АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А32-22215/2022

г. Краснодар

02 декабря 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 ноября 2022 года

Полный текст решения изготовлен 02 декабря 2022 года

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Вороновой И. Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавель Ю. Н., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению 

истец: общество с ограниченной ответственностью «Зея» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)

ответчик-1: Департамент имущественных отношений Краснодарского края (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>)

ответчик-2: индивидуальный предприниматель ФИО1 (ИНН 

<

***> ОГРНИП 308235205100052)

третье лицо 1: Департамент по недропользованию по Южному федеральному округу (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>);

третье лицо 2: Северо-Кавказское управление Ростехнадзора 

о расторжении в части границ горного отвода в соответствии с актом горного отвода от 21 декабря 2020 и территорий горносанитарных зон охраны договора аренды земельного участка от 17.07.2013 с кадастровым номером 23:30:0201008:1, заключённого между Департаментом имущественных отношений администрации Краснодарского края и индивидуальным предпринимателем ФИО1 

при участии:

от истца: ФИО2 – по доверенности, диплом (до перерыва); 

от ответчика 1: ФИО3 – по доверенности, паспорт (до перерыва);

от ответчика 2: ФИО4 – по доверенности, диплом (до перерыва);

от третьего лица 1: не явился, уведомлен. 

от третьего лица 2: не явился, уведомлен. 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Зея» (далее – истец, общество) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Департаменту имущественных отношений Краснодарского края (далее – ответчик 1, департамент), индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик 2, предприниматель) с требованием о расторжении в части границ горного отвода в соответствии с Актом горного отвода от 21 декабря 2020 и территорий горносанитарных зон охраны договора аренды земельного участка от 17.07.2013 с кадастровым номером 23:30:0201008:1, заключённого между Департаментом имущественных отношений администрации Краснодарского края и индивидуальным предпринимателем ФИО1 

Представитель истца в судебном заседании поддержал требования по основаниям, изложенным в иске. 

Представители ответчиков 1, 2 высказали возражение относительно удовлетворения исковых требований. 

Представители третьих лиц 1, 2 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом. 

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 31.10.2022 объявлен перерыв до 07.11.2022 до 15 часов 30 минут. После перерыва в назначенное время судебное заседание продолжено в отсутствии лиц, участвующих в деле.

Спор рассматривается по правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие сторон по имеющимся материалам дела.

В силу части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Суд, исследовав материалы дела, изучив все представленные документальные доказательства и оценив их в совокупности, пришел к следующему выводу.

Как установлено судом, Приказом Департамента по недропользованию по Южному федеральному округу 26.10.2017 № 273 утверждены результаты аукциона на право пользования ООО «Зея» участком недр на Кучугурском месторождении минеральных вод, внесенного в Реестр минеральных вод Краснодарского края. 

22.11.2017 Департаментом по недропользованию по Южному федеральному округу ООО «Зея» выдана лицензия на право пользования недрами серии КРД номер 05350 вид лицензии МР, зарегистрированная в реестре под № 1978 со сроком действия до 23.11.2042. 

21.12.2020 Северо-Кавказским управлением Ростехнадзора России к лицензии на право пользования недрами выдан Горноотводный акт, которым удостоверены уточненные границы горного отвода для добычи минеральных подземных на Кучугурском месторождении; площадь проекции горного отвода составляет 0,4 га. Горноотводный акт внесен в реестр Северо-Кавказского управления Ростехнадзора России за номером 23-3000-00148.

Как следует из материалов дела, данный участок недр находится на земельном участке с кадастровым номером 23:30:0201008:1 площадью 672 883 кв. м, расположенный по адресу: Краснодарский край, район Темрюкский, в границах АФ «Голубая бухта» ОАО, участок № 6, находится в собственности субъекта Российской Федерации - Краснодарского края, что подтверждается регистрационной записью в едином государственном реестре недвижимости от 16.12.2004 № 23-01/00-312/ 2004-375. Земельный участок с кадастровым номером 23:30:0201008:1 отнесен к категории земель сельскохозяйственного назначения и имеет вид разрешенного использования - «для сельскохозяйственного производства». 

Земельный участок с кадастровым номером 23:30:0201008:1 предоставлен в аренду сроком до 2062 года главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1 на основании договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения от 17.07.2013 № 0000002909 и дополнительного соглашения к нему от 26.06.2015. 

Согласно акту обследования ГКУ КК «Кубаньземконтроль» от 27.01.2021 № 22 ООО «Зея» использовало часть участка на основании соглашения об установлении частного сервитута земельного участка от 15.03.2018, срок действия которого истек 15.08.2019.

В соответствии с пунктом 1.3 соглашения об установлении сервитута, часть земельного участка площадью 21 452 кв. метра предоставлена для ведения работ согласно лицензионному соглашению, а именно, проведение комплекса ремонтновосстановительных работ ранее ликвидированной скважины №1 с целью геологического изучения и разведки минеральных подземных вод для бальнеоприменения. 

Как указано в иске, в силу статьи 25.2 Закона РФ от 21.02.1992 N 2395-1 «О недрах» прекращение прав граждан и юридических лиц на земельные участки и водные объекты, необходимые для осуществления пользования недрами, осуществляется в соответствии с гражданским, земельным, водным законодательством и настоящим Законом. Допускается осуществлять изъятие для государственных или муниципальных нужд земельных участков, в том числе лесных участков, если такие земельные участки необходимы для осуществления пользования недрами. Постановлением Правительства РФ от 06.05.2015 N 442 утверждён Перечень организаций, имеющих право на обращение с ходатайствами об изъятии земельных участков для государственных нужд. Согласно пункту 3 Перечня с таким ходатайством вправе обращаться организации, являющиеся недропользователями на основании выданной федеральным органом исполнительной власти лицензии, в случае изъятия земельных участков для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых за счет средств недропользователей.

При таких обстоятельствах, как полагает истец, земельный участок в границах горного отвода, определённого Приложением № 3 к Лицензии на право пользования недрами, санитарной зоны и необходимый для прохода к скважине подлежит передачи в аренду ООО «Зея». 

По мнению общества, выраженном в иске и в дополнениях, наличие лицензии на право пользования недрами и горноотводного акта позволяет требовать расторжения в части границ горного отвода в соответствии с Актом горного отвода от 21 декабря 2020 и территорий горносанитарных зон охраны договора аренды земельного участка от 17.07.2013 с кадастровым номером 23:30:0201008:1, заключённого между Департаментом имущественных отношений администрации Краснодарского края и индивидуальным предпринимателем ФИО1 

При рассмотрении настоящего дела суд принимает во внимание требования статьи 133, статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возлагающих на суды обязанность самостоятельно определять характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению, что соответствует правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении по делу N 8467/10 от 16.11.2010. 

Правоотношения, связанные с добычей полезных ископаемых, регулируются Законом Российской Федерации от 21.02.1992 N 2395-1 "О недрах" (далее - Закон N 2395-1).

Согласно преамбуле к данному Закону недра являются частью земной коры, расположенной ниже почвенного слоя, а при его отсутствии - ниже земной поверхности и дна водоемов и водотоков, простирающейся до глубин, доступных для геологического изучения и освоения.

В силу статьи 1.2 названного Закона в границах территории Российской Федерации, включая подземное пространство и содержащиеся в недрах полезные ископаемые, энергетические и иные ресурсы, являются государственной собственностью; вопросы владения, пользования и распоряжения недрами находятся в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации; участки недр не могут быть предметом купли, продажи, дарения, наследования, вклада, залога или отчуждаться в иной форме; права пользования недрами могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому в той мере, в какой их оборот допускается федеральными законами.

На основании части 4 статьи 7 этого же Закона пользователь недр, получивший горный отвод, имеет исключительное право осуществлять в его границах пользование недрами в соответствии с предоставленной лицензией; любая деятельность, связанная с пользованием недрами в границах горного отвода, может осуществляться только с согласия пользователя недр, которому он предоставлен.

Статьей 11 Закона N 2395-1 и пунктом 2.1 Положения о порядке лицензирования пользования недрами, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 15.07.1992 N 3314-1, определено, что предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии. Лицензия является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий.

Как установлено из материалов дела, ООО «Зея» выдана лицензия на право пользования недрами серии КРД № 05350 вид лицензии МР, зарегистрированная в реестре под № 1978 со сроком действия до 23.11.2042, которой удостоверено право истца на пользование недрами Кучугурского месторождения минеральных вод. 

Таким образом, с учетом положений части 4 статьи 7 Закона N 2395-1 факт получения обществом лицензии на пользование недрами влечет за собой возникновение исключительных прав на пользование недрами, обусловленное предоставлением пользователю горного отвода - геометризованного блока недр.

В спорной ситуации ООО «Зея» настаивает на том, что наличие у него лицензии на пользование недрами является также безусловным основанием для изъятия земельных участков с кадастровым номером 23:30:0201008:1 для государственных и муниципальных нужд вследствие возникновение у него преимущественного права на владение и пользование данными земельными участками.

Оценивая данные доводы заявителя, арбитражный суд исходит из следующего.

В статье 7 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» (далее – Закон о недрах) указано, что в соответствии с лицензией на пользование недрами для добычи полезных ископаемых, строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых, образования особо охраняемых геологических объектов, а также в соответствии с соглашением о разделе продукции при разведке и добыче минерального сырья участок недр предоставляется пользователю в виде горного отвода – геометризованного блока недр. 

Согласно статье 11 Закона о недрах лицензия является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий. Между уполномоченными на то органами государственной власти и пользователем недр может быть заключен договор, устанавливающий условия пользования таким участком, а также обязательства сторон по выполнению указанного договора. 

Статьей 25.1 Закона о недрах предусмотрено, что земельные участки, лесные участки, водные объекты, необходимые для ведения работ, связанных с пользованием недрами, предоставляются пользователям недр в соответствии с гражданским законодательством, земельным законодательством, лесным законодательством, водным законодательством и данным Законом. 

В соответствии со статьей 25.2 Закона о недрах прекращение прав граждан и юридических лиц на земельные участки и водные объекты, необходимые для ведения работ, связанных с пользованием недрами, осуществляется в соответствии с гражданским, земельным, водным законодательством и данным Законом. Допускается осуществлять изъятие для государственных или муниципальных нужд земельных участков, в том числе лесных участков, если такие земельные участки необходимы для ведения работ, связанных с пользованием недрами. 

Согласно пункту 1 статьи 279 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) изъятие земельного участка для государственных или муниципальных нужд осуществляется в случаях и в порядке, которые предусмотрены земельным законодательством.

Согласно подпункту 3 пункта 2 названной статьи в результате изъятия земельного участка для государственных или муниципальных нужд осуществляется досрочное прекращение договора аренды земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, или договора безвозмездного пользования таким земельным участком.

Пунктом 3 этой же статьи определено, что решение об изъятии земельного участка для государственных или муниципальных нужд принимается федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации или органами местного самоуправления, определяемыми в соответствии с земельным законодательством.

Перечень оснований изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд установлен статьей 49 Земельного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом 2 статьи 56.2 Земельного кодекса Российской Федерации изъятие земельных участков для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основании решений уполномоченных исполнительных органов государственной власти субъекта Российской Федерации - в случае изъятия земельных участков для государственных нужд субъекта Российской Федерации (региональных нужд), в том числе для размещения объектов регионального значения. Исполнительные органы государственной власти субъекта Российской Федерации принимают также решения об изъятии земельных участков, необходимых для ведения работ, связанных с пользованием участками недр местного значения.

Изъятие земельных участков для государственных или муниципальных нужд осуществляется по решениям уполномоченных органов исполнительной власти или органов местного самоуправления, предусмотренных статьей 56.2 настоящего Кодекса, которые принимаются как по их собственной инициативе, так и на основании ходатайства об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, поданного организацией, указанной в пункте 1 статьи 56.4 настоящего Кодекса (пункт 4). 

Решение об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд может быть принято на основании ходатайств об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, с которыми в уполномоченные органы исполнительной власти или органы местного самоуправления, предусмотренные статьей 56.2 данного Кодекса, вправе обратиться, в частности организации, являющиеся недропользователями, в случае изъятия земельных участков для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых за счет средств недропользователей (подпункт 3 пункта 1 статьи 56.4 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 N 499-ФЗ)).

Статьей 56.2 Земельного кодекса Российской Федерации определены органы, принимающие решения об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд.

Изъятие земельных участков для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основании решений: 1) уполномоченных федеральных органов исполнительной власти - в случае изъятия земельных участков для государственных нужд Российской Федерации (федеральных нужд), в том числе для размещения объектов федерального значения. Уполномоченные федеральные органы исполнительной власти принимают также решения об изъятии земельных участков в связи с осуществлением недропользования (за исключением земельных участков, необходимых для ведения работ, связанных с пользованием участками недр местного значения); 2) уполномоченных исполнительных органов государственной власти субъекта Российской Федерации - в случае изъятия земельных участков для государственных нужд субъекта Российской Федерации (региональных нужд), в том числе для размещения объектов регионального значения. Исполнительные органы государственной власти субъекта Российской Федерации принимают также решения об изъятии земельных участков, необходимых для ведения работ, связанных с пользованием участками недр местного значения; 3) органов местного самоуправления - в случае изъятия земельных участков для муниципальных нужд, в том числе для размещения объектов местного значения.

Как следует из подпункта 3 пункта 2 статьи 56.3 Земельного кодекса Российской Федерации, принятие решения об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд может быть обосновано лицензией на пользование недрами (в случае изъятия земельных участков для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых за счет средств недропользователя).

Изъятие земельных участков для государственных или муниципальных нужд осуществляется по решениям уполномоченных органов исполнительной власти или органов местного самоуправления, предусмотренных статьей 56.2 Земельного кодекса Российской Федерации, которые принимаются как по их собственной инициативе, так и на основании ходатайства об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, поданного организацией, указанной в пункте 1 статьи 56.4 данного Кодекса (пункт 4 статьи 56.3).

В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 56.4 Земельного кодекса Российской Федерации решение об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд может быть принято на основании ходатайств об изъятии земельных участков для государственных или муниципальных нужд, с которыми в уполномоченные органы исполнительной власти или органы местного самоуправления, предусмотренные статьей 56.2 настоящего Кодекса, вправе обратиться организации, являющиеся недропользователями, в случае изъятия земельных участков для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых за счет средств недропользователей.

Согласно пункту 11 этой же статьи уполномоченный орган исполнительной власти или орган местного самоуправления, предусмотренные статьей 56.2 настоящего Кодекса, принимают решение об отказе в удовлетворении ходатайства об изъятии в следующих случаях:

1) не соблюдены условия изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд, предусмотренные статьей 56.3 настоящего Кодекса;

2) ходатайством об изъятии предусмотрено изъятие земельного участка по основаниям, не предусмотренным федеральными законами;

3) схема расположения земельного участка, приложенная к ходатайству об изъятии, не может быть утверждена по основаниям, указанным в подпунктах 1, 3 - 5 пункта 16 статьи 11.10 настоящего Кодекса;

4) в иных случаях, установленных законом субъекта Российской Федерации, если подано ходатайство об изъятии земельных участков для региональных или муниципальных нужд.

Из материалов дела усматривается, что ООО «Зея» владеет лицензией на право пользования участком недр местного значения, а, следовательно, в силу буквального указания подпункта 3 пункта 1 статьи 56.4 Земельного кодекса Российской Федерации имеет право обратиться с ходатайством об изъятии земельных участков для проведения работ, связанных с пользованием недрами.

Анализ имеющихся в материалах дела доказательств показывает, что заявитель просит изъять из земель сельскохозяйственного назначения земельный участок с кадастровым номером 23:30:0201008:1, площадью 672 883  кв. м., расположенный по адресу: Краснодарский край, район Темрюкский, в границах АФ «Голубая бухта» ОАО, участок № 6. 

В свою очередь земельный участок с кадастровым номером 23:30:0201008:1, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства, общая площадь 672 883  кв. м, является объектом права аренды на основании договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения от 17.07.2013 № 0000002909 и дополнительного соглашения к нему от 26.06.2015, арендатором по которому является глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО1. Аналогичные сведения содержатся в Едином государственном реестре недвижимости и подтверждаются имеющейся в материалах дела соответствующей выпиской.

Между тем, как обоснованно указано департаментом, основополагающим условием, которое допускает изъятие земельных участков в порядке, предусмотренном названными правовыми нормами, является наличие государственной или муниципальной нужды, которое подлежит доказыванию лицом, обратившимся с соответствующим ходатайством об изъятии.

При этом под государственными или муниципальными нуждами понимаются потребности публично-правового образования, удовлетворение которых направлено на достижение интересов общества (общественно полезных целей), осуществить которые невозможно без изъятия имущества, находящегося в частной собственности.

Соответственно, принудительное изъятие не может производиться только или преимущественно в целях получения выгоды другими частными субъектами, деятельность которых лишь опосредованно служит интересам общества.

Кроме того, если предоставление обществу испрашиваемого (предполагаемого к изъятию) земельного участка не имеет направленности на решение имеющих приоритетное значение общественных (региональных) задач, а лишь создаст преимущества в осуществлении им предпринимательской деятельности, направленной на получение прибыли, оснований для изъятия земельного участка для государственных нужд по заявлению недропользователя не имеется (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.02.2021 по делу №А63-14326/2019).

При таких обстоятельствах следует признать обоснованным утверждение департамента о том, что с учетом разрешительного характера деятельности по освоению недр наличие лицензии предоставляет необходимые права соответствующему лицу, но не свидетельствует о безусловной направленности его действий на удовлетворение публичного интереса и обеспечение общественных потребностей.

Делая указанный вывод, суд отмечает, что земельный участок с кадастровым номером 23:30:0201008:1 относится к землям сельскохозяйственного назначения и имеет разрешенное использование «для сельскохозяйственного использования».

На основании пункта 2 статьи 7 Земельного кодекса земли используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов. 

Согласно статье 1 Федерального закона от 24.07.2002 N 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» оборот земель сельскохозяйственного назначения основывается, в числе прочих, на принципе сохранение целевого использования земельных участков.

Землями сельскохозяйственного назначения признаются земли, находящиеся за границами населенного пункта и предоставленные для нужд сельского хозяйства, а также предназначенные для этих целей. В составе таких земель выделяются сельскохозяйственные угодья, земли, занятые внутрихозяйственными дорогами, коммуникациями, лесными насаждениями, предназначенными для обеспечения защиты земель от негативного воздействия, водными объектами, а также зданиями, сооружениями, используемыми для производства, хранения и первичной переработки сельскохозяйственной продукции (пункты 1, 2 статьи 77 Земельного кодекса). Земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно-исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей (пункт 1 статьи 78 Земельного кодекса). 

Как указано в пункте 1 статьи 6 Федерального закона от 24.07.2002 №101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», арендаторы земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения обязаны использовать указанные участки в соответствии с целевым назначением данной категории земель и разрешенным использованием. Такое использование должно осуществляться способами, которые не должны причинить вред земле как природному объекту, в том числе приводить к деградации, загрязнению, захламлению земель, отравлению, порче, уничтожению плодородного слоя почвы и иным негативным (вредным) воздействиям хозяйственной деятельности.

Таким образом, учитывая значимость данного экономического ресурса, а также необходимость выполнения программы продовольственной безопасности, заключающейся, в том числе в расширении посевов сельскохозяйственных культур и повышении эффективности государственной поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей, суд считает, что приведенные мотивы необходимости изъятия спорных земельных участков сельскохозяйственного назначения не подтверждают обоснованность такого изъятия публичными интересами, общественными потребностями и приоритетом в работах, связанных с пользованием участками недр местного значения с существующим использованием (для сельскохозяйственного производства).

В этой связи суд пришел к выводу, что отсутствуют условия для изъятия земельного участка для государственных или муниципальных нужд, предусмотренных статьей 56.3 Земельного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, частью 1 статьи 39.24 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, если находящийся в государственной или муниципальной собственности земельный участок предоставлен в постоянное (бессрочное) пользование, пожизненное наследуемое владение либо в аренду или безвозмездное пользование на срок более чем один год, соглашение об установлении сервитута заключают землепользователь, землевладелец, арендатор земельного участка. Согласие в письменной форме уполномоченного органа на заключение такого соглашения не требуется, если настоящей статьей или договором аренды либо договором безвозмездного пользования не предусмотрено иное. 

Землепользователь, землевладелец, арендатор земельного участка, заключившие соглашение об установлении сервитута в отношении такого земельного участка, в течение десяти дней со дня заключения указанного соглашения обязаны направить в уполномоченный орган уведомление о заключении указанного соглашения (часть 3 статьи 39.24 Земельного кодекса Российской Федерации). 

Арендатор или землепользователь, которому земельный участок предоставлен на праве безвозмездного пользования, вправе заключать соглашение об установлении сервитута на срок, не превышающий срока действия договора аренды земельного участка или договора безвозмездного пользования земельным участком (часть 4 статьи 39.24 Земельного кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, истец не лишен возможности заключить соглашение об установлении сервитута, что и было сделано им ранее. В случае отказа в заключении соглашения об установлении сервитута истец не лишен возможности требовать понуждения к такому заключению. 

Как было указано выше, в случае предоставления в аренду находящегося в государственной собственности земельного участка, относящегося к категории земель сельскохозяйственного назначения и предназначенного для сельскохозяйственного использования, надлежащим установленным законом способом предоставления части такого участка недропользователю для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе добычей полезных ископаемых, является изъятие уполномоченным органом части земельного участка в порядке, установленным вышеприведенными статьями Земельного кодекса, либо заключения соглашения об установлении сервитута. 

Однако само по себе наличие действующей лицензии на право пользования участком недр не является безусловным основанием, требующим изъятия земельных участков, относящихся к землям сельскохозяйственного назначения. 

Исходя из положений статьи 39.37, пункта 2 статьи 78 и пункта 8 статьи 90 Земельного кодекса изъятие в интересах недропользователя земельных участков из земель сельскохозяйственного назначения не допускается, если потребности недропользователя могут быть обеспечены путем установления сервитута (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.09.2021 по делу №А53-1026/2020).

Таким образом, в удовлетворении иска ООО «Зея» надлежит отказать, поскольку наличие лицензии на изучение и добычу недр и предоставление соответствующего горного отвода сами по себе не дают права требовать прекращения ранее заключенного договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения в части горного отвода; для оформления прав на земельный участок для недропользования, необходим специальный порядок изъятия земельного участка для государственных нужд либо заключение соглашения о сервитуте, но не оспаривание договора аренды или заявление иска о расторжении договора аренды в соответствующей части.

Заявленный обществом иск направлен, по существу, на обход процедуры изъятия земельного участка для государственных нужд в целях изучения и разработки недр, при этом общество не учитывает, что расторжение в судебном порядке договора аренды земельного участка в указанной обществом части не повлечет само по себе ни изменения категории земельного участка ни перевода соответствующей части участка из земель сельскохозяйственного назначения в земли промышленности и иного специального назначения, а в отсутствие такого перевода в категории земель промышленности и иного специального назначения использование соответствующей части участка сельскохозяйственного назначения для изучения и добычи недр всё также останется невозможным.

Наконец, в обоснование иска ООО «Зея» неоднократно указывало существенное изменение обстоятельств, из которых стороны - Департамент имущественных отношений Краснодарского края и ИП ФИО1 – исходили в момент заключения договора (пункт 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

При этом согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Как следует из буквального толкования данных положений следует, что категория «существенное изменение обстоятельств» является оценочной и ее смысловое наполнение применительно к каждому делу зависит от сторон договора. 

Применительно к правилу абзаца 2 пункта 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации, во-первых, должно быть доказано, что данное изменение обстоятельств не было учтено сторонами при заключении договора. Если соответствующий риск рассматривался при заключении договора и учитывался сторонами, следовательно, он был предвидим, а если он был предвидим, то нет и оснований для расторжения или изменения договора; во-вторых, изменение обстоятельств должно носить такой характер, что причины таких изменений не могли быть преодолены лицом, требующим расторжение договора (в данном случае необходимо учитывать возможность преодолеть возникшие обстоятельства за счет использования экономически обоснованных и разумных мер); в-третьих, изменение должно настолько подрывать баланс интересов сторон и причинять такой ущерб, что лицо в значительной степени лишается того, на что было вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом предъявление иска лицом, не участвовавшим в договорном правоотношении, о расторжении договора в связи с существенным изменением обстоятельств вопреки интересам и ожиданиям самих контрагентов не основано на гражданском законодательстве. Иначе говоря, только стороны вправе определять какое изменение для них является существенным и нарушающим правовые ожидания в момент заключения договора. 

Ссылка же ответчика на категорию «заинтересованная сторона» применительно к абзацу 2 пункта 1 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации является произвольным и чрезмерно расширительным толкованием указанной нормы. Так, ответчик полагает, что применительно к праву требования расторжения договора на основании существенно изменившихся обстоятельств категория «заинтересованная сторона» предполагает возможность предъявления такого требования любым лицом, права и законные интересы которого нарушаются существующим правоотношением. 

Между тем, подобное толкование подрывает фундаментальное качество любого обязательственного правоотношения, которое сводится к тому, что договор между двумя сторонами создает обязательство между его участниками и не может затрагивать прав и законных интересов третьих лиц, и наоборот, третье лицо не вправе вторгаться в отношения сторон обязательственного отношения, нарушая их автономию. 

Таким образом, расторжение договора возможно по соглашению сторон, указанных в договоре и по основаниям, предусмотренным действующим законодательством.

При этом исковое заявление ООО «Зея» не содержит координат характерных точек границ территории в пределах земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201008:1, в отношении который истец просит расторгнуть договор аренды.

В свою очередь, расторжение договора аренды земельного участка в отношении его части действующим законодательством не предусмотрено.

Как указано департаментов, в рассматриваемом случае возможен раздел земельного участка в результате проведения кадастровых работ, и в дальнейшем внесение изменений в договор аренды в части уменьшения площади земельного участка.

Более того, истцом сделан неверный вывод о том, что существование права аренды ИП ФИО1 нарушает права и законные интересы ООО «Зея», поскольку при этом не учтено, что такое право возникло до получения обществом лицензии на пользование недрами. В контексте данного обстоятельства утверждение о нарушении прав и законных интересов ООО «Зея» сводится к нивелированию прав и законных интересов ИП ФИО1 и приданию исключительной значимости таких интересов общества. 

Доводы истца с указанием наличие статуса горно-санитарной охраны, судом признаются необоснованными, ввиду отсутствия документально обоснования.

Так, как указано выше, в соответствии с пунктом 1.3 соглашения об установлении сервитута, часть земельного участка площадью 21 452 кв. метра была предоставлена для ведения работ согласно лицензионному соглашению, а именно, проведение комплекса ремонтновосстановительных работ ранее ликвидированной скважины №1 с целью геологического изучения и разведки минеральных подземных вод для бальнеоприменения. 

Таким образом, следует, что скважина №1 ранее была ликвидирована.

Кроме того, согласно приложения №6 к лицензии КРД 05350 МР, особо охраняемые природные территории в пределах участка отсутствуют.

Суд считает так же необходимым отметить, что в Арбитражном суде Краснодарского края рассматривалось дело № А32-252/2021 по исковому заявлению ИП ФИО1 к ООО «Зея» об обзяании освободить часть площадью 21 452 кв. м земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201008:1 общей площадью 672 883 кв. м, и устранить препятствия в пользовании частью площадью 21 452 кв. м земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201008:1 общей площадью 672 883 кв. м путем восстановления поверхностного почвенного слоя земельного участка с приведением части земельного участка площадью 21 451 кв. м в составе земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201008:1 общей площадью 672 883 кв. м в первоначальное состояние, существовавшее на момент заключения соглашения об установлении частного сервитута от 15.03.2018 ИП ФИО1 и ООО «Зея», путём полного восстановления плодородного слоя почвы земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201008:1, в том числе посредством устранения насыпи грунта, зарытая двух прудов, заполненных водой, удаления с территории земельного участка с кадастровым номером 23:30:0201008:1 бытовых вагончиков в количестве пяти штук, трёх композитных резервуаров, гравия, бетонных плит, вывоза строительного мусора после демонтажа.

ООО «Зея» заявлено встречное исковое заявление к департаменту и ИП ФИО1 о прекращении правоотношений, возникших из заключенного между департаментом и ИП ФИО1 договора аренды земельного участка от 17.07.2013 №0000002902, путем прекращения договора аренды в отношении площади земельного участка, установленного горноотводным актом от 21.12.2020.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.10.2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2022 и постановлением арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.05.2022 по делу № А32-252/2021, исковые требования ИП ФИО1 к ООО «Зея» удовлетворены в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований ООО «Зея» к департаменту и ИП ФИО5. отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 18.07.2022 № 308-ЭС22-11085 ООО «Зея» отказано в передаче кассационной жалобы на указанные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судебные инстанции, удовлетворяя исковое заявление ИП ФИО1 установили, что размещенные ООО «Зея» на земельном участке объекты не соответствуют условиям заключенного сторонами соглашения о частном сервитуте,     а     также     установленному     режиму     использования     земель сельскохозяйственного назначения (статьи 78 и 79 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ)). Соглашение о сервитуте на новый период использования стороны не заключили. С учетом изложенного, выводы судов в указанной части требований являются верными.

В отношении встречного искового заявления в рамках дела №А32-252/2021 судебные инстанции пришли к выводу, что предусмотренная нормами статьи 25.2 Закона о недрах и статьи 49 Земельного кодекса Российской Федерации процедура прекращения договора аренды не реализована, в связи с чем, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения встречного искового заявления общества.

         По результатам исследования и оценки в порядке, предусмотренном главой 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленных доказательств и доводов и возражений лиц, участвующих в деле, арбитражный суд, установив, наличие фактов, пришел к выводу, оснований для удовлетворения требований о расторжении в части границ горного отвода в соответствии с актом горного отвода от 21 декабря 2020 и территорий горносанитарных зон охраны договора аренды земельного участка от 17.07.2013 с кадастровым номером 23:30:0201008:1, заключённого между Департаментом имущественных отношений администрации Краснодарского края и индивидуальным предпринимателем ФИО1 у суда не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 4, 9, 65, 70, 110, 163, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований отказать.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его изготовления в полном объеме, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца после его принятия арбитражным судом первой инстанции через Арбитражный суд Краснодарского края в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Вступившее в законную силу решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в кассационной порядке, если было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                            И.Н. Воронова