ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-8613/2024

Дело № А41-30607/21

19 июня 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  04 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  19 июня 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Муриной В.А., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО «О.С.А.» ФИО2 - лично, веб-конференция;

от ФИО3 - ФИО4, по доверенности от 03.10.2014, веб-конференция,

от ООО «Хорс» - представитель не явился, извещен надлежащим образом,

от иных лиц, участвующих в деле - представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «О.С.А.» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 28 марта 2024 года по делу № А41-30607/21 по заявлению ООО «Хорс» о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «О.С.А.», по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «О.С.А.», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.07.2021 ООО «О.С.А.» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

Кредитор ООО «Хорс» обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 марта 2024 года в удовлетворении заявления кредитора отказано.

Не согласившись с  указанным судебным актом,  конкурсный управляющий ООО «О.С.А.» ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также неполное выяснение обстоятельств дела, принять новый судебный акт о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В суд апелляционной инстанции от ФИО3 поступил отзыв, в котором он просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «О.С.А.» ФИО2 поддержала доводы апелляционной жалобы, просила обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru. 

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы (п. 1 ст. 61.14 Закона о банкротстве).

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 являлся генеральным директором должника с 31.03.2006 по 12.07.2021, а также являлся единственным учредителем (участником) должника.

Таким образом, ФИО3 являлся контролирующим должника лицом.

Конкурсный кредитор просит привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по трем основаниям: за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «О.С.А.» несостоятельным (банкротом), за осуществление деятельности (совершение сделок), повлекшей банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику,  а также за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований кредитора, не установил необходимой совокупности условий для возложения на ответчика субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд поддерживает указанные выводы суда первой инстанции.

В отношении требования о возложении на ФИО3 субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о банкротстве должника арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 N 309-ЭС15-16713 по делу N А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве - в связи с нарушением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В материалах дела нет доказательств, свидетельствующих о том, что в период исполнения ФИО3 обязанностей руководителя и участника ООО «О.С.А.» Общество находилось в такой критической финансовой ситуации, что не могло своевременно и в полном объеме исполнять принятые обязательства, вести нормальную хозяйственную деятельность, что руководителю необходимо было обращаться с заявлением должника в арбитражный суд.

Конкурсным кредитором не указана конкретная дата возникновения признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества ООО «О.С.А.» и необходимости подачи заявления в суд, не указан соответствующий ей объем ответственности по возникшим после этого обязательствам.

Судом также не установлены какие-либо новые обязательства.

При обращении с требованием о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности заявитель должен доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Конкурсным кредитором не указаны основания признания должника неспособным удовлетворить требования кредиторов, не указан исследуемый период и точная дата, до которой ФИО3 должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Кредитор полагает, что 30 апреля 2019 года истек срок, в течение которого руководитель обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

В обоснование указанного довода заявитель ссылается на то, что в отношении должника были возбуждены исполнительные производства на общую сумму 303 998 590 руб. 60 коп.

Само по себе наличие кредиторской задолженности не является безусловным основанием для вывода о том, что у должника имелись признаки объективного банкротства и (или) недостаточности имущества.

Наличие формальных признаков, являющихся основанием для возбуждения дела о банкротстве, не является достаточным для возникновения указанной обязанности у руководителя общества.

Указанный подход соответствует позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 18.07.2003 N 14-П, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных обстоятельств, рода деятельности, экономических факторов и т.д., с учетом постоянной вариативности структуры активов и пассивов баланса большинства юридических лиц в связи с осуществлением ими хозяйственной деятельности, не является безусловным доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности.

Ни кредитором, ни конкурсным управляющим не раскрыта структура баланса, не представлены сведения о составе имущества (наличие и размер дебиторской задолженности, нематериальных активов, основных средств, запасов, финансовых вложений, денежных средств и т.д.), соотношение активов и пассивов, не представлены результаты финансово-хозяйственной деятельности должника за исследуемый период.

Следовательно, конкурсным управляющим и кредитором не доказано, что не обращение ФИО3 с заявлением о банкротстве общества привело к возникновению каких-либо новых обязательств должника и нарушению прав кредиторов вследствие нераскрытия информации о финансовых трудностях предприятия, а также не доказан период, когда руководитель должника должен был обратиться с соответствующим заявлением в суд.

Также заявителем не доказано наличие вины и причинно-следственной связи между неподачей ФИО3 заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов (абзац второй пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Целью правового регулирования, содержащегося в положениях статей 9, 61.12 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, кредитор и поддержавший   его заявление конкурсный управляющий не представили в материалы дела доказательств того, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело или могло привести к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; расчет размера обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, равно как и сведений ни об одном новом обязательстве, возникшем после истечения срока, установленного статьей 9 Закона о банкротстве, тогда как это обязательное условие для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом; безусловных доказательств того, что должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования кредитора о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании п. 1 ст. 9 и ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Что касается требования кредитора о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за осуществление деятельности (совершение сделок), повлекшей банкротство Общества и причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику, суд апелляционной инстанции  пришел к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника) (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 1 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", абзац 1 пункта 1, пункт 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, исходя из вышеуказанных норм права, для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что банкротство ООО «О.С.А.» наступило непосредственно в результате деятельности, по вине его руководителя и участника ФИО3

Исходя из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", заявитель должен не только указать конкретные действия или бездействие контролирующего лица, принятые им решения, совершенные сделки, дача указаний, а также подтвердить надлежащими доказательствами, что они непосредственно привлеки к банкротству организации (явились необходимой причиной банкротства), то есть к состоянию неплатежеспособности и недостаточности имущества, и доказать вину руководителя.

Бесспорных и безусловных доказательств вины ФИО3, отвечающих требованиям относимости, допустимости и достоверности (ст. ст. 67, 68, 71 АПК РФ), в материалы дела не представлено.

Обращаясь с настоящим заявлением, ни конкурсный управляющий, ни кредитор не указали конкретные действия, решения, сделки, которые явились непосредственной причиной банкротства Общества.

Кредитор ссылается на то обстоятельство, что определением Арбитражного суда Московской области от 01 июня 2021г. требование ООО «Лакилэнд» в сумме 78.083.151 рублей 32 копеек включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «О.С.А».

Определением суда от 12 ноября 2021г. в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «О.С.А» включено требование Межрайонной ИФНС №1 по Московской области в размере 20.392.071 рубль 95 копеек недоимки, 9.889.419 рублей 68 копеек пени, 7.803.088 рублей 60 копеек штрафы.

Определением от 21 декабря 2021г. в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «О.С.А.» включено требование ООО КБ «НОВОПОКРОВСКИЙ» в размере 550 860 040,16 руб., в том числе 230 000 000,00 руб. основного долга, 106 493 150,62 руб. процентов по договору и 214 366 889,54 руб. финансовых санкций.

Определением от 27 марта 2023г суд в порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора ООО КБ «НОВОПОКРОВСКИЙ» на правопреемника ООО «ХОРС».

Таким образом, общий размер требований кредиторов включенных в реестр требований кредиторов должника, составляет 667 027 771,71 рублей.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд считает, что данные обстоятельства не свидетельствуют о наличии вины ответчика в банкротстве Общества.

По смыслу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», сделкой, причинившей существенный вред кредиторам, считается сделка, одновременно отвечающая следующим критериям: значимая для должника применительно к его деятельности; существенно убыточная для должника.

Доказательства совершения ответчиком таких сделок в материалы дела не представлены.

Вывод суда первой инстанции об отказе в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по данному основанию является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Кредитор просит привлечь ответчика к субсидиарной ответственности также за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.07.2021 по делу №А41-30607/21 суд обязал орган управления передать конкурсному управляющему документацию должника.

Как ссылается кредитор, документация должника конкурсному управляющему не передавалась.

Однако доказательства в обоснование указанного кредитором довода в материалы дела не представлены.

С заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Арбитражного суда Московской области от 01.07.2021 конкурсный управляющий не обращался.

Вопрос об истребовании документов в судебном порядке конкурсным управляющим не ставился.

Соответствующий судебный акт арбитражным судом не принимался.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве содержится презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу N 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Обращаясь с настоящим заявлением, кредитор не указал и не обосновал, отсутствие (непередача) каких конкретно документов негативным образом повлияло на возможность ведения процедуры банкротства и формирование конкурсной массы.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных кредитором требований о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе конкурсного управляющего ООО «О.С.А.» ФИО2, отклонены арбитражным апелляционным судом.

  В отношении довода о неподаче в арбитражный суд заявления должника.

Кредитором и конкурсным управляющим не представлено доказательств наличия у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на указанную ими дату - 30 апреля 2019 года, а также не представлены сведения о возникновении у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

В отношении довода о невозможности полного погашения требований кредиторов.

Ни кредитором, ни конкурсным управляющим не указаны конкретные действия либо бездействие, решения, сделки, которые привели к банкротству, а также не доказана  вина (недобросовестность и неразумность при принятии решений, совершении сделок).

Не представлен экономический анализ деятельности ответчика как руководителя и участника в исследуемый период.

Не указаны конкретные решения, сделки и действия, которые не соответствовали целям деятельности организации, являлись экономически невыгодными (неоправданными), заключены на заведомо (очевидно для ответчика) невыгодных (нерыночных) условиях.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего в апелляционной жалобе, также нет оснований для возложения на ответчика субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документов о финансово-хозяйственной документации.

При этом суд апелляционной инстанции находит заслуживающими внимание возражения ответчика, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, о том, что в ответ на запрос конкурсного управляющего о предоставлении документации им был представлен ответ о невозможности предоставления документации в связи с ее физическим уничтожением в результате пожара.

Бывшим руководителем должника представлены документы, подтверждающие факт уничтожения всей имеющейся документации в результате пожара в месте хранения документов организации.

Указанные обстоятельства подтверждаются справкой МЧС России, справкой, выданной арендодателем земельного участка ООО «ВосТорг», постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела.

В адрес конкурсного управляющего были направлены следующие документы в соответствии с запросом: справка МЧС России No284-10-30-18 от 18 октября 2019г.; письмо ООО «ВосТорг» исх. № 9 от 17 октября 2019г.; постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

В материалах дела нет доказательств нахождения в распоряжении ответчика документов, касающихся деятельности Общества, которые необходимы конкурсному управляющему для формирования конкурсной массы, от передачи которых ответчик уклоняется (незаконно их удерживает).

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ). 

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 28 марта 2024 года по делу № А41-30607/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.П. Мизяк

Судьи

 

В.А. Мурина

Д.С. Семикин