ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-16765/2022, 18АП-16764/2022

Дело № А76-32466/2021

06 февраля 2023 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2023 года

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Курносовой Т.В.,

судей Калиной И.В., Хоронеко М.Н., 

при ведении протокола до и после перерыва секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  акционерного общества «Кредит Урал Банк» (ОГРН 

<

***>, далее – общество «Кредит Урал Банк»), ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 02.11.2022 по делу № А76- 32466/2021.

В заседании 23.01.2023 до перерыва приняли участие представители:

ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность от 29.04.2021 сроком действия 5 лет); 

общества «Кредит Урал Банк»  - ФИО4 (паспорт, доверенность от 05.10.2021 сроком действия 3 года); 

Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области -   ФИО5 (паспорт, доверенность от 08.12.2022 сроком действия по 06.06.2023);

общества с ограниченной ответственностью  «Кредендо-Ингосстрах Кредитное Страхование» (ОГРН 

<

***>, далее – общество «Кредендо-Ингосстрах Кредитное Страхование») – ФИО6 (паспорт, доверенность от 19.12.2022 сроком действия 5 лет).

После перерыва в заседании 30.01.2023 приняли участие те же представители апеллянтов и уполномоченного органа, а также представитель общества «Кредендо-Ингосстрах Кредитное Страхование» - ФИО7 (паспорт, доверенность от 19.12.2022 сроком действия по 31.12.2023); 

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,

Установил:

определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.10.2021 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.01.2022 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО8, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» от 05.02.2022 № 21.

 Общество «Кредит Урал Банк» обратилось в рамках настоящего дела о банкротстве с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 342 684 095 руб. 01 коп. Затем банк заявил об уменьшении размера предъявленного им требования до 132 684 095 руб. 01 коп., ссылаясь на факт состоявшейся уступки права требования к основному должнику в пользу общества с ограниченной ответственностью «Интекс» (ОГРН 

<

***>, далее – общество «Интекс»), общества с ограниченной ответственностью «Символ бетон», г. Челябинск (ОГРН 

<

***>, далее – общество «Символ бетон») и ФИО2 

ФИО2, в свою очередь, 14.03.2022 направила в арбитражный суд заявление о правопреемстве по заявлению банка и о включении в реестр требований кредиторов должника требования в общем размере 342 684 095 руб. 01 коп. основной задолженности.

Протокольным определением от 05.10.2022 заявления банка и ФИО2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением суда от 04.08.2022 на основании норм статьи 51 АПК РФ к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество «Интекс» и общество «Символ бетон».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.11.2022 по данному делу отказано, как в удовлетворении требований банка, так и  в удовлетворении требований ФИО2

Указанные лица, не согласившись с определением суда, обратились с апелляционными жалобами.

Общество «Кредит Урал Банк» в своей апелляционной жалобы, ссылаясь на нарушение судом первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также на несоответствие итоговых выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить судебный акт в части отказа в удовлетворении требований банка и принять в данной части новое решение о включении заявленной задолженности в реестр требований кредиторов должника.

По мнению банка, суд ошибочно квалифицировал заключенный с ФИО2 договор цессии от 14.01.2021 в качестве соглашения об отступном, учитывая, что цессионарий не является стороной обязательства, по которому возник долг ФИО2, заявленный к включению в реестр, а должник, напротив, не является стороной указанного договора цессии.

Общество «Кредит Урал Банк» считает, что суд допустил неверное толкование договора цессии от 14.01.2021 и безосновательно учел протокол осмотра почтового сервиса от 03.09.2012 в качестве относимого и допустимого доказательства и отмечает, что не извещался о совершении соответствующего процессуального действия.

Названный апеллянт также ссылается на необоснованное принятие во внимание свидетельских показаний ФИО9, не являющейся, ни стороной договора цессии от 14.01.2021, ни их представителем, а при этом является заинтересованным по отношению к ФИО2 лицом и ранее совершала недобросовестные действия в ущерб кредиторам акционерного общества «Производственное объединение «Монтажник» (ОГРН 

<

***>, далее – общество «ПО «Монтажник»).

Общество «Кредит Урал Банк» полагает, что суд первой инстанции учел при принятии обжалуемого судебного акта стенограмму судебного заседания от 21.09.2021, однако в таком заседании объем уступаемых банком прав к ФИО2 как поручителю не обсуждался.

Апеллянт считает, что суду, напротив, надлежало принять во внимание позицию банка, в частности озвученную ранее при рассмотрении в суде общей юрисдикции дел № 2-3094/2020, 2-3127/2020.

Как отмечает указанный заявитель апелляционной жалобы, суд помимо прочего безосновательно проигнорировал ранее вынесенные и вступившие в законную силу судебные акты, подтверждающие недобросовестное поведение ФИО2 и взаимосвязанных с ней лиц в ущерб интересам независимых кредиторов.

Общество «Кредит Урал Банк» указывает не неверный вывод суда по итогам оценки представленных доказательств о том, что в результате заключения договора от 14.01.2021 ФИО2 перешли права требования к ФИО2 в полном объеме и отмечает, что размер долга к основному заемщику, уступаемый по данной сделке равен 10 млн. руб. и, как следствие, объем прав требований к поручителю не может быть больше указанной суммы.

Общество «Кредит Урал Банк» считает, что суду при рассмотрении заявленных требований належало учесть выводы, изложенные в определениях Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 24.01.2022 № 88-1593/2022, от 15.03.2022 № 88-3957/2022.

Помимо вышеизложенного названный апеллянт указывает на то, что обстоятельства по списанию по инициативе банка в соответствии с договорами залога депозита денежных средств с депозитных счетов ФИО2 в счет погашения обязательств общества «ПО «Монтажник» перед банком в размере 199 694 902,60 руб. не имеет никакого отношения к настоящему спору и сумме требования, переданного баном ФИО2 по названному договору цессии.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит отменить определение суда первой инстанции от 02.11.2022 в части отказа в удовлетворении своих требований о правопреемстве и включении долга в реестр требований кредиторов должника.

Данный заявитель апелляционной жалобы отмечает, что ее требования в общем размере 342 684 095,01 руб. подтверждены вступившими в законную силу судебными актами.

Апеллянт также отмечает, что в определении Арбитражного суда Челябинской области от 19.08.2022 по делу № А76-15892/2020 факт произошедшего в материальном правоотношении правопреемства по требованиям общества «ПО «Монтажник» к ФИО2 установлен.

ФИО2 полагает, что суд первой инстанции неправомерно и безосновательно произвел переквалификацию договора уступки от 14.01.2021 и расценил данную сделку в качестве отступного.

По мнению апеллянта, такая переквалификация произведена с нарушением разъяснений, изложенных в пунктах 47-49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского  кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» и без учета норм статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Заявитель жалобы отмечает, что ФИО2 не являлась участником обязательств между банком и ФИО2 и не могла прекратить такие обязательства со стороны ФИО2

Помимо изложенного, ФИО2 полагает, что суд первой инстанции в нарушение норм процесса сделал вывод об обоснованности довода общества «Кредит Урал Банк» о наличии заинтересованности ФИО9 и заявителем, однако, довод об этом не заявлялся, банк лишь ссылался на невозможность принятия показаний указанного свидетеля в качестве надлежащих доказательств.

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2022 и от 29.12.2022 апелляционные жалобы общества «Кредит Урал Банк» и ФИО2 соответственно приняты к производству и назначены к рассмотрению на 23.01.2023.

К назначенной дате поступили 16.01.2023 от ФИО2 отзыв на апелляционную жалобу общества «Кредит Урал Банк»; 17.01.2023 от уполномоченного органа отзыв на апелляционные жалобы банка и ФИО2; 19.01.2023 от общества «Кредендо – Ингосстрах Кредитное Страхование» отзыв на апелляционные жалобы общества «Кредит Урал Банк» и ФИО2

В судебном заседании суд на основании положений статьи 262 АПК РФ приобщил к материалам дела поступившие отзывы.

Представители общества «Кредит Урал Банк» и ФИО2 изложили доводы собственных апелляционных жалоб и возражения относительно жалоб друг друга.

Представители уполномоченного органа и общества «Кредендо – Ингосстрах Кредитное Страхование» изложили позиции,  просили оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционные жалобы  - без удовлетворения.

В судебном заседании объявлен перерыв до 30.01.2023.

В рамках перерыва 27.01.2023 от общества «Кредендо-Ингосстрах Кредитное Страхование» поступили письменные пояснения. 

После перерыва заседание продолжено в том же составе суда.

В приобщении поступивших письменных пояснений отказано с учетом отсутствия доказательств направления копий данного процессуального документа, расцененного как дополнение к ранее представленному отзыву на апелляционную жалобу, иным участникам обособленного спора отказано.

Участники процесса изложили позиции, поддержали ранее озвученные доводы и возражения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке, предусмотренном статьями  266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, обществом «ПО «Монтажник» (заемщик) и обществом «Кредит Урал Банк» заключены кредитные соглашения об открытии кредитной линии: 

1) от 25.07.2019 № 3471, одним из способов обеспечения обязательств по которому являлось поручительство ФИО2 на основании договора поручительства от 25.07.2019 3471 «пор 1» (т. 1, л.д. 5-6);

 2) от 30.10.2019 № 3495, одним из способов обеспечения обязательств по которому является поручительство ФИО2 в соответствии с договором поручительства от 11.11.2019 № 3495 «пор 2» (т. 1, л.д. 7-9);

 3) от 20.02.2020 № 3521, одним из способов обеспечения обязательств по которому является поручительство ФИО2 в соответствии с договором поручительства от 20.02.2020 № 3521 «пор 2» (т. 1, л.д. 10-11); 

4) от 03.03.2020 № 3524, одним из способов обеспечения обязательств по которому является поручительство ФИО2 в соответствии с договором поручительства от 03.03.2020 № 3524 «пор 2» (т. 1, л.д. 12-13). 

Определением суда от 08.04.2021 по делу № А76-15892/2020 требование банка в размере 342 858 095 руб. 01 коп. включено в реестр требований кредиторов общества «ПО Монтажник» как обеспеченное залогом имущества должника (т. 1, л.д. 30-35).

 Решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020 с ФИО2 в пользу банка взысканы 221 296 279 руб. 81 коп.: 

- задолженность по кредитному соглашению от 30.10.2019 № 3495 в сумме 1 512 292 руб. просроченных процентов за период с 21.06.2020 по 31.07.2020; 

- задолженность по кредитному соглашению от 20.02.2020 № 3521 в размере 126 507 199 руб. 21 коп. и 1 381 230 руб. просроченных процентов за период с 21.06.2020 по 31.07.2020; 

- задолженность по кредитному соглашению от 03.03.2020 № 3524 в размере 90 857 341 руб. 60 коп. и 1 008 197 руб. просроченных процентов за период с 21.06.2020 по 31.07.2020; 

- 30 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины (т. 1, л.д. 14-16). 

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020 вступило в законную силу 04.03.2021 (т. 1, л.д. 17-21). 

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020 с ФИО2 в пользу банка взыскана задолженность по кредитному соглашению от 25.07.2019 № 3471 в размере 121 387 815 руб. 20 коп., в том числе 119 999 947 руб. 20 коп. основной задолженности, 1 327 868 руб. процентов за период с 21.06.2020 по 31.07.2020, 60 000 руб. судебных расходов (т. 1, л.д. 22-24). 

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 07.12.2020 по делу № 2-3127/2020 вступило в законную силу 04.03.2021 (т. 1, л.д. 25-29).

Затем общество «Кредит Урал Банк»  уступило свои права требования к заемщику обществу «Интекс» на сумму 195 005 098 руб. 40 коп., обществу «Символ бетон» на сумму 4 994 901 руб. 60 коп., а также по договору цессии (уступки прав требования) от 14.01.2021 банк (цедент) уступил ФИО2 (цессионарию) права требования к обществу «ПО Монтажник» на основании кредитных соглашений от 25.07.2019 № 3471, от 30.10.2019 № 3495, от 20.02.2020 № 3521, от 03.03.2020 № 3524 на сумму 10 000 000 руб., а также к ФИО2 по договорам поручительства от 25.07.2019 3471 «пор 1», от 11.11.2019 № 3495 «пор 2», от 20.02.2020 № 3521 «пор 2», от 03.03.2020 № 3524 «пор 2» в полном объеме (т. 1, л.д. 38-40). 

Договор заключен под отлагательными условиями (п. 1.4 договора от 14.01.2021). 

С момента заключения договора до перехода прав требования к основному должнику и поручителю цедент обязался не предъявлять исполнительные листы по решениям от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020 и от 07.12.2020 по делу № 2-3127/2020 к исполнению; с момента перехода к цессионарию прав требования, указанных в пунктах 1.1 и 1.2 договора, цедент утрачивает право предъявления каких-либо требований к поручителю по договорам поручительства, указанным в п. 1.2 договора (п. 1.7 договора).

Платежным поручением от 05.03.2021 № 19640 ФИО2 произвела оплату в согласованном сторонами размере 10 000 000 руб. (т. 1, л.д. 41). 

Из акта приема-передачи документов от 15.03.2021 (т. 1, л.д. 50), подписанного во исполнение договора от 14.01.2021, банк передал ФИО2 копии кредитных соглашений и подлинники договоров поручительства.

ФИО2 обращалась в суд общей юрисдикции с ходатайствами о замене взыскателя по решениям Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020, от 07.12.2020 по делу № 2-3127/2020 в полном объеме.

 Судом апелляционной инстанции ходатайства были удовлетворены, однако, затем определениями Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 24.01.2022 и от 15.03.2022 апелляционные определения отменены, вопрос направлен на новое рассмотрение (т. 1, л.д. 64-67). 

При новом рассмотрении производство по ходатайствам прекращено 09.06.2022 и 23.06.2022 в связи с отказом ФИО2 от них (т. 1, л.д. 125-131). 

При этом суд общей юрисдикции указал на то, что вопрос о процессуальном правопреемстве подлежит разрешению Арбитражным судом Челябинской области в деле о банкротстве ФИО2 в порядке, предусмотренном АПК РФ.

Общество «Кредит Урал Банк», ссылаясь на наличие долга перед ним по кредитным договорам от 25.07.2019 № 3471, от 30.10.2019 № 3495, от 20.02.2020 № 3521,  от 03.03.2020 № 3524 (согласно заявленному уточнению в размере 132 684 095 руб. 01 коп.), обратилось с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника ФИО2 – поручителя по соответствующим обязательствам.

В свою очередь, ФИО2 заявила ходатайство о замене указанного кредитора на себя на сумму 342 684 095 руб. 01 коп. в связи с заключенным договором уступки права требования.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, как  общества «Кредит Урал Банк», так и ФИО2, исходил из того, что договор цессии от 14.01.2021 фактически представляет собой соглашение, по условиям которого при исполнении ФИО2 обязанности  по оплате стоимости уступаемых к основному заемщику прав требования ну сумму 10 000 000 руб. поручительство ФИО2 прекращается полностью.

Суд апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в пределах доводов апелляционных жалоб, пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе указанным Законом.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона. 

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом.

Обращение с заявлением о включении в реестр требований кредиторов является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу нормы, содержащейся в части 1 статьи 4 АПК РФ, судебной защите подлежат действительно нарушенные или оспариваемые права и законные интересы.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьи 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. 

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве в ходе процедуры реструктуризации долгов гражданина требования кредиторов подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 71 названного Закона, в силу пунктов с 3 по 5 которой проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны, а установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», далее – постановление Пленума ВАС РФ № 35).

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В пункте 23 постановления Пленума ВАС РФ № 35 указано, что если требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу судебным актом и подается лицом, являющимся правопреемником истца по соответствующему делу, то к такому требованию по смыслу пункта 1 статьи 71 или пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве должно быть приложено определение суда, принявшего решение, о процессуальном правопреемстве. При переходе требования кредитора к другому лицу после принятия этого требования рассматривающим дело о банкротстве судом для производства данным судом замены кредитора его правопреемником не требуется предварительной замены его в деле, по которому было вынесено подтверждающее требование решение.

Осуществление процессуального правопреемства обусловлено необходимостью реализации процессуальных прав в рамках дела о банкротстве, оформление процессуального правопреемства судебным актом необходимо для реализации прав новым кредитором в деле о банкротстве.

По смыслу статьи 48 АПК РФ процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством.

В силу пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору (пункт 1 статьи 388 ГК РФ). 

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ).

По правилам пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу статей 432, 382 и 384 ГК РФ существенными условиями соглашения об уступке права требования являются: предмет договора, объем и условия передаваемого обязательства.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В рассматриваемом случае судом установлено, что ФИО2 представила протокол осмотра почтового сервиса, содержащий преддоговорную переписку с банком периоде (т. 1, л.д. 92-124), из которой следует, что целью или одной из целей переговоров, предшествовавших заключению договора цессии от 14.01.2021, являлось прекращение прав требования банка к ФИО2

Банк со своей стороны, в том числе в ответ на предложение суда, доказательств, свидетельствующих об иной сути преддоговорных переговоров, равно как и объяснений о том, каким образом производилось согласование условий договора, не представил.

В результате подготовленный обществом «Кредит Урал Банк» договор цессии от 14.01.2021, подписанный сторонами содержит, в частности, следующие условия:

- цедент передает цессионарию права требования по договорам поручительства от 25.07.2019 3471 «пор 1», от 11.11.2019 № 3495 «пор 2», от 20.02.2020 № 3521 «пор 2», от 03.03.2020 № 3524 «пор 2», заключенным с ФИО2, в полном объеме. Права требования в отношении ФИО2 подтверждены решениями Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020 на сумму 221 326 279 руб. 81 коп. и от 07.12.2020 по делу № 2-3127/2020 на сумму 121 387 815 руб. 20 коп. (пункт 1.2);

-  с момента заключения договора до перехода прав требования к основному должнику и поручителю цедент обязался не предъявлять исполнительные листы по решениям от 04.12.2020 по делу № 2-3094/2020 и от 07.12.2020 по делу № 2-3127/2020 к исполнению; с момента перехода к цессионарию прав требования, указанных в пунктах 1.1 и 1.2 договора, цедент утрачивает право предъявления каких-либо требований к поручителю по договорам поручительства, указанным в пункте 1.2 договора (пункт 1.7 договора).

Судом первой инстанции также установлено, что общество «Кредит Урал Банк», уступая часть прав требования задолженности по тем же кредитным правоотношениям с обществом «ПО «Монтажник» иным цессионариям – обществам «Интекс» и «Символ бетон», не передавал им одновременно права по обеспечивающему исполнение данных кредитных договоров поручительству к ФИО2

Это подтверждено в частности условиями соответствующих сделок цессии  и содержанием отзыва общества «Интекс», представленного в рамках рассмотрения данного спора (т. 1, л.д. 143-144).

Кроме того, после заключения договора от 14.01.2021 при рассмотрении в рамках дела № А76-15892/2020 заявления публичного акционерного общества «Совкомбанк» о признании решения собрания кредиторов общества «ПО Монтажник», как следует из стенограммы судебного заседания от 21.09.2021 (т. 1, л.д. 90), не оспоренной обществом «Кредит Урал Банк», последний признавал уступку права требования к ФИО2 в большем объеме, чем к обществу «ПО «Монтажник».

Таким образом, предшествующие заключению договора от 14.01.2021 переговоры, условия непосредственно заключенной по их итогам сделки и последующее поведение общества «Кредит Урал Банк» в своей совокупности указывают на наличие, в частности у банка волеизъявления на отказ от прав требования к ФИО2 на условиях оплаты ФИО2 как цессионарием 10 000 000 руб. за уступаемую в том же размере задолженность по кредитным договорам к обществу «ПО «Монтажник» (статьи 421, 431 ГК РФ).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований банка о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках настоящего дела.

Между тем суд апелляционной инстанции не может сделать аналогичный вывод в отношении отказа в удовлетворении судом требований ФИО2 полностью.

С учетом установленных фактических обстоятельств правопреемство на стороне кредитора по обязательству, связанному с поручительством ФИО2, как таковое состоялось.

Сделать однозначный вывод о том, что уступленные ФИО2 права требования к обществу «ПО «Монтажник» в размере 10 000 000 руб. основной задолженности по кредитным договорам от 25.07.2019 № 3471, от 30.10.2019 № 3495, от 20.02.2020 № 3521,  от 03.03.2020 № 3524 перешли к ней без обеспечения поручительством ФИО2 на ту же сумму, представляется сомнительным.

В том случае, если у цессионария не имелось бы в этом заинтересованности, разумно предположить, что права к поручителю вообще не вошли бы в предмет договора цессии от 14.01.2021.

Оснований для вывода о том, что к ФИО2 при совершении сделки по уступке права требования от 14.01.2021 к основному должнику на сумму 10 000 000 руб. ей одновременно перешло право требование к поручителю по тому же обязательству на сумму 342 684 095 руб. 01 коп., не представляется возможным.

В силу пункта 2 статьи 363 ГК РФ поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Исходя из смысла гражданского законодательства и существа поручительства, объем ответственности поручителя по основному обязательству, имеющемуся перед конкретным кредитором, не может превышать объема ответственности основного должника перед тем же кредитором.

Обеспечительные обязательства являются акцессорными (дополнительными) по отношению к основному обязательству, то есть они возникают, прекращаются, следуют судьбе основного обязательства, в том числе по объему требований. Акцессорные обязательства непосредственно и неотъемлемо связаны с наличием основного обязательства и только в связи с ним устанавливаются сторонами в материальном правоотношении.

Сделать вывод о том, что права требования к ФИО2 перешли ФИО2, в том числе в качестве обеспечения обязательств к основному должнику, перешедших ей от банка ранее по кредитным соглашениям от 30.10.2019 № 3495, от 20.02.2020 № 3521 и от 03.03.2020 № 3524, представляется сомнительным с учетом буквального толкования условий договора цессии от 14.01.2021, а также принимая во внимание, что условие о передаче требований к указанному поручителю пропорционально суммам уступаемого долга основного заемщика по кредитным договорам, исключено из первоначальной редакции договора, предлагаемой банком. Тем самым, излагая условия договора цессии от 14.01.2021 определенным образом, стороны подтвердили, что ранее права требования к поручителю банком ФИО2 не передавались.

Таким образом, заявление ФИО2 в части правопреемства на стороне банка в правоотношениях, вытекающих из поручительства ФИО2, является обоснованным на сумму 10 000 000 руб.

В рамках дела о банкротстве общества «ПО «Монтажник» № А76-15892/2020 ФИО2 24.05.2022 также обращалась с заявлением о замене конкурсного кредитора - общества «Кредит Урал Банк» на себя в реестре требований кредиторов указанного должника в части требования в размере 10 000 000 руб. основной задолженности и процентов, а именно:

- по кредитному соглашению от 25.07.2019№ 3471  в части суммы основного долга 2 400 000 руб. и процентов по кредиту в сумме 1 000 000 руб.; 

- по кредитному соглашению от 20.02.2020 № 3521  в части суммы основного долга 2 600 000 руб. и процентов по кредиту в сумме 1 000 000 руб.;

- по кредитному соглашению от 03.03.2020 № 3524 в части суммы основного долга 1 600 000 руб. и процентов по кредиту в сумме 1 000 000 руб.;

- по кредитному соглашению от 30.10.2019 № 3495 в части суммы процентов 400 000 руб.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.08.2022 по результатам рассмотрения названного заявления процессуальное правопреемство в отношении требований банка по указанным задолженностям произведено. 

При этом перешедшие к ФИО2 требования в размере 10 000 000 руб. основной задолженности и процентов признаны подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты в реестре требований кредиторов акционерного общества «ПО «Монтажник» (с учетом постановления Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 30.01.2023), что обусловлено следующим.

Судом установлено, что исполнение ФИО2 обязательств по договору цессии от 14.01.2021 на сумму 10 000 000 руб. произведено за счет остатка денежных средств на залоговом депозите. 

Ранее соответствующее исполнение являлось предметом исследования и оценки в деле о банкротстве общества «ПО «Монтажник». Так в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 12.10.2021 по делу № А76-15892/2020 источником денежных средств для выкупа ФИО2 требования у Челиндбанка и исполнения обязательств, вытекающих из залога банковского депозита и вклада, на сумму 199 000 000 руб., являлись средства, поступившие от ФИО10 (своего отца) – лица, контролировавшего общество «ПО «Монтажник».

 Придя к выводу о том, что перечисление денежных средств ФИО10 в пользу ФИО2 и последующее совершение последней действий по выкупу долга к должнику у банка и внесению денежных средств на счета, права по которым находились в залоге банка, были связаны единой целью компенсационного финансирования общества «ПО «Монтажник» в условиях имущественного кризиса, суд кассационной инстанции признал требования ФИО2 к должнику-заемщику в общем размере 415 976 881 руб. 87 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В настоящем споре, исходя из имеющейся доказательственной базы, у суда отсутствуют основания для иной оценки обстоятельств исполнения ФИО2 договора цессии от 14.01.2021.

В соответствии с пунктом 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

Квалификация обязательства основного должника по смыслу приведенных выше положений также распространяется и на квалификацию обязательства поручителя, следовательно, должна была быть в обязательном порядке учтена при рассмотрении вопроса о включении требования кредитора к поручителю. 

На основании вышеизложенного обжалуемое определение в части отказа в удовлетворении заявления ФИО2 о процессуальном правопреемстве и во включении в реестр требований кредиторов должника ФИО2 подлежит отмене на основании пункта 4 части 1 статьи 270 АПК РФ.

Требование данного лица о правопреемстве на стороне кредитора – общества «Кредит Урал Банк» в части суммы 10 000 000 руб. является правомерным и данная сумма подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты в реестре требований кредиторов должника.

При этом, принимая во внимание то, что положения названного Обзора о понижении очередности удовлетворения требований не применяются в деле о банкротстве физических лиц (определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2021 № 305-ЭС20-14492(2)), однако, требование ФИО2 не может конкурировать с  иными кредиторами должника в рамках настоящего дела, требования данного лица в размере 10 000 000 руб. основного долга и процентов фактически подлежат удовлетворению после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов ФИО2, и требований последнего, учитываемых в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В остальной части обжалуемый судебный акт надлежит оставить без изменения.

Таким образом, апелляционная жалоба ФИО2 подлежит удовлетворению частично. В удовлетворении апелляционной жалобы общества «Кредит Урал Банк» следует отказать.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе банка, сводятся к выражению его несогласия с произведенной судом первой инстанции оценкой представленных доказательств и установленных на их основании фактических обстоятельств дела.

При этом, исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, судебный акт не может быть отменен судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Доводы ФИО2 о наличии оснований для включения в реестр требований кредиторов должника всей заявленной ею суммы отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду вышеизложенных конкретных обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего спора.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить частично, определение Арбитражного суда Челябинской области от 02.11.2022 по делу № А76-32466/2021 в части отказа в удовлетворении требований ФИО2 отменить.

Заявление ФИО2 о замене кредитора акционерного общества «Кредит Урал Банк» на себя удовлетворить в части суммы 10 000 000 руб.

Признать требования ФИО2 в размере 10 000 000 руб. основной задолженности и процентов обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты в реестре требований кредиторов ФИО2.

В удовлетворении требований ФИО2 в оставшейся части отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Челябинской области от 02.11.2022 по делу № А76-32466/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Кредит Урал Банк» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяТ.В. Курносова

СудьиИ.В. Калина

М.Н. Хоронеко