АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9098/22 

Екатеринбург

11 января 2023 г.

Дело № А76-31473/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 10 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на определение  Арбитражного суда Челябинской области от 25.07.2022 по делу № А76-31473/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.10.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью Научно исследовательский институт «РегионПроект» (далее – общество НИИ «РегионПроект», должник) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве). 

Определением суда от 25.01.2018 общество НИИ «РегионПроект» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО1 

Решением суда от 25.05.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

ФИО2 20.10.2020 обратилась в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в отказе от: 

– взыскания с ФИО3 неосновательного обогащения в сумме 1 535 000 руб.; 

– взыскания с Администрации Агаповского сельского поселения денежных средств в размере 76 000 руб. 25 коп.; 

– взыскания с Муниципального бюджетного учреждения здравоохранения «Городская клиническая больница № 8» (далее – ГКБ № 8) денежных средств в размере 699 270 руб. на основании муниципального контракта от 07.08.2015 № 15-16526; 

– взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Проспект» денежных средств в сумме более 5,150 млн. руб. на основании договоров цессии от 29.12.2014 № 1, № 2; 

– проведения инвентаризации имущества должника в порядке статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве); 

– предоставления заинтересованным лицам доступа к учетной и отчетной документации должника, сохраненной в системе «СКБ Контур».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.07.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022, жалоба удовлетворена частично: суд признал ненадлежащим исполнение обязанностей конкурсным управляющим ФИО1, выразившееся в непринятии достаточных мер по взысканию дебиторской задолженности с ФИО3 в рамках дела № А76-16973/2018, в остальной части в удовлетворении жалобы отказано. 

В кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит указанные судебные акты отменить в части удовлетворения жалобы, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование доводов кассационной жалобы ФИО1 указывает, что на момент обращения с заявлением о взыскании задолженности срок исковой давности истек, о чем ответчик ФИО3 заявил в отзыве на иск; ссылаясь на разъяснения, изложенные в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», кассатор указывает, что само по себе признание общества НИИ «РегионПроект» банкротом не изменяет статуса кредитора по отношению к должнику, назначенный конкурсный управляющий является руководителем должника и его неосведомленность о каких-либо обстоятельствах не может продлевать срок исковой давности, а применительно к юридическому лицу срок исковой давности не подлежит восстановлению; в связи с этим заявитель жалобы полагает ошибочным вывод судов о ненадлежащем исполнении в указанной части обязанностей конкурсного управляющего. Кроме того, кассатор настаивает, что именно заявитель жалобы виновен в непредставлении документов, в том числе по данной дебиторской задолженности, в связи с чем впоследствии был предъявлен иск об истребовании документации; отмечает, что после ознакомления с документами должника были выявлены и иные основания для отказа в иске, в частности, отсутствие доказательства приема-передачи технической документации, документации по приемке выполненных работ, накладные подписаны ненадлежащими лицами; ссылку на гарантийное письмо ФИО3 от 16.03.2015, в котором последний обязуется оплатить выполненные работы в течение трех месяцев с даты получения разрешения на строительство, кассатор считает недопустимым доказательством, поскольку данное гарантийное письмо не содержит указания на наименование объекта и не является документом, позволяющим идентифицировать проектную и рабочую документацию, написано за пределами срока исковой давности, а иной переписки между сторонами управляющему представлено не было.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, заявитель жалобы ФИО4 являлась единственным участником должника.

Обращаясь с жалобой на действия (бездействие) управляющего ФИО1, заявитель ФИО4 указывала, что в период конкурсного производства не был предъявлен ко взысканию исполнительный лист к Администрации Агаповского сельского поселения на сумму 76 000 руб. 25 коп., выданный на основании решения Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2018 по делу А76-38319/2017. 

Суд первой инстанции, проанализировав выписку по лицевому счету; указав, что согласно данной выписке 03.06.2021 Управлением финансов Агаповского муниципального района Челябинской области произведена оплата должнику по исполнительному листу ФС 022886299 от 05.03.2018 в сумме 76 000 руб. 25 коп.; исходя из того, что денежные средства после предъявления соответствующего заявления поступили в конкурсную массу должника, пришел к выводу, что права и законные интересы заявителя в настоящий момент не нарушены. 

Кроме того, заявитель жалобы ссылалась на непринятие управляющим мер по взысканию дебиторской задолженности с ГКБ № 8 на основании контракта от 07.08.2015 № 15-16526, полагая, что управляющий должен был в пределах срока исковой давности при наличии в его распоряжении всех обосновывающих исходных документов предъявить иск о взыскании денежных средств. 

Применительно к данному эпизоду суд первой инстанции, принимая во внимание ответ ГКБ № 8 о том, что контракт от 07.08.2015 № 15-16526 с 08.04.2016 является расторгнутым в одностороннем порядке, в связи с нарушением подрядчиком (обществом НИИ «РегионПроект») сроков выполнения работ и отсутствием положительного заключения ОГАУ Управления госэкспертизы по Челябинской области, что и обусловило отсутствие оплаты по контракту; проанализировав представленные претензию, контракт, уведомление о расторжении контракта; заключив, что представленная заявителем жалобы информация с сайта «Единая информационная система в сфере закупок» (zakupki.gov.ru) о том, что исполнение контракта завершено – в отсутствие первичной документации – не свидетельствует о факте выполнения должником работ с учетом полученного от заказчика по контракту ответа – не признал доводы жалобы в данной части обоснованными. 

Далее, заявитель жалобы ссылался на непринятие конкурсным управляющим мер по взысканию дебиторской задолженности с общества с ограниченной ответственностью «Проспект», которая перешла к должнику на основании договоров цессии от 29.12.2017 от общества с ограниченной ответственностью «СитиПроект», в связи с чем конкурсная масса не была пополнена на сумму 1 389 192 руб. 32 коп. 

Исследовав обстоятельства применительно к данному эпизоду, установив, что арбитражный управляющий 25.04.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов от бывшего руководителя; принимая во внимание, что определением суда от 26.07.2019 на ФИО4 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ФИО1 документы, касающиеся деятельности должника (с учетом переданных по акту приема-передачи от 19.02.2019); исходя из того, что в рамках данного обособленного спора ФИО4 представлены договоры цессии от 29.12.2014 № 1 и № 2, в соответствии с которыми общество «СитиПроект» (цедент) уступило обществу НИИ «РегионПроект» права и обязанности подрядчика по договорам подряда (от 24.12.2013 № 36 и от 03.02.2014 № 41), заключенным между цедентом и обществом «Проспект» (заказчик); отметив, что в материалы спора был представлен акт приема-передачи от 11.03.2019, в котором поименованы данные договоры, в то же время управляющий отрицал как факт подписания указанного акта, так и факт получения им договоров цессии, а оригинал акта от 11.03.2019, несмотря на неоднократные предложения суда, ФИО4 не представлен; указав при этом, что сам по себе факт передачи таких договоров, если бы он и имел место, не свидетельствует о возможности предъявления материально-правового требования к обществу «Проспект» ввиду отсутствия первичных документов, подтверждающих факт и размер задолженности, передача которых управляющему заявителем не была доказана, а равно не было раскрыто, какие меры были приняты самим руководителем по истребованию задолженности с 29.12.2014, до введения процедуры конкурсного производства (25.05.2018), суд первой инстанции заключил об отсутствии оснований для вывода о нарушении управляющим норм Закона о банкротстве по данному эпизоду. 

Кроме того, заявитель жалобы указывал, что управляющим ФИО1 не проводилась инвентаризация имущества должника, несмотря на осведомленность о местонахождении данного имущества – офисной техники. 

Суд первой инстанции, исходя из пояснений управляющего о том, что инвентаризация имущества должника была проведена исходя из сведений, полученных от государственных органов; имущество у должника не выявлено, доказательств передачи конкурсному управляющему бывшим руководителем какого-либо имущества должника, в том числе мебели, офисной техники и т.п., вопреки положениям абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, не представлено – заключил, что при таких обстоятельствах, в отсутствие достаточных доказательств наличия имущества у должника, непредставление сведений об опубликовании результатов инвентаризации не является основанием для вывода о бездействии управляющего. 

Рассматривая жалобу ФИО4 в части воспрепятствования со стороны конкурсного управляющего получению судом и сторонами бухгалтерской и налоговой отчетности должники, сформированной в системе «СКБ Контур», которая ссылалась на то обстоятельство, что вся совокупность необходимой учетной и отчетной документации по предприятию-должнику хранилась в защищенном электронном виде в системе «СКБ Контур» и могла быть расшифрована, переведена на бумажные носители и представлена в материалы дела, при этом доступ к базе данных у руководителя с 21.08.2018 отсутствовал; принимая во внимание ответ акционерного общества «ПФ «СКБ Контур» о том, что обществу НИИ «РегионПроет» на период с 27.05.2015 по 05.06.2018 предоставлено право использования и абонентское обслуживание программы для ЭВМ Система «Контур.Экстерн» (далее – система), предназначенной для формирования и предоставления различной отчетности на основании договора от 21.05.2015 № 09741276/15, после истечения срока действия лицензии доступа к Системе для представления отчетности у организации не имеется, при этом в журналах регистрации технологических событий Системы выявлено, что с 23.10.2019 отчетность за общество НИИ «РегионПроект» представляет клиент общество с ограниченной ответственностью «Дюна», а общество «ПФ «СКБ Контур» не участвует в правоотношениях, которые складываются у клиентов с лицами, которыми они оказывают услуги с использованием программного обеспечения, соответственно, информацией о том, на основании чего клиент сдает отчетность за общество НИИ «РегионПроект», не располагает; отметив, что конкурсный управляющий, не оспаривая факт подконтрольности ему общества «Дюна», указал, что не получал от заявителя жалобы каких-либо заявлений о предоставлении информации по процедуре банкротства должника; исходя из того, что с момента введения конкурсного производства (25.05.2018) должник направлял в контролирующие органы отчеты в ФСС, расчеты по страховым взносам, бухгалтерскую отчетность, налоговую декларацию, сведения о среднесписочной численности в ФНС России, форма МП-сп в Росстат, получал письма из ФНС России, при этом доказательств доступа конкурсного управляющего или общества «Дюна» к первичным документам, имевшимся на сервере до введения процедуры конкурсного производства, арбитражному суду не представлено, а заявитель жалобы не указал, какие документы, имеющие значение для формирования конкурсной массы, могут находиться в электронной базе, а также не представил доказательств того, что конкурсный управляющий, имея соответствующий доступ, препятствует ознакомлению бывшего руководителя с такими документами – суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности противоправного поведения конкурсного управляющего и нарушения прав заявителя, в связи с чем отказал в признания жалобы обоснованной в данной части.

Суд апелляционной инстанции согласился с данными выводами суда первой инстанции.

Судебные акты в указанной части не обжалуются, каких-либо доводов кассационная жалоба управляющего – не содержит.

Предметом кассационного обжалования являются выводы судов первой и апелляционной инстанций об обоснованности жалобы ФИО4 на действия управляющего ФИО1, выразившиеся в отказе от взыскания с ФИО3 неосновательного обогащения в сумме 1 535 000 руб. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 28.05.2018 общество НИИ «РегионПроект» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 1 535 000 руб., возбуждено производство по делу № А76-16973/2018. 

Исковое заявление от имени общества НИИ «РегионПроект» подписано представителем ФИО5 по доверенности, выданной директором общества НИИ «РегионПроект» ФИО4

В обоснование исковых требований должник указывал, что выполнял для индивидуального предпринимателя ФИО3 проектные работы, которые сдал на основании накладных от 15.01.2015 и от 17.03.2015; ФИО3 гарантийным письмом от 16.03.2015 обязался оплатить выполненные работы в течение трех месяцев с даты получения разрешения на строительство, однако обязательства по оплате проектных работ не исполнил.

В отзыве на иск ФИО3 заявил о пропуске срока исковой давности. 

В дальнейшем, ссылаясь на то, что исковое заявление от имени истца подписано представителем по доверенности, выданной директором общества НИИ «РегионПроект» ФИО6, которая утратила право самостоятельно выдавать доверенность, ФИО3 заявил ходатайство об оставлении иска без рассмотрения в связи с подписанием иска неуполномоченным лицом. 

Управляющий ФИО1 13.08.2018 направил в материалы дела № А76-16973/2018 письменные пояснения, указав, что 25.05.2018 в отношении истца введена процедура конкурсного производства, руководителем общества НИИ «РегионПроект» является ФИО1, в связи с чем доверенность от 10.01.2018 № 2, выданная ФИО6 на имя ФИО5, по мнению конкурсного управляющего, является недействительной. 

Определением от 03.10.2018 исковое заявление общества НИИ «РегионПроект» оставлено без рассмотрения по мотиву подписания искового заявления неуполномоченным лицом.

Поданная от имени ФИО4 апелляционная жалоба также не была поддержана ФИО1, в связи с чем производство по апелляционной жалобе было прекращено.

Признавая действия управляющего ФИО1 в указанной части незаконными, суды руководствовались следующим.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего. 

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся с суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы заявителя, кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов. Поэтому предусмотренные законом обязанности конкурсного управляющего направлены на обеспечение реализации кредиторами права на удовлетворение их требований к должнику и достижение целей конкурсного производства.

Целью введения процедуры конкурсного производства является выявление имущества должника для формирования конкурсной массы и удовлетворения требований конкурсных кредиторов, суд обязан способствовать наиболее полному выполнению конкурсным управляющим всех необходимых мероприятий. Это соответствует задачам суда, который при проведении процедур банкротства должен обеспечивать баланс и защиту частных и публичных интересов, содействовать укреплению законности и предупреждению правонарушений в сфере экономической деятельности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2005 № 12-П).

Дебиторская задолженность является одним из видов имущества должника, следовательно, конкурсный управляющий, обладающий комплексными познаниями в области права, опытом управления финансово несостоятельными предприятиями, являясь руководителем должника, действуя добросовестно и разумно в соответствии со статьями 20.3, 129 Закона о банкротстве должен принимать исчерпывающие меры, направленные на ее взыскание. 

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора суды, установив, что прежним руководителем должника были совершены все необходимые действия, направленные на взыскание задолженности, в том числе была предъявлена претензия об оплате работ, подготовлено и подано в суд исковое заявление с приложением подтверждающих документов, оплачена государственная пошлина; отметив, что исковое заявление, действительно, предъявлено в суд после открытия конкурсного производства, которое повлекло утрату полномочий руководителя общества; вместе с тем указав, что данное обстоятельство не препятствовало рассмотрению дела по существу, поскольку действующим процессуальным законодательством не исключена возможность последующего одобрения совершенного процессуального действия от имени того лица, в чьих интересах оно было совершено; заключив в связи с этим, что конкурсный управляющий, действуя разумно и осмотрительно, имел возможность одобрить действия руководителя должника по предъявлению соответствующего иска, поскольку для этого имелись все необходимые условия – пришли к выводу, что в указанной части бездействие арбитражного управляющего, фактически отказавшегося от взыскания дебиторской задолженности, при том, что таковое заявление уже было подано арбитражный суд прежним руководителем должника, не может быть признано разумным и добросовестным. 

Вопреки доводам кассационной жалобы, суды оценили возражения управляющего ФИО1 о том, что исковое заявление было подано с пропуском срока исковой давности. 

Признавая данные возражения недостаточными для оправдания несовершения управляющим действий по взысканию дебиторской задолженности после открытия конкурсного производства и прекращения полномочий бывшего руководителя, подавшего соответствующий иск, суды исходили из того, что само по себе заявление ответчика о применении срока исковой давности не является безусловным основанием для того, что он будет признан пропущенным судом; в настоящем случае истец, помимо накладных о приемке результата проектных работ от 15.01.2015 и 17.03.2015, представил также гарантийное письмо самого ФИО3, датированное 16.03.2015, в котором последний просил общество НИИ «РегионПроект» включить в смету и выполнить дополнительный раздел проектной документации, а также гарантировал оплату выполненной работы в течение трех месяцев с момента получения разрешения на строительство, а также представил переписку между обществом НИИ «РегионПроект» и ФИО3, датированную 2015 – 2016 г.г., касающуюся исполнения подрядных обязательств.

Учитывая наличие подобных документов, сопровождавших исполнение сторонами взаимных обязательств по подготовке проектной документации и ее оплате, суды обоснованно исходили из того, что оценку всех обстоятельств, связанных с началом, перерывом, приостановлением течения срока исковой давности, даёт суд в окончательном судебном акте после исследования всех доказательств (накладных, гарантийного письма, переписки между сторонами и т.д.). 

При этом все документы, как прямо связанные с приемкой результата работ, так и сопутствующие исполнению договорных обязательств (включая ГПЗУ, технические условия для присоединения к электрическим сетям, сметы на выполнение проектных работ, списки разрешений на строительство, переписка между сторонами, гарантийное письмо) были приложены бывшим руководителем должника к исковому заявлению, поэтому изложенный в кассационной жалобе довод об отсутствии у управляющего документации должника не может быть признан обоснованным, опровергающим выводы судов о несоответствии действий управляющего стандартам разумного и добросовестного поведения. 

Помимо этого, суды приняли во внимание имевшийся до возбуждения дела о банкротстве конфликт между должником и ФИО3, заключавшийся в наличии встречных требований друг к другу, возникших в результате правоотношений в 2015 году; при этом требования ФИО3 об отказе от исполнения договора подряда на производство подрядных работ от 01.09.2015 №10/15-РП и о взыскании неотработанного аванса удовлетворены решением Центрального районного суда г. Челябинска от 07.04.2017 (с учетом апелляционного постановления Судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 24.07.2017), в то время как требования должника о взыскании денежных средств за выполненные проектные работы не получили судебной защиты. При этом задолженность, взысканная с общества НИИ «РегионПроект» в пользу ФИО3, послужила основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве. 

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования в указанной части, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 69, 71 АПК РФ).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

В силу второго абзаца пункта 1 статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности. В круг его обязанностей входит, в частности, формирование конкурсной массы. На основании пункта 3 статьи 20.3 Закона о банкротстве на управляющего возложена самостоятельная обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. 

Действительно, в силу Закона о банкротстве деятельность конкурсного управляющего как профессионального участника антикризисных отношений должна носить рациональный характер, не допускающая бессмысленных формальных действий. 

Вместе с тем применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора суды исходили из наличия реальной перспективы удовлетворения требований, с учетом всех фактических обстоятельств дела, наличия документов, подтверждающих договорные отношения, взаимодействия сторон при исполнении договорных обязательств, выдачи ответчиком гарантии исполнения обязательств по оплате, и из неочевидности обоснованного характера заявления ответчика о пропуске срока исковой давности, в связи с чем и не признали действия управляющего отвечающими требованиям разумности и добросовестности, в интересах кредиторов и конкурсной массы.  

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, идентичны доводам, приведенным в судах первой и апелляционной инстанций, не опровергают выводов судов и свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой доказательств. 

Переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Челябинской области от 25.07.2022 по делу № А76-31473/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

СудьиН.А. Артемьева 

В.В. Плетнева