 29.10.2015, непосредственно перед чем должник вместе с супругой с использованием кредитных денежных средств (кредитный договор от 16.10.2015) приобрели для постоянного проживания иное имущество – жилой дом с земельным участком, расположенные по адресу: Пермский край, Кунгурский район, д. Беркутово, ул. Береговая, д. 23а. Право общей совместной собственности на данное имущество зарегистрировано в 22.10.2015.

То есть отчуждению доли в праве собственности на указанную квартиру сопутствовало приобретение иного жилья и, соответственно, утрата для должника необходимости в дальнейшем использовании квартиры для проживания.

Данные обстоятельства препятствуют выводу о мнимом характере оспариваемой сделки и о том, что должник плоть до настоящего времени осуществляет права владения и пользования квартирой, расположенной по адресу: г. Кунгур, ул. Степана Разина, д. 54, кв. 18. Каких-либо доказательств тому не представлено.

При этом ответчик Солозобов Е.И. действительно продолжает проживать по настоящее время в указанной квартире, неся сопутствующие для собственника соответствующего имущества расходы, связанные с бременем его содержанием (представлены квитанции и чеки-ордера на их оплату).

По сути, в рассматриваемом случае доводы, которые приводит финансовый управляющий для целей квалификации договора дарения от 29.10.2015, как ничтожной сделки по правилам статьи 170 ГК РФ (отчуждение имущества в пользу аффилированного лица в ущерб интересам кредиторов при фактическом сохранении должника прав владения и пользования имуществом), не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм обстоятельства совершения оспариваемой сделки выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, что предполагается применительно к заинтересованному лицу, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Оспариваемый договор дарения, по своей природе не предполагающий встречного исполнения со стороны одаряемого, действительно имел место в пределах трехлетнего периода подозрительности, исчисляемого ретроспективно от даты возбуждения производства по настоящему делу (11.07.2017).

Тот факт, что доля в праве собственности на квартиру, отчужденная по оспариваемой сделке, перешла в пользу заинтересованного лица – отца должника, также никем не оспаривается.

При этом с учетом вышеприведенных обстоятельств, сопутствующих совершению данной конкретной сделки, представляется сомнительным сделать однозначный вывод о том, что ее заключение преследовало именно цель, заключающуюся в переоформлении титульного собственника имущества в целях избежания возможности обращения на него взыскания.

Как указывает финансовый управляющий, на момент совершения сделки в отношении предпринимателя Солозобова Д.Е. по результатам проведения выездной налоговой проверки уже было вынесено решение от 31.03.2015 № 09-22/02282дсп, которым должнику доначислены налоги в сумме 841 113 руб. - недоимка налога на доходы физических лиц, 1 119 898 руб. - недоимка налога на добавленную стоимость и соответствующие пени. 

Однако в этой связи следует отметить, что решение налогового органа оспаривалось должником в судебном порядке. Соответствующее решение Арбитражного суда Пермского края от 24.10.2015 по делу № А50-14511/2015 вступило в силу только 20.02.2016, то есть позднее заключения оспариваемой сделки.

Довод жалобы финансового управляющего о том, что спорное имущество фактически не выбывало из владения должника, договор дарения заключен для вида, отклоняется, поскольку доказательствами, содержащимися в материалах дела, указанный довод финансового управляющего не подтвержден, состав, предусмотренный ст. 170 ГК РФ, управляющим не доказан.

Ответчиком приведены доказательства, подтверждающие реальный характер сделки, ее экономическую целесообразность.

При этом управляющим сделка оспаривается как на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании ст. 170 ГК РФ и в связи с этим указывается, что им не пропущен срок на оспаривание сделки.

Суд апелляционной инстанции отмечает что, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В указанных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок. 

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Заявляя о недействительности сделки по ст. 170 ГК РФ, финансовый управляющий не указал, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделок обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Финансовым управляющим в жалобе указывается, что целью совершения сделки было сокрытие имущества от обращения на него взыскания кредитором, фактически - цель причинения вреда, элемент состава, предусмотренный ч. 2 ст. 61.2 Закона о несостоятельности.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Как указал суд первой инстанции, в связи с изложенным, срок исковой давности по заявлению о признании спорной сделки недействительной составляет 1 год. При этом, определение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов от 16.08.2017 содержит информацию об оспариваемой сделке, как и материалы дела (заявление уполномоченного органа о признании должника несостоятельным). Производство по настоящему делу было приостановлено определением от 18.03.2018. Само по себе такое приостановление не является основанием для приостановления отдельных обособленных споров в рамках дела о банкротстве. Если исключить период до 14.06.2019 (дата возобновления производства по делу), то с 16.08.2017 по 18.03.2018 истекло 7 месяцев, и с 14.06.2019 по 14.08.2020 ещё 14 месяцев, что в сумме составляет 21 месяц или 1 год 9 месяцев.

Согласно разъяснениям Верховного суда РФ ограничения, действовавшие в период эпидемии COVID-19, не являются основанием для прерывания срока исковой давности. При этом, период ограничений с 19.03.2020 по 12.05.2020 составил менее 2 месяцев. Если даже применить его к течению срока исковой давности, период, прошедший после того, как финансовый управляющим имел возможность обратиться с соответствующим заявлением, составил бы 1 год и 7 месяцев, таким образом срок исковой давности пропущен.

Как установлено судом первой инстанции, финансовым управляющим не раскрыты обстоятельства, препятствующие подаче заявления о признании сделки должника недействительной, при условии сохранения в соответствующий период работы сервиса электронной подачи документов.

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске и при истечении данного срока, в пределах которого предоставляется судебная защита лицу, право которого нарушено, исследование иных обстоятельств дела не может повлиять на характер вынесенного по существу спора судебного решения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.06.2007 № 452-О-О, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Учитывая, что нарушение прав и законных интересов кредиторов в результате совершения сделки не доказаны, а также учитывая реальность правоотношений, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии злоупотребления правом при заключении спорной сделки, в связи с чем, оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании ст. 170 ГК РФ и применения трехгодичного срока исковой давности не имеется.

Доводы, приведенные заявителем апелляционной жалобы, являлись предметом исследования суда первой инстанции и установленные по делу обстоятельства не опровергают, в связи с чем, основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование обжалуемого определения, являются правильными, основанными на полной и всесторонней оценке всех представленных в дело доказательств, которым в порядке ст. 71 АПК РФ дана надлежащая правовая оценка.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции от 11 марта 2021 года по приведенным в апелляционных жалобах доводам отсутствуют. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на заявителя жалобы. Поскольку при принятии апелляционной жалобы заявителю была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 11 марта 2021 года по делу № А50-13698/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ИП Солобозова Дмитрия Евгеньевича (ИНН 591705173164, ОГРНИП 311591713100028) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

М.А. Чухманцев

 

Судьи

Г.Н. Мухаметдинова

 

Т.Ю. Плахова