ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-104411/2019

13 сентября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     06 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 сентября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Бурденкова Д.В., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

при участии:  

конкурсного управляющего ФИО2 (по паспорту);

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19671/2022)  ООО «АГЛ Траст» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2022 по делу № А56-104411/2019/сд.1, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 

к ООО «АГЛ Траст»

об оспаривании сделки должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «УК Евротракт», 

 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 14.10.2019 по заявлению государственного унитарного предприятия «Топливно-энергетический комплекс Санкт-Петербурга», поступившему в суд 23.09.2019, было возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Управляющая компания Евротракт» (далее – должник, Общество).

Определением арбитражного суда от 10.03.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения; временным управляющим должником утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

Определением арбитражного суда от 05.08.2020 процедура наблюдения в отношении должника прекращена; введена процедура внешнего управления; исполняющим обязанности внешнего управляющего должником также назначен                 ФИО2

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2020 определение арбитражного суда от 05.08.2020 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Определением арбитражного суда от 02.03.2021 в отношении должника введена процедура внешнего управления; внешним управляющим утверждён ФИО2 Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №43(7005) от 13.03.2021.

07.12.2021 внешний управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой агентского договора от 01.06.2017 №АЮ-1504/17, заключенного между ООО «УК Евротракт» и ООО «АГЛ Траст» (далее – ответчик), а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «АГЛ Траст» в конкурсную массу ООО «УК Евротракт» денежных средств в размере 5 545 219,46 руб.

При этом, решением арбитражного суда от 11.02.2022 должник признан несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство; исполняющим обязанности конкурсного управляющего также утверждён              ФИО2

Определением арбитражного суда от 23.05.2022 агентский договор от 01.06.2017 №АЮ-1504/17, заключенный между ООО «Управляющая компания Евротракт» и ООО «АГЛ Траст», признан недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 5 545 219,46 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «АГЛ Траст» подало апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права и указывая на наличие реального встречного исполнения по сделке и отсутствие в этой связи вреда, при том, что, по мнению ответчика, аффилированность сторон не влияет на оценку сделки.

Также апеллянт полагает, что выводы суда, сделанные в рамках рассмотрения обособленного спора №А56-104411/2019/тр.6 – о включении требований в реестр требований кредиторов, не имеют правового значения для разрешения настоящего спора. 

Конкурсный управляющий и кредитор ГУП «ТЭК СПб» представили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменения. 

В судебном заседании апелляционной инстанции конкурсный управляющий возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям, полученным управляющим при анализе выписок по расчётным счётам должника, за период с 01.09.2017 по 30.09.2019 ООО «УК Евротракт» перечислило в пользу ООО «АГЛ Траст» 5 545 219 руб. 46 коп. со ссылкой на агентский договор от 01.06.2017 №АЮ-1504/17.

Как указал конкурсный управляющий, определением арбитражного суда от 03.12.2020 по обособленному спору №А56-104411/2019/тр.6, оставленным в силе  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.05.2021,                  ООО «АГЛ Траст» было отказано во включении в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на неисполнении должником обязательств по агентскому договору №АЮ-1504/17 от 01.06.2017.

При этом, в ходе рассмотрения требования ответчика судами была установлена аффилированность сторон, подконтрольность их деятельности                 ПАО «ГИТ» (ИНН 

<

***>) и отсутствие доказательств фактического оказания услуг по агентскому договору №АЮ-1504/17 от 01.06.2017. 

Полагая, что указанная сделка совершена при отсутствии равноценного встречного предоставления, между аффилированными лицами и с целью причинения вреда кредиторам ввиду наличия у должника на момент ее совершения признаков банкротства и осведомленности об этом ответчика, а также сославшись на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод о наличии условий для удовлетворения заявленных требований. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

 Как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь                 в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции также являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В данном случае, судом установлено, что оспариваемая сделка совершена 01.06.2017, при том, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением от 14.10.2019.   

Таким образом, указанная сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, может быть оспорена  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, в предмет доказывания в рамках настоящего спора в силу указанных норм и разъяснений входит одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, сам факт причинения вреда в результате совершения сделки, а также осведомленность другой стороны сделки об указанной цели должника. Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, влечет отказ в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В этой связи суд отмечает, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 N 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. 

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 N 305-ЭС18-8671(2)).

При этом, в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае, возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик указал на реальность существовавших между должником и ответчиком в рамках оспариваемого агентского договора отношений.

Вместе с тем, в материалы обособленного спора представлены документы, подтверждающие совершение должником спорной сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку должник на момент совершения сделки отвечал признакам несостоятельности (банкротства), а именно – у него имелись неисполненные денежные обязательства перед другими кредиторами, что подтверждается многочисленными судебными спорами должника с ресурсоснабжающими организациями за период с 2016 по 2020 годы, по результатам рассмотрения которых с ООО «УК Евротракт» взыскивались денежные средства; кроме того, имеются доказательства фактического причинения такого вреда ее совершением (выбытие из состава активов денежных средств, которые могли бы пойти на удовлетворение требований кредиторов), при том, что  договор заключен должником при отсутствии равноценного встречного исполнения в виде оказания соответствующих услуг, как совершена сделка  и в отношении заинтересованного лица (фактически аффилированного).

Применительно к последнему обстоятельству, суд исходил из того, что единственным участником должника является ООО «Управление ЖКХ Северо-Запад» (ИНН 

<

***>), единственным учредителем которого, в свою очередь, является ПАО «Городские Инновационные Технологии» (ИНН 

<

***>, далее – ПАО «ГИТ»).

При этом, участник и генеральный директор кредитора ФИО3 являлся владельцем 21 000 000 акций контролирующего должника лица -                           ПАО «ГИТ».

Таким образом, судом было установлено, что в рассматриваемом случае имеет место быть юридическая аффилированность ответчика по отношению к должнику, в связи с чем на него распространяются предусмотренные законом презумпции осведомленности о финансовом состоянии должника, а также о действительных намерениях заключения сделки.

Более того, как установлено судом, в рамках рассмотрения обособленного спора №А56-104411/2019/тр.6 ответчик указывал, что за период с 01.06.2017 по 30.09.2019 (28 месяцев) им были оказаны услуги Обществу по взысканию дебиторской задолженности на сумму 203 479 993,00 руб., в результате чего размер вознаграждения по условиям договора составил 34 591 598,81 руб. (17% от суммы взыскания), а вследствие перечислений на сумму 5 545 219,46 руб. оставшаяся задолженность перед ответчиком составила 29 046 379,35 руб., при том, что к требованию не было приложено ни одного из документов, необходимых для определения осуществляемых ответчиком мероприятий по взысканию задолженности, предусмотренных агентским договором, и их результатов за 28 месяцев.

Согласно же справке Левобережного ОСП Невского района Санкт-Петербурга ФССП России по Санкт-Петербургу, за период с сентября 2017 года по сентябрь 2020 года было окончено всего 7 исполнительных производств на сумму                   283 368,62 руб., в том числе с актом о невозможности взыскания - 2, а за указанный период в пользу ООО «УК Евротракт» было перечислено всего  357 238,02 руб.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о взаимосвязанности должника и ответчика и реализации ими схемы искусственного создания задолженности, фиктивности агентского договора, отсутствии цели достижения заявленных результатов и направленности сторон договора на создание видимости наличия обязательств должника с целью включения требования в реестр.

В этой связи суд пришел к выводу о том, что оспариваемый агентский договор имеет признаки мнимости (ничтожности), то есть сделки, совершенной для создания подконтрольной, фиктивной кредиторской задолженности и участия в распределении имущества должника в целях уменьшения процента требований независимых кредиторов и причинения им имущественного вреда (в том числе по данному мотиву суды первой, апелляционной и кассационной инстанций в рамках рассмотрения обособленного спора №А56-104411/2019/тр.6 не нашли правовых оснований для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов должника), а ответчиком не доказано, что за оплаченные ему агентские услуги должником было получено равноценное встречное предоставление, что свидетельствует о том, что оспариваемая сделка совершена безвозмездно. 

Помимо прочего, суд принял во внимание и то обстоятельство, что сумма взаимосвязанных сделок превышает 1% (1 277 700, 00 руб.) от стоимости активов должника на последнюю отчетную дату (127 770 000, 00 руб. за 2019 год), в связи с чем правомерно отклонил доводы ответчика о невозможности оспаривания сделки по избранному конкурсным управляющим правовому основанию. Более того, поскольку сделка оспаривается по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, применение положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве в любом случае недопустимо.

Таким образом, установив, что в результате совершения оспариваемой сделки размер имущества должника уменьшился более чем на пять миллионов рублей, что привело к частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника, а также признав доказанной аффилированность сторон сделки по смыслу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, при отсутствии доказательств какого-либо встречного предоставления и при наличии у Общества признаков неплатежеспособности, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования. 

При этом, в качестве последствий признания сделки недействительной в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве с ответчика в конкурсную массу должника правомерно взыскано 5 545 219,46 руб.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ответчика, суд апелляционной инстанции исходит из того, что им надлежащими и безусловными доказательствами не подтверждено, что для ответчика подобное оказание услуг  являлось обычной деятельностью (не представлены аналогичные договоры (отчеты) и получение вознаграждения по ним), как не подтвержден объем и конкретный перечень (содержание) оказанных по договору услуг, при том, что отсутствие встречного исполнения подтверждается определением арбитражного суда от 03.12.2020 по обособленному спору №А56-104411/2019/тр.6, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.05.2021, которым ООО «АГЛ Траст» было отказано во включении в реестр требований кредиторов должника. 

Ввиду этого суд апелляционной инстанции исключительно критически оценивает доводы ответчика о наличии оснований (условий) для перечисления в его пользу денежных средств в размере 5 545 219,46 руб. в счет оплаты за оказание услуг по агентскому договору. 

При таких обстоятельствах апелляционный суд, проанализировав представленные заявителем доказательства, сделал вывод о доказанности управляющим как наличия у должника признаков банкротства (неплатежеспособности или недостаточности имущества) на момент совершения сделки (ввиду прекращения исполнения обязательств перед кредиторами), так и того, что ответчик в спорный период знал (должен был знать) о признаках неплатежеспособности должника (и в частности - о превышении размера денежных обязательств должника над стоимостью его имущества (активов)), в том числе ввиду аффилированности между должником и ответчиком, что также является презумпцией осведомленности последнего о цели причинения сделкой вреда кредиторам. 

В этой связи суд отмечает, что поскольку должником были оплачены услуги, которые фактически не оказывались, что привело к уменьшению конкурсной массы должника и - как следствие - причинило вред имущественным правам его кредиторов, а составление агентского договора совершено лишь для создания видимости правомерного выбытия из собственности Общества денежных средств, оспариваемая сделка является недействительной также и на основании статей 10 и 170 ГК РФ. 

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.05.2022 г. по делу № А56-104411/2019/сд.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «АГЛ Траст» - без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Д.В. Бурденков

 

 Е.А. Герасимова